Глава 11

Полет был прекрасен!

Столица сияла разноцветными витражами и белоснежными шпилями дворцов, улицы Западного пригорода медленно наполнялись людьми и не людьми, в воздухе витали запахи выпечки, тушенного мяса и цветущего лимонника, что рос чуть ли не в каждом дворе этого района. В другое время я бы наслаждалась плавным полетом Грини, теплыми лучами солнца и обществом босса, который нет-нет да пытался вывести меня из молчаливой забастовки. Но сейчас я безмолвствую, упрямо поджимаю губы и стараюсь не думать о том, что я фактически сижу в объятиях цветоненавистника, которого я вполне могу скинуть вниз.

Не разобьется, но уволит, в который раз напомнила я себе и продолжила не слышать ласкового, пробирающего душу зова:

— Евгения?..

Гад вы этакий, забудьте мое имя, для вас я отныне и вовеки официозная и надменная мисс Питт!

— Евгения, хватит дуться…

А я еще не начинала!

— Давайте дружить…

Подколодная змея будет вам подругой, а не я. Сволочь, сумасброд, свинья!

И пока я мысленно ругаюсь, проходит целая минута, по истечению который босс вдруг ни с того ни с сего выдает:

— Мисс Питт, прекратите шипеть. Если уж взяли на себя обет молчания, то будьте верны своему слову и сглаз не наводите.

— Порчу! — вырвалось у меня, и я мысленно дала себе оплеуху.

— За что порчу? — с негодованием возмутился вампир. — Вам были так дороги те несчастные цветы? Неужели дороже вашей безопасности?

— Это были мои любимые цветы.

— Скажите еще, что и от любимого человека.

— От человека, который вполне может стать любимым, — парировала я.

— Да-да, помню стобалльный… голубой, — хмыкнул босс.

— Синеглазый, — поправила ретиво и возмутилась: — Да в любом случае, это был мой подарок, мои цветы, а вы мало того, что соврали, так еще без спроса скормили их коню.

— Каюсь, скормил. Но не помню, чтобы врал. Не подскажете, когда я успел так низко пасть в ваших глазах? — Вайзер даже подался вперед, чтобы лучше меня услышать, на что я ответила максимальным разворотом к начальству и прожигающим взглядом.

— Если вы притащили маргаритки в конюшню, значит, охранная система дома ничего подозрительного в них не нашла!

Он отстранился. Несколько мгновений смотрел на меня с сомнением, затем покачал головой и как маленькой объяснил:

— Это означает лишь то, что страж согласился с моим предложением уничтожить цветы. И знаете, удивительно как Гриня не подавился той сотней мобильных следилок, которые пряталась в них.

Оппаньки!

Альхар Эбенитович ожидает моего ответа или какой-либо другой реакции на слова и вопросительно поднимает бровь. А я с трудом вспоминаю значение слова «мобильные», то бишь, подвижные, способные самостоятельно перемещаться.

Так это что, они весь мой дом могли заполонить и вслед за мной в офис, мастерские и лаборатории забраться? Судорожно сглотнула, постаралась придать себе как можно более беспечный вид. Иными словами вернулась в прежнее положение — лицом вперед и предалась созерцанию проплывающих мимо пейзажей. А красиво в этой части столицы, тихо и зелено, точь-в-точь как у нас в Петухах…

— И что вы скажете теперь? — спросил босс, так и не дождавшись от меня ни слова. — Мисс Питт?

Одна его рука коснулась моего плеча, вторая натянула поводья. Все ясно. Мы дальше не полетим, пока он справедливость не восстановит. И вроде бы, легко и просто сейчас признать, что Вайзер был прав, и зря я его черенком вил огрела, но во мне еще живы дух противоречия и обида за маргаритки.

— А… ну, если все так сложно и опасно, тогда я даже не знаю, кто мне прислал цветы.

— Неужели?

— Да, дело в том, что у меня лично врагов, завистников и злопыхателей нет, так что это ваши. Вы им опять дорогу перешли, а мстят они через меня. — Скосила глаза на начальство и вижу, у босса уже обе брови на середине лба. Однако же, он быстро справился с собой и принял прежний, укоряющий вид.

— Мисс Питт, с местью вы и сами прекрасно справляетесь, проверено неоднократно и не только мной. А что до остального… Сожалею, но среди моих врагов голубых стобалльных нет.

— Синеглазых, — вступилась я за знакомого незнакомца.

— Этих тоже нет.

Тут вампир прицыкнул на Гриню, и конь мягко спланировал вниз к основанию скалы, в самую гущу деревьев.

— А куда это вы направляетесь? — спросила я через минуту, когда Вайзер спрятал коня в густой заросли колючих кустарников и без объяснений начал подниматься по наклонной скале.

— Я в Подземелье, и вы со мной, — произнес он и протянул мне, руку, за которую я не спешила хвататься. Во-первых, босс уже был на высоте в три метра от земли, во-вторых, я не горела желанием лезть Подземелье. Три дня заточения все еще были памятны.

— Но главный вход не здесь, а на другом склоне. И знаете, там всем посетителям выдают карту проходов и пропуск с маячком, чтобы никто не потерялся, а так же каски, фонарики и сигнальные огоньки на случай, если заплутать все же удалось.

— Мисс Питт, карта, которую там выдают посетителям, не несет и десятой доли всех проходов и тоннелей Подземелья, а маячок на пропуске призван не только спасти в случае чего, но и предотвратить вход посетителей в запрещенные коридоры. Он их блокирует.

Что ж, зерно правды в этом есть и логически объясняет самоуверенность некоторых похитителей. Однако босс перечислил не все.

— А каска, фонарик и сигнальные огоньки?

— Со мной вы не потеряетесь.

— А без вас? — спросила с сомнением и прищуром. — Вдруг вы опять обо мне забудете. Что тогда? Я останусь одна в темноте и холоде… среди злобных гномов. — От одной лишь мысли поежилась, обхватила себя руками и с укором посмотрела на нахмурившегося вампира.

— А вы реже бейте меня по голове, тогда мне не придется забывать, а вам оставаться в темноте, — посоветовал вредный Вайзер и спрыгнул вниз.

— Так может, вы как-нибудь сами там разберетесь? — Я шагнула в сторону.

— Сам я не смогу.

— А я в вас верю, — еще шаг назад и невероятно искреннее: — Вы ведь такой умный, ловкий, пробивной… Да-да, именно такой, стоит только вспомнить двери с антивампирской обшивкой.

— Я в себя тоже верю. — С легкой полуулыбкой принял он похвалу, не пресекая моего отступления. — Но пока я буду следилки расставлять, мне нужно, чтобы кто-нибудь внимательный постоял на стреме.

— Чего? — я остановилась в полуметре от плотной стены кустов, в которых прятался Гриня, и удивленно воззрилась на свое начальство. В голове не укладывалась рисковая затея босса с тем образом благочестивого гения, что фактически проживает в своих мастерских. Я вернулась к Вайзеру, посмотрела в глаза и вопросила с недоверием: — Вы туда не просто так… да еще меня сообщницей?

— Напарницей, — поправил уверенный в безгрешности вампир и косвенно меня похвалил: — Мне рекомендовали вас, как отличного спеца в сфере диверсий. И даже пару-тройку историй в пример привели.

Вот и все! Вся репутация благовоспитанной девушки коту под хвост. Теперь босс привыкнет не только к мягкому кофе, но и к незаконным вылазкам в стан «врага», и прощай спокойная работа.

— Кто рекомендации дал? — спросила, предчувствуя долгий и строгий разговор со стражем, Батяней и Джеймсом заодно.

— Лица пожелали остаться неизвестными…

Все ясно, одним разговором тут не обойдешься.

— К тому же, неужели вы оставите меня без музы? — лукаво поинтересовался гений.

— Вернемся, побью, — прошептала я.

— Что вы сказали?

Оппаньки! Услышал. Повторять побоялась, еще уверю начальство в своей драчливости.

— Я сказала, что быть вашим вдохновителем весьма тяжело, — произнесла со вздохом, старательно не обращая внимания на скептический прищур вампира. — Нужно было податься в музы Николаса Перини. Никаких затрат… во всяком случае с моей стороны, зато какой эффект.

— Очень интересно. В чем же заключались затраты с его стороны?

— Выдели его ссадины и синяки?

— Видел, — мрачно подтвердил босс.

— Моя заслуга.

— Не вижу причин для гордости.

— Ну… После их получения кутюрье в сжатые сроки завершил плащ-иллюзий и получил вольную от бала. А вы…

— Еще легко отделался. Всего-то двадцать парных композиций оттанцевал. — Съехидничал Вайзер, обнял меня и одним плавным прыжком преодолел расстояние до нижнего уступа на скале. Сорок метров с «утяжелением» в руках, мысленно присвистнула и чуть не пропустила следующие слова вампира.

— Закройте глаза и не дышите.

Вовремя посоветовал, мы же проникли в Подземелье фактически с черного входа, а именно чаши, в которую ссыпалась свободные от руды каменные обломки, щебень и пыль. В первое мгновение, я подумала, что нам удалось спуститься много ниже королевства гномов. Здесь было жарко, душно, шумно и страшно, как в Преисподней, если опираться на книги древних. И шагнувшая назад, я уже хотела протиснуться в ту щель, через которую мы попали в этот ад, но босс не дал мне такой возможности.

— Мисс Питт, — прорычал он в самое ухо, — не время трусить!

Легко сказать, когда я строила диверсии и проказы, мне досконально была известна местность и периоды общественной активности на ней. То бишь, я была продуманной и подготовленной. А тут… меня тянут в неизвестном направление сквозь жар и грохот, в котором столбом стоит каменная пыль, и сердце то и дело екает от ужаса. Приходится напоминать себе, что Альхар Эбенитович вампир пусть и вредный, но все же добрый, и если он до сих пор меня нигде не прикопал, то и сейчас не сподобится.

Спустя час и тридцать три шипящих проклятия босса я куталась в его куртку, шмыгала носом и старалась не сильно стучать зубами, только в этот раз не от холода, а от ужаса. После аналога Преисподней, подвала со слизнями и дремучего леса гигантских грибов, стоять в абсолютной темноте и прислушиваться к каждому шороху, было особенно страшно. А все потому, что Вайзер, которого я имела неосторожность «раздеть» своим несчастным взглядом и замершим видом, сказал, что на такую мерзлячку как я вряд ли хоть одна здешняя тварь позарится, скорее примет за свою. А раз так, то оставил он меня в темноте и тишине одну, зато с веревочкой, дернув за которую, я должна была предупредить начальство о приближении посторонних. А расслышать явление гномов да сквозь стук зубов не так-то просто, особенно, если подозрительным кажется каждый едва уловимый шорок и собственного сердца стук.

И если ранее я еще могла сомневаться, то сейчас более чем уверена, что вот-вот перестану стоять в проходе одна, и обзаведусь компанией. Именно поэтому я уже пять раз ощутимо дернула за веревочку, но не привлекла внимания босса.

— Умер что ли? — возмутилась тихо и запоздало закрыла ладошкой рот.

А эхо моего шепотка уже полетело во все концы прохода и, видимо, насторожило того, кто осторожно крался сюда. Звук шагов стал более тихим, расстояние между шорохами стало более продолжительным, а направление не изменилось.

— Ну, босс! Где вы там?

Я вновь дала сигнал тревоги, а в ответ тишина. И жутко так стало, а еще тревожно. Вдруг его там поймали, оглушили, бьют ногами или топят в ближайшем озере с тонкой коркой льда? А я тут! Невесть чего боюсь и жду, когда меня спасут! Нет, это не дело.

Наплевав на приближающийся шорох и возможную опасность, решительно развернулась и начала наматывать веревочку на одну руку и аккуратно прощупывать стеночку второй. Медленно продвигаясь вперед, я все больше убеждалась, что Вайзер попал в беду. Во-первых, слишком тихо, раньше он хоть шкрябался, устанавливая свои следилки, во-вторых, пройдя более сотни метров по прямой, я уперлась в камень, который передавил веревочку, а вместе с ней и все мои сигналы. Представила, что гномы уже тихо отпели и похоронили босса, и схватилась за голову.

— Святые боги! — Мысль о том, что он куда более ценен живым, меня почему-то не посетила, впрочем, как и знание, что вампиров не так-то просто убить. Именно поэтому я крайне обрадовалась сердитому шипению на ухо.

— Мисс Питт, вы в своем уме?

— Босс! — в первое мгновение кинулась ему на шею, во второе — уже трясла со словами «Вы клыкастая сволочь! Как вы могли не отзываться на мои сигналы», в третье — вспомнила о валуне, аккуратно отцепилась от звереющего начальства, которое смело прожигать испуганную меня красным взглядом, и сухо отрапортовала: — Там кто-то идет!

— Мисс Питт, — с ощутимым раздражением произнес вампир, — за последние полчаса вам девять раз казалось, что сюда кто-то идет, и всякий раз это была ложная тревога.

— Но теперь я уверена!

— Ну, конечно, вы уверены. Вы же только что своими воплями огласили все Подземелье.

То, что его голос на порядок громче и разносится куда дальше, я сказать не успела, потому что знакомый шорох раздался совсем рядом и, услышали его мы оба. С тихим шипением ругнулся вампир на своем языке, а затем вопросил с раздражением у темноты:

— Гриня, ты зачем сюда спустился?

— Гриня? — прошептала я. И тут всего в паре шагов от нас полыхнули зеленым пламенем миндалевидные глаза жеребца, в свете которых босс стал злющим жутиком зеленым, а конь жутиком испуганным.

— Болван, тебя же поймать могли! — прорычал Вайзер, в то время как я с радостью осматривалась вокруг. Какое счастье снова видеть, и уже не так страшно, как было в темноте.

— Иго! — конь тряхнул головой.

— Разобрать…

— Го-го.

— Закрыть.

— И? — вопросительно издало железное чудо, а я осознала, что эти двое дружат и более того, друг друга понимают. А я еще жаловалась Грине на начальство, рассказывала, как отомщу за вынужденный поход на балл, свой непотребный вид и изуверства, коим меня подвергли его мать и брат.

Вот теперь точно уволят и без рекомендаций.

— Что «и»?! Спас бы, конечно, но и по шее дал, — заверил вампир, сматывая «сигнальную» веревку. Затем забрал свою куртку у меня, одел и дал короткую команду возвращаться.

— Как? Погодите. А встреча? — напомнила я.

— Отменим. Сегодня, как ни как, воскресенье, и вы вроде бы хотели поехать в Петухи.

Хотела, но не попала. За время нашей рисковой вылазки в Подземелье над Градо развернулась самая настоящая песчаная буря. О полете на Грине речи уже не шло, а передвигаться верхом по дорогам оказалось очень затруднительно. В мой уютный домик мы вернулись лишь к трем часам ночи.