Глава 7.

Десмонд

Я ожидаю Кэша, припарковавшись на одной из узких улочек в старинном квартале Бэк Бэй. По обе ее стороны располагаются примыкающие друг к другу дома из красного кирпича в григорианском стиле, оживленные зеленью высоких деревьев.

Идеальное место для жилья, кто любит городскую романтику. И чей баланс состоит, как минимум, из девяти цифр: каждый из таких домов стремится превзойти другой по стоимости на рынке недвижимости. И в одном из таких домов живет и работает Альфред Бромфилд.

Сбоку от меня раздается быстрый стук по стеклу. Повернувшись, я обнаруживаю мою давнюю знакомую – Берту Блэквуд. Она учится в Бостонской академии искусств, с детства посещает театральный кружок, а еще отлично играет в покер, умело скрывая истинные эмоции. И сегодня мне пригодятся ее навыки, потому что именно Берте достанется основная работа.

Я выбираюсь из машины и приветствую ее. Боковым зрением замечаю слева от себя какое-то движение и, обернувшись, вижу приближающегося Кэша.

Не обращая на меня внимания, брат оценивающе рассматривает девушку. Судя по тому, что его взгляд задержался дольше обычного – увиденное пришлось ему по вкусу: светлые волосы Берты собраны на затылке, крупные локоны обрамляют лицо с тонкими чертами, а в серых глазах мелькают золотистые штрихи, из-за чего они выглядят необычно.

– Берта, познакомься, это Кэш – мой младший брат, – сообщаю я. – Кэш, это Берта – «твоя девушка» на этот вечер.

– Только на вечер? – нагло спрашивает брат.

– Только на вечер, – сухо повторяю я. – И если ты вздумаешь с этим поспорить, то будешь иметь дело с парнем Берты.

– Для меня это не проблема, – возражает Кэш, и на этот раз Берта выпускает смешок.

– Осторожнее, mon cher, – предупреждает она. – Комната Сая обставлена кубками по боксу.

Дерзкая ухмылка Кэша моментально тускнеет.

В течении нескольких минут я объясняю, что должны сделать Кэш и Берта, и брат, как обычно, не может удержаться от кучи вопросов.

– А почему ты не будешь исполнять роль парня Берты? – любопытствует он.

Честно говоря, мне не хочется, чтобы Крис узнала, что я буду «чьим-то парнем». Пускай даже не по-настоящему. Я очень хорошо помню ее реакцию на то, как бросил ей вызов, флиртуя с девушкой после гонок в «Саффолк-Даунс».

Разумеется, Кэш не должен знать эту причину. Поэтому я называю официальную версию:

– Я знаю, что ты хочешь врезать адвокату. И у тебя будет такая возможность.

– Продолжай дальше неумело врать, – язвительно усмехается Кэш. – Ты боишься, что об этом узнает Жасмин, верно?

Не дожидаясь моего ответа, он подносит обе ладони ко рту, имитируя рупор.

– Объявляется поиск яиц Десмонда! – орет он на всю улицу. – Эй, парни, куда вы пропали? Потерялись между тампонами и помадой Жасмин?

Проходящая мимо нас почтенная дама, подозрительно косится на Кэша. Затем она торопливо переходит на другую сторону улицы, натягивая на себя поводок с померанским шпицом. Я осуждающе качаю головой. Мелкий говнюк становится слишком невыносимым и слишком наблюдательным.

– Ты когда-нибудь заткнешься? – я устало спрашиваю Кэша.

– Задел за живое, да? – он глядит на меня смеющимися глазами.

Оставив его без ответа, я разворачиваюсь и направляюсь вверх по улице. Дальше от своей машины, дальше от придурковатого брата и ближе к дому Бромфилда.

***

– Как дела, Десмонд? – вместо приветствия спрашивает меня адвокат, когда я усаживаюсь в кресло.

Бромфилд занимает место за своим английским массивным столом из красного дерева. Его кабинет напоминает логово охотника: на стенах из бурого песчаника висят старинные ружья, черно-белые фотографии и оленьи рога. Деревянный пол покрывает меховая шкура. Слева от себя я слышу потрескивание. Повернувшись, мой взгляд натыкается на пляшущие языки пламени в камине за витиеватой латунной решеткой.

Однако вся эта умиротворенная атмосфера не может успокоить мои расшатанные нервы.

Кристиана Лазарро – безжалостная охотница за деньгами… Такие, как она, хотят подобраться к вашим счетам… Держись от нее подальше…

Каждое слово адвоката оказалось мерзкой ложью. Я виноват, что посмел так подумать про Крис, но Бромфилду тоже придется ответить.

– Отлично, – говорю я, после чего отказываюсь от предложения что-нибудь выпить.

И тут же жалею об этом. Вдруг, адвокат больше не захочет вернуться к напиткам? Но сейчас еще слишком рано, чтобы отключать его.

– Ты слышал, какую легенду сочинили пиарщики Маркуса? – Бромфилд достаточно давно называет папу по имени. – Они убедили общественность и его бизнес-партнеров, что снимки с тобой оказались подделкой, – ехидно посмеивается он.

Конечно, я знаю об этом. К сожалению, в наше время можно исказить любую правдивую информацию. Например, можно без зазрения совести убедить всю семью в том, что невинная девушка является шлюхой.

– Да, я слышал об этом, – я согласно киваю. – Благодаря их работе удалось избежать падения акций.

Бромфилд рассматривает меня задумчивым взглядом, потирая большим и указательным пальцем гладко выбритый подбородок. На его запястье поблескивает золотые часы от Patek Philippе – подарок моего отца. Папа дарит часы этого бренда только тем сотрудникам или партнерам, которых ценит и уважает.

И сейчас мне хочется сорвать эти часы с гребаной адвокатской руки. Бромфилд их не заслуживает!

– Что с тобой случилось? – спрашивает он, не спуская с меня глаз. – Обычно ты никогда не интересовался падением акций и другими делами компании.

– Когда-то это должно произойти. Гонки не могут принести… такую стабильность, как управление «Аматорио Лимитэд», – я стараюсь побороть отвращение к самому себе из-за собственной лжи.

Я вынужден говорить то, что адвокат хочет от меня услышать. На самом деле я не считаю, что карьера гонщика не перспективна для меня в будущем. Годовой контракт с «Bugatti» принес мне доход равносильный доходу отца за последние пять лет работы его компании.

– Итак, что за документы я должен увидеть? – спрашиваю я, пытаясь изобразить заинтересованность.

– Завтра исполнится восемнадцать лет Кэшу и Грейс. Через полтора месяца тебе будет двадцать один год. Поэтому Маркус больше не видит смысла скрывать от тебя… – адвокат замолкает и достает из папки, лежащей на столе, кипу бумаг, – его распоряжение имуществом и финансовыми активами до вступления в наследство.

– Наследство? – переспрашиваю я и хмурюсь. – Разве право на наследство не возникает после…

По моей спине пробегает холод. Я не решаюсь произнести «после смерти папы». Даже думать об этом не хочу!

– После кончины Маркуса? – невозмутимо уточняет адвокат. – Твой отец имеет полное право передать копии завещания будущим наследникам. Ты можешь ознакомиться с копией, когда сочтешь необходимым.

Чувствую, как вокруг меня становится ледяным воздух. Мне неприятна эта тема, как и неприятен человек, с которым приходится ее обсуждать. Но я все-таки должен быть в курсе того, как хочет распорядится своим состоянием папа.

– Я выделю основные моменты распоряжения твоего отца, – продолжает говорить Бромфилд, скользя взглядом по документам. – Во-первых, ты будешь доверенным лицом «Аматорио Лимитэд», когда тебе исполнится двадцать один год. Во-вторых, после окончания колледжа ты становишься партнером компании.

– А как же Кэш и Грейс?

– Они тоже могут быть партнерами. Однако здесь есть некоторые нюансы, – адвокат поднимается со стула и наливает в стакан воду.

– Какие нюансы?

– Твои младшие брат и сестра могут стать партнерами «Аматорио Лимитэд» только, когда каждый из них свяжет себя узами брака. При этом они должны вступить в брак с теми лицами, чей доход не уступает доходам компании твоего отца. И против которого не возражает доверенное лицо «Аматорио Лимитэд». То есть, ты, Десмонд.

– Что за бред? – уткнувшись в колени локтями, спрашиваю я. – Это только Кэшу и Грейс решать, кто должен стать их супругом или супругой.

– Все это делается для того, чтобы увеличить семейный капитал благодаря браку с супругом из состоятельного круга.

– И что будет, если Кэш или Грейс выберут себе кого-то из другого, менее состоятельного круга?

– Тогда они могут забыть об «Аматорио Лимитэд» раз и навсегда. И такое же условие действует в отношении тебя, Десмонд, – Бромфилд делает крупный глоток. – Твой отец сильно сомневается, что ты когда-нибудь женишься… Но… всякое бывает.

Отказываясь верить в подобную чушь, я беру документы со стола и возвращаюсь в кресло, принявшись читать распоряжение отца.

– Твоя будущая супруга должна быть из такой же респектабельной семьи, как и твоя, Десмонд. Брать в жены кого-то из простой и обычной семьи чревато последствиями. Среди них крайне мало достойных девушек. Зато жадные, меркантильные охотницы за деньгами поджидают на каждом шагу.

Охотницы за деньгами…

От злости я едва не скриплю зубами. Крис никогда не была окружена большими деньгами, но ее выдержке и достоинству может позавидовать любая девчонка из «Дирфилда». Я вижу, как она старается сосредоточиться на учебе и действительно увлечена многими предметами.

– Конечно, это действительно в том случае, если ты хочешь сидеть во главе стола «Аматорио Лимитэд», – говорит Бромфилд, изогнув седую бровь.

Пролистав документы, я пытаюсь избавиться от накатившей волны злости. Твоя будущая супруга должна быть из респектабельной семьи… Какая мне вообще разница? Я не собираюсь жениться и не собираюсь управлять компанией моего отца. Тем более с такими идиотскими условиями!

– Понятно. Как отец додумался до такого? – слишком резко вырывается у меня.

– Я предложил Маркусу добавить в распоряжения подобные условия. Это достаточно частая практика для наследников крупных компаний.

Кто бы сомневался, что эти условия предложит такой сукин сын, как Бромфилд. Поднявшись с кресла, я швыряю на стол адвоката распоряжение отца.

– Не понимаю твоего недовольства, Десмонд, – Бромфилд откидывается на спинку стула и строго на меня смотрит. – После колледжа ты автоматически становишься совладельцем компании. В отличии от своего младшего брата и сестры, которым придется искать супругов из своего круга. Хотя Грейс и Кэш не имели никаких возражений.

Я внимательно гляжу на него. Кэш и Грейс не возражали?

– Они знают об этом распоряжении?

– Распоряжение Маркуса было подготовлено перед твоим возвращением в Бостон. Кэш и Грейс ознакомились с ним, когда я сообщил им информацию касательно новой ученицы в вашей академии. Они бы все равно узнали об этом в день своего восемнадцатилетия. Это всего лишь вопрос времени, Десмонд.

Выходит, Кэш и Грейс узнали об этом раньше меня? И ничего мне не сказали? Неужели их это устраивает?

В любом случае, я не получу от адвоката ответы на эти вопросы. И я здесь по другому поводу.

– Вы правы, здесь не о чем переживать. Мне всего лишь нужно закончить колледж, и компания отца будет моей, – я пожимаю плечами и говорю то, что Бромфилд ждет от меня услышать. – Я немного волнуюсь. Давайте выпьем за мой будущий успех?

Надеюсь, адвокат не заметит моей слишком резкой смены настроения. Выдержав его взгляд, я ощущаю, как напряжена во мне каждая мышца. Ну давай, же. Наконец Бромфилд поднимается из-за стола и тянется к бутылке шотландского виски. Налив его в два бокала, он протягивает мне один из них.

– Больше не вытворяй никаких глупостей, договорились? – откашливается он. – В следующий раз тебе может так не повезти, как с историей со снимками.

– Без глупостей, – уверяю его и подношу стакан к губам. Затем перевожу взгляд за плечо Бромфилда. – Это мушкетон*? Сколько ему?

Бромфилд оборачивается, чтобы посмотреть на старинное ружье, украшавшее стену. На самом деле я не имею ни малейшего представление, как называется эта штуковина. Мне нужно отвлечь внимание адвоката. Приняв любопытный вид, я огибаю стол, попутно вынимая из внутреннего кармана пиджака пакетик с порошком.

– Да, это образец 1861 года, – с некой гордостью отвечает Бромфилд.

– Выходит, из него стреляли во время Гражданской войны***? – я встаю рядом с адвокатом и изображаю, что внимательно рассматриваю ружье.

– Раньше. Он стоял на вооружении артиллерийских подразделений Британской империи, – отчеканивает адвокат, а я в это время незаметно высыпаю в его стакан содержимое пакетика.

Я киваю, делая вид, что мне интересно его слушать, затем подношу свой стакан к губам и делаю глоток. Бромфилд поворачивается и, взяв стакан, следует моему примеру.

– У меня к вам небольшая просьба, – говорю я после того, как адвокат выпивает больше половины.

– И какая же?

– Я знаю, что вы лучший специалист по недвижимости в Бостоне, а моей подруге нужна помощь. Она продает свой дом, но у нее сложная ситуация с родственниками, и ей необходима консультация.

– Что за ситуация? – уточняет адвокат и усаживается обратно за стол.

– Честно говоря, я не знаю подробностей. Давайте вы сами у нее спросите, – я отправляю сообщение Берте. – Она с минуту на минуту появится здесь.

Берта не заставляет себя долго ждать. Спустя несколько минут, в течении которых Бромфилд потирает переносицу носа, ослабляет галстук у основания шеи и часто моргает, словно пытается вернуть зрению четкость, помощница адвоката сообщает, что его дожидается посетитель.

– Пускай войдет, – распоряжается Бромфилд.

В кабинете появляется Берта и уверенной походкой направляется ко столу. На ходу она расстегивает тренч, оголяя длинную шею, и одаряет адвоката коротким кивком головы. Не дожидаясь приглашения, чтобы присесть, она занимает место напротив адвоката.

– Здравствуйте, я Берта Блэквуд. Вы – известный адвокат Альфред Бромфилд, верно? – не дожидаясь ответа, она продолжает. – Семья Блэквудов всегда уважала таких преданных делу людей, как вы.

Я посмеиваюсь про себя над ее медовым голосом, который, видимо, отлично действует на адвоката.

– Чем могу помочь вам, юная леди?

Берта продолжает представление и уверенно говорит о продаже своего дома. Когда она называет стоимость объекта и сообщает проценты, Бромфилд невольно облизывает губы, уже полностью очарованный сделкой. Заплетающимся языком адвокат задает вопросы, и Берта поворачивается в мою сторону. Она дергает подбородком, дав знак, что мне пора уходить.

– Не буду вам мешать, – говорю я, после чего выхожу из кабинета.

Остановившись в холле рядом со столом помощницы адвоката, я набираю сообщение Кэшу, и в этот момент из закрытых дверей кабинета раздается пронзительный женский крик.

– Что случилось? – помощница адвоката подскакивает со своего места и испуганно глядит на меня.

– Что вы стоите? – нетерпеливо возмущаюсь я. – Вы не слышите, как кричат «На помощь»?

Женщина бросается к дверям кабинета, и одновременно с этим в холл залетает Кэш. У меня в горле застревает смешок. Сейчас начнется самое интересное.

– Какого черта? – брат с ноги открывает дверь, и она с глухим стуком ударяется об стену. – Что ты задумал, кусок дерьма?

Он заходит внутрь кабинета, и я иду следом за ним, запуская камеру на телефоне. На видео я снимаю момент, как адвокат без особых успехов пытается подняться со стола, на котором лежит Берта.

– Убери руки от моей девушки!

В несколько шагов Кэш преодолевает расстояние и со всего размаху впечатывает кулак прямо в лицо адвоката. Его помощница вскрикивает, пока Бромфилд, болезненно зашипев, сползает на пол.

– Я хотела отдать ему бумаги, а он повалил меня на стол! – возмущается Берта. – Он пытался меня изнасиловать!

– Это не я… Мне что-то… подмешали в спиртное… – несвязно оправдывается адвокат, собираясь подняться с пола. Ему не удается этого сделать, и он, оставив неудачные попытки, опирается на стол.

– Берта, может быть, вам и поверит. А как отнесется к этому миссис Бромфилд? – язвительно спрашиваю я.

Я показываю ему видео, на котором отчетливо видно то, что произошло в кабинете несколько минут назад. С трудом сфокусировавшись на экране, адвокат просматривает запись. Несколько минут он не произносит ни слова, и Кэш теряет терпение:

– Отправляй видео его жене, чего ты ждешь?

– Не… Не надо, – устало возражает Бромфилд. – Что… Что вы хотите?

Мы с Кэшем обмениваемся взглядом. Что мы хотим от него? Он узнает об этом, когда придет в себя.

Мушкетон*– разновидность исторического огнестрельного оружия.

Гражданская война** – имеется в виду Гражданская война в Америке 1861 – 1865 гг.