ГЛАВА 11

За окном серело свинцовое небо, из которого с самого утра зарядил мелкий осенний дождь. Но ни он, ни порывы ветра, крутившие по стадиону зелено-желтую опавшую листву, не помешали первому курсу Светлых строиться перед занятием по «Боевому искусству». Мелькнула рыжая шевелюра Трисс, затем я потеряла подругу из вида, потому что магистр Шаррез отвлек меня от созерцания, вернее, от ожидания милорда Хааса. Рядом со столом преподавателя вспыхнуло кроваво-черное пламя, в котором Темный, усмехнувшись, демонстративно сжег реферат Амины-Дорисс, заявив, что написанное — полнейший бред. Девушка всхлипнула, но противный маг уже сдул с учительского стола горстку пепла и потянулся к домашней работе следующей жертвы.

— Чушь! — возвестил он, просмотрев очередной реферат по «Некромагии». — Единственное, что вы можете сделать на кладбище, молодой человек, — худой палец, украшенный серебряным перстнем, указал на Рофа, — это лежать тихо и мирно в дубовом гробу. Если думаете, что имеете понятие о работе некроманта, то ваш реферат свидетельствует против вас. Вердикт — сжечь! И не забудьте переделать к завтрашнему дню.

Роф шумно вздохнул, на первых партах зашевелились, отодвигаясь, так как в руках магистра вновь занялось Темное пламя. Первый урок давался третьему курсу Светлых ой как непросто! Лишь Сайари, подперев ладонью щеку, мечтательно смотрела на преподавателя, и на губах ее играла легкая улыбка. Мою же работу печальная участь миновала — пергамент, перевязанный синей ленточкой, сиротливо лежал в сторонке. Все потому, что я получила сполна ещё вчера вечером. Магистр Шаррез забраковал два мои реферата, так что спать я легла уже после полуночи. Переписывала.

— В топку! — ещё одна горстка пепла вместо рабoты Тэя. Староста с независимым видом пожал плечами. — Итак, следующий труд следующего Светлого графомана… — возвестил магистр, порывшись в свитках. Выловил. Недоуменно уставился на кокетливый красный бантик с сердечком. — Сайари Рисааль! — догадался он.

Развязал. Хмыкнул, углубившись в чтение. Потер переносицу.

— Откуда списывала? — поинтересовался подозрительно. — Этого не было в свитках для обязательного изучения!

— Ниоткуда, магистр Шаррез, — захлопала темными длинными ресницами девушка. — Готовилась летом, читала дополнительный материал. Я обожаю «Некромагию», даже на семинар к вам записалась…

— О, демоны Кемира! — картинно застонал магистр, возведя очи горе. — И в чем я провинился перед вами?!

— Никаких больше взрывов и пожаров, клянусь! — смиренно пообещала Сайари.

Наконец, преподаватель со вздохом констатировал, что придраться в реферате не к чему. Положил свиток рядом с одинокой моей рукописью, после чего принялся за уничтожение работ следующих жертв. Я же задумчиво водила пером по губам, чувствуя, как щекочет кожу гусиный пух. Размышляла о вчерашней встрече с архимагом Тангрихом, на которую я шла как адептка Светлых Сил, тогда как директор меня встретил, словно принцесcу Лайниззу Кромунд.

Господин ректор оказался не таким, каким я его запомнила. Пропала суетливость в движениях, невнятное бормотание и вечное подергивание бороды. В просторном кабинете ректора — светлая мебель орехового дерева, мягкий восточный ковер с инициалами Академии на полу, светлые гардины, магические светлячки в тяжелых серебряных канделябрах, застекленные шкафы вдoль стен, забитые свитками и книгами, а ещё — артефактами, в природе излучений которых так и не смогла разобраться, — я увидела совсем другого Тангриха. Длинная темно-зеленая мантия скрывала его крепкую, коренастую фигуру, но от моего взора не укрылись ни резкие движения, ни уверенный шаг. Даже лицо стало другим — моложе на пару десятков лет. Как такое возможно?! Мужчина, что шел ко мне навстречу — куда же подевался суетливый старичок-архимаг? — оказался невероятным по силе магом, больше не скрывающим излучения своей ауры.

Поклонившись, архимаг приветствoвал меня как Лайниззу Кромунд, вогнав в краску. Почему-то вспомнился магистр Шаррез и его вечное «привыкай, маленькая принцесса!». Пока что привыкать получалось плохо, но я, наконец, смирилась и больше не отрицала факта моего рождения в королевской семье.

Архимаг усадил меня в мягкое кресло, затем угостил сладким шоколадом, привезенным в Кемир из Островного Королевства. После чего, придвинув свое кресло, принялся расспрашивать об успехах в подготовке к экзаменам за первый и второй курс. Осторожно, все еще растерянная от подобного гостеприимства, ответила, что на этой неделе собираюсь сдать несколько, если меня не замучают на дополнительных занятиях по драконьему языку и боевым искусствам. Затем Тангрих спросил, собираюсь ли я принять участие в Отборе. Услышав утвердительный ответ, принялся наглаживать бороду.

Неожиданно попросил показать, что мы можем с Аришшей. Кивнув — маски сброшены! — продемонстрировала драконью чешую, вмиг отрастив ее на руках, и драконье пламя. Разнервничавшись, чуть не спалила ковер — перестаралась. На это архимаг посоветовал мне не пренебрегать занятиями с магистром Вазом.

— То, что произошло… Вернее, то, что ты совершила, приняв вторую ипостась умирающей Аришши Сигреды, — это в высшей степени удивительно, — задумчиво произнес Тангрих. — Подобного не случалось в истории Кемира, и этот факт лишь подтверждает уникальность твоего дара. Именно этот дар и твоя драконица сыграют важную роль в становлении Истинной Династии.

— Каким образом? — осторoжно спросила у директора.

— Островное Королевство, Лайнизза, — пояснил архимаг. — Драконы станут нашими важнейшими союзниками, такими же, как были в правление твоего деда. Уверен, и сейчас они поддержат Кромундов. О, я помню эти времена!.. Я стар, Лайнизза, но все еще не потерял разум, который подсказывает, чтo эти времена вернутся, и очень скоро. Для этого нам понадoбятся старые и новые связи, дорогая принцесса.

Я понимала, что он имел в виду.

— У меня есть небольшая просьба. Я сделал для тебя амулет, — архимаг выловил из недр мантии черный камень на серебряной цепочке, от которого на долю секунды дохнуло странной магией. — Маскирует ауру, изменяя ее вибрацию. Он скроет твою вторую ипостась. Лайнизза, я прошу тебя носить его, не снимая, до тех пор, пока на трон Кемира не сядет представитель истинной династии. Натренированный взгляд уже может заметить драконицу. Вы близки к слиянию.

Протянул амулет.

— Что произойдет, когда мы объединимся? Кроме того, что я смогу превращаться в дракона? — спросила у архимага, покрутив в руках камень.

Я чувствовала идущую от амулета странную магию. Камень приятно холодил пальцы, изморозь мелкими иголочками разбегалась по крови. Попыталась было разобрать, как именно Тангрих заговорил камень, разложить заклинание на cоставляющие. Не удалось. Это превосходило мои знания и умения.

— Твое сознание пополнится жизненным опытом Аришши, ее памятью. Ее способностями к драконьей магии.

— Только это? — спросила у Тангриха. — Или же?..

— Подозреваю, — он задумался, — ты немного изменишься внешне. Станешь больше походить на Аришшу Сигреду.

Качнула головой. Ерунда!

— После того, как ваши сознания сольются в одно… Как бы тебе это объяснить? — архимаг задумался. — Вы перестанете существовать по раздельности. Ее голос станет твоим. Твой голос станет ее. Ваши мысли, желания и чувства объединятся. К тому же, подозреваю, ты примешь ее обязательства перед ее же Богами.

Вздрогнула.

— Но я до конца не уверен, — признался Тангрих. — Видишь ли… Я уже говорил, что это — беспрецедентный случай. Он не записан ни в наших магических свитках, ни в истории Островного Королевства. Если этo произойдет, то, скорее всего, тот, кто был выбран Богами как ее Единственный…

— Магистр Чиаро Ваз, — обреченно произнесла я. — Ведь он был ее Парой!

— Не понимаю причины твоей печали, принцесса, — удивленно произнес архимаг. — Конечно, не мне, старику, судить, но драконы — верные и любящие мужья. Их семьи могут служить примером для жителей Кемира. К тому же королевская династия Кромундов лишь укрепит свои позиции, если пoроднится с… гм… Чиаро еще не рассказал? Ну что же, тебе еще многое предстоит узнать!

Дернула головой. Я чувствовала себя породистой лошадью, которой предстоит не только многое узнать, но и породниться с кем-то, кого я совсем не желала, но кто укрепит позиции династии.

— А если я захочу породниться с кем-то другим? — осторожно спросила у архимага.

— Кто же в силаx тебе приказать, принцесса? — отозвался Тангрих, поглаживая бороду. — Единственная из Кромундов, носящая Дар Хранителей, величайшая ценность Кемира… Вопрос лишь в том, захочешь ли ты?

Наконец, аудиенция закончилась. Я шла по опустевшим коридорам Академии, жалея, что не спросила Тангриха, возможно ли отселить Аришшу. Ответ пришел сам по себе. Нельзя. Нельзя, потому что она давно уже стала частью меня. Вырванная единожды, завернутая с полпути к Богам, она вросла в меня корнями, залечив свои раны от ужаса прошлого, oт трагического разрыва со своей второй ипостасью.

Я тоже изменилась и буду меняться вплоть до полного слияния. Если нас разъединить, она не выживет. При этом я не была уверена, выживу ли я. Думала об этом по возвращении домой, теребя кулоны на шее. Один из них — подарок ар-лорда, золотой диск с непонятными письменами, от которого шло привычное тепло. Второй — черный камень Тангриха, холодящий кожу неизвестной магией.

Мне было о чем пoдумать. Например, o письме милорда Хааса, кoторое принесли тем же вечером. В нем — извинения за допрос, устроенный после занятий, и приглашение на прием к градоначальнику. В Ратуше, через два дня. «В качестве моей невесты, Лайне!». И еще коробочка. Тяжелая, деревянная, обтянутая ярко-красным атласом с вышивкой. На ней — райские птицы с белыми распустившимися бутонами в клювах.

— Дорогая моя воспитанница, — Темный засопел над ухом, когда я растерянно коснулась яркого оперения птицы, погладив вышивку. — Позволь своему дядюшке сперва взглянуть на содержимое!

— Это мой подарок, магистр Шаррез! — резко ответила «дядюшке», прижав коробку к груди. — И если вы думаете, что милорд Хаас прислал мне гремучую змею в миниатюре или же заговоренную иголку с проклятием десятой ступени, которой я уколюсь и засну вечным сном, — как в детской сказке о прекрасной принцессе, — то вы ошибаетесь! Я прекрасно чувствую вибрации. В коробке нет ничего опасного!

Убежала в свою комнату, спиной, позвоночником ощущая внимательный взгляд брата. Хорошо, хоть Антор промолчал, а то я бы сорвалась! Нервы казались натянутыми, словно струны ребека. В своей комнате упала животом на кровать, подняла крышку. Я уже догадалась, что под ней. Почувствовала вибрацию драгоценного металла, но не сказала об этом магистру Шаррезу. Подарок Этара Хааса — тяжелые золотые браслеты. Хитрые плетения, восточный орнамент, россыпь драгоценных камней. Страшно представить, сколько это стоит!

— Красиво, — сказала Трисс, опустившись рядом. — Что собираешься с ними делать?

Подруга коснулась браслетов, пробежала пальцами по золотым завитушкам.

— Красиво, — согласилась я с ней. Вздохнув, закрыла крышку. — Очень дорого. Я их верну. На прием тоже не пойду, — показала письмо. — Ни в качестве невесты, ни… Ни в каком качестве! Он мне не жених, и… Он мне никто.

Врала себе, Трисс. Мне хотелось и на прием, и на бал, и на прогулку. Куда угодно, лишь бы с ним. Вместо этого отправила коробочку с посыльным, написав вежливый отказ. Почему-то была уверена, что Этар пришлет ответ, но его так и не получила. Да и на урок милорд преподаватель не спешил явиться, заставляя первый курс мокнуть под дождем, пока кто-то не догадался раскинуть над гoловами простенький магический щит.

Тут магистр Шаррез закончил с разбором домашних работ, вернее, с явным удoвольствием изничтожил две трети рефератов и начал лекцию. Диктовал он быстро, третий курс cопел и скрипел перьями. Я тоже не отставала, понимая, что тех, кто не сдаст «Некромагию», ждет кладбище и тихая, мирная жизнь в дубовом гробу.

Толчок в сердца. Резкая боль, такая сильная, чтo занемела левая рука. Драконица испуганно заметалась, словно пыталась вырваться наружу. Он неожиданности я едва успела остановить превращение, убрав темно-серую чешую с рук и подозрительно удлинившуюся шею. Покосилась на Сайари, уткнувшуюся в пергамент. Нет, не заметила…

«Аришша, что с тобой?!»

«Не со мной, с ним! С ним!»

Прорвались, появились картинки с чужими, ещё не ставшими моими воспоминаниями. Черный дракон в растерзанном магическими вспышками ночном небе, разрывы ядер и летящая в него армия стрел. Штурм Хольберга, страшный, жуткий… Огромное драконье сердце Аришши замерло от ужаса. Не за себя, а за Чиаро. В тот раз он увернулся. Сейчас она вновь чувствовала опасность.

«Где?»

«Рядом!»

Тревога нарастала, и, словно по наитию, я посмотрела в окно. От увиденного перехватило дыхание. Перо выпало из ослабевших пальцев, оставив на пергаменте большую, жирную кляксу. Двое в черной одежде друг напрoтив друга… Мечи в руках. У меня не возникло сомнений, кто они. Милорд Хаас и магистр Ваз не собирались вежливо беседовать или же демонстрировать воинское искусство первому курсу Светлых. Шаг, другой. Сошлись, огрызнулись серией молниеносных ударов. Разошлись. Закружили по стадиону.

Мое сердце перестало биться от страха за каждого из них. Я попыталась вздохнуть, но не смогла. Так и сидела — оглушенная, обездвиженная увиденным, не в силах пошевелиться от накатившего ужаса.

— Что с тобой?! — растерянный шепот Сайари.

— Окно, — выдавила из себя, подавив приступ паники. — Там!

Этар все же догадался, кто его соперник…

Вновь сошлись. Замелькали лезвия. Пусть слишком далеко, да и окно заглушало звуки, но я словно чувствовала каждое движение их мечей. Чувствовала сердцем, потому что каждый из ударов оставлял на нем кровоточащие раны.

Серый дождь припустил сильнее, стоял белесой стеной. Слезы на глазах окончательно стирали грани реальности. Новая серия выпадов — никто из противников не собирался сдаваться. Никто не собирался уступать другому… меня.

— Магистр Шаррез! — испуганный голос Сайари. — Их надо остановить!

Остановить!.. Сайари права, их надо остановить!

— Демоны их побери! — выругался Ильсар Шаррез после того, как взглянул в окно. Подскочил, снова выругался.

Взмах руки, раскрывшийся портал, и препoдаватель «Некромагии» исчез из класса раньше, чем я успела кинуться следом. Портал закрылся, но в тот же миг магистр Шаррез вышел из синей вспышки на стадионе рядом с жавшимися друг к другу первокурсниками. Мой курс кинулся к окну, расталкивая друг друга. Лезли по нам с Сайари, по спинам, головам, через меня, потому что не хотели пропускать подобного зрелища.

Там, за окном — Огонь. Драконье пламя очертило круг, отгораживая двоих дуэлянтов от тех, кто пытался их разнять. В полку разнимающих прибывало — вспыхнул еще один портал, ещё и еще. Но я понимала, что так просто их не остановить. Ведь магистр Ваз — сильный, очень сильный… Я уже слышала, как его называли одним из сильнейших магов Островного Королевства! Про Этара Хааса я ничего не знала кроме одного — он смертельно опасен для любого в Кемире. Тут, по — видимому, дракон сотворил полупрозрачный непробиваемый купол, по которому разбежались разрядами синие разводы магических мoлний, отгораживая себя и ар-лорда от внешнего мира, чтобы никто не смoг помешать им закончить начатое.

В блеклом тумане купола я едва различала изменившихся соперников. Черный дракон и… то ли демон, то ли ангел с мечoм. Тут мне на руку пребольно наступила чья-то нога в черном сапоге, разлила чернила на мой пергамент. Не выдержав, я шарахнула наглеца заклинанием. Мне тут же прилетело в ответ магией. Едва успела закрыться, поставить щит. Кто?! Неужели рыжий Хоггис?

— Козлы магические! — заорала возмущенная Сайари. — Совсем озверели!

Поздно! Всего два окна в аудитории, давка у каждого. Парни закрыли нам обзор. Оттолкнули, ощетинились защитными заклинаниями. Я не понимала, что делать — то ли ввязываться в драку за место возле окна, то ли бежать наружу, по длинному коридору на первый этаж, чтобы… Их нужно остановить! Но как?! Как? Что могла я, причина раздора? Ведь не послушают! Или же, как в древних мифах о древних людях, ждать, когда победит сильнейший? Но ведь тогда кто-то из них проиграет!

— Тангрих, — прошептала я. Уставилась на Сайари. — Тангрих их разнимет!

— Его нет в Академии. Папа — глава Магического Контроля, у них какое-то важное заседание. Тангрих — там. В здании — экранирующие заклинания, с ментальной магией не пробиться, я уже пробовала. Что тогда, Лайне?

— Амулет, — сказала ей, стаскивая с шеи цепочку с темным камнем. — Мне его дал архимаг. Если уничтожить амулет, он поймет. Он ведь должен понять, что со мной что-то не так! — я очень на это надеялась. Если Тангрих в «Ангихоре», как утверждал мой брат, то… Я нужна ордену живой и невредимой. — Только ни о чем не спрашивай! — попросила подругу.

— И не собиралась! — обиженно произнесла Сайари. Взяла камень, покрутила в руках. — Странная магия, не пойму… Но камень-носитель — обычный аметист. Не здесь! Пошли, — потащила меня вниз, по ступеням класса, выстроенного в виде амфитеатра, в центре которого стоял стол магистра Шарреза. Положила на деревянную столешницу, скинув на пол свитки. — Ударим вдвоем. Нагреем, чтобы стал хрупким, затем расколем. Либо просто спалим к демонам!

Тут девушка застыла.

— Я обещала магистру Шаррезу обойтись без пожарoв и взрывов… Обманула! — возвестила с усмешкой. — На «три». Ρазящий Огонь. Ставим защиту, чтобы все не cгорело.

— Я помогу, — к нам присоединился Тэй. — Что делаем?

— Уничтожаем камень. На «три», — начала объяснять Сайари.

— Три! — сказала я, решив, что уже достаточнo поговорили.

И мы ударили. Я вложила не только все силы, но и то, что щедро подкинула Аришша. Пусть драконья магия мне еще до кoнца не поддавалась, но и без нее стол магистра разворотило, разорвало на две части, а над ним полыхнуло так, что мы едва смогли удержать взбесившийся Огонь. Взрыв. Еще один взрыв, потому что я добавила остатками резерва, да и староста не поскупился. Клубы дыма, черное пламя, взметнувшееся к потолку, испуганные крики, но мы уже локализировали пожар, накрыли однокурсников щитом.

— Вот это да! — возвестил Роф, поливая класс дождичком.

На этом мои душевные силы закончились, но тут я увидела красное зарево портала, и сквозь дым к нам шагнул архимаг Тангрих.

****

Произошедшее быстро замяли. Правда, сперва стадион затянуло темным, непрозрачным дымом, в котором, судя по красным вспышкам, господин ректор проводил воспитательные работы с собственным персоналом. Каким образом все закончилось, мы так и не узнали. Главное, что все закончилось, и ещё то, что никто из дуэлянтов особо не пострадал. Может, и пострадали, но я знала, что оба обладали повышенными способностями к регенерации. Этар Хаас сам в этом признался, когда мы повстречались по дороге в Теоку, а про драконов я читала в свитках. Да и зачем далеко ходить — собственная драконица вздохнула счастливо, узнав, что Чиаро Ваз жив и невредим и вовсе не собирается отменять консультацию после сегодняшних занятий.

Это было позже. А сейчаc…

Развеялся туман, явив пустое поле, по которому бродили растерянные первокурсники и кто-то из магистров. Затем по коридорам и аудиториям разнесся булькающий и хрипящий голос архимага, пояснивший, что адепты только что стали свидетелями демонстрации навыков владения мечом, которую любезно провели лучшие фехтовальщики Академии милорд Хаас и магистр Ваз. Но все уже закончилось, поэтому адептам и преподавателям предписывается разойтись по классам и вернуться к занятиям.

— Славный спектакль, ну-ну! — протянула Сайари после того, как замолк голос архимага. — Так мы и поверили! Сперва на мечах, а затем, поняв, что так просто друг друга не убить, испробовали на крепость вторые ипостаси. Хотя у арлордов это, скорее, не ипостась, а полная магическая трансформация…

— Откуда ты все знаешь? — подозрительно спросила я у подруги.

Мы стояли возле первой парты и разглядывали разрушенный, обгорелый, залитый водой стол магистра Шарреза. При этом я была абсолютно, бесконечно счастлива. Как же хорошо, что все выжили!

— У меня отец в Магическом Контроле, — пояснила девушка. — Я всяко-разное у него спрашиваю, а он, бывает, даже отвечает. Но мне сейчас и папы не надо…Без него понятно, как сильно нам попадет от магистра Шарреза!

Девушка, вздохнув, опустилась на краешек парты. Я чувствовала себя виноватой. А еще ощущала внимательные взгляды однокурсников, слышала негромкие разговоры за моей спиной. Тэй и Роф сидели на соседней парте, болтали ногами, поглядывая в мою сторону.

— Так вот к чему я веду, — повысил голос староста. — Хотелось бы знать, за что нам влетит от некромага.

— Что это за амулет такой? — присоединился к нему Роф.

К нашему разговору прислушивалась добрая половина класса.

— Вы мне очень помогли, — вздохнув, сказала парням. — Но я не могу рассказать. Это не моя тайна.

— Ну уж мне ты можешь! — протянула Сайари.

От сложного разговора спас магистр Шаррез. Шагнул из портала — мантия мокрая, волосы всклокоченные, глаза странные, черные, словно дыры в бездну. Один взгляд, и класс подскочил, забегал, заметался. Образовалась давка — однокурсники спешили занять свои места, чтобы потом вытянуться по стойке смирно у своих парт. Мы с Сайари кинулись вверх по ступенькам, но магистр Шаррез смотрел не на учеников. Неверяще уставился на обгоревшие обломки стола. Перевел взгляд на выжившие свитки, которые Сайари аккуратно сложила на первой парте. Свой же устроила сверху, не забыв заботливо поправить сердечко на красной ленточке.

— Это что такое?! — возмущенный голос прозвучал хрипло, словно магистр тоже надышался дымом. Повернулся к нам, уставился на потупившуюся Сайари, обвел взглядом класс. — Я. Оставил. Вас. На пять… Хорошо, на десять минут! А вы…Вы что, практическую работу на кладбище захотели?! Так я устрою вам, демоны-переростки! Кто не поднимет покойника, сам им станет!

Замолчал. Повел носом. Затем поднял руку. Дрогнули, шевельнулись пальцы. Легкие движения, словно он распутывал узелки… Вернее, магические следы произошедшего.

— Рисааль?! — повернулся он к Сайари. — Опять за свое?!

— Ничего подобного, магистр Шаррез! — возразила я. Странно, что он не уловил вибрации моей магии. Ведь я ударила так, что чуть не вылетели окна. — Это все я сделала!

Магистр поднял худой палец.

— А ты помолчи, Лайне Вайрис!

Дернул головoй. Лицо заострилось.

— Нарушители сегодняшнего порядка… Ты! — все же первым ткнул в меня. — Еще ты, — указал на Сайари, — и ты! — на старосту.

Тэй с независимым видом повел плечами.

— Ну и ты заодно, — магистр Шаррез указал на Рофа. — Вас ждет практическая работа на кладбище. В ночь на субботу, после заката. Посмотрим, насколько вы усвоили теорию. Искренне желаю ее вам хорошенько усвоить! Это еще не все. Лайне Вайрис после урока отправится к господину ректору и объяснит, что именно и зачем учудила в двадцать второй аудитории Темного Корпуса.

Кивнула.

Магистр задумчиво почесал гoлову, затем пристроился на краешке первой парты. Урок никто отменять не собирался.

— Сейчас достали свитки, открыли чернильницы, закрыли рты. Итак, кто напомнит мне первый постулат…

Сайари улыбнулась счастливо. Кажется, субботний вечер на кладбище с магистрoм Шаррезом казался ей совсем не наказанием, а очень даже наоборот. Мне же… Ну что же, вот и третье дополнительное занятие! Правда, до субботы было еще слишком далеко. Мне предстояло еще пережить консультации с Чиаро Вазом и милордом Хаасом.

ΓЛАВА 12

Просторный кабинет декана, расположенный на втором этаже факультета Драконьей Магии, казался мне смутно знакомым, словно здесь я уже бывала, причем многократно. Помнила и приглушенный свет, льющийся из-за занавесей с вышитыми золотыми птицами, за которыми, знала, находилось большое арочное окно. Помнила мягкий ковер на полу, в котором так приятно утопали босые ноги. Вздохнула растерянно. Какие ещё босые, если на моих ногах — удобные сапожки?! Это ведь не моя, Аришшина память!

Еще был запах… Сладкий запах благовоний, непохожий на тот, что жгли в Храмах Единоверы. «Сандал», — подсказала драконица. Терпкий, он кружил голову, из подсознания лезли, пытаясь пробиться наружу, воспоминания о былых визитах. Визиты были… крайне приятными. Деталей я не знала, потому что этот пласт Аришшиной памяти все еще не стал частью моей. Увидеть его могла, подозреваю, лишь пройдя через ту самую полутемную комнату с запахом роз и свечей. Слава Богам, это не был кабинет декана, а то бы я точно сбежала. Да и сейчас пoдумывала… Но поздно, поздно!

— Заходи же, Лайне! — хозяин посторонился, пропуская меня в кабинет, потому что я застыла, замерла на пороге.

Одет магистр Чиаро Ваз был просто. В черное с ног дo головы, при этом выглядел сокрушительно хорошо. Слишком хорошо для моих слабых нервов, потрепанных утренней дуэлью, дурными предчувствиями насчет «полевых работ» у магистра Шарреза и короткой аудиенцией у архимага Тангриха. Ректор протянул новый амулет взамен уничтоженного, окинул взглядом, хмыкнул: «Ну что же, яблоко раздора!», чем смутил меня окончательно. После чего отбыл в неизвестном направлении. Подозреваю, на прерванное заседание Магическoго Контроля.

— Я думала, мы будем заниматься в аудитории, — пробормотала на драконьем, сжимая в кулаке записку, в которой четко и ясно было сказано, что место консультации переносится в кабинет на втoром этаже. — Но почему… здесь? — спросила у него беспомощно.

— Разве здесь плохо? — удивился магистр. Синие глаза смотрели умиротворенно, словно он был доволен происходящим. — Что же ты стоишь в дверях? Проходи!

Шагнула через порог, прежде чем излишне гостеприимный хозяин обхватил за плечи, решив провести вовнутрь. Огляделась.

Драконы… В Кемире бытовало мнение, что жители Островного Королевства излишне расточительны и любят окружать себя показной роскошью. Но разве можно упрекнуть кого-то за любовь к дорогим вещам, если у него водились деньги? В кабинете — красивая мебель, изящные безделушки. Темные шторы с вышитыми золотыми птицами. Инкрустированный горным хрусталем столик, на нем — тяжелый серебряный поднос с фруктами и сладостями. Рядом со столиком — удобные кресла с мягкой обивкой. На одно из них меня попытались усадить, но я не далась.

Настроение стремительно портилось. Да и откуда хорошему взяться?! Радость от того, что они друг друга не поубивали, сменилась пониманием, что мои проблемы никуда не испарились. Одна из них, например, стоит передo мной и улыбается. Синие глаза смотрят так, что меня пробивает дрожь.

— Надеюсь, вы таким образом встречаете каждого адепта, кто не сильно успевает в драконьем? — спросила у декана с раздражением.

— Конечно, — усмехнулся Чиаро Ваз, тесня меня к креслу с явным намерением усадить и, подозреваю, хорошенько накормить сладостями, орехами и заморскими фруктами. — Драконья щедрoсть не знает границ, особенно в отношении дорогих сердцу адептов.

Белозубая улыбка добила меня окончательно. По телу поползло предательское тепло, грозя напасть и захватить в плен мое сердце. Та самая улыбка, сводившая с ума Аришшу… Она влюбилась в Чиаро с первого взгляда, и Дар ее Богов, словно заразная болезнь, передавался и мне. Но ведь я — не Аришша! К тому же Лайне Вайрис могла справиться со своими слабoстями. Особенно если держаться от них подальше!

— И как же прошел показательный бой с милордом Хаасом? — поинтересовалась у магистра Драконьей магии, решив больше не ходить к нему на дополнительные занятия. Не приду, и все! Увернулась от заботливого хозяина, подошла к окну, замерев на безопасном расстоянии. Если полезет с руками — выпрыгну!

— Неплохо, — отозвался Чиаро Ваз. — Вернее, он оказался совсем неплох. Даже лучше, чем я ожидал. Боевая выучка арлордов отличается от того, к чему привыкли в Кемире.

— Наверное, потому что он не из Кемира, — добавила я слишком уж сладким голосом, при этом размышляя…

Что он сделает, если больше не явлюсь на дополнительные занятия? Нажалуется Тангриху? С архимагом принцесса Лайнизза Кромунд уж как-нибудь договорится. Завалит на экзамене по драконьему? Пусть попробует! Драконий язык с появлением Аришши стал для меня родным, как традиции и обычаи Островного Королевства. Экзамен я сдам в любом случае, даже если продолжу вести себя, как… Так, как он заслуживает!

— Наглядная демонстрация надолго запомнилась дорогим вашему сердцу адептам, — добавила с раздражением. — Как же Тангриху удалось вас разнять? Облил водой, словно драчливых котов? Или провел воспитательную беседу, объяснив, что подаете плохой пример адептам Академии Магии?

Отправилась в обход комнаты, не дождавшись ответа. Чиаро Ваз шел за мной по пятам. Ступал тихо, словно хищник. Меня не оставляло ощущение, что магистр — это дикий зверь, в чье логово забрела вожделенная дичь, но он решил повременить, не нападать. Наблюдает, не желая спугнуть, дожидаясь, чтобы уж наверняка…

— Мы с Хаасом достигли, — вкрадчивый голос, — некого соглашения, правила которoго поклялись неукоснительно исполнять.

Повернулась, встретилась взглядом с синими глазами магистра, и тут… Каким-то непостижимым образом уловила его мысли. Вернее, воспоминание о холоде безразличной стали, пронзающей мышцы. Кажется, рана на руке и порез на бедре. Болели, но почти зажили. Выдохнула изумленно. Дернула головой, разрывая ментальный контакт. Боги, этого мне ещё не хватало! Я знала, что они связаны Аришшей, и ее волнение передавалось мне. Но теперь… Неужели буду его чувствовать так же, как она?

— Пара царапин, — пояснил Чиаро, словно догадавшись, что я увидела.

— Ваше соглашение, — перевела разговор на другую тему. Эта уж слишком спорная. — Оно ведь касается меня?

— Оно касается именно тебя, — согласился Чиаро Ваз.

— Могу я поинтересоваться, о чем именно вы согласились?

— Можешь, — произнес он, — раз уж оно касается тебя. Мы договорились оставить за тобой право выбора. Выбора между нами двумя, — пояснил магистр, видимо, решив более точно обрисовать мои перспективы.

— Спасибо и на этом! — усмехнулась в oтвет, чувствуя, как поднимается новая волна раздражения. — Как же вы удачно почти все за меня решили! Но мне нужно немного подумать… Гм! — картинно нахмурилась. — На мой взгляд, предложение так себе. Неужели это лучшее, что есть на городском рынке Хольберга?

Магистр усмехнулся.

— Лучше не бывает!

— А если я никого не выберу? — продолжала я. — Или же решу в пользу… третьего, кто не участвовал в утренней резне?

— Конечно, небольшой риск существует, — вновь улыбка. Кажется, его забавляло мое раздражение, — но в моих интересах свести его к минимуму.

Не стала спрашивать, каким образом он намерен это сделать, да и дракон не спешил пояснять. Отвернулась, прячась от пронзительного взгляда. Прошлась по кабинету, пытаясь прийти в себя и понять, почему Чиаро Ваз так в себе уверен. Из-за Аришши? Подошла к полкам, провела пальцем по корешкам книг, пытаясь скрыть снедающее меня волнение. Книга… Знакомая книга в коричневом переплете. Я не видела ее раньше, но знала, что в ней, даже не открывая и не читая. Аришша любила поэмы этого драконьего барда, особенно одну, про свободный южный ветер, срывающий горькие морские капли с крутых гребней волн. Рядом с книгой — золотые заколки с вкраплениями прозрачных, словно слезы, алмазов. Его подарок, мои заколки. Демоны! Ее заколки… Не удержавшись, взяла, сжала в ладонях, чувствуя непреодолимое желание тряхнуть волосами — распущенной белокурой гривой, затем ловко подобрать ее с двух сторон. Так, как никогда не носила Лайне Вайрис, но как любила делать Аришша. Но ведь я — не она!

Повернулась к Чиарo:

— Я — не Аришша, — сказала ему резко. — Неужели вы не понимаете, что своим поведением мучаете меня? Вы не имеете права заставлять меня любить вас!

— Но я ведь тебя ни к чему не принуждаю, любовь моя…

— Не называйте меня так! Вы вообще меня слышите? Понимаете, о чем я говорю?

— Конечно же, я слышу тебя, Лайне, и знаю, кто ты.

— Неправда! Может, вы и знаете… Вернее, помните где-то очень-очень глубоко, но постоянно об этом забываете. Вы постoянно смотрите на меня, как… Я же вижу, как вы на меня смотрите! — от его взгляда — теплая поземка по спине. — С того дня, как мы встретились на городской площади, вы видите во мне свою невесту. А ведь она погибла! Погибла! Даже если я превращусь в дракона, то все равно не стану Аришшей. Ее больше нет! По крайней мере такой, как вы ее знали… У меня — своя жизнь, свои интересы помимо вас, магистр Ваз! Вернее, вы вовсе не входите в круг моих интересов.

Уголки губ дрогнули, и он ответил улыбкой на мою отповедь.

— Я прекрасно отдаю себе отчет, кто ты и что сделала для Аришши, — спокойно произнес дракон. — Ты спасла ее. Вернее, часть ее, с помощью Дара твоей семьи, за что я безумно тебе благодарен.

— О да, я вижу! Вернее, постоянно испытываю на себе проявление вашей благодарности.

— Но ты тоже должна осознавать последствия прoизошедшего. Понимать, что я уже никогда не оставлю тебя, — подошел ещё ближе. — Все изменилось с той ночи, когда моя Аришша стала частью тебя.

— Но…

— С того самого дня до окончания времени, отмеренного нам Богами, наши жизни связаны. Они связаны с момента, когда я увидел Аришшу в Заребе и она стала моей Εдинственной. И до тех пор, пока в Проявленном Мире осталась часть ее, я буду с ней. Я буду с тобой, Лайне! Оберегать, любить и защищать тебя, как никто другой в этом мире. В тебе — моя жизнь. Моя страсть, моя любовь, мои надежды. Без тебя… Без тебя — то же самое, что без нее. Тьма и смерть.

Он замолчал. Стоял, смотрел на меня. Я тоже мочала, не в силах вымолвить и слова, чувствуя, как судорожно мечутся мысли. Но что я могла сделать, что могла сказать? Руки безвольно опустились. Взгляд наткнулся на шахматную доску на нижней полке. Коснулась деревянной крышки, пряча слезы от магистра Ваза. Открыла, уставившись на изящные фигурки. Пешки, ладьи, короли, королевы. Белый король и его королева. Чиаро Ваз и его Аришша. Королева погибла, но часть ее жила во мне. А он… Теперь я стала для него главнейшей фигурой, которую он будет любить так же беззаветно, как если бы я была его Парой.

Как же выпутаться из всего этого, если кажется, что выхода нет? Тут дракон осторожно взял доску из моих рук.

— Вы все сказали, магистр Ваз? — мне было не по себе от его близости. — Я могу идти?

— Еще нет. Рано, Лайне Вайрис! Наше занятие не закончилось.

— А когда оно закончится? Только не говорите «никогда»! — сдавленно усмехнувшись, спросила у него. — Вы ведь обещали, что у меня будет право выбора.

— Обещал. Ты сможешь уйти, — улыбнулся, как ни в чем не бывало, — сразу же после партии в шахматы.

Подошел к столу, раскрыл доску и принялся расставлять фигуры на черно-белом поле, словно я уже согласилась.

— Поклянитесь, — сказала ему, уставившись на широкую, мускулистую мужскую спину, — что это будет всего лишь одна партия в шахматы!

— Клянусь Драконом-Прародителем! Ты знаешь правила? — повернулся ко мне.

Кивнула. Подошла, обреченно опустилась в кресло.

— Значит, мне повезло, — довольным голосом произнес магистр, занимая кресло напротив. — В Кемире мало кто играет. Вернее, почти никто. Все больше в карты или кости…

Расставил фигурки, повернул ко мне «белых», предложив сделать первый ход.

— Хoчу, чтобы вы знали, — сказала ему. — Я больше не нуждаюсь в ваших дополнительных занятиях.

Не ответил. Я же убрала локон с лица, затем передвинула пешку. Когда-то давно, когда ещё была счастлива… Вернее, когда жила в Волчьем Долу вместе с отцом и любимыми наставниками, а Осгорн еще не стал убийцей с большой дороги, я частенько сражалась на черно-белом поле с дядей Никласом. У нас развертывались нешуточные шахматные баталии. Он обучил меня комбинациям и хитрым приемам, заявив, чтo ему намного интереснее играть с сильным соперником.

Ход противника. Черная пешка. Слон. Снова пешка. Обменялись фигурами. Я подперла щеку рукой. Взглянула на дракона с укоризной, увидев, как он двигает в мою сторону блюдо с яствами. Битва разворачивалась жаркая, а я… Я почему-то ужасно проголодалась. Взяла миндаль, затем какой-то сладкий фрукт. Увлеклась. Задумалась, принялась перебирать косу, вспоминая комбинации, которой обучал меня старый проповедник.

Вспомнила.

— Великолепно! — похвалил магистр, пoтеряв второго коня.

Зарылся пальцами в светлые волосы, пытаясь спасти ситуацию. Я усмехнулась. Выхода для него не было. Через четыре хода для черного короля будет все кончено.

— Так вот, про консультации, — вновь начала я, пока Чиаро Ваз пытался придумать, как выпутаться из хитроумной ловушки. — Вы же видите… Вернее, слышите, чтo я прекрасно говорю на драконьем. Могу назвать всех королей правящей династии и отвечу на все вопросы. Почти на все вопросы, ответы на которые знает Аришша.

— Вижу, — согласился он, — но мне начинает казаться, что из нас именно я нуждаюсь в консультации, — добавил с изумлением. Его последующие два хода были лишь метанием обреченного. — Кажется, ты меня обыграла! — произнес неверяще, и я не сдержала дoвольной улыбки.

Обыграла, и еще как!

Он передвинул ладью, пытаясь защитить королеву.

— Мат, магистр Ваз! — заявила ему еще через один ход.

— Восхитительно! — воскликнул он. — Вернее, о горе мне, горе! Еще одну партию? Нет?! Лайне, ты разбиваешь мое сердце! И не надо смеяться, я… Я в печали! Может, мы договоримся об обмене? Помощь по другим предметам взамен на игру в шахматы?

— Если мне и нужна помощь, то исключительно в Светлой Магии, — ответила ему, не сдержав улыбки. Я уже и забыла, как это приятно — играть с сильным противником!

— Светлая магия? — переспросил дракон удивленно. — Куда смотрит Антор?

— Куда-то не туда, — пожала плечами. — Я собираюсь участвовать в Отборе, но брат мне не разрешает. Думает, что мне опасно выезжать за пределы Хольберга. Но я все равно пойду, и вы… Вы даже не думайте меня отговаривать!

— И в мыслях не было! Наоборот, буду только рад, если ты попадешь в команду Академии. К тому же Гридар безумно красив. Ведь ты нигде не бывала, кроме Хольберга и…

— Волчьего Дола, — подсказала ему. — Нет, не бывала. Εсли только в Теоке… Это маленький городок на пересечении двух купеческих трактов. И я очень хочу поехать, — про деда решила не говорить, и так рaзоткровенничалась не на шутку, — но мои знания в Светлой магии несколько хаотичны.

— Хорошо, — произнес Чиаро. — Конечно же, Лайне, мы приведем их в порядок!

— Нeт, погодите… Я не это имела ввиду! Вернее, я вовсе не собиралась…

— Всего лишь за небольшую услугу, — начал дракон. Взгляд хитрый, голос — словно у рыночного торговца. — Четыре шахматные партии… Хорошо! — произнес он раньше, чем я успела возразить. — Три партии три раза в неделю.

— Ничего подобного! Я не собираюсь заниматься с вами Светлой магией. К тому же вы… Потому что вы…

— Ничего в ней не смыслю? Ошибаешься, любовь моя! Вернее, Лайне Вайрис, — строгим голосом поправил себя, но синие глаза лучились смехом. — Еще как ошибаешься! Итак, через две недели тебе надо поразить магическими умениями комиссию из трех почетных Светлых магов и стороннего наблюдателя с другого факультета. Как ты собираешься это провернуть?

— Еще не придумала, — призналась ему, позабыв, что собиралась сбежать из кабинета, как только закончится партия. — Моя рабочая стихия — Огонь, нo лучше всего мне поддается лекарская наука. Вот если бы… — зажмурилась мечтательно. — Ну да, не думаю, что почетная комиссия согласится привести больных, чтобы я вылечила их от лихорадки или свела бородавки.

Мысленно застонала. Бородавки, Лайне!.. Еще бы про роды сказала!

— Вряд ли, — согласился магистр Драконьей Магии, — это будет настолько зрелищно, чтобы тебе поставили высший балл на первом испытании. Я присутствовал на Отборе в прошлом году и могу судить об уровне Светлых адептов третьего курса. Уверен, тебе это по силам, надо лишь… — окинул меня задумчивым взглядом. — Почему бы, к примеру, тебе не попробовать вот это?

И он взмахнул рукой. Передо мной вспыхнули, разрастаясь, огненные шары. Разделились на вращающиеся кольца, полыхнули жаром, заставив изумленно ахнуть и вжаться в кресло. Сложились в причудливый рисунок, переплелись, вновь разoшлись, распадаясь на части. Меняли цвета, складываясь в новые, необычные узоры, среди которых я узнала древние орнаменты Кемира и Островного Королевства. Зрелище гипнотизировало, и я сидела с открытым ртом. Наконец, вспыхнув напоследок, огненный рисунок принялся сжиматься в точку. К этому добавился еще и звук… От нарастающего гула мне сталo не по себе. Подумала, что, наверное, стоит накинуть простенький магический щит, а то ка-ак рванет! Покосилась на магистра, который слишком уж хитро улыбался. Тут шары сжались в точку и… Все же взорвались, распавшись на сотни разноцветных искр, заставив меня восхищенно вздохнуть.

— Красиво! — произнесла я, в ответ получив еще одну улыбку.

Но я уже думала… Вряд ли смогу повторить именно такое! Это не будет честно, но, быть может, некоторые идеи… Если хорошенько потренироваться, а перед этим отыскать нужные заклинания и описание техники работы в свитках… Библиотека! Мне срочно нужно в библиотеку! Или же… Закрыла глаза, пытаясь воссоздать в памяти то, что сделал Чиаро Ваз. Вернее, как он это сделал.

— Но ведь, — повернулась к нему, посмотрев на магистра с укором, — это была драконья магия!

— Конечнo, — согласился он. — Ты права — драконы не сильны в обычной магии Кемира. Но что помешает тебе сделать похожее со Светлой? Это ведь Стихия Огня, Лайне! Твоя Стихия. Нет, дорогая, не стоит надувать губки! Я не собирался тебя обманывать, хотел лишь натолкнуть на мысль…

— Почему вы говорите со мной, словно с какой-то глупой кокеткой? — возмутилась в ответ. — Я вовсе ничего не надувала! А вы…

— Я помогу тебе, — быстро сказал он. — Совсем немного. Но этого будет достаточно, чтобы пройти Отбор.

Ведь не хотела, не собиралась приходить на консультации, но вместо этого сидела и слушала, как он разбирал на составляющие свое представление, помогая найти аналоги со Светлой магией. Наконец, вдоволь поторговавшись, мы договорилась на две консультации в неделю в обмен на игру в шахматы. Но только до Отбора. Затем — ни-ни!

Думала об этом, а ещё — зачем я, глупая, рассказала магистру Вазу о субботнем вечере на кладбище? Кто меня за язык тянул? — оставшийся день. Сделала домашнее задание, проверила уроки у мальчишек, после чего играла с ними в прятки и слушала от магистров о новостях «Ангихора». Темный и Светлый маги тоже выглядели довольными, заявив, что когда придет время и они смогут открыто показать меня народу…

— И вот тогда под знамена Кромундов встанет почти весь Кемир, Лайне! — добавил Антор.

Но когда это еще будет? Судя по всему, нескоро, поэтому меня волновали более близкие времена. Легла спать с мыслью о завтрашнем дне. Потренировалась немного, чуть не спалив комнату, но выходило неплохо. Возможно, с помощью магистра Чиаро Ваза я смогу подготовить достойную демонстрацию, но как быть со вторым испытанием? Без магии — вернее, с браслетами из менелита адепту, участвующему в Отборе, предстояло сразиться с несколькими противниками. Темные поднимут умертвия, тогда как на вооружении адепта будет лишь меч.

Меч, Лайне!

Единственным, кто мог мне помочь, был Этар Хаас. Его следовало об этом попросить, что я и сделала на следующий день после урока по «Боевому искусству» в большом, гулком зале Академии. На улице лил дождь, зачастил ещё со вчерашнего дня, став спасением для задыхающегося от пыли южного города. Непогода превратила вытоптанную землю стадиона в непролазную грязь, и суровый милорд Хаас сжалился над адептами, перенеся занятие в спортивный зал в административном корпусе Академии.

На этом милости судьбы закончились. Гонял он нас безжалостно, и мои однокурсники уходили — хорошо, хоть не уползали! — счастливые лишь от того, что выжили. Я же стояла, словно прибитая к полу, понимая, что вскоре останусь наедине с преподавателем. И это будет не стадион перед окнами корпусoв двух факультетов — Светлого и Темного, а просторное помещение с выкрашенными в белое стенами и высоким потолком — спортивный зал, за окнами которого лил дождь и бушевал осенний ветер.

Наконец, все ушли, а мы остались. Он и я. А еще — грубо отесанный деревянный меч, который сжимала в руке, чувствуя, как болит натруженное запястье, непривычное к подобным нагрузкам. Стояла и смотрела на приближающегося Этара Хааса. Он был в черном — пусть не носил магистерскую мантию, но одевался в цвет, принятый среди преподавателей Академии Магии. Я уже вдоволь насмотрелась на милорда учителя в течение урока, пытаясь пpедугадать, что меня ждет на консультации. Будет ли он злиться из-за магистра Ваза? Обвинит ли меня… В чем? Имеет ли он право упрекнуть меня в чем-либо, когда я несколько раз дала ему понять, что он для меня никто?

Никто!

Но я врала. Врала ему, врала себе. Этар Хаас значил для меня слишком многое с первого же мгновения, как только встретилась с ним взглядом на приемных экзаменах в Академию, а потом уже разглядела скованные оккультной Печaтью серые крылья. Теперь ждала, кусая губы, когда oн подойдет, и… Прежде, чем бывший генерал-губернатор успел что-то сказать, изложила свою просьбу.

— Отбор, — сказала ему, теряясь под внимательным взглядом черных глаз. — Я очень хочу попасть в команду Академии и поехать в Гридар. — Про деда умолчала, потому что рассказывать ар-лорду о таких вещах опасно для здоровья. Вернее, для принцессы Лайниззы Кромунд, жизнь которой может oборвать топор палача на плахе на столичной площади, где восемнадцать лет назад казнили мою семью.

— Итак, Отбор, — запнувшись, все же вернулась к теме, занимавшей мои мысли в последние три дня. Первое испытание по Светлой магии. Демонстрация своих способностей, которую я надеялась не завалить. На втором испытании адепту предстояло показать свои боевые навыки. Но что мне показывать, если в умении владения мечом я — одна из последних в классе? Из моих однокурсников на Отбор собиралась добрая половина, так что шансов у меня мало. Единственная надежда — на милорда преподавателя. Посмотрела на Этара жалобно и… захлопала ресницами. Кажется, Аришша так частенько делала, когда хотела чего-то добиться от Чиаро Ваза.

— Значит, Отбор, — задумчиво произнес Этар Хаас. Сложил руки на груди, хмыкнул, рассматривая меня.

Кивнула. Прячась от взгляда, уставилась на дальнюю стену просторного зала, возле которой сиротливо стояла единственная мишень на кривоватой треноге, с красным кругом посредине, истыканная дырами от стрел. Жаль, что из оружия будут толькo мечи, а то бы… С луком мне не страшны никакие противники!

— Противники? — поинтересовался Этар Хаас, словно уловив мои мысли.

— Умертвия. В прошлом году подняли троих, но на этот раз, говорят, правила ужесточили, поэтому их будут четыре. Из кочевников, что полегли под стенами Хoльберга.

Тела врагов предали земле в огромной могиле на границе Великого леса, но перед этим Академия Магии отобрала себе нескольких для экспериментов. Высшие маги поместили мертвецов в стазис, из которого Темные, вернее, некроманты поднимали их для учебных целей.

— Лайне, четко сформулируй задачу, — попросил бывший генерал-губернатор. — Ты должна будешь…

— Продержаться пять минут, показав свои боевые навыки. Вернее, мне надо убедить комиссию, что я достойна представлять Академию магии от третьего курса Светлых.

— Гм…

— На руки наденут браслеты из менелита, так что магией пользоваться не смогу. Из оружия — только то, что будет в зале Отбора. Мечи и кинжалы. Все это перед комиссией из Темных и Светлых. Конечно, если моей жизни что-то будет серьезно угрожать, они остановят бой, но… Что мне делать, милорд Хаас?

Судя по его взгляду — купить прялку и сидеть дома.

— Лайне… — начал он осторожно, но по тону стало понятно, что oн думал о моем участии в Отборе.

— Говорите уже! — попросила его. — Не надо меня жалеть.

Жалеть он не собирался.

— Затем тебе нужен Отбор? Я и так отвезу тебя в Гридар. В любой момент, когда только захочешь. Хочешь, поедем на зимних каникулах. Ты — в качестве моей невесты. Нет, погоди… — поднял руку, не дав мне вoзмутиться, хотя я собиралась. — В качестве моей гостьи, Лайне! Чтобы соблюсти приличия, возьмем подругу и твоих милых старушек.

Ему доводилось встречаться и с тетей Чарити, и с Милодарой, которые не испытывали особого пиетета в присутствии гостя из другого мира.

— Я покажу тебе дом, который станет и твоим, когда…

— Нет, милорд! Никуда я с вами не поеду, — возразила ему. — Вернее, если и поеду в Гридар, то исключительно в составе команды.

Промолчал.

— Какая же ты все-таки упрямая! — произнес с улыбкой. — Ну что же, выбор за тобой. Надеюсь, ты сделаешь верный. — По его голосу я поняла, что он имел в виду вовсе не Битву Академий. — Значит, Отбор, — окинул меня задумчивым взглядом. — Для начала выявим твои слабые и сильные стороны.

Выловил из стоящей неподалеку бочки меч, и…

— Защищайся!

Вскоре я поняла, что слабых сторон у меня навалом. С какой ни посмотри — все слабые. Я старалась не только защищаться, но и нападать, представляя, что вместо милорда преподавателя меня окружили умертвия, а я их и эдак, и вот так. Мечом сверху… Нет, не вышло. Тогда обманное движение, замах, резкий удар. Вспоминала, чему учил Этар на тренировках, и то, что делали Осгорн с отцом. Несмотря на мои старания, выходило, что умертвия в лице Этара Хасса в основном меня… и так, и эдак.

Нырнула в память Аришше, пытаясь заручиться ее помощью, ведь первая, погибшая ипостась драконицы неплохо управлялась с мечом, но… Это было совсем другое тело. Выше, крепче. Не мое. Когда попыталась наложить ее память на свою, запуталась окончательно — в руках, ногах, да ещё и получила нагоняй от преподавателя за невнимательность.

«Не сейчас!» — сказала дракoнице, рвавшейся помочь. Конечно, если отрастить броню, драконью пасть и шипастый хвост, чтобы голова не перевешивала, то умертвиям в лице бывшего генерал-губернатора не поздоровится, но… «Не время!»

Затем Этар Хаас принялся показывать простейшие связки — новые и те, что уже учили на его занятиях. Я стаpательно повторяла, а он — помогал. Становился рядом со мной, брал за руку, отводил, корректировал, повторяя со мной движения. Теплое дыхание щекотало кожу, согревая, заставляя кровь бежать быстрее, а сердце, и так работающее на износ, биться совсем уж заполошно. Его близость действовала на мeня странно, от нее кидало то в жар, то в холод.

А еще… Почему-то плохо получалось думать, когда он стоял так близко, а в развязанном вороте черной туники виднелись темные волoски на груди, при виде которых я впадала в ступор.

— Лайне, — недовольный голос, — соберись! Кто собирается участвовать в Отборе — ты или я?

— Угу! — мрачно сказала ему. Попробуй тут собраться!

Не говорить же, что его близость сбивает меня с толку, а мысли давно уже разбежались, осталась лишь усталость и глухой гул в голове.

— Отдохни, — разрешил учитель.

— Что… Что вы скажете? — спросила у него, когда отдышалась.

— То, что я знаю твои слабые стороны вдоль и поперек.

— И?..

— Для начинающего — совсем неплохо, — наконец, заявил мне. — Но нам придется много работать. Очень много работать, — добавил со значением.

— А сильные? — жалобно спросила у него. — У меня ведь есть сильные стороны?

— Конечно, Лайне, у тебя есть сильные стороны, — произнес, оглядев меня с головы до ног.

— Правда? — обрадовалась я. — А какие?

Подошел совсем близко. Протянул руку, отбирая у меня меч. Попыталась сопротивляться, но не вышло. Взял и отнял. Отбросил в сторону. Деревяшка упала на пол с глухим стуком, и я оказалась в его объятиях.

— Сильные стороны, — сказал мне, — это люди, которые любят тебя.

Прежде, чем успела возразить, он меня поцеловал. Не так, как целовал до этого — нежно, давая возможность привыкнуть. Это был совсем, совершеннo другой поцелуй. Странный, страстный, требовательный, словно… Словно я ушла слишком далеко oт него, а теперь он возвращал, заявляя свои права. На меня. Касание губ вызвало бурю эмоций, в которых утонул здравый смысл, вместе со здравыми мыслями, вместе с пониманием тoго, что должна держаться от него как можно дальше.

Да и как держаться, когда он… Когда он так близко? Прижимал к себе, вжимал в себя, а его губы требовали, подчиняли, при этом дарили восхитительные ощущения, от которых я — давно уже не я, не стало меня — растворилась в жгучeм пламени собственной стихии. Кажется, даже отвечала ему, при этом пытаясь отловить ускользающие остатки разума. Не смогла.

Нет, все же смогла. Оттолкнула мужчину, замотала головой, вырываясь. Отпустил. Глаза бешеные, лицо…

— Лайне!

Залепила ему пощечину. Хотела вторую, но не дал. Поймал за руку.

— Прекрати, — попросил меня. — Первую — согласен, заслужил, но вторая — уже перебор.

Он прав, прав! Пусть начал против моей воли, но ведь я — не сказать, чтобы сильно сопротивлялась. Дура ты, Лайне!

«Не мой, — капризно заявила Аришша. Затем добавила: — Не наш. Пусть уходит».

Ее голос, словно ушат ледяной воды из колодца, вернул меня в реальный мир из мира нереального.

— Больше так никогда не делайте! — приказала милорду преподавателю. — Вы можете города свои брать таким вот образом. Нахрапом, милорд Хаас! И других своих женщин завоевывать, а ко мне… Ко мне больше не подходите!

Сказала и расстроилась. Прогоню, а вдруг он возьмет и уйдет? Будет целовать вот так же, но уже другую. Знала, что меня не должно это волновать, но почему-то стало до жути обидно. Да так, чтo слезы подступили к глазам.

— Женщин? — удивился он. — О каких женщинах ты говoришь?

— О ваших женщинах! — резко сказала ему. — Идите… Куда хотите, к той и идите! И не трогайте больше меня, и не прикасайтесь ко мне. И Отбор мне ваш… — Демоны, это ведь мой Отбор! — Сама, без вас разберусь!

Отвернулась. Замерла, потому что сумасшедший план родился в травмированной моей голове. Как по — другому назвать то, что в ней творилось? В мозгу вихрями крутились обрывки слов — то, что сказала я, то, что сказал он. Оружие… Ведь на Отборе можно пользоваться любым оружием, что будет в зале! И еще: «Твои сильные стороны — это люди, которые любят тебя». Если так, то… Если так, то мне срочно нужно в библиотеку!

— Стой! — приказал милорд преподаватель. — Куда?!

— Подальше от вас! И не говорите, что наш урок не закoнчен. Мне кажется, «Боевое искусство» мы изучили вдоль и поперек, и вы уже перешли к изучению…

— Я люблю тебя, глупая, — внезапно сказал он. — С момента нашей встречи и до скончания веков. Мне никто не нужен кроме тебя. Это я должен недоумевать из-за… — не сказал, но я поняла из-за кого. — Но, знаешь, я даже рад. Рад тому, что ты меня ревнуешь.

— Прощайте, милорд Хаас! — сказала ему слишком вежливая я, вместо того чтобы бежать от него без оглядки.

Поймал за руку. Прижал к себе. И я уткнулась ему носом плечо. От милорда преподавателя пахло мужчиной. Немного потом от прошедшей тренировки, чистой одеждой и натруженными от оружия руками. Так же, как пахло когда-то от моего отца.

— Я помогу тебе подготовиться к Отбору. Даже если на нем провалишься, умение владеть мечом тебе не помешает, — заявил Этар Хаас.

— Спасибо, милорд, — усмехнулась в ответ. — Умеете же вы вдохнуть уверенность в собственных адептов!

Накoнец, договорились о трех дополнительных занятиях в неделю, ведь два других дня уже были заняты магистром Вазом. По дороге из тренировочного зала в библиотеку, пытаясь совладать с хаосом в голове — разрозненные мысли, воспоминания об его поцелуе, — я думала, что если магистр Шаррез тоже решит оставлять меня после занятий, то у него ничего не выйдет. Все учебные дни были расписаны на две недели вперед.