Глава 28

Алиса

Субботний и, по сути, выходной день выдался достаточно суматошным. Сначала сходила в салон, привела ноготочки в порядок, потом зашла в супермаркет кое-что домой купить, и всё время смотрела по сторонам, не дай бог «случайно» кого-нибудь встречу. Но сегодня обошлось без происшествий. Решив, что сама справлюсь с причёской, да и, в принципе, не собираюсь полдня торчать перед зеркалом, я выпрямила волосы и сделала себе лёгкий макияж. Перед тем как одеть платье и вызвать такси, я набираю маму.

– Лиска, – радостный голос мамы теплом разливается по венам.

– Привет, мам, – улыбнулась себе под нос. – Как ты?

– Хорошо, нянчу чужих внуков, раз своих нет, – не забывает уколоть меня.

– Всему своё время, мамулечка, – мягко говорю я.

– Да-да, я это уже слышала, – смеётся, чем, несомненно, меня радует. – Как у тебя дела? Как новая работа?

– Всё хорошо, работа увлекательная и интересная, – боле живым голосом отвечаю я.

Заметно расслабляюсь от теплоты и спокойствия после простого разговора с мамой. Как мало на самом деле нужно, чтобы понять – ничего страшного не происходит. Что не стоит накручивать и придумывать себе трагедию на ровном месте. Ну встретились, и что? Поцеловал? Да и пофиг.

Всё! Будем жить и радоваться мелочам!

Надев новое платье, взглянула в зеркало и, оставшись довольной своим внешним видом, я вышла на улицу, где меня уже ждало такси. До ресторана, где будем праздновать, доезжаю за полчаса. Захожу внутрь и, окинув взглядом всех присутствующих, радуюсь, что я не последняя приехала. Привлекать лишний раз внимание к себе не очень хочется. И так мужские взгляды прикованы к моим голым ногам.

Вижу Ирину в компании двух коллег и подхожу к ним.

– Добрый вечер, – здороваюсь я, улыбаясь.

– Алиса Михайловна, вас не узнать, – протягивает Алла Петровна и осматривает меня с головы до ног.

Боже, что же мне так неудобно-то?! Ну платье почти до колен, там пару сантиметров всего осталось, да и не то чтобы открытое, но всё равно среди коллег чувствую себя как… Прости Господи.

– Спасибо, – мило улыбаюсь.

Схватив бокал шампанского с подноса у мимо прошедшего официанта, мы с Ириной отходим в сторону. В нашей школе все дружные и вежливые, насколько успела их узнать, но общий язык я нашла только с ней. Может потому, что у нас небольшая разница в возрасте, в отличие от других, а может потому, что она кажется открытым и искренним человеком.

– Ты правда хорошо выглядишь, – тихо говорит она и делает глоток игристого.

– Спасибо, но я чувствую себя неловко, – признаюсь ей.

– Ну и зря, – фыркает она. – Первое: мы не в стенах школы, второе: ты вполне прилично одета, так что улыбаемся и машем, – хлопает несколько раз глазами, чем вызывает у меня смех.

Наше веселье прервало появление директора в компании итальянца. У Марины Леонидовны лицо такое, словно она звезду словила. Облачена в красное облегающее платье до колен с разрезом на левом бедре. Гордая походка, прямая осанка, и с высоко поднятой головой она идёт рядом с… Фабио и улыбается всем чуть ли не как королева.

Мы с Ириной остались на том же месте возле широкого окна во время официальной части, где итальянец мучился поблагодарить всех за работу на ломанном русском. Иногда как бы невзначай он бросал взгляды в мою сторону. И если со стороны это было незаметно, у меня было ощущение, что эти перегляды замечают все.

Официанты крутились возле фуршетного стола, всё время дополняя его разными закусками, и следили, чтобы бокалы ни у кого не пустовали. Свет в зале убавили, музыку сделали громче, и вскоре обстановка стала лёгкой и непринуждённой для всех. Но не для меня.

– Алиса, – шепчет мужской голос с акцентом на последнюю букву.

Вздрагиваю от неожиданности и резко поворачиваюсь – Фабио.

– Добрый вечер, господин Росси, – нехотя здороваюсь с ним, сжав бокал в руке крепче.

Не знаю, что в нём такого, но мне он неприятен.

– Вы сегодня… meravigliosa, – говорит он непонятные мне слова и, поднеся к губам три пальца, имитирует поцелуй.

Как дура улыбаюсь и киваю, пока он глазами облизывает меня с головы до ног.

– Вы не подарите мне танец? – он протягивает руку.

– Я не танцую… – пытаюсь отказываться я.

– Один танец, – мягко настаивает итальянец.

Ну танец не так уж и страшно, да и это всё же человек, который спонсирует нашу школу. Даже можно сказать: частично платит мне зарплату.

Ставлю бокал на стол и позволяю ему увести меня в центр зала и закружить в танце. В процессе я даже вхожу во вкус, и его ладони, что слишком много себе позволяют, не мешают уже. На минуту забываю, что на нас смотрят коллеги, директор и обслуживающий персонал. Судорожно пытаюсь вспоминать, когда я последний раз танцевала и вообще куда-то выбиралась. Но в голове только одно, и самое яркое воспоминание о танце… И оно связано с двумя мужчинами.

К концу танца я заметно напрягаюсь, чувствуя на себе чужой взгляд, кручу головой, пытаясь понять, кто прожигает во мне дыру, и натыкаюсь на прищуренный взгляд нашей Марины Леонидовны. Но почему-то решаю, что моя напряжённость не связана с ней, и что, скорее всего, мне показалось.

– Grazie, – наклонив голову вперёд, говорит итальянец и, поднеся к губам мою руку, целует тыльную сторону ладони.

Улыбаясь, я вырываю руку и быстро ухожу в ванную комнату. Всё же чувство, что за мной следят, не отпускает. Я гнала от себя эти мысли, потому что дома, где живу одна, тоже ощущаю, что на меня кто-то смотрит, а это явно ненормально, и я списала всё на свою паранойю.

У меня только одна мысль, кто может за мной следить – Андрей. И не потому, что ему не хватает моего общества, или у него высокие чувства. А потому, что я сбежала. Сбежала от него, не сказав ни слово. Сама. Не он выгнал, не он решил, что нам пора расходиться, а я сама. И он явно не свыкся с этим фактом.

Помыла лицо холодной водой и вернулась в зал.

– Алиса, – зовёт меня Ирина. – За мной муж приехал, можем тебя подбросить, – говорит она.

Понимая, что с меня на сегодня хватит развлечений, а то на первый раз перебор будет, я соглашаюсь.

Утомилась я даже больше, чем в рабочий день, и, оказавшись за дверью своей квартиры, первым делом сняла платье. Бросила его на стул, обещая себе, что никогда его больше не надену. И после ванных процедур упала на кровать как мешок картошки и сразу же уснула.

А в понедельник меня вызвали в кабинет директора сразу, как только я переступила порог школы.

Зря я не предала значения реакции Марины Леонидовны в тот вечер.