Глава 13

Петля вторая

Красное зарево пламени, резкий, завывающий шум и самый прекрасный голос на свете…

— Мое сокровище… – сквозь сон услышала нежный мужской голос, а вслед за ним почувствовала лёгкое касание губ к моей щеке.

Стоп, что-то не так. Открыла глаза и резко поднялась, но никого не увидела. Лишь мятая подушка по соседству доказывала, что мне это не приснилось.

Провела рукой по щеке, взгляд упал на повязку, лежащую возле ног.

— Так-так-так… – нахмурила я брови. — Что же получается? Кто-то проник в мою спальню, улегся рядом, снял повязку, поцеловал и исчез? Кто бы это мог быть? Ох, даже не знаю.

Хмыкнула саркастично, потянулась, но застыла взглядом на собственном запястье: там красовался незнакомый браслет.

Присмотрелась внимательнее. Изящное украшение из чистейшего золота состояло из тонкой цепочки, украшенной несколькими фигурками: золотыми и сверкающими самоцветами. Центральным элементом был великолепный золотой лев с мерцающими белоснежными крыльями, инкрустированными драгоценными камнями. Рядом висели чёрная лапка, оранжевый огонь и красная роза.

Повертев руку, я призвала посох и просканировала браслет. Вскрикнула.

Поднялась с постели и решительно зашагала по комнате. Сердце колотилось стремительно, словно у испуганного зайца, охватив меня вихрем чувств: тревожное беспокойство, острый страх, смутное смущение, радостное предвкушение и трепетную любовь.

— Ева, ты чего кричишь? — вошла в спальню Мари, сонно потирая глаза.

Затем, зевнув, она посмотрела на моё пылающее лицо, на зашуганные глаза, на то, как я поглаживаю украшение на руке. Потянула носом, кивнула чему‑то своему, развернулась, пробормотала что-то неразборчиво — и ушла.

Нормально? У меня тут, можно сказать, эмоциональный переворот, а ей важнее сон?

Плюхнулась обратно на кровать, продолжая разглядывать браслет.

Он был артефактом защиты — очень мощным. Не знаю, будет ли он работать на сто процентов в нынешних обстоятельствах, но меня больше поражало его второе предназначение.

Этот браслет — как помолвочное кольцо в нашем мире.

Его создал собственноручно Зорс, вложив всю свою магию и чувства. Зачитав древний текст «Заключения Брачных Уз» и надев его на мою руку, он активировал защиту и связь избранницы. Когда я зачитаю этот древний текст, мы станем мужем и женой.

А сейчас я — невеста! НЕВЕСТА!!!

Снова зашагала по комнате.

Что мы имеем?

Первое: меня узнали.

Второе: без всяких предложений поставили перед фактом, что я теперь его. Мол, хорошо, дорогая, я поиграю в твою игру — молчанку, скрывалку, убегалку. Не стану в лоб говорить, кто ты, не стану открыто проявлять чувства. Но в таком случае ты автоматически становишься моей невестой.

Справедливо? Да.

Злюсь ли я? Ни в коем случае.

В этом весь Зорс: он соглашается со мной, доверяет, но не забывает и о своих желаниях. Просто находит третий вариант, который устроит нас обоих.

Счастливо заулыбавшись, я запрыгала по кровати, как ребёнок.

— Я согласна! — крикнула куда‑то в потолок, расхохоталась, плюхнулась обратно, прижала подушку, на которой лежал Зорс, и вдохнула аромат. — Я тебя люблю, Зорс!

«И я тебя люблю, моя девочка!» — раздался в мыслях ласковый голос, полный тепла и искренней заботы.

Сердце дрогнуло, горло сдавило, а глаза мгновенно защипало от нахлынувших эмоций. Рука потянулась к уху: да, там находилась серьга для связи.

Теперь я могла с ним общаться, могла многое рассказать, объяснить, почему сбежала. Но не смогла. Сглотнув ком, снова уткнулась в подушку.

«Зорс…» — позвала я мысленно, но мне никто не ответил.

Попробовала ещё несколько раз — тишина.

Возможно, он занят. К примеру, отражает атаку.

По‑видимому, пока я представляла в деталях нашу свадьбу, жизнь, полную любви и радости, и прекрасный исцелённый мир Марийзы — уснула.

Когда пришла Мари, ворчливо бубня и тормоша меня, я не хотела просыпаться. Мне снился потрясающий сон: у нас с Зорсом родилось множество детей, и мы все вместе жили в нашем замке в городе Солнце.

— Да что ты будешь с ней делать, женщина! — крикнула Мари, выхватывая у меня одеяло.

— Как грубо, — притворно оскорбилась я. — Девушка, и никак иначе.

— Хорошо. Девушка! Будьте любезны встать: нас уже ждут. Я одна там торчать не собираюсь и объяснять, кто мы, что мы, зачем и почему — не намерена, — сдула она прядь волос со лба.

Затем эта бессовестная драконица открыла окно — из него подул морозный ветер. Я поежилась.

— Какой же у тебя стал ужасный характер. Где твоя доброта, сочувствие и мягкость? — недовольно встала и начала собираться.

— Остались на Земле, — парировала она, заплетая косу. — Не забудь повязку, — оскалилась она.

Я выхватила злосчастный артефакт из её рук и посеменила к выходу.

— Ты мне ничего не хочешь рассказать? — улыбалась Тихомирова.

— Нет! — и зашагала быстрее.

— Вредина!

Наконец мы подошли к столовой, где во главе стола сидели бывший Властелин и Лилена. Последнюю я не ожидала сегодня увидеть: думала, она задержится в городе.

Беловолосая ара с голубыми перьями сидела сутуло, взгляд её был устремлён в сторону, пустой. Между бровей залегли глубокие морщины, лицо выглядело повзрослевшим.

Когда она повернула голову, безразлично взглянула на нас, снова погружаясь в это странное каменное состояние, я поняла: она практически потеряла цель в жизни. Я встречала таких людей, глубоко потрясенных смертью родных и пребывающих в тяжёлой депрессии.

Каково ей было наблюдать изо дня в день, как её любимый находится на грани смерти? Видеть его мучения и с ужасом ожидать кончины мужа. Молиться всем Богам о помощи, искать способы для исцеления — и не находить.

С годами она смирилась с неизбежным и застыла во времени, будто смерть уже забрала истинного. Все слёзы давно высохли, осталась лишь пустота. Эту пустоту она пыталась заполнить работой, помощью другим и воспитанием сына.

Первые секунды я думала, что обозналась. Затем её внешность и состояние повергли меня в шок.

Эта Лилена? Той юной, нежной, аристократичной, весёлой девушки с цветущим видом, румяными щёчками, любопытным умом и необыкновенно красивыми глазами фиолетово‑чёрного оттенка — больше нет.

Меня так поразила эта перемена, что я не могла двинуться с места, пока Мари не подтолкнула в спину.

В полной тишине мы сели за стол, а я продолжала смотреть на подругу и жалеть бедную феникс.

Когда мы объяснили, откуда мы и зачем пришли, в глазах Лилены не зажёгся интерес. Она пожала плечами и продолжала ковыряться ложкой в тарелке.

Конечно, я не знала, смогу ли помочь Фейну, поэтому немного расслабилась. Не хотелось давать надежду на то, в чём не уверена, тем более теперь, когда я уже не так сильна, как прежде.

Эн Дарк пристально наблюдал за нами, но не задавал лишних вопросов. Возможно, с ним поговорил Зорс — и этого для него достаточно. Хорошо изучила стражей, они бы не молчали и допросили.

После завтрака мы поднялись по лестнице и зашли в тёмную комнату, где сразу почувствовали запах больного.

Лилена прошла вперёд, подкинула дров в камин, открыла шторы, впуская солнечные лучи, и присела на кровать к лежащему мужу.

Я, как и в случае с подругой, застыла от ужаса.

На белых простынях лежал практически скелет, обтянутый кожей.

Память сразу подкинула картинку, как впервые увидела Фейна на Объединённых Играх: красные волосы с оранжевой каймой и перьями, ямочка на подбородке, глаза с двойной окантовкой — красной и оранжевой. Очень красивый парень. Он мягко улыбался и был первым, кто не проявил ко мне враждебности.

А сейчас передо мной лежал полностью лысый мужчина: страшные синяки под глазами, невероятно худое и истощённое тело, восковое лицо, как у мертвеца, гниющая рана и тяжёлое дыхание со свистом. Казалось, его грудь и шею что‑то сжимает — он не может вдохнуть в полную силу.

— Раньше он мог двигаться, разговаривать, — начала спокойно Лилена, поглаживая по голове мужа. — Рана на спине всё не заживала, начались приступы сильнейшей боли, потом удушье. Дальше отнялись ноги, затем руки. Несколько дней назад он смог только моргнуть одним глазом. А в эти дни он больше не приходит в себя.

Её рука медленно сползла вниз, а сама она вновь погрузилась в странное оцепенение.

Не выдержав нахлынувших чувств, я пробормотала:

— Сейчас… я… сейчас…

И просто сбежала.

Мне стыдно за себя — за свою впечатлительность, слабость, эмоциональность. Разве таких, как Фейн, я не видела прежде? Правду говорят: когда пациент — близкий человек, лучше отдать его другому врачу. Сам резко теряешь хладнокровие и уверенность, а это крайне важно в хирургии, тем более при проведении операции.

Зашла в книгохранилище, забилась в самый дальний угол и думала о своей никчёмности.

«Я слаба! Фейн с первого взгляда обречён. Таких в больницах отправляют домой умирать или отключают от аппарата. Возможно, его поддерживают моими зельями, но раз он перестал приходить в себя, а до этого мог лишь моргнуть одним глазом, значит, идёт атрофия мышц или полная парализация. Он может вскоре просто не суметь сделать вдох. А этот заострённый нос…»

Зажмурила глаза и вцепилась руками в волосы.

— Я слаба…

«Ты слаба… Ты не сможешь помочь Фейну…»

— Не смогу помочь…

Неожиданно браслет замерцал, и из него полилась золотистая энергия. Она принесла успокоение, чувство поддержки, любви, уверенности в себе и своих силах. Пружина в груди, что так душила, начала распрямляться — и я выдохнула.

С нежностью погладила браслет, поцеловала льва, благодаря за помощь.

— «Спасибо, мой любимый!», — поблагодарила мысленно Зорса по связи.

— «Я всегда рядом, родная! Прошу, береги своё доброе, и такое чуткое сердце. Закрой свои чувства, не позволяй проникать в тебя боли и отчаяния других — иначе можешь сломаться. Мир Марийзы изменился: нужно быть немного ледышкой, чтобы помочь другим. Хотя порой хочется разрыдаться вместе с ними. Да, даже мне! Но нельзя.

Однако, моё сокровище, не нужно быть постоянно сильной. Позови меня, откройся только мне — и мы вместе переживём эти моменты».

Я шмыгнула носом.

— «Ты прав… Просто…» – вздохнула.

— «Не вини себя в том, что не можешь помочь Фейну. Никто не обвинит тебя, любимая, даже в мыслях не будет. Но чтобы тебе было легче, сделай всё возможное. А дальше — не жалей и не обвиняй себя. И самое главное, Ника, не сомневайся в себе и в своей силе».

Откуда он знает, что меня тревожит?! Но наше общение приносит мне спокойствие. Кажется, что все проблемы можно решить.

Зорс абсолютно прав: я должна попробовать сделать всё, что в моих силах. А дальше будем полагаться на Высших и судьбу.

— Да! — встала я, вытерла слёзы. — Я так и сделаю!

— «Узнаю свою Нику — ту, в которую я влюбился ещё молодым парнишкой».

Я покраснела, смущённо улыбнулась.

— «Говоришь так, будто уже древний старик», – хохотнула я.

— «По сравнению с тобой я старик», – хмыкнул он, и, кажется, тоже улыбался.

— «Как у тебя дела?»

— «Нашли несколько шпионов, уничтожили заражённые растения, нашли и деактивировали чёрные кристаллы. Провизию вот переносили в Марус».

Наше общение приносило мне радость. Конечно, мне хочется встретиться с ним уже после того, что произошло, поговорить. Но мне страшно: нас могут увидеть, раскрыть меня, подставить Зорса.

Нет, рисковать нельзя… Если только в комнате… Нет! Или… Тяжко…

Я потихоньку побрела обратно в комнату. Закончила разговор с Зорсом и вошла.

Лилена всё так же сидела на кровати, а Мари суетилась перед больным. Страж восседал в кресле, словно на троне, и тоже размышлял о своём.

Посмотрела на Мари — она покачала головой и отвернулась. Да, драконица подтвердила то, к чему пришла и я: шансов нет.

— Ему бы МРТ сделать, анализы взять или хотя бы антибиотики какие‑нибудь начать давать. Посмотри, какая рана на груди! Представляю, что там со спиной… Но, мне кажется, главные проблемы идут изнутри — симптомы рака, — шептала тихо Мари. — Но в этом мире ничего такого нет, чтобы подтвердить диагноз и лечить. Можно попытаться сделать операцию на ране, очистить тело от некротических тканей, но вряд ли он выдержит.

Постояв ещё немного, я наконец собралась с духом. Мысленно выстроила кирпичи вокруг своих чувств и эмоций — своего рода ментальный барьер. И словно сил прибавилось. Правду говорят: психосоматика — страшная вещь.

Призвала посох. Страж дёрнулся, а Лилена нахмурила брови. Ну хоть какая‑то эмоция с её стороны — уже хорошо.

— Говоришь, МРТ? У меня есть получше.

Приложила посох к груди Фейна, до конца не уверенная в своей силе. Но если что — попрошу помощи у стража. Зачитала заклинание сканирования тела.

Этим заклинанием почти никто не пользовался: целители могли сразу понять, в чём проблема, и вылечить больного. Но однажды маленький мальчик проглотил жемчужину. Маг решил посмотреть, что происходит внутри тела, как жемчужина воздействует на ребёнка, — и разработал это заклинание. Про эту историю, возможно, никто и не знает. Я прочитала её в библиотеке Академии Объединений.

— Ничего себе! — ахнула Мари, разглядывая несколько экранов, зависающих в воздухе.

На одном были видны энергетические потоки, на другом — скелет, на третьем — органы, на четвёртом — кровеносная система.

— Действительно, в сто раз лучше! Но ты посмотри, что это за гадость у него внутри?

А внутри Фейна находилось нечто чёрное, шевелящееся. Оно облепляло, словно вьюн, весь скелет, особенно спину, а прорастало из раны внутрь.

Объединив экраны, я заметила: это нечто питается магическими потоками феникса и вытягивает его жизненную силу, а также питается кровью.

На экране с органами было видно, что идёт постоянная борьба около сердца, лёгких и мозга — между магией и щупальцами, которые так и норовят захватить их и уничтожить.

Помимо всего прочего, данная гадость выделяет яд — это видно на кровеносной системе в приближении.

— Это проклятие демона — «Нио Эрахэис», — тихо сказал эн Дарк. — Я такое уже видел. Поразительно, что Фейн столько лет с ним борется. В моём прошлом оно убивало за считанные секунды, некоторых — за день, максимум за месяц. Теперь понятно, почему ему становилось лучше, когда рядом находился кто‑то из стражей: тварь слабела. Также Верховные ведьмы применяли свои силы против проклятия — это тоже тормозило его.

— И как же вы лечили от этого? — указала Мари на экран.

— Никак, — развёл руками страж и с горечью посмотрел на ару, которая внимательно слушала, а затем вновь ссутулилась и продолжила гладить любимого по голове. — Если оно попадало на руку, быстро отрезали её, пока не разрослось по телу, и жгли. Или, если рядом был страж, уничтожали магией — и это в первые секунды. А здесь… — он посмотрел на грудь феникса, где виднелась огромная гниющая рана рядом с сердцем. — В других случаях заражённым помогали с десяток целителей — причём сильных, именно эльфийской расы, некроманты и маги огня. Это целый трудоёмкий процесс, и выживаемость низкая.

Я кивала, соглашаясь со стражем. Я тоже читала об этом проклятии и хаотично размышляла, как помочь Фейну.

Эта гадость боится сущности феникса. Именно запечатанная ипостась не даёт проклятию захватить важные органы.

Огонь… огонь… огонь…

— Эн Дарк, а вы умеете открывать порталы?

— Да. Правда, в силу сегодняшних дел — только один раз в день, ну, может, два.

— Не откроете мне к Источнику Валоксу?

Его чёрные брови поползли вверх.

— И что вы там хотите делать?

— Закалять сталь.

— Валокс спит и полностью лишился силы, — тихо сказала Лилена. — Он выплеснул всю свою мощь на расу фениксов и уничтожил их, превратив в каменные статуи. — Она подняла потускневшие глаза. — Никого не осталось, даже домика. Феос стёрт с мира Марийзы.

Я сглотнула, зажмурилась, продышала — и всё же стояла на своём.

— И все же, я вынуждена вас попросить открыть портал как можно ближе к Источнику.

Страж явно хотел спорить, но неожиданно, прижал руку к уху, где виднелась серьга, кивнул.

— Хорошо! Хотя понятия не имею, что вы там будете делать. И предупреждаю, там, за куполом, опасно, и вернуть вас смогу только на следующий день.

— Нам подходит, – кивнула, уже мысленно собирая сумку с провизией.

— Ева, ты что задумала?

— Очень грандиозную вещь, – улыбнулась, погладила Фейна по руке, прошептав: —Держись! — и вышла из комнаты.

Мари последовала за мной.

— Не знаю, что ты решила сделать, но нашему пациенту не помочь. Но зато Источник разбудим, ты ведь этого хочешь? — Я кивнула. — А ты готова к тому, что последует после?

Да, если Источник пробудить, враг начнёт подозревать, что я вернулась, и станет искать — особенно рядом с Зорсом. Да, правы Наблюдатели: любимый в любом случае в опасности, и никак не избежать этого. Но если я буду далеко, может, враг не станет его трогать?

И сама же в это не поверила. На Зорса будет охота — все знают, что он меня ждёт. И лично для меня оставаться с Правителем опасно, точнее, затруднительно будет выполнять свою миссию.

Может, именно поэтому Зорс так легко меня отпустил? Потому что понимал: пока нам следует быть осторожными? Думает, как всегда, обо мне и о моей безопасности.

Как же мне позаботиться о нём? Ведь он может нарочно «драконить» врага, маячить перед глазами — только чтобы увести от меня взор. Кто бы ему помог? И этот помощник должен быть сильным и обладать практически таким же могуществом, как и Зорс.

Хм… Есть один такой. Только его ещё надо пробудить.

Я зашла в книгохранилище, взяла чистые листы и набросала план для стража и Лилены — что им требуется подготовить к нашему возвращению.

Мари заглянула в мои записи.

— Ты хочешь устроить операционную? Здесь?

— А чего ты так удивляешься? Во времена войн МРТ и прочей технической радости не существовало.

— Но и умирало на операционном столе много. А у нас ни лекарств, ни ваты, ни бинтов, ни элементарного спирта с зелёнкой.

— Зато у нас есть зелья, заклятия, артефакты.

— Которые плохо работают, — сложила она руки.

— Будем надеяться, что сбоить не будут. И что зелий того уровня, которые у нас есть, будет достаточно. Я прекрасно понимаю твои опасения и нежелание рисковать его жизнью, но надо хотя бы попытаться, Мари. Да, правильно я говорю: надо хотя бы попытаться — и верить в себя.

Она тяжко вздохнула и обняла меня, погладив по спине.

— Ладно, подруга. Будем пытаться. Я с тобой!

— Спасибо!

Подготовка заняла около пяти часов. Требовалось немного натаскать Мари в заклятиях по самообороне и применении щита. Что удивительно, училась она быстро. Сначала она страшилась своей силы, неуверенно призывала магию, слабо ударяла, но, когда на тренировочную площадку пришёл бывший Властелин, дело пошло быстрее. Эн Дарк — прирождённый наставник.

— Вы, случаем, не преподавали в Академии Стражей?

— Было дело, — кивнул страж.

— А где же ваша жена? — полюбопытствовала я.

— Дожидается в мире старейшин, или, как говорят сейчас, в Высшем мире, — не глядя на меня, спокойно ответил эн, параллельно комментируя выпады Мари.

— Что же это за мир такой? Я о нём лишь строчку прочитала, и больше никакой информации не встречала, — лукавила, конечно. Хотя информации и правда мало.

Страж хмыкнул.

— Мы тщательно оберегаем свои тайны.

— Это какой‑то другой мир от Марийзы? — подступилась я к нему, надеясь выудить хоть крупицу нового.

— Нет.

— Мир внутри мира?

— Что‑то в этом роде.

— Варк весь в вас — такой же упрямый, — сложила я руки на груди.

Бывший Властелин приподнял бровь. Мужчина помолчал какое‑то время, а затем неожиданно сказал:

— Мы — долгожители. Потому обязаны молодым стражам уступать места, а сами уходить со своими половинками в Высокие миры. Однако, если нашим потомкам будет угрожать опасность, мы все выйдем и станем сражаться.

— Почему не вышли, когда на мир Марийзы напал враг? Когда открывались Врата в Низкие миры и выходили демоны?

— Это не та опасность. Врата по‑настоящему ещё не открывались. Всё это — детский лепет по сравнению с тем, что может произойти.

— А оно может?

— С большой долей вероятности. Я уже второй раз восстанавливаю защиту, но она не держится, и в третий раз не активируется. Моё оружие будет у меня в руках, а значит, мы станем сражаться. Но меня не это страшит… Я боюсь за наших маленьких детей и половинок — это наша слабость. А если исчезнет защита, они будут мишенью для врага. И где их спрятать? — Он посмотрел мне в глаза.

— В Академии Объединений? — внезапно пришло мне в голову.

— Идея хорошая, конечно. Да только, во‑первых, Академия исчезла, а сам городок полностью разрушен. Во‑вторых, без ректора зайти в неё, и уж тем более активировать защиту, не получится. А Горес, как вы знаете, погиб.

— Он не погиб, а его засосало в реку Дорирейс, — поморщилась я.

— Насколько мне известно, его убила эльфийка, и только после этого он попал в Священную реку.

— Горес ещё жив, — прошептала я. — Надо будет поискать Академию. Ведь спасение нужно и людям. Скоро Источник Плодородия снимет защиту, и им тоже потребуется пристанище.

— Ищите, — пожал плечами бывший Властелин. — Вы и ваша подруга‑драконица — странные. Вроде знаете многое, но это никак не сочетается с вашей версией появления на землях людей, и уж тем более у нас. Ева, вы не хотите мне рассказать, как прошли семейную защиту? Ей задавали конкретную цель, и пропускать чужаков она бы не стала, а разрешения вам никто не давал. Что молчите?

— Не понимаю, о чём вы.

— Знаете, я терпелив и очень уважаю Правителя Зорса, но всему есть предел. Вы подозрительны.

Я улыбнулась, схватила Мари и зашагала прочь от этого неугомонного дознавателя. Он не прекратит своих попыток, так что надо побыстрее выполнить всё, что я задумала, и убираться отсюда.

Собрав провизию, тёплые одеяла и надев зимние плащи, выданные всё тем же строгим эн Дарком, мы прошли в открывшийся портал. А там…