Глава 43

Как Герман и сказал, в том крыле замка, где живу я, охрана отсутствует. Вокруг лишь тишина и темнота, разрушаемая звуками музыки, раздающимися из замка. Мне постоянно кажется, что меня вот-вот схватят и отдадут под трибунал гостей. Вендетта врагу. Поэтому я натягиваю на себя то, что попадается под руку. Обычные джинсы, балетки и футболку. Сбегаю вниз и прислушиваюсь к тишине. Никого.

Выскакивая наружу, бегу до дороги и вижу впереди тёмную машину Германа. Подбегаю к ней и забираюсь в салон.

Мужчина моментально даёт по газам, включая фары.

– Пригнись, чтобы тебя не было видно. И набрось вот это. – Герман бросает мне чёрный плед с заднего сиденья, и я опускаюсь вниз, скрываясь под тканью.

Мы проезжаем, как я понимаю, ворота, потому что Герман притормаживает и затем срывает с меня плед.

– Пристёгивайся, мы за пределами замка, – напряжённо говорит он.

Облегчённо вздыхаю и сажусь на сиденье. Щёлкаю ремнём безопасности, следя за тем, в каком направлении мы едем. Вроде бы по тому же маршруту, что и вчера с Сабиной.

– Итак, какой план?

– Дерик охраняет свою землю, как я и говорил. Единственный способ пробраться туда, отключив напряжение и камеры – лишить эту часть городского электричества. Каждый участок, принадлежащий кому-то, имеет собственный рубильник. При неуплате за электричество специальная служба отрубает всё до тех пор, пока не поступят денежные средства. Хотя такого ещё не было, но именно это поможет нам. Сегодня я послал туда своих ребят, и один из них находится поблизости от владений Дерика. Когда я дам сигнал, он отрубит электричество на его земле, и это даст нам фору. Пока произойдёт перезагрузка, и электричество снова поступит в сеть, у тебя будет не больше десяти минут, чтобы пробраться внутрь и всё отыскать.

– У меня? А ты не пойдёшь со мной?

– Я – нет. Кому-то нужно остаться за пределами владений, чтобы следить за обстановкой. К тому же если что-то пойдёт не по плану, мне нужно будет как-то вытащить тебя оттуда. Поэтому я останусь на своём посту.

– Но я не знаю, где могут находиться мои вещи, Герман. Это как искать иглу в стоге сена. Тем более я понятия не имею о расположении комнат. Десяти минут катастрофически мало, и я не спецагент. Я не успею…

– Реджина, не паникуй раньше времени. Ты успеешь. Его дом не такой большой, как бывший дом семьи Дина или же замок. Там сложно заблудиться, тем более я скажу тебе, где точно находятся твои вещи.

Так… это уже пугает меня.

– Откуда ты можешь знать точно, Герман? Это может знать только Дерик, – замечаю я.

– Да, ты права. Но я хорошо знаю Дерика и его слабости. Этот дом его слабость, а особенно комната его матери. Она располагается на втором этаже.

– Ты был в его доме?

– Нет. Туда он никого не впускает. Это им даже не обсуждается. Я могу лишь предполагать, но повторюсь, что хорошо знаю Дерика. И если он что-то прячет, то именно там, куда сам редко входит. Только воспоминания о матери вызывают у него какие-то, крайне болезненные чувства. Поэтому, думаю, что все его тайны именно там, как и твои вещи, разумеется.

– А если нет?

– Тогда тебе придётся осматривать всё быстро и зацепить его спальню в доме. Или же какую-то ещё, – пожимает плечами Герман.

– Какой-то хреновый план, тебе не кажется? То ты говоришь, что абсолютно во всём уверен, то теперь, как пойдёт. А не лучше ли тебе пойти туда вместо меня? Ты, по всему видимому, лучше ориентируешься и, конечно же, Дерик тебе ближе, чем мне. Я останусь здесь. Буду ждать тебя в машине и проверять, не заметил ли нас кто-нибудь, – предлагаю я.

Герман качает головой и бросает на меня настороженный взгляд.

– Реджина, я понимаю, что вся ситуация странная, и ты имеешь право не доверять мне…

– То есть, ты сейчас утверждаешь, что я, возможно, пострадаю? – зло цежу сквозь зубы.

– Нет… нет, я не позволю этому случиться. Я признаю, что сначала поддерживал Дерика, но сейчас… всё стало крайне запутанным, понимаешь? Я хочу разобраться во всём сам, без чьих-либо выводов. И если бы я один мог пройти туда, забрать твои вещи, одновременно следя за всем и отвечая своим людям, то сделал бы это. Но я не могу. Реджина, в этой операции задействованы мои люди, и если они услышат твой голос по рации, то явно удивятся, а Дерик поймёт, что мы задумали…

– При чём здесь Дерик? Ты же сказал, что позаботился о нём?

– Да, он будет весь вечер на приёме следить за происходящим. Но когда электричество выключится, и резервные генераторы будут запускаться, то ему точно об этом доложат. Даже если и не в первые минуты, но доложат. Дерик захочет ринуться сюда, и вот здесь я буду на подхвате. Скажу ему, что займусь этим сам, а он пусть охраняет королевскую семью. Я возьму всё на себя, и так мы выиграем время. Тебе в этом деле нельзя светиться, ты в данный момент якобы находишься в замке у себя в спальне. И если Дерик догадается, что ты здесь, то это будет конец для нас обоих. Я тоже рискую, Реджина, как и ты, и не собираюсь проигрывать, – твёрдо говорит Герман.

– Это система, понимаешь? Каждый из нас на своей позиции, и если где-то произойдёт осечка, то именно я буду отвечать головой перед королём. А вот ты не сможешь защитить себя перед ним. Ты никогда не докажешь, что появилась в Альоре не просто так и не нацелилась на свержение королевской семьи, как и утверждал Дерик. Его слова будут абсолютно нерушимыми, и никто не сможет вытащить тебя из беды. Меня же могут помиловать, я их родственник, и у меня может быть множество причин, находиться здесь. Твоя задача забрать своё, Реджина, а с остальным я разберусь. Мы подъезжаем. – Герман указывает головой вперёд и выключает фары.

Машина погружается во тьму, от пребывания в которой ужас пробирает до костей. Вокруг только тёмные кроны деревьев, густые заросли кустов и никаких фонарей. По всему видимому мы забрались намного выше того места, нежели мы ездили с Сабиной, и здесь везде крутые дороги и горы.

– Ты уверен, что знаешь, как ехать? – шепчу я.

– Да. Не волнуйся, скоро будет светлее, но нам придётся остановиться дальше, пока не отключится электричество. Я подвезу тебя к воротам, и ты побежишь, Реджина. Именно побежишь, словно за тобой несётся вооружённая толпа людей, готовых тебя убить. Сегодня мешкать нельзя. В бардачке возьми фонарик. Сразу же иди на второй этаж и ищи комнату в белых тонах. Исключительно в белых. Его мать любила белые лилии, а он любил её.

– Но она же умерла, и Дерик не знал свою мать.

– Не нужно знать человека, чтобы любить саму мысль о нём. И это про Дерика. Для него его мать святая, ради воспоминаний о ней он готов на многое, даже восстановить дом и её комнаты, словно она вернётся с того света.

Меня передёргивает от мрачных слов Германа. Конечно, я понимаю, что у каждого из нас есть свои тайны, но у Дерика их слишком много. Он возвёл в лик святых мёртвого человека, из-за которого началась бойня. Да, его мать не виновата, но… меня пугает то, что ещё может скрывать Дерик.

Герман съезжает на обочину и поворачивается ко мне. Поднимая взгляд, осматриваюсь и вижу в нескольких километрах освещённый забор и за ним милый и довольно симпатичный дом, покрытый зеленью. Он разительно отличается от того, который я видела вчера. Это место пропитано любовью и светом, и это чувствуется в каждом растении, спускающемся по стенам вниз, по каждому цветку, который выращивали с любовью. Сад… сад в замке, выделяющийся от другой зелени вокруг.

– Итак, ты готова?

– Да, – киваю Герману и открываю бардачок.

Достав оттуда фонарь, проверяю его работу и выключаю. Отстёгиваю ремень безопасности.

– Тогда поехали. Ты всё запомнила?

– Да. Второй этаж. Белая спальня. Лилии. Если учесть, насколько ухожена территория дома, то внутри должно быть нечто помпезное, раз у Дерика пунктик на воспоминаниях о матери. Я найду эту комнату, – уверенно отвечаю.

– Что ж тогда до встречи, Реджина Хэйл. Я желаю тебе удачи, – Герман улыбается мне, подбадривая, и я делаю глубокий вдох.

Герман достаёт телефон и набирает какой-то номер. Он говорит только одно слово «Время». Через несколько секунд, как по часам, свет резко гаснет, и Герман надавливает на газ. Нас заносит, но мы несёмся прямо в сторону ворот, автоматически открывающихся перед нами. Резкий поворот. Успеваю схватиться за ручку дверцы.

– Пошла! – Герман толкает меня, и я выскакиваю из машины. Несусь по дорожке, абстрагируясь от того, что вокруг меня. Долетая до крыльца, быстро нажимаю на ручку двери и вбегаю внутрь.

Включив фонарик, нахожу лестницу и поднимаюсь по ней. Здесь не так много комнат. Всего три. И я открываю первую. Не та. Красная. Вторая. Пусто. Абсолютно пусто. Третья. И я оказываюсь в белоснежном раю. Здесь, действительно, всё белое. Большая кровать с белоснежной резьбой и витиеватыми столбиками. Тонкий тюль, касающийся пола, и аромат… лилий. На столике из мрамора в вазе стоят свежие цветы. Мотаю головой, отбрасывая ненужные мысли, и, опустившись на пол, ползу к кровати. Поднимаю её и не вижу ничего. Мой взгляд вырывает белого лебедя, лежащего на кровати, и кучу подушек.

Соберись!

Подскакивая на ноги, несусь к шкафу и открываю его. Одежда. Одежда. Коробки с обувью и ничего. Бегу к комоду и поочерёдно открываю ящики. Тоже одежда, словно здесь кто-то живёт. Больной! Психопат, поселивший здесь свою мёртвую мать!

Где же? Где оно?

Времени остаётся не так много, и я выбегаю из спальни, закрывая за собой дверь. Спальня Дерика. Врываюсь в неё и сразу же бегу к шкафу. Пусто. Думай, Реджи, думай, куда он мог спрятать твои вещи. Думай…

Образ Дерика появляется в моей голове. Пролетает множество картинок с его участием, пока я опускаюсь на пол и вновь ползу. Добираюсь до кровати, и мои пальцы цепляются за прохладный алый шёлк. И прямо перед глазами появляется моя сумка, просто стоящая на кровати. Я не могла её увидеть из-за темноты. Но сейчас…

Пульс подскакивает до немыслимых частот. Он оглушает меня, отчего кружится голова. Расстёгиваю свою сумку и достаю оттуда ещё одну маленькую, с которой я была в ту ночь. Там мой паспорт, деньги, документы и мобильный. Всё. Буквально всё. Чёрт…

Застёгиваю сумку и беру её в руки, как луч от фонарика освещает приоткрытую дверь тумбочки. На это нет времени!

Но я всё же подхожу и открываю её. Сотни фотографий. Это я. Пять лет назад. Я с Мег на лужайке возле университета. Я и Инга в супермаркете, когда она решила мне что-то купить для свидания с Дином. Сотни фотографий со мной и Дином. Листы бумаги, где описано каждое наше свидание. Боже мой… здесь столько всего, что у меня перехватывает дыхание. Достаю папку и открываю её. Там все мои данные. Фотографии Питера и вся его подноготная. Этот гадёныш сейчас в Италии. Сукин сын! Развлекается, значит, бросив меня у алтаря! Перелистываю всё и выхватываю взглядом каждое сказанное мной и тщательно записанное на бумаге слово, а те, что, видимо, были интересны Дерику, подчёркнуты красным. Здесь даже дела Инги, её бывших мужей, Мег и её… хм парня? У Мег есть парень? Почему я об этом не знала? Но я узнаю в этом мужчине её босса. Чёрт… моя подруга спит с боссом уже больше года! И ладно бы только это, но какого чёрта я всегда узнаю всё последней? И почему Дерик преследовал меня даже здесь, в Альоре? Мои фотографии с момента появления в стране. На этой меня подвозит старик, на другой я лежу на пляже, на третьей и четвёртой вхожу и выхожу из отеля. Снимки каждого моего проклятого шага! За мной следили с момента приезда и уж точно планировали всё это намного раньше. Питер…

Достаю обратно его досье и вижу, что он родился в Америке, его родители оба из Франции. Работал на разных должностях, пока не окончил университет и не нашёл место в строительной компании. Его повышения, доход… он скрывал от меня, сколько зарабатывает, вот козёл! Он ни разу не говорил мне, что не так уж и беден! Вот мудак! А я ему макароны покупала, когда он якобы ждал зарплату!

С улицы доносится сигнал машины. Герман. Напоминает мне, что пора идти. Быстро складываю всё обратно, но в этот момент замечаю среди фотографий торчащий клочок бумаги. Это очень знакомый почерк. Дина!

«Прости. Между нами всё кончено».

Слова перечёркнуты, и это, видимо, та записка, которую Дин должен был передать мне.

Герман снова сигналит, но уже дольше!

Я панически копаюсь в фотографиях и нахожу ещё один клочок бумаги. Описание каждого свидания. Почерки похожи. Очень похожи. Это один и тот же почерк. Дерик писал это. Значит, Дин, действительно, мне ничего не передавал. Это был Дерик! Он всё подстроил! Хотя я это и так знала, но отчего-то лишь больнее становится.

Герман уже не убирает руку с сигнала на машине!

Но я упрямо открываю другие шкафчики и нахожу компромат на Дина. Его оплошности, бумаги с выговорами от короля, письменные договоры с другими странами о поддержке будущего короля, и везде стоит подпись Дерика, его имя, как официального представителя королевского дома Альоры. Под обещанием Американского правительства встать на сторону Дерика и помочь в войне против повстанцев. Так же Дерик обязуется помочь с переговорами с выгодой для Америки. Здесь множество обещаний, и в документе говорится о готовности Америки напасть на королевство, чтобы доказать слабость Альоры и создать новый альянс, но для этого нужна веская причина. Что за чёрт?

Открываю папку, на которой написано «альянс». И там множество фотографий. Людей. Нахожу фото Германа, с досье на него. И внизу вижу подпись: «Всегда служить верностью Альоре, даже если придётся воевать против короля за благополучие страны, и проявить всю решимость в выборе стороны. В случае нарушения своих слов я соглашаюсь на любое наказание, предусмотренное за предательство законами моей страны». Дерик собирает людей! Герман один из них!

Чёрт! Это, действительно, ловушка! Они все заодно! А я их приманка! Я тот рычаг, на который они надавят, чтобы королевская власть пала. Я, засланная сюда шпионка, буду мертва, если возьму сумку и принесу её во дворец. Сабина была права, как бы Герман ни высказывался против Дерика и не грозился его подставить, он ни за что этого не сделает. Поэтому всё оказалось так просто для него. Не было никаких ограничений в том, чтобы привезти меня сюда, сказать, где находятся вещи и позволить мне вынести их отсюда. И если я это сделаю, то меня поймают, ведь только преступники могли знать, где они находятся. Выходит, я с ними заодно, раз после отказа Дина решила прекратить разыгрывать из себя жертву и показать улики, которые сыграют против меня. Это позволит королю потребовать моего наказания у Америки, потому что я гражданка другой страны, и когда она откажет, используя меня в своих играх, то король начнёт новые переговоры с требованием решить данную проблему, то есть убить меня, и точно не пойдёт на мировую. Все эти события станут поводом для вступления в войну с Америкой. Они зацепятся за эту глупость, которую им и обещал Дерик уже довольно давно, судя по документам. Только подходящего человека не было. И вот она я. Во всей красе. Поэтому он за мной следил. Поэтому я оказалась обезвреженной и обманутой. Он тянул время. Дерик поднимет своих людей, чтобы разрушить Альору и отомстить. И не он один.

Боже мой…

Решение приходит моментально. Я никогда не позволю, чтобы Дину причинили вред или даже убили его. Особенно последнее. Это как минимум нечестно, а как максимум отвратительно грязно.

Быстро убираю документы обратно и бросаю взгляд на свою сумку. Не с той связались, твари. Я не дам вам провернуть то, что вы задумали.

Хватая фонарик, бегу обратно. Вижу, как автоматические двери закрываются, и свет включается, ослепляя меня.

– Быстрее! – кричит Герман.

Прыгаю в проём и добираюсь до машины. Не успев закрыть дверь, Герман даёт по газам, резко сворачивая в лесную чащу. За спиной раздаётся сирена, и я закрываю уши руками, пока мы на быстрой скорости едем по узкой дороге.

– Где сумка, Реджина? Где, чёрт возьми, сумка? – обозлённо спрашивает он.

– Я не нашла. Я осмотрела и белую, и красную спальню. Но там ничего не было… вообще, ничего, кроме одежды и мебели. Там её нет, – уверенно произношу.

Герман нажимает на тормоз, и я выставляю руки вперёд, визжа от страха. Всё стихает, только моё дыхание нарушает мрачную тишину. Откидывая волосы назад, с опаской смотрю на Германа.

Сукин сын. Предатель. Я знаю, что ты собирался сделать, но я не буду тебе доверять.

– То есть… ничего нет? У нас нет доказательств? – Герман ударяет ладонями по рулю, а я печально вздыхаю. Конечно, он раздосадован, что я не попалась на приманку. Всё пошло не по его плану, но у меня теперь есть свой.

– Прости, я, правда, всё осмотрела. Но моя сумка большая и заметная, я даже коробки в третьей спальне перевернула. Нет ничего. Дерик спрятал её в другом месте. Мне жаль…

– Тебе жаль? – рычит Герман. – Тебе всего лишь жаль? Я столько всего сделал, чтобы у меня были доказательства! Я пошёл против короля и его приказов! Что я ему скажу завтра? Меня уволят из-за некомпетентности, ведь я обещал поймать преступников и представить доказательства на завтрашней встрече! А по итогу у меня ни черта нет!

– Почему ты орёшь на меня? Никто не просил тебя договариваться о встрече с королём, и уж точно я не умоляла тебя клясться ему в поимке преступника! Ты знал, на что идёшь! Неужели, я виновата в том, что в доме не было моих вещей?! И это в моих интересах найти сумку с документами! Я тоже в минусе!

– Потому что я просил тебя быть внимательнее, Реджина! Она там!

Все опасения подтверждаются моментально. Герман ведёт себя именно так, как человек, который провалил дело, и Дерик его за это по головке не погладит. Их план провалился, и они будут придумывать новые способы, чтобы использовать меня. Им нужно выставить меня американской шпионкой. Они этого хотят, но ни черта не получат!

– Почему ты так уверен? Ты же сам говорил, что это не точно…

– Потому что я знаю об этом наверняка! – выкрикивает Герман и тяжело вздыхает. Признался так просто. Идиот!

– Значит, твоя интуиция тебя подвела, и не смей повышать на меня голос, понял? Я сделала всё, что от меня зависело, Герман. А ты обвиняешь меня в какой-то глупости. И уж точно тебя обойдёт стороной туча, а вот меня нет. Это я здесь враг. Поэтому закрой свой рот и отвали от меня. Не хрен было дружить с этим козлом, – с ненавистью выплёвываю я.

– Слушай прости… я весь на нервах. Да… да, я думал, что прав, и ты видела, как Эльма передала сумку Дерику, вот и решил, что она именно там. Других подходящих мест у него нет. Ладно… ладно, я подумаю, что делать. Всё хорошо.

Этот слизняк улыбается мне, но я уже ни во что не верю. Мне достаточно того, что я видела его в «альянсе» против Дина. Он предатель. Он отъявленный козёл. Почему все красавчики такие уроды внутри? Чего им не хватает? Ах да, власти. Ненавижу.

Герман довозит меня до замка и глушит мотор.

– И что теперь? – тихо спрашиваю.

– Ничего. Жди, что будет завтра. Попытаюсь оттянуть время твоего отъезда и придумать правдоподобное объяснение тому, что случилось сегодня с электричеством. От меня потребуют отчёт. И не высовывайся, Реджина. Даже не думай говорить кому-то про то, где ты сейчас была. Даже Сабине. Понятно? – Герман поворачивает ко мне голову, а на его лице словно маска. Холодная. Вражеская. Противная.

– Да… да… но я, правда, смотрела везде. Может быть, ещё раз туда съездить? – прикидываясь дурочкой, предлагаю я.

Герман кривится и цокает.

– Конечно, а лучше просто пойти в бальный зал и заявить о том, что скоро планируется покушение на Дина…

– Подожди. На Дина планируется покушение?

Боже, он сдаёт себя. Я была права, и это ужасно.

– Нет… я… это предположение. Я утрирую. Всё, иди. Давай, желаю удачи. – Герман чуть ли не выталкивает меня из машины.

Горько усмехаясь, смотрю, как он уезжает, и понимаю, насколько же здесь всё прогнило. Не зря Дин хотел уехать отсюда. И не так всё идеально, как они пытаются показать. Но меня пугает, что Дин может быть в опасности. Герман сбежал, поняв, что сказал лишнее. И теперь меня точно убьют или же покалечат, чтобы я ничего не сказала ему. Нужно быть крайне осторожной. Крайне.