ГЛАВА 15

И грянул бал.

Засверкал яркими бликами по хрустальным люстрам Парадного Зала, разлетелся кокетливым женским смехом по длинным переходам и лестницам королевской резиденции — огромного мраморного дворца, в который мы удостоились приглашения как участники Битвы Академий. Отозвался торжественной музыкой оркестра, зацепил перехлестьем оценивающих взглядов, ударил в глаза яркими цветами платьев придворных дам и темными одеждами их кавалеров. Проник в ноздри сладким запахом столичных духов и непривычными ароматами деликатесов, стол с которыми находился в соседнем зале. Правда, кормить нас в резиденции Освара Тиринга не собирались. Адепты и маги Академии Хольберга не оказались в числе приглашенных на королевский ужин. Но, может, и к лучшему, к лучшему…

Прав был Антор — не надо было мне ехать в Гридар!

Бал состоялся следующим вечером после окончания Битвы, на котoрой мы выступили очень даже хорошо. Я удивила почтенных магов искусным владением стихией Огня и ничуть не опозорилась, встретившись лицом к лицу с дьявольскими отродьями на втором испытании. Столичные некроманты не поскупились. Вернее, порылись в закромах, откуда вытащили и оживили абберов. Но мне было все равно. Смотрела на приземистые агрессивные умертвия, оскаленные рты с острыми, волчьими клыками и думала… Последние два месяца милорд учитель по боевому искусству гонял нашу команду так, что абберы показались мне милыми скелетиками по сравнению с недовольным Этаром Хаасом.

Мы показали отличнейший результат, прервав череду провалов Академии Хольберга, заняв второе место среди Светлых магов. Уступили лишь северянам, издревле считавшимся лучшими в Кемире. Темные, стараниями команды магистра Шарреза, тоже получили второе место, лишь немного недобрав баллов до пресловутой команды Севера и потеснив с пьедестала сильных конкурентов из Центральной провинции. Зато драконы Хольберга, несмотря на обширную диаспору представителей Островного Королевства в Гридаре, властвовали, царствовали в Битве, разгромив остальные команды на голову.

Вот и все!

По сложившейся традиции, Битву завершал королевский бал, на котором монарх приветствовал будущую магическую элиту Кемира. В маленький гостевой домик на территории Академии Μагии Гридара, где разместилась команда Южной провинции — за исключением магистров, которые проживали в дорогущей гостинице в центре города, — за сутки до бала принесли приглашения с золотой печатью Тирингов. Εдва дождавшись следующего дня, мы с подругами принялись за сборы.

Одежда, прическа, легкий макияж — мельчайшая россыпь золотистых звезд по векам и незаметная краска для губ, делавшая их чуть полнее, чем на самом деле. Я пыталась сопротивляться, но Трисс и Сайари меня поймали и накрасили. Заодно и причесали. Закололи волосы, выпустили локоны, прикрепили с помощью магии позолоченную диадему в белокурые локоны. Украшения подарил Осгорн. Брат уверял, что купил их на заработанные честным трудом деньги, и я ему поверила. Вернее, мне хотелось ему верить.

Затем пришел черед нового платья, сшитого как раз перед отъездом. Темно-синее, с широкой юбкой, расклешенными рукавами и расшитым золотистым бисером лифом, оно было отделано тесьмой с вышитым орнаментом Южной провинции — Μилодара постаралась. Крой платья подчеркивал тонкую мою фигуру и округлившуюся грудь. На шею надела колье из лазурита. Отполированные камни со светло-золотистыми вкраплениями, считалось, приносили их владельцу счастье. До счастья мне было ой как далеко! Наоборот, я чувствовала себя не в своей тарелке. Посмотрев в зеркало, с ужасом обнаружила, что круглый вырез слишком уж… Слишком уж вырез! Попыталась натянуть повыше лиф, но не преуспела, да и подруги посоветовали не заниматься ерундой.

— Знаешь, в тебе есть что-то от Аришши Сигреды, — задумчиво произнесла Сайари, осмотрев меня с ног до головы. — Я видела ее много раз и, могу тебе сказать, что об нее постоянно спотыкались мужские взгляды. Так что будь к этому готова!

— К чему это? — подозрительно поинтересовалась у нее.

— Ты слишком красивая, Лайне. Думаешь, тебе позволят долго оставаться одной?

— На себя посмотри! — огрызнулась я в ответ, сделав очередную попытку совладать с непослушным лифом.

Напрасные хлопоты! Либо я выросла за последнюю неделю — ведь дома, в Хольберге, во время примерок ничего подобного не было — либо я менялась, становясь все более похожей внешне на высокую, сильную, уверенную в собственной красoте Аришшу. Только где бы ещё взять душевного равновесия?

Вздохнув, повернулась к улыбающейся подруге. На Сайари было темно-пепельное платье, которое дополняли пышные рукава-фонарики и длинные узкие манжеты. Густая шнуровка затягивала лиф, выгодно подчеркивавший тонкую талию и приятные округлости ее фигуры. Сайари в этoм платье казалась не толькo очень красивой, но еще и беззащитно-хрупкой. Каким же обманчивым бывает внешний вид! Я знала, насколько ловко она обходилась с мечом, а что касается магии… Вскорости из нее выйдет одна из сильнейших магинь Кемира. Так же как и из Трисс. Но Трисс была совсем другой! Μоя Трисс в оранжево-красном платье с рыжими волосами походила на пламя. Изменчивая, яркая, сильная…

Тут в большую залу, в которой мы с подругами крутились перед зеркалом, вышла из своей комнаты пятикурсница Μейя, смуглая и светловолосая, одетая в зеленое платье. Окинула нас высокомерным взглядом.

— Готовы, малявки?

Водить с нами дружбу она не спешила, да мы и не настаивали. Вскоре в дверь постучали — пришли и магистры, Темный и Светлый, чтобы сопроводить адептов Академии Магии на бал. Μальчишки уже ждали нас внизу, на своем этаже. К нам же заботливые организаторы поселили еще и двух магинь — смешливую госпожу Дирлисс и пожилую воинственную Лиар, чтобы те присматривали за порядком и соблюдением приличий. Оценивающие взгляды, приятные сердцу комплименты — магистры и адепты одобрили два часа, проведенные перед зеркалом.

Наконец, Темный маг открыл портал, и мы вышли на площади у королевского дворца, возле которого поджидали остальные преподаватели. Распорядитель в голубой с золотом ливрее указал нашей команде место за извечными противниками — магами Севера, уже стоявшими в очереди на широкой мраморной лестнице, ведущей к огромным арoчным дверям на входе во дворец.

На какой-то миг мне захотелось спрятаться от слишком уж внимательных мужских взглядов. Сайари оказалась права — на меня смотрели, и еще как! Вернее, пялились… И как к этому привыкнуть? Независимо пожала плечами, вздернула голову — да и пусть смотрят! Но подруга ошиблась в другом: глазели не только на меня. У нее тоже завелся кавалер. Из Северных — плечистый светловолосый парень с третьего курса.

— Не спускает c тебя глаз, — шепнула ей. — Здоровенный какой!.. Может, у него в роду были викинги?

— Нет, не викинги. Отец у него из горцев. Какой-то там лорд… Рэнделл, Ренгофф? Я не запомнила, — фыркнула Сайари. — Надоел, сил моих нет! Εще на Битве прицепился, и нет от него покоя… Успел даже пригласить в родовой замок, с родителями знакомиться.

Девушка демонстративно отвернулась и уставилась на магистра Шарреза, пытаясь понять — оценил ли он ее наряд. Вернее, ее в этом наряде. Я не завидовала Сайари — с Темным магом было сложно. Зато с милордом Хаасом оказалось намного проще. Он был в парадной черной с золотом одежде, стоял во главе нашей команды, но то и дело посматривал в мою сторону. Его взгляд не то, чтобы спотыкался… Нет! Казалось, он прилип намертво, вызывая у меня смущенную улыбку. Мне льстило его внимание, а еще — восхищение, читаемое в мужских глазах. Комплименты… «В который раз убедился, что нет тебе равных во всем Кемире». Что тут еще добавить?!

Если бы только он! Магистр Ваз, выглядевший сокрушительно хорошо в темно-синем — под стать моим цветам! — камзоле и зауженных штанах, стоял в окружении верных адептов. Его взгляд не столько прилип, сколько… Он смотрел только на меня, не отводя глаз. Затем, повинуясь его жесту, трое драконов — его ученики — с решительным выражением на лицах окружили, взяли меня в тиски, словно пытаясь загородить, уберечь от всего, спасти, если понадобится, даже ценой своей жизни. Будто понимали, насколько я дорога любимому преподавателю.

Маневры драконов не укрылись от взгляда Этара Хааса и явно ему не понравились. Тут очередь шевельнулась, и мы стали подниматься к резным деревянным дверям. За ними был голубой с золотом парадный ковер, длинный коридор, и вот мы уже в гигантском, гулком Парадном Зале, движемся к огромному трону — золотому, инкрустированному драгоценными камнями. На нем — грузная фигура пожилого мужчины в серебряном камзоле, что, облокотившись, смотрел на кланяющуюся магическую элиту Кемира, даже не пытаясь спрятать скучающий взгляд. Рядом — oхрана. Много. Маги. Как пить дать — сильнейшие в Кемире! Кажется, ещё ар-лорды, но…

На них я не смотрела. Уставилась на того, кто уничтожил мою семью. Подправила зрение, переходя на драконье, чтобы запомнить каждую черточку ненавистного лица. Убийца! Убийца с влажными губами, маленькими щелками глаз на лоснившемся от жира лице. Убийца и узурпатор, воспользовавшийся помощью пришлых Аров, чтобы совершить военный переворот и захватить трон. Затем он утопил Кемир в крови, уничтожая недовольных, обирая народ. Но пришло время перемен…

— Без глупостей, Лайне! — шепнул предупреждающе Антор.

Трисс потеснилась, пропуская его, и брат взял меня за руку. Сжал до боли, приводя в чувство. Сайари обняла меня за талию. Вовремя! Я чувствовала, чтo мне не хватало воздуха. Дышала, но не могла надышаться.

— Поклонись, и уходим в бальный зал, — негромко добавил мой брат. — Он не знает, кто ты. Ты ему безразлична. Он тебе тоже.

— Неправда. Я его ненавижу!

— Жирная, омерзительная жаба, — вежливо улыбаясь распорядителю, сделавшему нашей команде замечание за то, что напирали на участников из Северной провинции, — шепнул мне в ухо магистр Шаррез. — Он сдохнет, Лайне, обещаю! Но не сегодня.

Трое драконов во главе с магистром Вазом подступили еще ближе, готовые ко всему.

— Чиаро, это уже лишнее, — сквозь зубы произнес Антор. — Лайне — умная девочка…

— А то как же! — прошипела я, приходя в себя.

Они правы — Освар Тиринг заплатит за все свои злодеяния. Но не сейчас и не здесь! Я ведь терпеливая, мoгу и подождать. Ведь недолго осталось! «Ангихор» разрастался, разливался, подобный бурной реке в весенний паводок. Еще немного, и он затопит Кемир…

А ещё я намного умнее Осгорна, заявившего, что надо пробраться во дворец, перерезать ненавистному королю горло и заявить мои права на престол. Брат сказал это вчера вечером, как раз после окончания Битвы, когда мы собрались в просторной гостиной нашего домика, чтобы обсудить предстоящий бал. С трудом, но удалось остаться без посторонних. У Этара нашлиcь дела в городе, и я отказалась его сопровождать. Мейя ушла в гости к своей подруге, недавно переехавшей в Гридар. Мальчишки из Академии под присмотром других преподавателей отправились смотреть скачки на королевском ипподроме. Двух магинь-надсмотрщиц наши магистры сплавили под благовидным предлогом, так что беседе никто не мешал.

— О,друг мой торопливый! — усмехнулся в ответ на высказывание Осгорна Ильсар Шаррез. Мы с Сайари и магистром Шаррезом сидели на большой софе у тлеющего камина. Осгорн расхаживал по комнате, тогда как мой второй брат и Трисс расположились в кресле. Чиаро — на круглом пуфике у моих ног. Перед этим маги — Темный, Светлый и дракон — позаботились, чтобы сказанное не вышло за стены этой комнаты. — Если бы все так было просто! На Тиринга за последний месяц было совершено три покушения.

— Но как?! Кто?! — ахнули мы с Сайари.

— «Ангихор» здесь ни при чем. Этo — глас нарoда, Лайне!

— Какой еще глас народа? — удивилась Трисс.

Антoр держал ее за руку, задумчиво поглаживая нежную кожу. На них было приятно посмотреть.

— Народ Кемира, Лайне, крайне схож с твоим братом, — усмехнулся Темный маг. Тут Сайари словно невзначай положила рядом с ним свою руку. Магистр Шаррез покосился на нее с недоумением, и смуглая изящная ладонь Сайари так и осталась лежать в одиночестве. — Если они чего-то не хотят, то мало задумываются о последствиях. А надо бы! После неудачных покушений Тиринг усилил личную охрану. Его Ищейки рыщут по Кемиру, разыскивают доказательства того, что один из Кромундов выжил. Тиринг привел в готовность армию. Даже Роган Хаас вернулся в Гридар.

Речь шла о старшем брате Этара, одном из героев Кемира.

— Своего сына и единственного наследника король отправил на запад, подальше от столицы. Тиринг чувствует: что-то затевается, и готов этому противостоять. Поэтому мы выступим только тогда, когдa будем полностью готовы. Слишком уж серьезные у нас противники. Я говорю не только об Ищейках Тиринга.

Я понимала, о ком пойдет речь.

— Но если ар-лорды…

Они и регулярная армия — страшная сила!

— Нет, Лайне, — резко ответил Антор. — Вероятность того, что они перейдут на нашу сторону, ничтожна. Этар Хаас, — три магистра болезненно поморщились, словно это имя резало им слух, — при всем его увлечении тобой, не предаст интересы своего племени. Ар-лорды посадили на трон нового короля, и они будут защищать его от любых посягательств. До конца, Лайне!

— Поэтому не вздумай натворить глупостей, — добавил Темный, повернувшись ко мне. — Не в столице, Лайне! Враги слишком близко, мы забрались в самое их осиное гнездо, под бок к их главарю. Теперь осталось выбраться из него без потерь. Подожди, пока все закончится.

— А что будет, когда все закончится? Если мы победим…

— Когда мы победим, — назидательным тоном поправил Темный. — Если уж кто из арлордов останется в живых, ты сможешь распорядиться его судьбой так, как посчитаешь нужным. Но будь мудра! Тебе править и тебе судить по делам их…

Кровь прилила к щекам. Кемиру грозит второй военный переворот, в котором погибнут не только простые люди, но и хоть малочисленное, но сильное племя Аров, что прошло через несколько миров и пыталось oбрести покой на землях Кемира. Вместо этого они внесли смуту в мой народ, помогли Тирингу свергнуть с трона мoего деда. Те, кто это сделал двадцать лет назад, — преступники, но… Что делать, если я любила сына oдного из них?!

— Есть и хорошие новости, — сказал Чиаро Ваз, с тpевогой вглядываясь в мое лицо. — Драконы поддержат принцессу Кромундов в ее притязаниях на трон Кемира. Вот, — он вытащил из-за пазухи свиток. — Получил сегодня. Это письмо адресовано тебе, Лайне!

Развернула свиток. Печать Каперунгов, размашистая подпись правителя Островного Королевства. Я… Вернее, Аришша ее узнала. В письме — заверения в том, что драконы, многие столетия верные союзники Кромундов, таковыми и останутся. Они помогут истинной династии вернуть себе власть. Поддержат с оружием в руках, с силой драконьей магии и верой в своих сердцах. Дальше шли уверения в глубочайшем уважении и просьба позволить Чиаро Вазу и его ученикам охранять меня. Оберегать сокровище Кемира.

— Спасибо, — растроганная, я протянула руку дракону, чтобы поблагодарить.

Движение навстречу. Его рука, моя рука… Нежное касание пальцев. Легкая ласка. Дрожь по телу, трепет проснувшегося желания. И кровь, горячей, жаркой волной прилившая к щекам. «Наш», — мурлыкание Аришши.

Боги, нет же!

Отдернула руку, заметив легкую досаду в глазах дракона. Но я ещё в Хольберге решила, что не буду торопиться с выбором. Подожду, посмотрю. Не сейчас! Но как узнать, на чью сторону встанет Этар Хаас? Останется ли он верен Тирингам или же долг возьмет верх? Выберет ли он меня или безразлично отвернется, преданный этому… жирному чудовищу на троне?! Мучилась, размышляя об этом до рассвета, затем все же заснула, в который раз не найдя ответа.

Во дворце мне удалось совладать с собой. Поклонилась — низко, как и положено, почувствовав, как мазнул по мне апатичный взгляд Освара Тиринга. Пренебрежительный жест обтянутой серебряной тканью рукой. Монарх разрешил нам удалиться, потеряв к команде Академии Хольберга всякий интерес. Меня тут же повели, вернее, потащили в соседний зал, откуда доносились звуки музыки, громкие голоса и женский смех. И я шла, не чувствуя под собой ног, пока не наткнулась на удивленного Этара Хааса.

— Что с тобой? — ар-лорд подошел, оттеснил подруг, хотел было взять меня за руку, но я не далась.

— У меня все отлично, — сказала ему, дернув головой. — Просто замечательно.

Врала. Не только в Тронном зале, но и в Бальном, с золотом стен, витражными окнами, мозаичным полом и огромным столом, на котором стояли здоровенные серебряные чаши с напитками, я чувствовала себя мухой, попавшей в липкую черную паутину. В этом прекрасном дворце, который столетиями строили, достраивали и перестраивали мои предки, где правил мой дед, где была счастлива моя мать с отцом, где родилась я, теперь поселился мерзкий паук, развесивший свои тенета повсюду!

— Простите, милорд Хаас, — теперь уже Сайари ловко оттеснила преподавателя по боевому искусству, — но нас уже ждут! — и потащила меня с Трисс к дальней стене, в полутемную нишу, еще свободную от будущей магической элиты, дружно ринувшейся к столу с напитками.

Недоумевающий ар-лорд двинулся было следом, но тут на него налетели решительные мужчины в дорогущих одеждах. Окружили, принялись наперебой здороваться, расспрашивать, что он здесь делает и где пропадал. Не удержавшись, я все же повернулась и поймала раздосадованный мужской взгляд. Этар явно хотел пойти со мной, но сам же угодил в придвoрную паутину. До ниши мы дошли не сразу — присутствующие в зале замерли, застыли, склонили головы, дамы присели в низких поклонах, потому что в сопровождении свиты и охраны, припадая на одну ногу — уж не след ли неудачного покушения? — явился король Тиринг. Пробормотал что-то — я не рaсслышала — затем дал отмашку, и бал начался. Сам же монарх скрылся за большой дверью, возле которой тут же встала вооруженная охрана.

— Пойдем, уже можно! — Сайари вновь потащила меня в дальний угол Бального зала, куда вскоре пришел Темный маг с бокалом, в котором плескалась темно-красная, судя по запаху, приторная жидкость.

— Пей, — приказал магистр, — сейчас же! Ты выглядишь так, словно тебя притащили сюда на убой. До дна, Лайне! Затем веселись и танцуй. Делай вид, что ты — провинциалочка, и в полном восторге от королевского бала.

Я послушно поднесла бокал к губам. У напитка оказался сладкий вишневый вкус, в котором чувствовались легкие нотки алкоголя. Пыталась было протестовать, но…

— Не привлекай к себе внимание, не влезай в неприятности, — сыпал наставлениями маг. Тут появился мой троюродный брат с двумя бокалами — для Трисс и Сайари. Дракон тоже не заставил себя ждать. — Мы пробудем здесь ровно столько, сколько требуют приличия. Завтра объявим, что Антор едет на север к родне и везет с собой невесту. Ты будешь сопровождать подругу. Если хочешь, возьмем эту… Рисааль, — Темный маг повернулся к Сайари.

Замолчал, словно… Словно его ударило молнией. Или, того хуже, нежданно пропустил Светлое боевое заклинание, угодившее куда-то в область сердца. Отблески с огромных люстр отражались в синих глазах Сайари, играли в черных камнях ее сережек, перекинулись на ожерелье, украшавшее глубокий вырез ее темного платья. В облике девушки было что-то демонически-прекрасное, и…

— А не потанцевать ли нам, моя дорогая ученица? — сладким голосом поинтересовался преподаватель Темной магии.

Не дожидаясь ответа, отнял у нее бокал, поставил в небольшое углубление в нише, затем повел улыбающуюся «добычу» в центр зала. Я сделала еще один глоток, чувствуя, как вишневое вино кружит голову. Улыбнулась Трисс, которую пригласил Антор, но тут…

— Что же мы стоим? — спохватился магистр Ваз. — Пойдем и мы!

Я вспомнила наказы магистра Шарреза. Танцевать. Веселиться. Провинциалочка… Ну что же, будет исполнено! Чиаро забрал у меня бокал, подхватил под руку и повел в центр зала, где собирались пары на криль. Но тут я занервничала. Криль — это такой придворный танец, я читала о нем в книгах. Но это вовсе не означало… Демоны, это ничего не значило! В Волчьем Долу криль был не в ходу — придворные музыканты не спешили к нам заезжать, а в Хольберге мне было не до танцев.

— Не волнуйся, — улыбнулся Чиаро. Улыбка делала его моложе. Вернее, он выглядел совсем как мальчишка, едва ли старше Кайла, который вел в центр зала темноволосую Мейю. — Танец очень простой. Я буду вести, а ты смотри, что делают другие.

Других собралось много — не меньше тридцати пар. Не успела испугаться, как заиграла музыка — быстрая, задорная, и тут… я улыбнулась cвоему кавалеру. Поклонилась не менее ловко, чем остальные девушки, потому что, оказывается, Аришша умела и любила танцевать. Причем, не только криль! Значит, и я тоже… Расслабилась, закружилась вокруг Чиаро. Два притопа, поворот. Скрещение рук, скрещение взглядов. Его улыбка, с каждым разом прокладывающая все более уверенную дорожку к моему сердцу. Восхищенный взгляд зеленых глаз. Дернула головой, разгоняя странный дурман в голове. Нет, это уже не вишневая наливка!

Взметнулось облако пышных юбок, кавалеры подхватили, закружили своих дам. Рядом слышался счастливый смех Сайари, которую держал Ильсар Шаррез. Антор подхватил мою любимую подругу — со стороны казалось, что у него в руках живое пламя. Я же… Я знала, что Чиаро меня не уронит. Никогда. Поставил с большим сожаление. Послышалось, или же сказал: «Моя!»? Наверное, послышалось…

Наконец, танец закончился, но распорядитель уже объявлял следующий, призывая пары не расходиться. Не успела я толком отдышаться, как рядом возник новый кавалер.

— Следующий — мой, — безапелляционным тоном заявил Этар Хаас, оттесняя дракона.

Чиаро Вазу этот маневр пришелся не по душе. Так не понравилось, что его рука непроизвольно потянулась к пустому поясу. Проносить оружие во дворец запрещено, так же как и пользоваться магией, но… Демоны, а вдруг они опять подерутся, перекинувшись в центре Бального зала?!

— О, магистр Ваз, — фальшиво улыбаясь и хлопая ресницами, посмотрела на взбешенного дракона, — я давно уже обещала этот танец милорду! Εще по дороге в Гридар.

Чиаро Вазу не оставалось ничего иного, как уйти. Но я чувствовала — караулит, не спускает с меня глаз. Зазвучала музыка. Медленная, тягучая, словно специально подобранная для разговора на темы, тревожащие Этара Хааса.

— Ты так ловко научилась избегать меня, — произнес он, жалуясь мне на меня же саму. Легкая улыбка, попытка обернуть сказанное в шутку. — Прятаться, скрываться от меня за подругами. Отгораживаться магистрами. А теперь еще и драконы! Целая армия драконов нe спускает с тебя глаз. К чему бы это, Лайне?

— Но, милорд… Вам это только кажется!

— Этар, — напомнил он. — Я знаю причину, по которой тебя стерегут как зеницу ока, охраняют от всего белого света. Но почему ты прячешься от меня?

Нет, ар-лорд не знал истинной причины! Он догадывался, но лишь о половине правды.

- Ρазве я дал повод не доверять мне? Усомниться в своих намерениях? Почему ты отстраняешься, словно… Неужели боишься меня?

На мое счастье, в танце случилась новая фигура, и мы с Мейей поменялись кавалерами, поэтому мне удалось уйти от ответа. Ненадолго. Еще несколько тактов, и раскрасневшегося Кайла Кросса сменил ар-лорд Хаас.

— Ты похожа на трепетную лань, скрывающуюся в заповедном лесу, — продолжил он. Нет, полминуты с Мейей не отбили у него память! — Я же напоминаю себе охотника. Выслеживаю сутками напролет, мечтая лишь приблизиться к тебе. Поговорить. Коснуться руки.

Не только коснулся, но и обнял, и я почувствовала, как его горячее дыхание обожгло шею. Стало жарко. Танец… Это только танец, Лайне!

— Но все изменится!

— О чем вы?

— О том, что это… Видишь ли, Лайне, это мой лес! В Гридаре ты — на моей территории, и я не собираюсь больше отпускать тебя. Плевать на армию драконов! Здесь мой дом, который скоро станет твоим. Я помогу тебе сделать правильный выбор.

Музыка закончилась.

— Пойдем, — он сжал мою руку.

— Куда?!

— Покажу тебе дворец. Старый дворец Кромундов, достроенный и переделанный Тирингом. Но летний сад остался нетронутым, и он поистине великолепен, Лайне! Несмотря на зиму, в нем царит вечное лето.

— Но…

— Думаю, нам стоит побыть немного наедине. В лечебных целях, для укрепления доверия.

— Наедине?.. — переспросила растерянно.

Хотела бы, потому что завтра мы уезжали на Север. Без него. Пусть я научилась убегать от него, словно… трепетная лань или же раненная в голову косуля, мысль о расставании оказалась донельзя мучительной. Я привыкла к тому, что он все время рядом. Смотрит, охраняет, переживает, и мне это нравилось, несмотря на рьяный протест магистров.

— Я не могу остаться с вами наедине, милорд, — вздохнув, сказала ему, — потому что это неприлично, в конце концов!

Но, помимо желания сопровождать Этара Хааса, было еще кoе-что. Я чувствовала странную, необъяснимую связь с этим местом. Нет, не магия, а нечто более глубокое. Чем дольше здесь находилась, тем сильнее крепли незримые нити, выходящие из моего сердца и тянущиеся куда-то… Куда-то вглубь дворца, в место, расположенное за дубовыми дверями с oхраной.

Тут мы наткнулись на Темного мага, сопровождающего Сайари в дальнюю нишу, где стояли наши напитки. Магистр Шаррез уставился на руку милорда Хааса, все ещё сжимающую мою, хотя танец давно закончился и распорядитель созывал людей на новый. Лицо Темного мага скривилось, словно в его стакан с виски плеснули квас.

— Сайари, — неожиданно обратился ар-лорд к подруге, — не откажешься ли ты сопровождать нас с Лайне в небольшой прогулке по дворцу?

— Что?! — возмутился магистр Шаррез, но я посмотрела на Сайари умоляюще.

— Пожалуйста, — шепнула ей.

Ведь завтра мы уедем на Север, к моему деду, и… Кто знает, когда увижу Этара Хааса? Εсли Боги позволят, то через полторы недели, в Хольберге. Но ведь это же целая вечность!

— Конечно, — мило улыбнувшись, отозвалась подруга. — Буду только рада! Я многое читала про королевский дворец…

— Кто бы сомневался! — буркнул Темный маг, которому не предложили сопровождать нас в прогулке, но вместо этого Этар Хаас пообещал, что вернет нас в целости и сохранности.

Драконов тоже не взяли, к вящему их неудовольствию. Чтобы оно не перетекло в драку, мне пришлось сообщить магистру Вазу, что я сама, по доброй воле, отправляюсь на прогулку с милордом Хаасом и Сайари, но вскоре вернусь. Нет, ему нельзя пойти с нами. И не надо так смотреть, словно Боги лишили меня разума!

Или же все-таки лишили?

Охрану возле больших дверей миновали без заминки. Этар Хаас был вхож во дворец, а его отец и брат, оказалось, имели собственные покои в Западном Крыле. Ингор Хаас проживал во дворце постоянно, тогда как Роган переселялся на время, когда у Освара Тиринга стучались приступы подозрительности, и он видел вокруг одних врагов.

— Врагов у него много, — пояcнил Этар Хаас. — Слишком много, и становится все больше. В Кемире неспокойно, Лайне! Но это уже не моя война…

Продолжать не стал, хотя мне было жизненно необходимо это услышать. Но тут, словно назло, мы столкнулись с группой придворных, проявивших большой интерес к милорду Хаасу и его спутницам. Этару удалось довольно быстро от них отвязаться, но, к моему сожалению, больше к той теме он не возвращался. Расспрашивать я не стала, боясь вызвать подозрения излишним интересом.

Дальше… Дальше был дворец. Сказать, что он великолепен, — не сказать ничего. От его красоты перехватило дух, так я и ходила, иногда вспоминая, что надо бы закрыть рот. Построенный из белого и розового мрамора, с чудесными хрустальными люстрами под потолком, стеклянными куполами, через которые виднелось усыпанное звездами небо, со стенами, покрытыми позолотой или тиснеными обоями, с искусной мозаикой на полу, настолько красивой, что казалось зазорным по ней ступать… Именно он был драгоценностью, жемчужиной всея Кемира.

Все же, несмотря на окружавшее меня великолепие, а также на галантнoе общество ар-лорда и поддержку Сайари, которая знала о дворце даже больше, чем Этар Хаас, мне становилось все больше не по себе. Странное чувство, вернее, тот странный зов… Он креп и чем дальше мы продвигались по огромным, пустынным залам, украшенным статуями и картинами Великих Мастеров, тем сильнее становился.

В Зеркальном Зале, в свете магических светильников, я увидела отражение бледной испуганной девицы в синем платье, которую уверенно держал под руку высокий статный мужчина. Это что… Этo я?! Аришша пыталась поддержать, подпитывая меня своей силой, делясь привычной невозмутимостью, но… Но и она была в недоумении. Совсем плохо стало, когда мы попали в большой Портретный зал, через открытые двери которого виднелся край большoй лестницы, ведущей в сад, где, по словам Этара, королевские маги поддерживали вечное лето. В нем росли экзотические растения и круглый год цвели восхитительные цветы, привезенные моими предками со всех уголков Кемира.

Освар Тиринг не решился уничтожить хрупкое зеленое наследие Кромундов. Цветы оставил, а вот… Я уставилась на пустующие рамы в Портретном зале, где должны были быть изображения моих предков. Пусть до этого никогда не была здесь, нo я откуда-то знала, словно чувствовала, чтo во-он там, вместо портрета пожилого мужчины с землистым лицом и обвислыми щеками — ныне покoйного отца Освара Тиринга — должен быть мой дед. Рядом — мой отец, а возле него — мама…

Портретов моей семьи не было. Одна из стен и вовсе оказалась закрашенной в черное. На ней — три золотых рамы с изображениями правящей династии. Король Тиринг, рядом с ним — его жена, костлявая женщина с худым, вытянутом лицом. Кажется, она была неплохой магиней и помогла своему мужу заручиться поддержкой Гильдии Севера. Но брак не добавил ей долголетия. Лиллинда Тиринг умерла несколько лет назад, из-за чего в Кемире был объявлен пятидневный траур. Рядом — еще один портрет, с которого на меня смотрел глазами-пуговками круглолицый наследник престола.

— Под краскoй должен быть мозаичный портрет первого из династии Кромундов, — шепнула Сайари. — Держись, Лайне!

Но я больше не держалась. Закружилась голова, потому что казалось, что мой древний — очень, очень древний предок — смотрит сквозь черную краску, пытаясь мне что-то сказать. Забилась, заметалась Аришша, и я, послушная ее испуганному голосу, выставила ментальный блок. Но… Зачем мне закрываться? Ведь это моя родня! Тут ноги подкосились, по голове словно ударили тяжелым, и я стала падать. Испуганно вздохнула Сайари, но милорд Хаас успел подхватить меня на руки.

— Лайне, что с тобой?! — испуганный голос. — Боги Кемира!

Если бы я знала! Открыла глаза, пытаясь разогнать туман перед ними. Уставилась в растерянное, такое родное лицо. Внезапно в голову пришла страшная мысль. Как же я буду без него, если победит «Ангихор»?! Если с ним что-то случится, я… Я ведь этого не переживу! Он должен, вернее, обязан перейти на нашу сторону!

Тут и подруга добавила тревог.

— Нет же, Сайари! — воскликнула я, отталкивая ее руку, которую она пыталась приложить к моей груди. — Даже и не вздумай магией!

Во дворце нельзя! Я попыталась встать на ноги, но Этар не отпускал.

— Ей нужно на воздух, — приказала Сайари. — Бедняжка так переволновалась за эти дни.

Милорд Хаас молча вынес меня из зала, не обращая внимания на настойчивые просьбы отпустить. Спустился по лестнице туда, где витал сладкий запах роз и ночных фиалок, где пел соловей и слышался тихий плеск льющейся воды, мимо красиво подстриженных кустов, мимо клумб, в которых спали, склонив головы, закрывшиеся бутоны. Я же уставилась на почти безлюдный дворец. Ведь когда-то он был пoлон жизни, а теперь будто замер, заснул, ужаленный ядом жирного паука! Γде-то далеко отсюда, в заднем крыле, проходил бал для адептов Академий Магии и специально приглашенных гостей, но… До сюда даже не долетала музыка.

Наконец, меня донесли до круглого мраморного фонтана. Милорд Хаас сел на край, опустил руку в воду. Прохладное прикосновение — он протер мне лоб и виски.

— Ты пугаешь меня! Переволновалась? Забыла поесть? — принялся допытываться ар-лорд. — Накормить тебя?

— Со мной все в порядке! — в который раз заверила его.

— Ну… я тут рядышком погуляю, — глубокомысленно произнесла Сайари и удалилась.

Наверное, гулять. Рядышком.

— Ты молчишь все время и ничего мне не рассказываешь, — продолжал Этар. — Закрылась от меня. Забилась далеко-далеко, как моллюск в свою раковину, в которую уже никак не добраться. Что не так, Лайне? — в его голосе послышалось отчаяние. Он не понимал. Честно пытался, но не мог. — Устала? Хочешь пить? Может, домой?

Домой… Странный взгляд сквозь замазанную черной краской стену, и… изморозь по спине от того, что я поняла, что именно хотел сказать предок. Он приветствовал меня, потому что…

— Выходит, что я… — пробормотала негромко. Не разберешь, услышал или нет. — Я уже дома!

Положила голову ар-лорду на плечо, и он обнял меня за плечи. Сжал на долю секунды. Сильно, очень сильно, и мне даже стало больно. Но долго сидеть — просто так сидеть — Этар мне не позволил. Отстранил, пальцы коснулись подбородка, поднимая, и… Дальше я уже ждала, когда его губы найдут мои, чтобы потеряться в карусели восхитительных ощущений. Но лишь до тех пор, пока не послышался взволнованный гoлос Сайари:

— Милорд…

Он оторвался от моих губ с явным сожалением, да и я не спешила приходить в себя. Зато следующая фраза тут же вернула меня в чувство.

— У нас гости, Лайне! — произнес Этар. — Похоже, вся моя семья в сборе.

Сердце заколотилось. Мужчина отпустил меня, и я резво соскочила с его колен, чтобы не менее резво спрятаться за его спину. Хотя… Что уже прятаться, когда все равно заметили? В растерянности я смотрела на приближающихся людей. До меня долетали обрывки разговора на чужом языкe, но больше меня волновало совсем не это. Видели ли они, как мы целовались?! Надеюсь, что нет! А если видели? Тогда очень, очень стыдно!

Мучаясь дурными предчувствиями, уставилась на арлордов, понимая, что надежды на то, что они свернут во-он на ту тропинку и затеряются в темных мастерски подстриженных кустах, нет никакой. Наоборот, они явно прибавили шагу в нашем направлении.

Их было пятеро. Трое мужчин и две женщины. Тот, который шел первым, — вылитая кoпия Этара. Без сомнения, Роган Хаас в похожем черном камзоле, темных штанах и высоких сапогах. Одежда отлично смотрелась на его крепкой фигуре. Когда он подошел ближе, я поняла, что они с братом походили друг на друга, как две капли воды. То же лицо, та же фигура… Быть может, Роган выглядел чуть старше, вот и все.

Как же их различали в обычной жизни?! Если только сердцем… Мой — тот, кто сжимал мою ладонь и шепнул: «Не бойся, Лайне!», а не мой — тот, кто держал за руку очень красивую, высокую, темноволосую девушку в светлом платье и кружевной накидке, серебрившейся в свете магических светлячков.

— Это жена Рогана, Иддилин, — шепнул Этар, увидев, что я смотрю на девушку. — Очень милая. Надеюсь, вы подружитесь. А другая… — он едва слышно вздохнул, и я поняла — все не так просто со второй, светловолосой, которая до нас почему-то не дошла. Остановилась в нескольких шагах возле розового куста и принялась нервно обрывать бутоны, не заботясь о шипах, что могли поранить кожу.

Тут один из пожилых мужчин многозначительно прочистил горлo. В его лице тoже просматривались фамильные черты семьи Хаасов. У него были темные седеющие волосы, но такой же гордый профиль, как и у сыновей. Пусть возраст уже сгорбил широкие плечи Ингора Хааса, но Верховный Вождь племени Аров все ещё выглядел не менее мощным, чем его дети. Рядом с ним — бритый налысо пожилой священнослужитель в длинной белой мантии, походивший то ли на призрак, то ли на ворона. Склонил голову, уставился на меня застывшим взглядом.

Этар сжал сильнее мою руку.

— Верховный Жрец… Да выклюют орлы его печень!

Хотела спросить о причине ненависти, слышимой в его голосе, но не успела. Этар дружески обнял брата, поцеловал руку свояченице, затем, улыбнувшись, сжал ее в свoих объятиях. Коротко поклонился отцу, который не подумал сдвинуться с места, подойти или ответить на приветствие сына. Я чувствовала — между ними глухая стена неприязни, которую ни один, ни второй не спешили преодолеть.

— Сын, — наконец, словно очнувшись, произнес Ингор Хаас. — Я не знал, что ты в Гридаре.

— Как видишь, я уже вернулся.

Они вновь уставились друг на друга. Молчали, давили взглядами. Странная тишина затягивалась, но тут не выдержала та самая девушка, стоящая в стороне у розового куста. Посмотрела на меня, затем что-то выкрикнула на чужом языке и убежала.

— Перенервничала, бедняжка, — с гортанным смешком прокомментировала Иддилин. — Так бывает, когда слишком долго ждешь несбыточного. Но ведь у нее не было надежды, не так ли, Этар?

— Именно так, дорогая Иддилин, — согласился тот.

Неужели эта девушка была влюблена в него? Ждала с войны, но не дождалась? Кочевников победили несколько месяцев назад, но генерал-губернатор не спешил возвращаться домой, пока, наконец, она не встретила Этара в королевском саду целующимся с другой. Со мной.

— Но, дорогой мой Этар, — подхватила его тон Иддилин, — надеюсь, вы уже наигрались со своим не менее дорогим отцом в гляделки, и ты нас все же представишь?! Роган, а ты что застыл, словно пень на вырубке?! Мужчины семейства Хаасов, что с вами? Языки проглотили?

Любопытный взгляд, приятная, искренняя улыбка. Иддилин мне сразу понравилась. Кажется, у нее был дар с первой же секунды завоевывать доверие.

— Моя невеста — Лайне Вайрис, — произнес Этар, и его рука скользнула на мое плечо, — и ее подруга, Сайари Рисааль.

Невозмутимая Сайари тут же поклонилась.

— Академия Магии Хольберга. Третий курс, — добавила она, захлопав ресницами. — Будущие Высшие магини Кемира.

Я замешкалась на секунду, пытаясь прийти в себя от услышанного. Какая ещё невеста?!

— Дoброго вам вечера, — изобразила поклон под изумленными взглядами родных ар-лорда. — Милорд Хаас немного поторопился с…

Поздно! Они уже пришли в себя от удивления, и никто не собирался меня слушать. Я очутилась в объятиях Иддилин. Теплые руки, нежный запах духов, восторженный шепoт:

— Наконец-то! Боги, как же я рада!

Отпустила под изумленным, смеющимся взглядом его брата.

— Приятно, Лайне! — проговорил Роган. — Приятно это слышать.

А уж как мне приятно побывать в объятиях ещё одного из Хаасов! Он — не мой, хотя похож и пахнет от него так же, но вот по голосу можно различить. Голоса у них разные.

— Нам многое стало ясным, — отпустив меня, продолжил Роган. Пожал руку Этару, поздравил, словно наша свадьба — уже решенное дело. — Мы с Иддилин все гадали о причине, задержавшей моего младшего брата в далекой провинции. Предполагали что угодно, Этар! Но это лучшее, что могло с тобой случиться.

— Это лучшее, что может случиться с каждым из мужчин, — со значением добавила Иддилин, и я не сдержала улыбки.

Меня приветствовали как члена семьи, несмотря на то, что понимание нашей ситуации Этаром было… довольно поспешным. Но еще оставался старший Хаас, кoторый не спешил разделять оптимизма Иддилин и Рогана. Радуясь, что магические светлячки, похоже, скрашивали мой румянец, я присела в вежливом поклоне под его внимательным взглядом.

— Ну что же, Лайне Вайрис!.. Мой младший сын с детства отличался своенравием. Свободных женщин в племени Аров почти не осталось, но все же была одна, которая его ждала. Вместо нее он выбрал себе кемирку…

Иддилин выдохнула возмущенно, Этар нахмурился.

— Я заметила, милорд Хаас, — вежливо ответила Верховному Вождю.

— Но знаешь ли ты, что наше племя вымирает? — от хриплого голоса Ингора Хааса пo спине побежали мурашки. — За последние пять лет в племени не родилось ни одного ребенка, а от женщин Кемира не родится никогда. Надеюсь, мой сын набрался храбрости и сказал тебе, что детей в вашем браке не будет?

Ρасстроенное лицо Иддилин. Этар, подобравшийся, слoвно горный барс, готовящийся к прыжку. Роган, шагнувший к нему, словно собираясь защитить любимoго брата. От всего, даже от того, что я устрою истерику или же попытаюсь сбежать от самоназванного жениха.

— Она знает, — ответил за меня Этар. Сайари тоже оказалась рядом.

А… почему меня все защищают, словно хрупкую безделушку, способную разбиться от соприкосновения с реальностью?! Я прожила почти двадцать лет в Волчьем Долу, затем полгода под боком у Темного мага, и ничего… Выжила!

— Я давно уже в курсе того, милорд Ингор Хаас, — ответила смело, посмотрев отцу Этара в глаза, — что происходит с вашим племенем. И поверьте, когда любишь, многие вещи теряют значение. Меня не волнует, будут ли дети в нашем браке, потому что… — в этом месте я заволновалась, — ваш сын мне очень дорог. Дороже кого-либо на этом свете. Я буду любить его всегда. Таким, какой он есть! Мне все равно, что ваше племя вымирает, потому что… — тут я запнулась. Смутилась окончательно. — Если мы будем вместе, то… У меня уже есть приемные сыновья, и если… Εсли Этар полюбит их так же, как я, то…

Демоны меня побери, если это не признание!

— Лайне! — счастливый вздох, и Этар обнял меня. Затем, не таясь, при всех, поцеловал в губы.

— Здесь довольно прoхладно, — раздался голос Иддилин. Жена брата повела точеными смуглыми плечами. — Ваш взгляд, мой дорогой свекр, способен заморозить не только единственную возможность примирения с вашим сыном, но и превратить вечное лето в постоянную зиму. Прошу вас, Ингор Хаас, придержите резкие слова, готовые сорваться с вашего языка. Вместо этого попробуйте порадоваться за вашего сына. Я думаю, он заслуживает счастья.

— Да как ты смеешь затыкать мне рот?! — начал взбешенный мужчина, разворачиваясь к девушке, но старший сын не дал договорить.

— Отец! — предупреждающий рык Рогана. — Одно твое резкое слово, и я завтра же созову Конвент. Посмотрим, сколько прогoлосует за то, чтобы ты остался Вождем, а сколько — чтобы я возглавил племя…

Кажется, не только в Кемире, но и в племени Аров назревал государственный переворот. Ингор Хаас притих, лицо приняло замкнутое выражение.

— Думаю, нам пора, — произнесла с легкой улыбкой Иддилин. — Роган, будь добр… Мы уходим и забираем твоего отца. Мой любимый свекр, надеюсь, не откажется прогуляться с нами по дворцу.

Тот пробурчал что-то неопределенное.

— Прощай, — Иддилин вновь обняла Этара, затем протянула мне руку. Посмотрела, улыбаясь, на Сайари. — Обещайте, что завтра вы придете к нам в гости. Обязательно! Поклянись, Лайне! Этар, ты меня знаешь… Завтра, в нашем доме. Мы будем ждать с самого утра, и я готова прождать до вечера. Но если ты не приведешь ее, то я… Я сама приду!

Она засмеялась, да и я не удержалась от улыбки.

— Прощайте! — Иддилин посмотрела на Этара. — И береги свое сокровище!

Странное дело, я увидела, как дернулся Ингор Хаас, как заинтересованно повернулся священнослужитель, все время простоявший в стoроне, не вмешиваясь в семейную сцену. Его взгляд казался острее бритвы. Но… Что именно было сказано?! Мы с Сайари согласились прийти в гости, а Иддилин назвала меня сокровищем.

Но ведь это ничего не значило. Или же?..

Наконец, они ушли. Этар Хаас искренне поблагодарил Сайари за поддержку, затем, сжимая мою руку, повел нас обратно в зал, где магистры, подозреваю, бросались на стены, а молодые драконы строили планы, как захватить дворец короля, не привлекая внимание охраны. Но ведь хорошая была прогулка! Она сблизила нас, как никогда прежде. И это признание… Это ведь было признанием! Оно мне далось легко, ведь говорила я от чистого сердца.

Сайари тоже стала для меня родной душой.

— Не расстраивайся, — сказала девушка, когда мы вернулись домой и сoбирались уже идти спать. Она прошмыгнула в мою комнату, одетая в одну камизу. — Я вот что подумала… — подруга забралась ко мне в кровать.

До этого был бал, разъяренный магистр Ваз, затем гостевой дом и длинная отповедь магистра Шарреза о безобразном поведении некоторых адептов. Я потупила взгляд, решив, что это по мою душу, но некоторые адепты тоже прятали глаза, а Мейя почему-то заплакала, сказав, что она ни в чем, ни в чем не виновата.

— Это все я, — признался Кайл. — Мейя… Прошу, не плачь!

— Всем спать! — рявкнул Темный маг. — А ты… — повернулся к Кайлу. — Ты останешься, и мы обсудим некоторые особенности мужского поведения, усиленные вишневой настойкой, — голос мага не сулил бывшему моему боевому товарищу ничего хорошего. — Спать! — рыкнул магистр Шаррез, да так, что его услышали, подозреваю, во всех кварталах Гридара.

Мы убежали наверх. Мейя, вся в слезах, закрылась в комнате. Правда, перед этим призналась, что у них с Кайлом почти ничего не было. Вернее, хорошо, что магистр Шаррез вмешался, а то бы у них все было. Трисс зевнула, затем попрощалась, сказав, что валится с ног. Ушла в свою комнату, а вот Сайари прошмыгнула в мою. Накинула полог Тишины — ну, не такой искусный, как выходил у магистра Шарреза, но тоже довольно неплохой.

— Сайари, ты очень умная! — с восхищением сказала ей, но девушка нетерпеливо отмахнулась.

— Послушай, я недавно читала Хроники… Ну, ты знаешь, мне нравится читать! Так вот, четыреста лет назад в Кемире нарушилось божественное равновесие. Забыли одного из древних богов… Кажется, его звали Курла. Он отвечал за скотоводство.

— Забыли — так забыли, — зевнула в ответ. — Я тоже не помню такого.

— Ну да, забыли, — Сайари пожала смуглыми плечами, выглядывающими из белоснежной камизы. — Но факт остается фактом — в Кемире перестали телиться коровы, — произнесла она многозначительно.

— Не знаю, к чему это ты ведешь, но мне это заранее не нравится!

— Дослушай же! И вот тогда Дориасс Кромунд, двенадцатый король правящей династии, понял, что должен решить коровью проблему…

— Сайари! — выдохнула я.

— И он обратился к Богу Курле. Закрылся в монастыре в горах, и после двух суток молитв и поста совершилось чудо. С помощью магии Кромундов ему удалось восстановить божественное равновесие. Четыре cледующих года коровы телились больше, чем следовало. У них рождалось не по одному, как обычно, а по два, по три и даже по четыре теленка. Стада Кемира выросли в несколько раз. Подумай об этом на досуге!

Девушка сжала мою руку, затем, пожелав спокойной ночи, убежала. Я натянула на себя одеяло, все-таки подсунутое в дорогу Милодарой, и стала думать. Долго возилась, ворочалась с боку на бок на узкой кровати, но так и не поняла, как провернуть… Магия Кромундов — мне уже удалось дважды ее использовать, но как сделать так, чтобы у арлордов стали рождаться дети?

Мысль о детях и всем прочем, что приводит к их рождению — сперва к зачатию, Лайне! — лишила сна окончательно. Неправильные мысли, но такие сладкие… Отогнала навязчивые образы, стала думать об Иддилин и о визите в дом в центре Гридара. Я пообещала Этару, что мы присоединимся к семье Рогана за завтраком, потому что в обед мы уезжали на Север, к несуществующим родственникам Антора, но к вполне реальному моему деду, что ждал нас в дне пути от Кровавого Перевала. Ну да, названьице так себе… Ар-лорд был раздосадoван тем, что не сможет меня сопровождать. Собирался поговорить с Антором, но я знала, что брат не согласится ни за какие коврижки.

Накoнец, уcнула. И снился мне бал, и расцвеченное звездами небо, и тот зал с черной стеной, который я поспешно покинула. Вышла, вылетела в сад. Застыла, любуясь черным небом со сполохами магических огоньков. Затем был поцелуй под мерный шум воды фонтана, и…

Тут рот накрыла чужая рука, лишая возможности кричать, дышать. В нос ударило чем-то резким, отчего закружилась голова, а руки, когда я пыталась оттолкнуть нападавшего, ослабели. Магия, Стихия Огня… Но магии не было, демоны побери менелит! Пока догадалась обратиться ко второй своей ипостаси, уже стало слишком поздно.

— Аришша… — прошептала я, но сознание уже уплывало, одурманенное снотворным зельем, да и мир исчез.