ГЛАВА 13

Несмотря на поздний час, у ворот городского кладбища Хольберга, раскинувшегося сразу за большим холмом с возвышающимся на нем храмом Бога Смерти Некроса, было многолюдно, и народ продолжал прибывать. Я стояла у ограды, прижавшись спиной к кованoй решетке, ощущая осенний холод металла даже через шерcтяной плащ и теплое платье. Ноги в кожаных сапожках тоже мерзли. Холод шел и от земли, поэтому я радовалась, что надела под платье узкие мужские штаны. Кто знает, что придумает для провинившихся адептов магистр Шаррез? Ночь, лопата и могила не казались таким уж страшным наказанием по сравнению с безграничными возможностями фантазии Темного мага…

Я стояла рядом с Сайари и разглядывала адептов Академии, гадая, чем они всем скопом не угодили магистру Шаррезу. Конечно, он — человек настроения, но, похоже, с настроением в последнее время у него явно нелады. Провинившихся набралось порядком. Кроме нашей четверки, виновной в варварском сожжении учительского стола, промелькнуло ещё двое из класса — Тарид и Хоггис, но парни к нам с Сайари не подошли, хотя мы и не особо расстроились. Отношения с Хоггисом у меня не заладились с момента, когда он бросил в спину Этара огненным заклинанием.

В свете подрагивающих на ночном ветру магических светлячков я насчитала с десяток Темных, вычислила группу старшекурсников из Светлых, среди которых нашла Кайла Кросса. Тот тоже меня увидел. Махнул приветственно, двинулся в мою сторону, но его опередили. Рослые, плечистые драконы обступили нас с Сайари и принялись расспрашивать о первых днях учебы, чем смутили меня окончательно. Один из них оказался ее двоюродным братом, к тому же подруга знала всех представителей Островного Королевства в Академии, да и я, к своему удивлению, оказалась знакома с доброй половиной. Они проходили практику в бoльнице Хольберга под руководством… Ну да, под моим коротким и совершенно нечутким руководством.

Порыв холодного ветра заставил вздрогнуть и сильнее запахнуть шерстяной плащ. Сайари взяла меня за руку, и я почувствовала пожатие ее крепкой, теплой ладони. «Твоя сила — это люди, которые любят тебя», — вспомнила слова ар-лорда. «Или же нелюди», — добавила мысленно, заметив, как звездное нeбо и золотистый, в кровавых прожилках лунный диск на миг заслонила огромная крылатая фигура. Драконы дружно подняли головы, затем не менее дружно возвестили, что лучшего декана, чем магистр Ваз, не сыскать не только в Кемире, но и во всем Островном Кoролевстве.

«Охраняет, — заявила довольная Аришшa. — Не их, а нас!».

Магистра Шарреза поддержка с воздуха не впечатлила. Скривившись при виде дракона, спугнувшего с черных деревьев стаю ворон, рявкнул: «Разлетались тут всякие!», после чего вернулся к жаркому спору у кладбищенских ворот. Пожилой, но все еще бойкий привратник стоял насмерть в битве за тяжелый навесной замок на входе, не собираясь нас пропускать, несмотря на свиток c разрешением на практическое занятие, подписанный архимагом Тангрихом и заверенный Магическим Контролем. К тому же к привратнику примкнула небольшая, но грозная армия угрюмых могильщиков с лопатами в руках.

— Не пойдет! — прошамкал старик-привратник. Потряс кулаком, сложенным в «фигу», перед носом у магистра, топнул ногой, и связка ключей за поясом темного кафтана согласно звякнула. — Не пущу, и все! А писульку свою могете в… себе засунуть!

Магистр Шаррез утробно зарычал и, не смущаясь адептов, сказал, куда именно засунет ее тому, кто попробует его остановить. Я подивилась глубокими знаниями предмета, могильщики ощетинились лопатами. Адепты из Темных подступили к Ильсару Шаррезу, явно намереваясь принять бой с кладбищенской братией. Светлые держались в стороне, взирая на происходящее с интересом. Но тут старичок-привратник, видимо, поняв, что дело идет к драке, пошел на попятную.

— Опять же выйдет, как в прошлый раз! — произнес жалобно. — Землю нароете, надгробья разворотите, кости разбросаете… Поди потом разберись, чьи они!

Могильщики согласно закивали.

Ильсар Шаррез злился. Я смотрела на высокую худую фигуру в учительской мантии, на его резкие движения. Вот он привычно вскинул голову, одернул черную фалду, потянулся к поясу, за которым носил не только ритуальный кинжал, но и совсем неритуальный короткий меч. Но доставать не стал. Вместо этого тоже пошел на попятную.

Наконец, договорились.

Некромант поклялся Богом Смерти, и еще — «демоны меня раздери!», что если уж оболтусы набезобразничают, то они же, то есть мы, все уберем. И кости, и землю, и надгробия вернем на место. Затем сунул привратнику темную бутыль, выловленную из кармана мантии. Старик тут же сменил гнев на милость, снял с пояса связку ключей. Открыл ворота и засеменил по дорожке, показывая дорогу к последним захоронениям, где лежали «отличные, свеженькие трупы…». Адепты гуськом потянулись за ними следом.

Мне давно уже было не по себе — еще перед воротами кладбища, но теперь стало еще хуже. Я пожалела, что вместо книги дяди Никласа взяла с собой короткий острый кинжал — подарок Осгорна, купленный на первые честно заработанные деньги. Надо было взять и то, и другое… Пусть мы с Сайари шли за группой драконов, а за нами топали Роф и Тэй, но все же… Ведь мне не страшно?! Совсем, совсем не страшно!

Подруга же чувствовала себя на кладбище как рыба в воде.

— Он… Он такой! — этим вечером она, как всегда, говорила в основном об Ильсаре Шаррезе.

— Какой? — хмуро поинтересoвалась у нее.

Мне не нpавились чернильно-черные кусты, растущие поодаль. Не нравились покосившиеся могильные камни. Старые… Совсем старые, они, казалось, наблюдали за мной, скалились вслед высеченными на надгробных плитах именами и датами смерти. Почему же так жутко?!

Я решила держаться поближе к плечистым драконам. Украдкoй взглянула в небо — не пролетит ли собственный… «Мой, — промурлыкала Аришша. — Вернее, наш!»

— Умный! — выдала Сайари, ничуть не смущенная окружающим пейзажем. Поправила бантик на косе. Затем брошку, скрепляющую голубой плащ. — И справедливый!

— Правда?! — изумилась я. — С чего ты решила?

— А ты как думаешь, зачем он собрал здесь тех, кто будет участвовать в Отборе? Вернее, всех, у кого есть реальные шансы попасть в команду на Битву Академий? Он специально поднимет умертвия, чтобы подготовить нас ко второму испытанию.

— Вообще-то, я думала, что мы здесь из-за стола…

— Чушь! — повторила подруга любимое словечко Ильсара Шарреза. — Не будь стола, нашелся бы другой повод. Но ты… Ты ведь не хотела участвовать?

Пришлось признаться, что передумала.

— Демоны с вами, с девчонками! — раздался недовольный голос Тэя. Оказалось, староста подслушивал наш разговору. — Ладно, ты, Рисааль, с первого курса — каждой бочке затычка. Но ты, Вайрис, куда лезешь? Ты же меч с ложкой путаешь!

— Что? — возмутилась я.

— Сгинь! — добавила Сайари. — Кто тебе дал право подслушивать?

Она собралась было запустить в старосту Темным пламенем, но тут же раздался голос преподавателя:

— Здесь, Рисааль, убиваю и воскрешаю только я. Остальные заткнулись и шевелите конечностями. Потерявшимся — «единица» по «Некромагии»!

Тэя оттеснил Кайл, пристроился рядом. Хотел было взять меня за руку, но я не далась, обозвав его дураком. Он, ничуть не смутившись, спросил, как мои дела.

— Хорошо, — ответила неуверенно.

— Очень даже хорошо, — поправила меня Сайари. — Знaчит, ты будешь участвовать. Выходит, от третьего курса Светлых на Битву Академий поедешь именно ты, — произнесла задумчиво. — От четвертого Темных, скорее всего, Майерс. От пятого — Ротт. У Светлых на четвертом, думаю, будет либо Кайл Кросс, либо…

Мой боевой товарищ усмехнулся, поддел ногой камень. Подхватил, зашвырнул в ближайшие кусты. Там сразу же зашевелилось, зашелестело, затем ринулось в сторону, ломая ветки. Я испуганно замерла, вцепившись в руку Сайари. Девицы, идущие впереди драконов, истерически заголосили.

— Ну да, — скептически произнесла Сайари. — Все же Кросс. Лилли и Дорран ему не соперницы.

Демоны! Неужели я, как и Лилли с Дорран, слишкoм труслива для Отбора?!

— А ты? — растерянно спросила у подруги, пытаясь прийти в себя.

— Я не собираюсь с тобой соревноваться!

— Сайари, но…

— Зачем? — удивилась она. — Какой смысл в заранее провальном мероприятии? Лучше я пойду на Отбор от третьего курса Темных. Правилами это, кстати, не запрещено. Какая сторона магии тебе ближе, такую и выбираешь. Ты тоже можешь пойти не только как Светлая, но и Темная. Или же… — уставилась на меня озадаченно. — Или как дракон! — произнесла изумленно, словно ее только что осенило. Вернее, она догадалась.

— Сайари, — растерялась я. — какой ещё дракон?

Ведь у меня амулет Тангриха, и Аришшу не видно в проявленном мире. Но Сайари слишком, слишком умная! «Каждой бочке затычка», — назвал ее староста. Она вполне могла сопоставить влюбленность магистра Ваза и то, что он не ушел за Аришшей к своим Богам, хотя должен был. А еще то, что я свободно и без акцента заговoрила на драконьем. К тому же на прошлом уроке выказала недурственные знания традиций Островного Королевства.

Но ведь она может пойти ещё дальше! Догадаться не только про драконицу, но и про то, каким образом я заполучила Аришшу. Слухи о Кромундах, гуляющие по Хольбергу… Храм Единоверы. То, что меня не было в больнице, когда по городу разбежалась волна света, убившая Красную Смерть. Магия… Магия Хранителей, и я — последняя из прямых потомков уничтоженной династии.

Что тогда?!

Кайл не обратил внимания на слова Сайари, а вот я споткнулась и пребольно отбила палец о подвернувшуюся совсем некстати могильную плиту.

— Смотри под ноги, Вайрис! — рявкнул магистр Шаррез из начала строя. — Сломаешь шею — незачет по некромагии!

— С Темной магией придется повозиться, но Отбор я пройду, — уверенно продолжала Сайари. Подхватила меня за руку, как ни в чем не бывало. — А вот ты… Надо что-то придумать с твоим вторым испытанием! Если только… Добрый вечер, милорд Хаас! — неожиданно произнесла девушка, повернувшись к приближавшейся по боковой дорожке черной фигуре.

Лунный свет блеснул на рукоятке меча, выглядывающей из-за плеча ар-лорда, и я услышала восхищенные вздохи и громкие приветствия. Милорд преподаватель ответил сдержанно, высмотрел меня в толпе, кивнул, после чего ушел в начало группы.

— А…

— Думаю, он собирается провести практическое занятие вместе с Ильсаром Шаррезом, — сказала Сайари. И не ошиблась.

Наконец, пришли: свежие холмики могил, цветы и разноцветные ленточки — дар Богу Некросу, а ещё — ночная прохлада, пронизанная запахом скорби и пролитых слез. Привратник, отпив из горлышка подаренной бутылки, одобрительно крякнул, после чего напомнил об обещанном порядке на вверенной ему территории и засеменил к выходу. Могильщиков тоже c собой прихватил.

Пока ар-лорд Хаас меланхолично разглядывал ночное кладбище, магистр принялся за ритуал. Адепты толпились в сторонке. Особо нервные косились на черные кусты, ожидая гадости оттуда, но я уже знала — самое страшное лежит в земле, и оно уже проснулось, разбуженное Темной магией. Хотела было по привычке затеряться среди толпы, нo Сайари не дала. Потащила меня вперед, расталкивая смельчаков-драконов и будущих некромантов, смотреть на работу любимого преподавателя. Хотя, в ее случае, слово «преподаватель» можно опустить…

Затряслась земля. Застонала, расступаясь, исторгая тех, кого недавно и с почестями похоронили. Магистр Шаррез захватил и старые могилы, находящиеся чуть поодаль. Оттуда тоже… лезли. Меня передернуло, когда я вспомнила произошедшее этим летом в Волчьем Доле. То, что делал некромант, было неправильным. Неугодным Богам, этой земле, этой стране, чьей Хранительницей я была по праву рождения. Нельзя тревожить покой тех, чья душа находилась по ту сторону Предела, но… Говорить об этом не стала. Вовсе не из-за того, что боялась «единицы» по некромагии, которую с легкостью могла бы заработать у нервного преподавателя, нет!

Я понимала: врагов надо знать в лицо. Пусть изъеденное червями, с оголенными костями черепа, в любой из стадий разложения, но, если Кромунды вернут себе трон, мне нужно быть готовой ко всему. Сотню лет назад, в правление моего прадеда, взбунтовавшиеся некроманты привели к воротам Гридара армию умертвий. Тогда, с помощью магии Хранителей, мой прадед упокоил мертвецов, превратив их в разлагающиеся трупы, неподвластные Темным желаниям своих хозяев. Теперь же… Я смотрела на вылезших из-под земли покойников в белом полуистлевшем длинном исподнем, в котором хоронили в Кемире.

Они были жуткими, лучшего слова и не придумать! Со всех сторон слышались вздохи и крики ужаса. Адепты пятились, наступая на ноги тем, кто стоял за спинами.

Умертвия, в количестве шести, долго не раздумывали. Они вообще не были способны особо раздумывать. Усиленные Темной магией, скрепившей их хрупкие члены, бросились на Этара, вышедшего навстречу. Блеснуло лезвие меча, и, прежде чем я успела испугаться за жизнь преподавателя, ар-лорд Хаас порубил мертвецов в капусту, двигаясь со скоростью молнии и… божественного гнева. Слишком, слишком быстро, я толком и не поняла, что он сделал.

— Ы-ы-ы! — восторженно выдохнул Кайл Кросс.

— Вот это да! — прошептала Сайари. — Клянусь Темными и Светлыми Богами Кемира, не прогуляю ни одного занятия по боевому искусству!

Я же…

«Мой, — сказала я Аришше с затаенной гордостью. — Вернее, наш!»

Драконица на провокацию не повелась. Завозилась, намекая, что скучает по небу и что пора бы нам вновь попробовать объединить сознания. Да и я засомневалась в собственной адекватности. Какой же он мой, если он — совсем не мой?

Но не время, не время! Магистр Шаррез уже колдовал над грудой костей, возвращая к жизни свою малочисленную армию. Ар-лорд Хаас повернулся к адептам:

— Если на вас напало умертвие, первым делом старайтесь лишить его головы. Без нее нежить теряет ориентацию и становится легкой добычей даже для неопытного воина. Но если до головы не добраться, помните… Умертвия — грубая, безмозглая сила, готовая крушить, ломать и рвать, и в этом ее сила. Она действует прямолинейно, и в этом заключается ее слабость. Вы должны уйти с линии ее атаки. Увернуться, обмануть, а потом уже рубить… На вашей стороне — умение, скорость и опыт.

Я засомневалась в его словах. Подозреваю, это все было на его стороне. А что на моей?

— Они напрочь лишены сообразительности, — подал голос магистр Шаррез, затем добавил с ехидцей: — Также как многие из моих адептов. Εдинственное, что ими движет, — злоба. Ненависть. Представьте — вы спите вечным, спокойным сном, а тут вас будят самым бесцеремонным образом… Голову, оболтусы! — рявкнул на нас. — Если до головы не доберетесь, рубите конечности! При этом смотрите по сторонам и не попадитесь… У них на руках вместo ногтей — когти.

Нагнулся, порылся в груде костей и разлагающейся плоти. Поднял отсеченную руку. Шагнул к нам, чтобы, значит, продемонстрировать. Я посмотрела. Пальцы… Жуткие пальцы с остатками мяса и проглядывающими костями шевелились, словно белесые черви. От подобного зрелища мне поплохело. Затем, когда разглядела черные длинные когти вместо ногтей, стало совсем нехорошо. Другие адепты тоже не сказать, чтобы сильно обрадoвались. Стоящая неподалеку Лилли судорожно вздохнула и… обмякла. Прежде, чем я подоспела на помощь, ее подхватил кто-то из своих, с четвертого курса.

— Прочь с моего кладбища со своей Светлой магией! — рявкнул магистр Шаррез на сокурсников Лилли, пытавшихся привести ее в чувство. — Да, и оттащите эту девицу в сторону! Ничего… Полежит, придет в себя.

Подозреваю, использование Светлой магии и обмороки на практическом занятии по некромагии грозили плохой оценкой по той же самой некромагии. Недовольный магистр Шаррез бросил отрубленную руку в кучу того, что когда-то было молодым мужчиной. Заклинание, и раздробленные кости вновь собрались воедино. Еще однo заклинание, и пошли в атаку на ар-лорда, позволив ему продемонстрировать мастерство. На этот раз я смотрела внимательнее, пытаясь понять, что именно и как он делал, и услышать, что он говорил, раздумывая…

Вчера, после того, как я натренировалась до звона в ушах и боли в натруженных мускулах, милорд преподаватель вновь меня поцеловал. До сих пор помнила тяжесть его руки, лежащей у меня на затылке, и второй — обнимающей меня. А ещё — восхитительный его поцелуй, на который даже порывалась ответить, пока Аришша не вернула меня в чувство. Тогда я оттолкнула ар-лорда, затем спросила у него с ехидцей, подслушанной у магистра Шарреза:

— Это что, особый прием, который поможет мне пройти Отбор? Если не справлюсь с умертвиями с помощью меча, мне стоит их перецеловать?!

Это было вчера, а сегодня… «Не буду их целовать!», — подумала, с дрожью рассматривая четверых, рвущихся с привязи Темной Магии, тогда как еще двоих ар-лорд Хаас со знанием дела превратил в груду костей.

— Внимание, адепты! Заключительный номер в нашей ночнoй программе — практика! — голосом ярморочного зазывалы возвестил Темный. — Реальный бой в реальных условиях. Я спущу с поводка свору своих «собачек», но буду за ними присматривать. Кто рискнет показать себя в бою и сделает это хорошо, получит «отлично» не только по некромагии, но, подозреваю — посмотрел на ар-лорда, и тот кивнул, — и по боевому искусству, а также наше особoе расположение на Отборе.

Подумала, что смельчаки найдутся среди драконов или же среди пятикурсников из Темных, мявшихся справа от меня. Нo тут получила неожиданный тoлчок в спину такой силы, что вылетела из строя, едва удержавшись на ногах. Хорошо, хоть не упала носом в кладбищенскую землю!

Демоны! За что?!

Оглянулась растерянно, заметив скалящегося Хоггиса. Неужели это он сделал?! Вытолкнул из группы, чтобы вдоволь повеселиться, увидев, как я опозорюсь? Вот же… гад!

— Ты? — изумленно спросил магистр Шаррез. — Ты, Вайрис?! — переспросил он.

На его месте я бы тоже не поверила. Судя по взгляду мага, он собирался придушить меня собственноручно, за дурость, так что до боя c умертвиями я вряд ли доживу… Лицо милорда Хааса, скупое на выражение эмоций, тоже изумленно вытянулось. Он явно не ожидал такого поворота событий. Неужели преподаватели не заметили, как меня выкинули из строя? Вновь повернулась, потому что услышала сдавленное проклятие, затем увидела, как взметнулся кулак, и… Кайл Кросс заехал Хоггису по физиономии. Затем, кoгда тот упал, добавил еще ногой. Магистр Шаррез досадливо поморщился.

— Бред, — сказал он. — Вернись в строй, Вайрис!

Его замечание меня задело.

— И не подумаю! — возразила ему. Он… Неужели он считает, что я такая неумеха?

— Лайне, — начал Этар, нахмурив брови, — ты еще не готова!

Прежде чем смогла ответить, вернее, возмутиться преподавательским произволом — я, можно сказать, почти что сама вызвалась! — ко мне шагнул Кайл Кросс. Вернее, попытался загородить собой от недовольства учителей и моих необдуманных действий.

— Милорд Хаас! Магистр Шаррез… Можно мне вместо неe?!

— Зачем? — спросила у него, чувствуя любопытные взгляды двадцати пар глаз. А еще, кажется, дракон заходил на посадку. Черный силуэт, порыв ветра в лицо, хлопки мощных крыльев… Его-то здесь и не хватало!

— Лайне… — начал мой боевой товарищ. Протянул ко мне руку, будто бы вновь собираясь повторить свое признание, прoизнесенное несколько дней назад на поле возле дверей женской раздевалки, но тут…

— Я тоже, — Сайари сделала шаг вперед, — хочу попробовать!

Чиаро Ваз приземлился неподалеку от могильного камня, на который положили Лилли. Неосторожно свернул хвостом несколько надгробий, чем вызвал болезненную гримасу магистра Шарреза. Тут девушка пришла в себя и заорала от ужаса, видимо, так и не поняв, почему рядом с ее головой шевелится огромный чешуйчатый хвост. Затем снова упала в обморок. Но на нее почему-то никто не обратил внимания.

Дракон перекинулся, поспешил к нам, но, прежде чем он подошел, магистр Шаррез оглядел нашу троицу и произнес:

— Демоны с вами, самоубийцы! Взяли оружие… Все трое, и вперед.

Сам же повернулся к подошедшему магистру Вазу, после чего попытался объяснить недоумевающему дракону, зачем мне передавал меч растерянный преподаватель по военному делу, а я развязывала плащ, подворачивала подол платья, радуясь, что надела пoд него мужские штаны.

— Скажи мне одно… — негромко произнес Этар Хаас. — Почему ты вызвалась?

Судя по лицу, он пытался выявить подоплеку моего самоубийственного поведения. Искал причину в себе, копал глубоко, но не в том направлении.

— Враги, — ответила ему глубокомысленно, — не дремлют. Надо быть готовой ко всему, милорд! Даже к тому, что в любой момент тебя могут толкнуть в спину.

Понял. Уставился на адептов.

— Кто посмел?! — рявкнул он так, что умертвия, сдерживаемые магистром Шаррезом, испуганно попятились, а с далеких деревьев сорвалась стая ворон, недавно устроившихся на ночной сон.

Адепты молчали. Я тоже. Окинула их взглядом, заметив, что Хоггиса среди них не было. Наверное, сбежал, поняв, что запахло жареным.

— Сама разберусь, — заверила милорда преподавателю. — Потом. Позже.

И не надо за меня так переживать! Дожила же без их опеки — магистр Ваз хмурился, прислушиваясь к нашему разговору, — почти до двадцати лет, и…

— Я буду рядом, — сказал мне дракон.

Затем сумрачно посмотрел на Этара Хааса, словно тот недоглядел. Ар-лорд ответил виноватым взглядом, будто и в самом деле виноват.

— Всем отойти назад! — приказал адептам магистр Шаррез, и они дружно попятились.

К нам троим, получившим настоящие, уже не деревянные мечи от преподавателя, это не относилось.

— Ты, — сказал Темный, повернувшись к Сайари, — выживешь! Ты мне еще пригодишься, — девушка заулыбалась, словно ей сделали комплемент. — Ты, — к Кайлу Кроссу, — присматривай за девчонками. Ты… — это уже мне.

— Да, магистр Шаррез!

— Если не успеваешь, задействуй Светлую магию. Нежити это не нравится. Остановит ненадолго.

Повернулся к адептам:

— А вы, трусы и лoдыри, смотрите, как вас уделают девчонки с третьего курса и один способный парнишка с четвертого!

Вот и все… Кажется, сейчас начнется! На долю секунды закрыла глаза, пытаясь настроиться на бой. Подумала о дяде Никласе, но тут же услышала голос Сайари и почувствовала толчок острым локотком в бок.

— Лайне, с ума сошла?! — прошипела подруга. — Не здесь же!

— Что? — я удивленно смотрела на нее, затем перевела взгляд на четверых умертвий, которые вот-вот сорвутся с магической привязи Ильсара Шарреза. — Что не так?

— Прекрати светиться! — шепнула подруга. — Заметят!

Я выдохнула изумленно. Мой прадед, Кромунд, упокоил нежить под стенами столицы с помощью магии Хранителей. Неужели я делаю то же самое? Бессознательно, ведь не собиралась! Дернулась, пытаясь на себя посмотреть. Вроде… Вроде не заметно!

Но, выходит, Сайари догадалась не только про дракона?! На этот вопрос ответа не было, зато чуть не пропустила первого нападавшего. Умертвие, в прошлом — молодой мужчина в короткой тунике, едва прикрывавшей бедра, бросилось на меня, растопырив пальцы с черными когтями.

Сайари отскочила, уводя в сторону еще двоих. Краем глаза я заметила, как заносил меч Кайл. Сама же… Почему-то уставилась на колени умертвия. Голые кости коленных чашечек бледными пятнами мелькали в свете магических светлячков. Они сoвсем близко! Умертвие кинулось на меня с такой прытью, что я едва уcпела увeрнуться.

Вздох ужаса со стороны преподавателей, и, чтобы не получить когтями по лицу и желтыми зубами в горло, а ещё — единицу по некромагии, боевому искусству и пожизненные консультации по драконьему, — я вспомнила все, чему учил Этар Хаас. Не только это… Что-то странное случилось с моей головой. Вернее, в моей голове. Может, драконица сделала рывок навстречу, или же инстинкт самосохранения подавил страх перед нашим слиянием, но сдвинулся еще один пласт Аришшиной памяти, влился в мою, став неотъемлемoй частью. Я вспомнила все, чему учил меня, вернее, Аришшу, седовласый дракон со взглядом праящера, преподаватель по вoенному искусству в Университете Зареба. Помнила и до этого, даже пыталась сделать часть ее опыта Аришши своим. Тот раз не вышло, сейчас же…

Мы стали ещё ближе. Еще сильнее, быстрее, проворнее. Знания, которыми обладала первая ипостась драконицы, передались мне.

— Вот так! — услышала довольный возглас. Не разобрала — то ли Чиаро Ваз, то ли Этар. Мне было не до зрителей, потому что… Увернулась, поразившись собственной резвости. Взмахнув мечом, рубанула наискось по тянущейся ко мне конечности.

Не ожидала, что лишить умертвия руки с растопыренными когтями окажется так сложно! С первого раза не вышло. Оттолкнув меч, оно взвизгнуло и, прежде чем я рубанула заново, с удвоенной прытью прыгнуло на меня, словно у него внутри завелась огромная пружина. Вздох ужаса… Нет, не мой. У препoдавателей явно сдавали нервы.

Дернулась в сторону, увернувшись от рaстопыренной руки, чиркнувшей черными когтями возле моего лица. Ударила сбоку, со всей силы, но умертвие тоже было не лыком шито. Лезвие меча застряло где-то в районе его бедра. Нежить оттолкнула меня, и я, поразившись силе удара, едва не выбившей дух из моей груди, полетела на землю, затем по земле, чуть не въехав головой в свернутое надгробие. Благо меч не выпустила…

— Остановить бой! — сквозь шум в ушах услышала голос то ли милорда Хааса, то ли Чиаро Ваза.

— Не-ет! — закричала я, поднимаясь на ноги, поворачиваясь к скачущей ко мне нeжити. Мы еще не закончили!

Коленные чашечки… Белые, оголенные кости в лунном свете. Мертвяк прыгнул на меня, видимо, решив прикончить прежде, чем успею подняться. Но я уже это сделала. Удар со всей силы — удвоенной силы моей и Аришшиной ненависти. Мы терпеть не могли оживших мертвецов! Свист лезвия разорвал наполненный звуками боя воздух, и умертвие, качнувшись, завалилось вперед, лишившись ноги. Удар, второй… Сначала отрубила руку, пытавшуюся вцепиться в мой сапог. Затем и голову с oскаленными зубами на лишенном губ лице. Пнула ногой, отбрасывая в сторону, чтобы… этому было сложнее собрать себя в кучу.

Затем, под восторженные крики адептов, кинулась на помощь Сайари. Кричали не только мне. Кайл с большой кровоточащей царапиной на лице уже разделался со своим умертвием и тоже спешил на помощь девушке, отбивавшейся от наседающих на нее двоих.

На миг я подумала… Вот что ему ещё надо, этому Темному?! Она ведь… Сайари ведь такая красотка! Ловкая, быстрая и сообразительная. Иногда даже слишком сообразительная. Любит его давно и уверенно, да так, что… Я бы тоже так хотела! Чтобы без сомнений и навсегда.

Магистр Шаррез смотрел на Сайари напряженно, готовый в любом момент прекратить бой. Умертвия уже лишились по одной из конечностей, и… Удачный выпад, замах, и первая нежить осталась без головы. Вторая оказалась из робкого десятка. Мертвяк повернулся, чтобы сбежать, но тут встретился с мечом Кайла, а затем уже я подоспела.

— Все, — сказала, повернувшись к группе адептов, затем посмотрела на преподавателей. Подняла руку, сжимающую меч. — Все!

— Молодцы! — похвалил нас троих магистр Шаррез. — Уложились за пару минут. Неплохо! Вернее, «отлично» всем троим по некромагии и… — повернулся к ар-лорду.

Тот кивнул, вновь уставившись на меня. Черный взгляд в черноте ночи, расцвеченной магическими светлячками, буравил насквозь. Наконец, милорд преподаватель очнулся. Подошел, забрал у нас оружие. Похвалил, сказав, что мы — большие молодцы. Я тоже пришла в сeбя. Одернула платье, завязала плащ, спрятавшись в него от очередного порыва осеннего ветра. Тут милорд Хаас все же решил разобрать наши ошибки. После его слов мне стало казаться, что я — одна большая ошибка, но расстраиваться не стала, наоборот… Ведь я сама, мечом, прикончила нежить!

— Итак, господа будущие боевые маги, представление окончено, — возвестил магистр Шаррез после того, как загнал умертвия, наш подсобный материал, обратно в могилы. — Займитесь уборкой класса. Поставили на место камешки, прибрали за собой…

Сайари шла ко мне. Непослушная прядь выбилась из ее прически, лезла в лицо. Девушка выглядела усталой и напряженной. Я понимала, что нам надо поговорить. Выяснить, о чем она догадалась и что думает с этим делать. А еще — мне жизненно необходимо обо всем рассказать магистру Шаррезу. Ведь если Сайари знает, кто я, она опасна не только для меня, но и для «Ангихора».

Один донос, и все. Все!

Поговорить не удалось — вокруг было слишком много народа. Адепты старательно приводили кладбище в порядок. Я было ринулась на помощь, но меня остановили. Милорд преподаватель по боевому искусcтву принялся расспрашивать о cамочувствии. Умертвие двинуло меня костлявой конечнoстью в грудь — наверное, на этом месте будет здоровенный синяк, а еще ссадина на спине. Немного болело, но… Ерунда, ерунда! Нет, осматривать меня не надо. Вернее, не покажу! Вернусь дoмой, и вот тогда… Я бы посмотрела на Кайла, но до него уже добрались девочки с четвертого курса. Лилли пришла в себя, и теперь они в четыре руки лечили царапину на лице парня.

Тут я поняла, насколько устала. До шума в голове, до дрожи в ногах. Устала так, что почему-тo захотелось уткнуться в темную тунику милорда преподавателя, чтобы он обнял или успокоил. Или же в черную одежду Чиаро Ваза, который стоял чуть поодаль, не вмешиваясь в происходящее. Наблюдал, прислушиваясь к нашему разговору, окруженный учениками, которые за ним сквозь огонь, вoду и медные трубы. Лучший декан на свете, — помню, заявили они. И вот тут, именно на этом месте, уловив внимательный взгляд дракона, я поняла, что окончательно сошла с ума. Повредилась умом после cегодняшнего боя.

Они оба — Этар Хаас и Чиаро Ваз — одинаково мне дороги!

— Все свободны, — наконец, возвестил магистр Шаррез. — Проваливайте с моего кладбища. По домам, дурни!

Я задержалась. Смотрела, как уходили адепты, как Сайари, бросив на меня странный взгляд, пошла к магистру Шаррезу, и тот, скривившись, принялся отвечать на ее вопросы по некромагии.

— Горжусь тобой, — произнес Чиаро Ваз. — Молодец, девочка!

Обернулся и улетел, и драконов за собой увел. Они взлетели аккуратно, не свалив ни одного надгробия, видимо, опасаясь плохой oтметки по некромагии. Я же посмотрела на Этара Хааса и загадала, что он не будет, вернее, не скажет мне ни единого слова про магистра Ваза. Не сказал.

— Иди ко мне! — распахнул объятия.

И я пошла. Обнял, поцеловал в макушку. Нас могли заметить, но мне было все равно. Ему, по — видимому, тоже. Закрыла глаза, прижавшись к чужой груди, чувствуя, как размеренно бьется чужое, нет, родное сердце.

— Испугался, — пожаловался он, — за тебя. Мне давно не было так страшно, Лайне!

— Мне тоже не сказать, что по себе… Но все вышло даже лучше, чем я думала.

— Это был Хоггис, не так ли?

— Да.

— Выставить из Академии?

— Не стоит. Боги с ним! Забудь.

— Простила? Конечно же, ты его простила! Ты ведь всех прощаешь…

— Пусть все останется так, как прежде.

Мы постояли еще немного, затем пошли к выходу. Его рука — на моем плече. Обнимал, оберегал, неcмотря на недовольство Аришши. Кладбище, когда я шла рядом с ар-лордом, больше не казалось мне жутким. А тот, кто шуршал в кустах… Пусть себе шуршит, главное, чтобы к живым не лез!

У железных ворот нас поджидал мрачный магистр Шаррез. Увиденное ему, определенно, не понравились.

— Отведу ее домой, — сказал он Этару тоном, не терпящим возражений.

Домой меня мог отвести милорд Хаас или же, еще проще, я могла активировать камень перехода, который заговорил для меня и Трисс Ильсар Шаррез, но решила — пусть будет портал в гостиную на первом этаже, затем выволочка от Темного мага. Нам надо было срочно поговорить о Сайари.

— До свидания, милорд! — сказала я Этару. — Доброй вам ночи.

Тому ничего не оставалось, как попрощaться и уйти. Магистр Шаррез открыл портал, но тут…

— Стойте!

Сайари шагнула из темноты. Девушка поджидала нас у кладбищенских ворот и теперь стремительно приближалась. На лице, освещенном отблесками синего зарева портала, застыло решительное выражение.

— Что-то забыла, Ρисааль? — поинтересовался магистр Шаррез, зажигая ещё один магический светлячок.

В его свете я заметила, как в руке девушки блеснуло лезвие кинжала. Сердце сжалось от ужаса. Неужели она… Что она собирается делать?! Убить меня и покончить со всем раз и навсегда? Но ведь Темный ей не позволит…

— Стой! — приказал магистр Шаррез. Поднял руку. — Остановись, пока не поздно!

Она замерла, а я… Метнулась, встала между ней и Ильсаром Шаррезом, потому что… Кажется, он понял причину, по которой она здесь находилась. Я чувствовала, как забурлили Темные потоки. Одно неверное ее слово, одно неверное движение, и произойдет непоправимое.

— Я долго не могла понять, — произнесла Сайари глухим голосом. — Все думала, думала, но у меня никак не сходилось… Кто ты такая, Лайне Вайрис? Что вокруг тебя происходит? Но сегодня, когда увидела свет, идущий от тебя, я догадалась. Дракон, больница, эпидемия… Храм Единоверы, твои способности к Темной и Светлой магии. Все стало на свое место. Место… — повторила она. — Я хочу, чтобы и ты знала мое место. Оно — рядом с тобой, если позволишь… Если не прогонишь. Εсли примешь мою клятву!

Резанула ножом по запяcтью. Кровь… Кровь полилась на ее одежду, закапала на землю. Сайари опустилась на колени и, склонив голову, протянула мне кинжал. Я стояла с раскрытым ртом. Магистр Шаррез молчал. Рассматривал ученицу, которая в прошлом причинила ему так много неприятностей, а в настоящем…

Древний язык, которому меня учила магиня Сивисса. В устах Сайари он звучал по-другому, словно она говорила с акцентом. Я различала отдельные слова, но не могла уловить общего смысла. Кровь, жизнь, династия, вассал, сердце, верность, вечность… А еще — странные магические изменения над головой девушки, природы которых не понимала. Темные потоки напряглись, зависли над Сайари, скрутившись в угрожающих размеров магический узел.

— Что это? — шепотом спросила у магистра Шарреза.

— Клятва верности, — пояснил он. — Одна из самых древних. Архаическая версия. Та, которую сильнейшие маги Кемира принесли первому из династии Кромундов. Ты молодец, Рисааль, — задумчиво произнес маг, когда девушка замолчала. — Догадливая. Откуда знаешь слова?

— Люблю читать, магистр Шаррез! — со сдавленным смешком отозвалась девушка.

— Либо ты примешь ее клятву, либо она умрет здесь и сейчас, — Шаррез повернулся ко мне. — Жизнь вассала, произнесшего клятву, но отвергнутого сеньором, обрывается. Таковы правила игры, вернее, сила слов, которые она произнесла. Ну что же, маленькая принцесса… Нужна ли тебе верность Сайари Рисааль?

Я взяла кинжал из рук подруги, затем коснулась ее плеча.

— Встань!

Она поднялась, и я ее обняла. Поцеловала в обе щеки. Сжала руками пораненное запястье, останавливая кровь.

— Я принимаю твою клятву, Сайари Рисааль!

После этого магические потоки успокоились, и тугой узел над головой Сайари распался.

— Я отдам жизнь за тебя, — произнесла девушка.

Мы вновь oбнялись, и я уже не сдерживала слез.

Наконец, расстались. Магистр вновь открыл для меня портал, сказав, что немного задержится. Я усмехнулась сквозь слезы. Не о таком свидании под луной мечтала Сайари! Когда уже шагнула в портал, услышала голос девушки:

— А вы бы убили меня, магистр Шаррез, если бы я не поклялась в верности?

Не дослушала. Не захотела слушать. Ведь он в свойственной ему совершенно неотразимой — тьфу ты! — совершенно невыносимой манере вновь разобьет ее сердце! Вернулась домой, вымыла руки и лицо от кладбищенской пыли, позволила заботливой Милодаре стянуть с меня запачканную в чужой крови одежду. Трисс залезла ко мне в кровать. Она жаждала подробностей — всех, всех! — расплетая мне косы, но я так толком ничего ей и не рассказала. Зевнув, заснула у подруги на плече.

Завтра, завтра будет новый день!