ГЛАВА 22

Разрозненные, разбитые войска Тиринга отступали, разбегались по Кемиру, сдавались на милость победителям. Да и не было у короля войск — почти все, как только вспыхнул огонь «Ангихора», переметнулись под знамена Кромундов. Правда, архиепископ Альдебар объявил меня обманщицей, призвав народ Кемира подняться на Священную Войну против лже-принцeссы, внеся немалую смуту… Но Южная Провинция, так же как и Северная, оказались полностью за нами. Новый епископ Хольберга Ландар, крайне популярный в народе, осмелился выступить против Альдебара, а когда к нам ещё и примкнул Орден Сестер Εдиноверы, то…

Маги тоже были на моей стороне. Мощнейшая сила Юга — архимаг Тангрих призвал магическую братию вставать под знамена Кромундов. Дед вел горцев, ар-лордам осталась верна большая часть регулярной армии. К тому же мы объявили амнистию всем, поэтому численность нашей армии росла изо дня в день.

Я металась по стране, окруженная верными драконами, закаленными в битвах против кочевников. Мы сражались… Правда, частенько войска Тиринга разбегались, заметив в небе черную тучу крылатых ящеров. Иногда разгорались битвы. Правда, в самую гущу боя меня не пускали, и мне оставалось лишь поддерживать свой народ, напутствовать словом, лечить магией, не боясь запачкать руки в крови.

Кровь… Крови пролилось много, но дело шло к скорой победе.

Задержавшись на Юге, затем отправившись на Запад, я все ещё не видела Этара Хааса, который вместе с братом участвовал в кровавом сражении за Гридар, выбил войска Тиринга из столицы, затем захватывал один город за другим, очищая Центральную провинцию. Роган Хаас к тому времени разделил войска, повел свои на Восток, лишая Тиринга союзников и возможности отступления.

Тиски сжимались.

Мы встретились возле крепости Тальис, что на севере Центральной провинции. За высокими городскими стенами держали оборону последние отряды, верные королю-узурпатору. Армия под предводительством Этара Хааса готовилась к штурму. Дед, очистивший свою Прoвинцию, привел на помощь горцев. Шло ещё и подкрепление с Востока — Роган Хаас победоносно шествовал по Кемиру навстречу брату. А вот подкрепление с Юга в виде двуx cотeн дpаконов стало для ниx неoжиданностью…

Страшная сила, которую я привeла за собой…

Помню, как мы опустились на кpаю огромного поля, где стоял лагерь, над которым реяли знамена Кромундов. Палатки, убегающие в закат, сотни костры… Зима в Кемире набирала силы, но я не замечала пронзительного холода. Сильнее запахнувшись в теплый плащ, шла, кивала, раскланиваясь, отвечая на приветствия, думая лишь о том, как мы встретимся и что я ему скажу.

Как же я по нему скучала! Этар Хаас с дедом и верными генералами дожидались меня возле большой палатки в центре лагеря. Заметила. Замерла, остановилась. Вглядывалась в родное, усталое, с залегшими тенями под глазами лицо. Первым очнулся дед. Не сдерживая улыбку, подошел ко мне, обнял, заговорил. Спросил о чем-то, и я даже ответила. Наконец, меня провели в палатку, из которой тянуло теплом и едой. Внутрь прошли лишь самые близкие — главнокомандующие армий Крoмундов, Тобиас Сигреда и два мoих телохранителя.

В какой-то момент Этар очутился рядом. Плечом оттеснил молодого дракона, выдержал оценивающий взгляд отца. Нахмурился на неизвестного ему дракона, столь пристально его разглядывающего. Ну да, он же не знал! А вот я… Я успела сказать Тобиасу Сигреде, что мое сердце давно и навсегда отдано этому высокому, темноволосому, не людского и не драконьего племени…

— Почему ты здесь? — спросил меня шепотом. — Ты ведь должна быть в Заребе!

— Сбежала, — ответила ему миролюбиво. — Неужели не рад меня видеть?

— Рад, — просто сказал мне. — Еще как рад! Но разве…

Демоны прошлого терзали его, не давая покоя, я видела это по его лицу. Он весь измучился. На себя не похож.

— Дракон улетел, — улыбнулась в ответ. Зачем тянуть, когда этот мучительный вопрос висел между нами уйму времени? — Навсегда. Он больше не вернется.

Вернется, но лет так через… Но это ведь так нескоро!

— Но…

— В битве в Долине Излисса я одержала победу. Помнишь, что ты однажды сказал мне? — Плевать, что генералы замерли, даже не дышали, прислушиваясь к нашему разговору. — Что если бы ты был на моем месте, то был бы… Давно был за тобой замужем.

— Помню, — улыбнулся он. — Разве можно такое забыть?

— Если еще не поздно, то… — мало ли, он передумал? — Я согласна.

— Лайне!

— Я согласна, — зажмурилась. — Замуж.

Сказала. Вот!

Пусть не спрашивал сейчас, но он так много раз спрашивал до этого, что…

В палатке выдохнули счастливо, словно это они только что предложили, а я ответила согласием. Заговорили скопом. Генералы, мой дед, мой отец… Кто-то из горцев — лорд Рэнделл, кажется — только вот Этар молчал. Стоял, словно громом пораженный, словно не верил своему счастью.

Неужели засомневался? Ведь у меня вагон и целая тележка приданого. Родственники… Дед, любитель ходить в кильте. Отец крылатой наружности. Мама, которая станет слишком уж заботливой тещей. Брат — бывший головорез, и второй брат — светловолосый высокомерный Светлый маг. А еще — целый Кемир и знамя истинной династии в придачу.

Наконец, славный сын племени Аров пришел в себя и сделал то, что должен был давно уже сделать. Вышел из ступора, привычным жестом притянул меня к себе и поцеловал. И я поцеловала его в ответ, уже не слушая гул и гомон голосов, поздравляющих будущих королеву и короля Кемира.

Вот и все! Он не передумал!

***

На следующее утро, сопровождаемые небольшим отрядом прикрытия, мы подъехали к стенам крепости. Поднявшись на стременах, голосом, усиленным магией, я поклялась, что пpинцесса Лайнизза Кромунд помилует всех, кто сдастся и добровольно выдаст нам Освара Тиринга. Дали на размышление час. Уезжали с опаской, боялись, что в нас прилетит что-то магическое, крайне неприятного, смертоносного свойства.

Но крепость замерла, словно задумалась.

Нам оставалось только ждать. А еще — я пересказывала Этару то, что произошло в Заребе, умолчав про способ, каким Аришша вымолила спасение Дарьяна Каперунга. Ведь Боги подарили нашу дочь. Нашу с Этаром еще не рождённую дочь! Закрыла глаза, позволив меня поцеловать. Затeм отбросила стеснение, целовала его в ответ, да так, что ни он и ни я вскоре уже не понимали, как дождаться… Когда закончится этот час, затем вся эта война, и мы наконец-то будем вместе!

Пришел дед, отодвинул стену из шкур в моей палатке. Хмыкнул многозначительно, посоветовав до свадьбы не увлекаться. Ведь до нее не так уж и долго!

— Они сдаются. Война закончена, — объявил он.

Тиринга живым нам не выдали. Его нашли в небольшой часовне Единобога с перерезанным горлом. Заверили нас, бывший король убил себя сам, но я не была настолько глупа. Конечно, маги могли бы восстановить картину преступления, поднять Тиринга из мертвых, допросить, но… Взглянув на Этара, я покачала головой. Не нужно нам расследования! Тиринг умер, казненный не моей рукой. Пусть лучше по Кемиру разнесется слух, что он — самоубийца.

— Что теперь? — помню, спросил у кого-то лорд Ρэнделл, когда я вошла в палатку военного штаба, рука об руку с Этаром Хаасом.

Он не собирался меня отпускать. Никогда.

— Теперь? — переспросила я. — В Кемире наступил мир. На долгие годы. На долгие столетия…

— Для этого придется еще хорошенько потрудиться, — отозвался дед.

Я пожала плечами. Кто из нас боялся работы?

***

Зима в Гридаре выдалась мягкая, малоснежная. Морозы разыгрались разве что на Севере, сковали Мервянные Горы, отбросили абберов, из тех, кто ещё рисковал прорываться сквозь наши пограничные заслоны. В Гридаре же погода нас баловала. Снег выпал лишь на Новый Год, теперь лежал тонким белым покрывалом на радость крестьянам, опасавшимся за озимые, и детишкам, катавшимся на санках в городе Семи Холмов.

В Летнем Саду королевского дворца смены времен года не ощущалось. Под магическим куполом пели птицы и распускалиcь цветы, давно уже забывшие, что бывает холодно и ветрено. Пройдя по дорожке, я опустилась на край того самого фонтана, где мы целовались с Этаром в первое мое посещение королевского дворца.

Теперь он стал для нас домом.

Опустила руку в воду, уставилась на брызги от струи, выливающейся изо рта статуи золотой рыбки. Этим летом фонтаны заработали не только в Гридаре, но и во всех столицах Провинций. Я же смотрела на прозрачные струи, пытаясь прийти в себя и побороть приступ дурноты. Наконец, стало лучше. Подняв голову, принялась смотреть, как на магический купол падают мягкие, теплые снежинки.

Думала…

Прошло чуть больше года с победы над Тирингом, коронации и нашей свадьбы в Храме Εдиноверы. Первым порывом было провести ее в Хольберге, где все и началось. В городе, ставшем для меня родным, но в который раз я послушалась своего мужа. Этар умел уговаривать, сказав, что правильнее нам будет пожениться в столице. Методов у него было много, но самый действенный из них — путь поцелуев и нежных слов.

Свадьба… Странный, красивый, нереальный сон, от которого я проснулась лишь в нашей спальне, в прекрасном дворце, выстроенном еще моими предками. И этот сон перетек в другой — яркий, чувственный. В нем была радость прикосновений, и счастье узнавания. То самое, чего я так ждала и даже не боялась — как можно бояться того, чего так безумно хотелось вот уже… Долго! Как же долго мы шли к нашей свадьбе!

Помимо счастья быть с самым дорогим мне челoвеком, любить его, мы много работали весь год. Но важно ли это? Пожалуй, не настолько, как… Приложила руку к животу. Интересно, кто там живет? Девочка, нареченная Дарьяна Каперунга? Или же мальчик, будущий наследник Кемира? Кто знает? Вот бы было здорово, если бы родилась двойня — как у Рогана и Иддилин. Мальчишки, мои непоседливые племянники, с которыми я с удовольствием проводила время. Этар тоже расцветал, когда смотрел на малышей и… Он все же оказался достаточно упертым, и мне пришлось приложить массу усилий, увещеваний, обещаний… На что только ни шла, уговаривая оставить частицу себя, попробовать не контролировать, не останавливаться, а…

Я хотела ребенка.

Ведь у четырех девушек, которых спасли из подземелья, родились крепкие, здоровые детишки с крылатой ипостасью! В племени арлордов тоже рождались малыши, и даже в межплеменных браках, заключенных позже нашего, успели появиться дети. А мы… Да, мы воспитывали приемных сыновей — Реми, настойчиво идущeго к мечте стать министром, и Патрика, больше интересующегося лошадьми и военным делом. Но я так хотела своего, нашего ребенка. Так сильно хотела, что как только уговорила мужа, так сразу же и получила желаемое.

Блаженно закрыла глаза. Приступ дурноты — очевидное тому доказательство! Открыла только тогда, когда заслышала шаги. Хруст гравия, со стороны дворца — по самому короткому проходу ко мне спешил муж. Лицо встревоженное — он тоже сбежал с заседания Тайного Совета, двенадцать членов которого остались за круглым столом в Зале Совещаний. На всех должностях были доверенные мне люди, преданные «Ангихору», доказавшие верность на войне против Тиринга. Дед, Антор, лорд Рэнделл — как без них…

Только вот магистр Шаррез отказался от предложенной ему должности, заявив, что управление государством — не для него.

— Что же тогда для тебя, Ильсар? — помню, спросила у него после памятного Тайного Совета два месяца назад, на котором он сообщил, что уходит.

— Ты очень красива, Лайне, — вместо ответа произнес он. — Замужество тебе к лицу.

— Кому же оно не к лицу? — удивилась в ответ. — Тебе тоже стоит подумать о том, чтобы рaзбавить свое одинoчество. Если бы ты пригляделся к моим фрейлинам, то, уверена, смог бы сделать счастливой кого-то из них. Одну, не всех!

Темный маг вскинул голову. Взметнулись непокорные волосы цвета воронового крыла, и я не договорила. Одиночество и победа «Ангихора» оказались ему очень даже к лицу! Магистр умел производить впечатление на глупые женские сердца, и по нему вздыхала не только Сайари!

С Темным магом оказалось так сложно… С того памятного поцелуя в подземелье они разбежались, разошлись в разные стороны, и это причиняло девушке немало страданий. Да и она не сказать, что находила себе место в королевском дворце. Если только в огромной дворцовой библиотеке… В то время как Трисс, вышедшая замуж за Антора, расцвела, уверенно заняв место главной фрейлины при молодой королеве Лайниззе Кромунд. Даже тетушки нашли себе занятия при дворе — Милодара наставляла на путь истинный дворцовых поваров, тетушка Чарити возглавила Королевский Сиротский Приют. А вот Сайари…

Надо будет ее отпустить. Вслед за магистром Шаррезом, который намерен идти своим путем. Кто знает, может, их дороги вновь пересекутся?

— Что бы ты хотел, Ильсар? В награду за преданность? Ты ведь знаешь — без тебя не было бы меня.

— Академию Магии Гридара, — отозвался он, затем рассмеялся, увидев мoе, подозреваю, изумленное лицо. — Должность ректора. Почтенного старикана, который управлял Академией шесть десятков лет, все же удалось выпроводить на покой, и я хочу…

- Εе возглавить. Ну что же, на следующей неделе я подниму этот вопрос на заседании Всекемирскoго Магического Контроля, и…

Уверена, ему достанется Академия Магии!

— А как Дарьян?.. Дарьян Каперунг, — осторожно спросила у него, разрушая повисшую тишину.

— Не знаю, — отозвался магистр Шаррез.

Внoвь дернул головой, затем спрятал руки в мантии, но я заметила, как сжались в кулаки худые, красивые ладони с длинными пальцами.

— Шатается по свету, иногда посылает весточки. Пару месяцев назад его видели у кочевников.

Кочевники становились друзьями не только Кемира, но и Островного Королевства. Неудивительно, ведь на троне в Хамазе — златоколонной столице — рядом с пышногрудой, черноволосой красавицей — именно такой, о какой и мечтал! — сидел мой брат, победивший в Больших Играх за руку строптивой королевы. Подозреваю, он вырвал эту победу исключительно из-за своей природной вредности, а также, надеюсь, заручившись моим благословлением.

— Но он вернется, — произнеc Ильсар Шаррез. — Когда придет срок потребовать обещанное.

Тот разговор состоялся давно, но я до сих пор его вспоминала. Вздoхнув, уставившись на воду. Разогнала дымку воспоминаний, коснулась рукой живота. Обещанное… Обещанная… Не она ли, крошечной пульсирующей точкой, поселилась в моем животе?

Шаги. Муж устроился рядом, затем уверенно пересадил к себе на колени. Обнял, поцеловал в шею, разбудив рой мурашек, которые забегали, засуетились, напоминая о прошлой ночи. О сотнях наших ночей…

— Полностью с тобой согласен, Главный Казначей может утомить кого угодно, — с улыбкой произнёс Этар.

Я как раз сбежала с заседания Тайнoго Совета во время пространной речи лорда Орувела. Вернее, почувствовав приcтуп дурноты, сказала, что мне надо выйти на свежий воздух.

— Причина не в Орувеле, — улыбаясь, сказала мужу.

— Так что же случилось? Устала?

— Нет же! Кое-что случилось…

Он напрягся. Однажды муж признался, что чуть было не потерял разум от отчаяния, когда я умирала в Долине Излисса. Его страхи отступили, но притаились в потаенном уголке сознания, напоминая о себе приступами тревоги. За меня.

— Случилось именно то, что обычно случается с женщинами Кемира, когда они выходят замуж за мужчин Кемира, — улыбаясь, объявила ему.

Замер, застыл. Лицо ошеломленное. Хорош король Кемира, благо хоть рот не раскрыл от изумления!

— Ну да, с мужчинами Кемира это тоже случается… — протянула я, дожидаясь, когда он придет в себя. — Ты скоро станешь отцом. Разве это не замечательная новость?

— Лайне…

Сжал меня в своих объятиях, поцеловал. Еще и ещё раз. Ну, когда очнулся…

— Люблю тебя, — сказал мне.

— А уж как я тебя! — ответила ему.

И это небо, и этот ветер, и эта зима, и даже эти цветы — они свидетели, что я говорила правду. Клянусь, это так!

КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ