Глава 18.2

По окончании песни я смахнула слёзы — пришло понимание его таких страшных, безумных строк, ведь я сама не смогу жить без него. Он мой мир, моя вселенная, моя душа, мой будущий муж, мой истинный. Зорс хотел показать, насколько я ему дорога и что с ним случится, если меня не станет, — а ведь такое вполне может произойти. Мне никто не обещал долгую жизнь после выполнения миссии.

Немного стало некомфортно от осознания, что безумное обещание любимого может исполниться. Я не должна этого допустить. Не должна вкладывать врагу мощный инструмент в облике древней силы, вышедшей из‑под контроля. Если такое произойдёт, Зорса сможет остановить только сила Альфы‑Объединителя — Волдера. А его надо ещё пробудить. Друг станет либо сильным соратником, либо уничтожителем сумасшедшего защитника.

Нет, не буду думать — не сейчас, когда зелёные глаза передают всю боль, что он перетерпел, пока меня не было, ту любовь и страсть, что пронёс сквозь полвека, ту жажду защищать сейчас и невероятный страх вновь остаться без меня.

Эту песню я буду вспоминать ещё очень долго, рассказывая своим детям, внукам и правнукам. Её будут исполнять по всему миру Марийзы у разных рас; правда, мотив немного станет отличаться, но строки не изменятся.

— «Я тебя вижу… Видел… Артефакт исчезал. Не волнуйся. Здесь темно, лишь небольшая подсветка от костров. Думаю, люди и наши друзья не заметили, а другие не знают или не помнят, как ты выглядела», — услышала я послание Зорса через артефакт.

— «Едва не засветились!» — нервно покусываю губу, вновь присмотревшись к попутчикам.

Вроде никто не смотрит в мою сторону, вдохновенно комментируя песню Зорса. Разве что Рысс поглядывает с доброй улыбочкой, попивая из большой кружки. Шани недовольно что‑то бубнит соседу подле костра, с остервенением ломая мелкие веточки, подпаливая их и небрежно швыряя в кучу углей. Надеюсь, это она не меня представляет, как будет убивать, ломать, сжигать?!

— «Спасибо тебе, Зорс, за такую песню, за слова, за признание…» — смутилась я. — «Мне никогда никто не говорил такого, даже в мечтах. Ты тоже мне очень дорог, родной, и я не буду жить без тебя», — на этих словах он дёрнулся, нахмурился. — «Да, любимый, помни об этом: моя миссия закончится сразу, если с тобой что‑то случится, поэтому береги себя».

— «Не надо такое говорить, девочка моя… Я…»

— «Если я тебе так дорога, что ты готов спалить весь мир, значит, ты должен понимать и мои чувства. Да, я невероятно эгоистична, не обладаю намерением спасти всех, пожертвовав своим счастьем. Уже нет. Хотя и тогда это было всё из гордости и тщеславия».

— «Неправда!»

Я усмехнулась.

— «Правда. Я не богиня света, не чистый ангел. Во мне множество пороков, из‑за меня погибают живые существа. Погибали, когда я была на пике своей силы, и погибнут сейчас, когда моё тело слабо. Я точно знаю, что могу подвергнуться искушению к безумству, подобно тебе, пусть и не в таких масштабах. Наверное, я сломалась, а может, это просто мои негативные качества. Зорс, как видишь, я стала другой — не той, что ты меня помнишь. Ты уверен, что любишь именно меня сейчас, такую: трусливую, немощную, эгоистичную, которая больше не рискнёт своей жизнью ради других — кроме, разве что, тебя и Мари?»

— «Ника, любимая, я знаю, какая ты была и какая сейчас. Ты забыла: мы много общались во снах, ты рассказывала о себе, как я утешал тебя из‑за чувства вины, как мы грустили и радовались… Ты несправедлива к себе, моя Ника. А даже если ты пройдёшь мимо и не поможешь нуждающемуся, поверь, девочка моя, мне абсолютно всё равно. Я не осужу тебя, не обозлюсь, потому что я такой же эгоист и тщеславный. Для меня важна только ты, наше счастье, твоя жизнь».

— «Вот уж не поверю, что Правитель Маруса и Солнца не поможет нуждающимся. Этим ты как раз занимался все эти пятьдесят лет. Не зря народ тебя так любит и уважает».

— «Я просто выполнял обещание, данное своей девочке и хотел как можно больше очистить этот мир от предателей, от врагов, хотя и не добрался до самых сильных», — недовольно нахмурился Зорс.

— «Ну да, ну да…»

Мы бы ещё долго препирались, кто из нас плохой, а кто хороший, но Мари зевнула и потащила в шатёр.

— Хватит песенки распевать, подруга, пора отдыхать. Неизвестно, что будет ночью, — пока есть время, пользуемся.

— Ишь раскомандовалась, — улыбнулась я, полностью с ней соглашаясь.

Примечательно, что Зорс тоже последовал за нами и расположился на одноместной кроватке по соседству со мной. С другой стороны легла красноволоска и через две минуты засопела.

Я решила повернуться спиной к любимому, чтобы хоть немного держать конспирацию, — а то этот беловолосый маг явно забыл об этом. Следом зашёл Рысс, под его рукой пролезла Шани и уже хотела лечь рядом с Зорсом, но орк кинул свою огромную секиру сразу на две кровати, обломав ее планы.

— Извини, красавица, но я большой, маленькая кроватка не по мне, — она уже хотела злобно воспротивиться, но Зорс её осадил.

— Шани, со мной будет Рысс, и хватит вести себя навязчиво — об этом я уже не раз говорил.

— Но, Зорс… — блеснули слёзы магички.

— Иди, красавица, мы будем отдыхать, — издевательски улыбнулся Зелёная Гора.

Она ударила кулаком могучее плечо орка, которому всё было нипочём, и ушла обиженная в дальний противоположный угол шатра. Рысс покачал головой, плюхнулся на сдвинутые кровати — да так, что они явно хрустнули, но не сломались.

— Глупая девчонка… А помнишь, какой она совсем маленькой была? Такая беззащитная, вся в родительской крови, и вцепилась же в тебя, как та липка. Мне казалось, что она считает тебя сродни старшему брату, а оказывается, её чувство переросло в нечто иное. Давно ли?

— Думаю, она путает настоящую любовь с привязанностью к выдуманному ею герою, который должен жениться на маленькой принцессе после спасения, — полушёпотом отвечал Зорс.

— Хах, сказки Ники вспомнил? Хм, слушай, до меня дошли слухи, что Страж Правосудия и Равновесия вернулась, — в ответ ему — молчок, но орк не остановился, а Зорс незаметно поставил защиту тишины. — Говорят, что шпионов подле купола прибавилось, собственно, как и демонов, которые проникли внутрь наших земель. Они выискивают девушек, похожих на Нику, или странных, с неизвестной историей появления на наших территориях, — спиной почувствовала острый взгляд в нашу сторону. — А ты всех врагов выискиваешь, уничтожаешь, вынюхиваешь, носишься как проклятый… Говорят также, что помогал неким особам выйти из купола по направлению к эльфийским землям — и не только к ушастым, но и переносил через портал к Аберзу. К обеим землям, по моим данным, сбегается небольшая армия тёмных, но ты здесь, а не там… Плётешься тихо до Маруса по уже очищенному пути. И не надо из меня делать тупоголового, Бешеный. Ты явно приложил свои клинки здесь.

Теперь понятно, почему наша «зачистка» такая спокойная: любимый хотел обезопасить меня, но явно вызвал подозрение у других, сообразительных, подобно Рыссу.

— Да, ты прав, — не стал отпираться Зорс. — Но лишь для того, чтобы Сотня привыкла к здешней ауре, а дальше…

— А что дальше? Разве ты не применил свой древний артефакт, отпугивающий всю нежить до самого Маруса? Друг, если ты хотел кого‑то здесь сберечь, то явно навёл на подозрения, что этот некто, кого разыскивают тёмные, находится сейчас с тобой.

Зорс резко поднялся, прижимая руку к уху.

— Мне пора, буду позже. Следи… тут… — замялся Правитель, скосив глаза в мою сторону, ведь я обернулась, когда он так резко подскочил.

— Иди уж, защитничек паршивый, без тебя знаю.

Рысс замолчал и после ухода моего любимого так ничего и не спросил.