Глава 47

Я даже не успела понять, куда меня тащит Сарх, пока не почувствовала, как воздух сменяется другим — родным, живым. Он втолкнул меня в шлюз, и на секунду я замерла — сердце колотилось так, что я слышала собственный пульс в ушах.

Я обернулась на глухой грохот — дверь открылась, и они ворвались туда все разом, словно волна огня.

Первым меня схватил Арен. Он подался ко мне так резко, что я не успела выдохнуть — его рука легла мне на затылок, другая сжала талию так сильно, что воздух вышибло. Он впился в мои губы с таким отчаянием, будто прошла не неделя, а целая вечность.

— Жива… — прошептал он в мои губы, и его пальцы чуть дрогнули, как будто он хотел убедиться, что я не мираж.

Я только открыла глаза, а за его плечом увидела Кейра и Рея, которые вели кого-то между собой. И в этот момент сердце ухнуло вниз — Феран. Он шел на полусогнутых, бледный как смерть, но упрямо держался на ногах, вцепившись в плечи своих товарищей. Бок у него был перевязан так поспешно, что ткань уже пропиталась багровым.

Я поняла всё сразу. Что они пришли за мной и не нашли. Что этот чёртов люк в потолке и Фер, оставшийся заметать следы, спасли мне жизнь. И что если бы он не остался — меня бы увезли к чёрту.

Я рванулась к нему, вырвавшись из рук Арена. Обняла Фера так крепко, что он только глухо охнул и поморщился от боли.

— Ты… ты дурак… — выдохнула я, чувствуя, как мои пальцы дрожат на его спине.

Он хрипло усмехнулся, взглянул на меня снизу вверх, сквозь налипшие пряди мокрых волос.

— Можно эту твою реакцию считать ответом… на мой вопрос?

— Какой вопрос? — лениво встрял Рей, но я не дала Феру даже рта открыть.

— Да! — выдохнула я и сразу же впилась губами в Ферана, осторожно, но жадно, так что он даже подался мне навстречу, несмотря на боль.

— Аааа! Вот какой вопрос! — раздался сзади знакомый смех — Деран, конечно. — Кажется, мы что-то пропустили, пока всех резали…

— Света, отойди, — рыкнул Кейр, подхватывая Фера покрепче, не давая ему рухнуть на пол. — Его надо в капсулу. Пока он жив.

Я едва-едва отлепилась от Фера, чувствуя, как дрожат губы от его горячего дыхания. Он что-то хрипло сказал, но Кейр уже потащил его прочь — и я не успела даже глупо спросить, куда именно.

Зато сразу же подлетел Деран. Его ладони легли мне на щеки, он склонился ко мне так близко, что я почувствовала его смех в горле.

— Я тоже, между прочим, с ума сходил. И тоже хочу поцелуй, ясно? — рыкнул он шутливо, но в его голосе дрожало что-то совсем настоящее.

— Получай, — выдохнула я, и он не дал мне опомниться — впился в мои губы сразу же, жадно, шумно, так, что за его спиной кто-то тихо фыркнул. Но мне было всё равно.

Они меня нашли.

Конечно, на этом поцелуи не закончились — и я даже не пыталась их остановить. Едва я отлипла от Дерана, как меня снова поймал Арен. Его руки сжали мои плечи, он развернул меня к себе так резко, что я чуть не споткнулась, но он не дал мне упасть. Его взгляд был такой горячий и колкий, что мне стало жарко под кожей.

— Что это было? — выдохнул он так близко, что его дыхание обжигало мои губы. — Вот это всё с Фераном. Что вы там устроили?

Я сглотнула, попыталась вырвать фразу — но слова казались такими глупыми под этим его взглядом.

— Это… сложно вот так объяснить, — пробормотала я, запутав пальцы в его рубашке.

— Ага, сложно… — Арен коротко фыркнул, взгляд у него сверкнул опасно, но уголок рта дёрнулся. — Не надо было вас двоих оставлять наедине. Я уже понял.

Рей, который только что вернулся из-за двери, хохотнул так громко, что кто-то дальше в отсеке даже обернулся.

— Ой, Арен, ты послушай себя! — ухмыльнулся он. — Ревнует, как мальчишка. Ты бы ещё запретил Феру помогать ей сбегать, чтобы он ее не трогал ни дай бог.

— Молчи, Рей, — буркнул Арен, но его голос был хриплым и чуть дрожал. Он снова притянул меня ближе, так, что мои ноги почти оторвались от пола. Его ладони прошлись по моей спине, сжали меня за талию — и он накрыл мои губы своими так жадно, что я только успела вдохнуть его запах и вкус.

Поцелуй был горячий, глубокий, в нём не было ни грамма осторожности. Только эта его злость, перемешанная с рвущейся нежностью, от которой у меня в груди всё стучало ещё громче.

Когда он наконец оторвался, лоб его коснулся моего лба. Он дышал тяжело, и я чувствовала, как его голос отдаётся у меня внутри.

— Моя сладкая… — выдохнул он, так тихо, будто это был обрывок молитвы. — Как же я переживал. Мы все переживали, если честно.

После Арена я едва успела перевести дыхание — мои губы ещё горели от его поцелуя, а к ним уже тянулся Рей. Он не церемонился — ухмыльнулся своей фирменной хищной улыбкой и сразу прижал меня к переборке.

— Моя светлая… — мурлыкнул он прямо мне в губы, лениво, но с той особой яростью, что у Рея всегда живёт под кожей. — Я тоже слишком долго ждал, слышишь?

Он целовал меня чуть иначе — с игривой нежностью, но так жадно, что у меня снова закружилась голова. Его ладонь скользнула мне под затылок, волосы намотались на его пальцы, и я почти забыла, где нахожусь.

Когда он наконец отлип, уголки его губ блеснули влажным светом, и он фыркнул:

— Могла бы хоть разок поменьше людей волновать, а?

Но прежде чем я успела что-то ответить, за его плечом показался Сарх. Он молча наблюдал, чуть сдвинув брови, и во взгляде у него не было ни ревности, ни злости — только это хищное спокойствие, от которого всё внутри дрогнуло.

— Мне нужна минута с ней, — сказал он спокойно, глядя прямо в лицо Рэю.

— Ага, конечно, командир, — хмыкнул тот и отступил, слегка хлопнув меня по бедру. — Долго не тяни, а то мы её снова целовать планируем.

Сарх протянул ко мне руку — не хватая, не приказывая. Просто раскрыл ладонь. И я шагнула к нему сама.

Он увёл меня в полутёмный коридор у переборки — там гудел рециркуляционный фильтр, который мы с Фером планировали перебрать, от чего голос звучал почти глухо. Он остановился, развернул меня к себе и опёрся лбом мне в висок. Я слышала, как у него сбивается дыхание.

— Света… — сказал он тихо, чуть глухо, будто выдавливал из себя это. — Я должен извиниться. За всё это время. За то, что я тебя игнорировал. За то, что делал вид, будто ты для меня пустое место. Это не так.

Я не шевелилась — только чувствовала, как его руки ложатся мне на талию, тёплые, тяжёлые.

— Я просто… — Он хрипло рассмеялся, но в этом смехе было столько боли, что у меня сердце сжалось. — Я не мог заставить себя признать, что всё уже безнадёжно. Что если я привяжусь ещё раз — я просто не переживу это снова. Я пытался спасти себя от боли, но когда ты пропала… — он дрогнул, и я почувствовала, как его лоб чуть сильнее прижался к моей коже, — я испытал эту боль в полной мере. И понял, что идиот.

Я провела ладонью по его щеке, чуть смеялась сквозь дрожь дыхания.

— Сарх…

— Если ты дашь мне шанс, — выдохнул он, наконец поднимая взгляд. Его глаза были острые, но в них горело что-то хрупкое, что он никогда не показывал другим. — Я больше не стану вести себя как идиот. Никогда.

Я не дала ему договорить. Просто прижалась к его губам коротким поцелуем — мягким, чуть смущённым, но таким честным, что он весь чуть вздрогнул, как от удара током.

Он выдохнул мне в губы — рвано, с облегчением, будто только этим прикосновением я вернула его обратно к жизни.

— Спасибо, — прошептал он и, наконец, улыбнулся — по-настоящему.

И внутри меня стало спокойно. Потому что это был не просто Сарх-командир. Это был мой Сарх — который теперь больше не прячется за бронёй.

Единственным, кто ко мне так и не подошёл, остался Кейр. Но честно — поцелуев мне и так хватило, чтобы щеки всё ещё горели под чужими ладонями и губами. Когда вся эта бешеная стая наконец успокоилась, я сразу пошла туда, где не могла не оказаться.

В медотсеке пахло стерильным — и немного железом. Фер лежал на широкой кушетке, подключённый к системам и мониторам. Под его кожей на боку угадывался свежий шов под пластырем — но он был живой, и мне этого было достаточно.

Когда он увидел меня, его губы тронула ленивая, чуть усталая улыбка:

— Смотри, кто пришёл. Я, конечно, должен лежать смирно, Света… — он хрипло усмехнулся, кивая на жгуты проводов, — но если хочешь — можешь полежать тут со мной. Говорят, эмоциональная терапия тоже лечит.

Я не колебалась ни секунды — тихонько забралась на кушетку сбоку, стараясь не задеть перевязку, и прижалась к нему щекой. Его рука тут же лёгла мне на спину — тяжёлая, тёплая. От неё пахло чем-то родным: ржавым металлом и его собственным упрямым теплом.

— Кажется, это помогает лучше, чем все эти лекарства, — выдохнул он мне в макушку, мягко касаясь губами моих волос.

Я чуть сжалась у его бока, сдерживая горечь под языком:

— Ты мог умереть, Фер…

Он фыркнул, так, как только он умеет — будто смерть для него всегда была чем-то, о чём можно поговорить с усмешкой:

— Да уж. Арену, наверное, совсем чуть-чуть не повезло. Ещё пять минут, и он бы избавился от меня лично. — Его пальцы лениво скользнули по моей талии, будто он проверял, не дрожу ли я. — Представляешь, они успели подумать, что это я тебя сдал.

— Что? — Я подняла голову, уставившись в его лицо.

Феран прищурился, уголок его рта дёрнулся:

— Ага. Считали, что я твой предатель. Так что думаю, Арен мечтал выстрелить мне между глаз собственноручно.

Я выдохнула и уткнулась носом в его шею:

— Я нашла их раньше.

— Что ж, — хрипло сказал он, проводя пальцами по моим волосам, — выходит, ты спасла мне жизнь.

— Ты спас её мне первым, Фер. Ты меня спрятал. Ты же знал, что тебя поймают.

Он замолчал на секунду. Сердце у него под щекой билось чуть быстрее — и я знала, что он тоже всё ещё держится за это тепло между нами.

— Значит, мы квиты, малышка, — выдохнул он, чуть хрипло усмехаясь. Его ладонь сжалась у меня на спине. — Только ты же не передумаешь потом, когда я опять встану на ноги? Будешь моей, детка?

Я вскинула на него взгляд, улыбнулась так тихо, что улыбка отозвалась горячим комком под рёбрами.

— Буду, Фер. Буду твоей.

Феран чуть сдвинулся на кушетке — осторожно, но с таким видом, будто он уже собрался встать и смыться прямо сейчас. Его рука всё ещё лежала у меня на спине, а глаза блестели ленивой бравадой.

— Знаешь что, — хрипло пробормотал он, прижимаясь лбом к моим волосам. — Если эта гоп-компания не придумает, как тебя вытянуть из всех передряг, я тебя просто украду к чёртовой матери. Увезу на другой конец галактики. Женюсь на тебе, где никто нас не найдёт.

Он сказал это так мечтательно, что я чуть не рассмеялась сквозь дрожь внутри. Но прежде чем я успела что-то выдохнуть, в отсек зашёл Кейр — тяжелый шаг, знакомая тень в дверях.

Он скрестил руки на груди, уставился на нас сверху вниз, и в его взгляде блеснула та самая холодная сталь, от которой дрогнули бы даже чужие кости.

— Попробуй только, — рыкнул он так тихо, что даже воздух будто застыл. — Вижу тебе лучше, раз языком мелешь. Значит, скоро встанешь.

Фер лишь лениво ухмыльнулся, не убирая руки с моей талии:

— Ну а ты что думал, Кейр? Не бросать же мне такую девочку на растерзание толпе неопределившихся пиратов.

Кейр лишь фыркнул, но в этом хриплом смешке слышалось странное облегчение. Его взгляд скользнул по мне — строгий, почти хищный, но в нём больше не было холодной отстранённости.

— Не вздумай её уводить никуда, Феран. Или пожалеешь. Я тебе это точно обещаю.

А я только прижалась к Феру крепче — и впервые за всё это время внутри было спокойно. Потому что, может, они и не умеют красиво говорить. Зато каждый из них готов сжечь половину звёздного неба, если я снова исчезну.

Кейр стоял возле кушетки, мрачно глядя на Ферана и меня — его взгляд был цепкий, будто мог вытащить меня из-под руки Фера одним лишь словом.

— Выйди, Света. Подальше от этого смутьяна, — буркнул он, глухо, но так, что спорить не хотелось. Я тихо выскользнула с койки, чувствуя на спине тяжёлый взгляд Фера, и вышла в коридор. В груди колотилось странное чувство: вроде всё хорошо, но куда себя деть — непонятно.

Я не знала, куда пойти. Сделала пару шагов по коридору, ещё пару — и тут ладонь легко коснулась моего локтя.

— Ну уж нет, — Рей, конечно же. Его ухмылка была такая довольная, будто он всю жизнь ждал этого момента. — Сегодня ты моя. Я тебя не отпущу.

— Кто сказал? — раздался за спиной тихий, но уже знакомо злой голос Арена. — С чего ты взял, что она твоя?

— С того, что она не твоя, — хмыкнул Рей, разворачивая меня к себе так легко, что я чуть не врезалась ему в грудь.

— Всё, хватит! — пробормотала я и рванула от них прочь. Пусть на секунду, пусть подальше — я больше не могла дышать в этой тесноте из их рук и голосов.

Я заскользила по коридору и почти на автомате юркнула в ту самую комнату с купольным обзором. Там не было стен — только мягкие подушки, тонкие пледы и огромное панорамное стекло, за которым раскинулся космос: холодный, безмолвный, прекрасный.

Я улеглась прямо на подушки — не стесняясь разуться и вытянуть ноги. Задрала голову вверх и просто смотрела: как вдалеке ползут тусклые комки звёздной пыли, как блестит кромка ближайшей планеты.

Я не знала, сколько времени прошло, когда мягкие шаги подошли совсем близко. Кто-то улёгся справа. Кто-то слева. Тёплые руки скользнули к моей талии — синхронно, как будто они всегда умели двигаться в унисон.

— Нашли, — выдохнул Рей, едва коснувшись губами моего виска. — Наша светлая девочка.

— Не сбегай от нас, — проворчал Арен, но в его голосе не было злости — только эта тихая, упрямая нежность. Он провёл ладонью по моему боку, цепляя пальцами ткань моей рубашки.

Я повернула голову — и увидела, что они оба смотрят вверх, в эту чёрную бездну. А потом в комнату пришли ещё двое: Сарх, тяжёлый и тёплый, улёгся у моих ног, раскинув руку так, что мне хотелось свернуться в клубок на его ладони. Деран подошёл последним — плюхнулся прямо за моей спиной и тут же зарывался носом в мои волосы.

— Как думаешь, могла бы ты так всю жизнь? — вдруг спросил Сарх. Его голос был низкий, ровный — такой спокойный, что слова казались почти колыбельной. — Вот так. С нами. На корабле. Без дома. У нас никогда не будет привычного дома.

Я вздохнула, не отрывая взгляда от звёзд. В комнату зашёл Кейр — медленно, тяжело. Он сел чуть в стороне, не подходя близко, но я чувствовала его взгляд на себе.

— Я бы смогла, Сарх, — сказала я. Слова сорвались так тихо, что мне самой стало страшно, как они звучат вслух. Рей и Арен синхронно начали гладить мою кожу под тканью — мягко, лениво, будто защищали от всего, что могло меня утащить обратно в грязную клетку.

— Но вы же меня всё равно отдадите, — выдохнула я, почти улыбнувшись от этой горькой мысли. — Так что к чему вопрос?

Сарх поднял глаза на меня — и в его взгляде было что-то почти хищное, но спокойное.

— Мы не отдадим, — сказал он так тихо, что мне показалось, будто он сам только что это решил. — Нас всех не было рядом, когда тебя украли, потому что мы искали одну вещь… чтобы отдать вместо тебя.

Он выдохнул, и я почувствовала, как вокруг меня будто замкнулось что-то большое и живое.

— В тот день, когда тебя украли… мы её нашли.

И звёзды за стеклом мигнули ярче. Будто слушали нас тоже — и ждали, что будет дальше.

Когда Кейр вошёл, я сразу почувствовала это странное напряжение, которое всегда идёт перед ним. Он остановился у дверей, будто взвешивал: заходить или сбежать обратно в свой холодный командирский панцирь. Но всё же шагнул внутрь и сел. Не рядом, не близко — с краю, подальше от подушек и моих ног. Но я всё равно чувствовала, что он здесь. Его взгляд был тяжёлым, но не колючим — скорее, настороженно-тёплым. Словно он и сам не знал, чего от себя ждать.

Арен рядом со мной чуть сильнее сжал ладонью мой бок, привлекая всё внимание на себя. Я повернула голову, и он смотрел прямо в глаза, открыто, так, как только он умел — с этой волчьей откровенностью.

— Ты ведь понимаешь, — начал он тихо, но твёрдо, — что ты перевернула наш мир к чёрту?

Я чуть улыбнулась, но не перебивала. Его голос был хриплым, будто он проговаривал это вслух впервые.

— Мы просто хотели… — он фыркнул, ухмыльнувшись без веселья, — просто хотели доставить откуп. Спасти свои шкуры. И всё. А в итоге… влюбились. Все. В одну и ту же девушку.

Я рассмеялась чуть слышно — Рей тут же подхватил этот момент своим ленивым, довольным шепотом:

— И самое удивительное, что ты ответила нам взаимностью. Всем… или почти всем, — хмыкнул он, скользнув ладонью по моей талии и прижимая меня ближе.

Арен закатил глаза, но в голосе у него всё ещё было это странное, рваное тепло:

— И даже некоторым лишним… персонажам

— Фер не лишний, — выпалила я, не думая, и тут же поймала взгляд Арена. Не осуждающий — скорее смирившийся.

— Я уже понял, — выдохнул он, уголок рта чуть дрогнул. — Никуда он теперь не денется. Чёртов упрямый Феран. Как говорится, за свои ошибки надо платить. А это была моя ошибка, оставить тебя с ним наедине столько раз.

— Так тебе и надо, — хихикнула я и ткнулась носом в плечо Арена, чувствуя, как рядом Рей смеётся открыто, а Кейр всё так же сидит чуть поодаль, но больше не отворачивается.

Кейр сидел чуть в стороне — его спина была ровной, плечи напряжённые, как будто он всё ещё готовился держать чужие удары. И вдруг он заговорил, и его голос был чуть хриплый, но твёрдый, без лишних украшений:

— Чтобы тебя больше не пытались похитить, — сказал он, не глядя прямо в глаза, — нам нужно будет подписать один договор. Он… немного необычный.

Он поднял взгляд — ровный, тяжёлый, но внутри была крошечная трещинка.

— По нему ты должна стать женой всех членов экипажа. И… моей тоже.

Я чуть замерла — комната вдруг стала теснее от того, как Рей и Арен разом напряглись сзади.

— Я знаю, что я тебе не нравлюсь, — продолжил Кейр, чуть глухо, и уголок его рта дрогнул в какой-то усталой, обречённой улыбке. — Обещаю, это будет просто формальностью.

— Ага, «просто формальностью», — буркнул Арен, перекатившись поближе. — Фер тоже мог бы быть просто формальностью, если б не сунулся.

Я фыркнула и резко поднялась, оставив Арена с его ревнивыми колкими шуточками. Шагнула к Кейру — он даже не шелохнулся, только взгляд стал внимательнее.

Я опустилась рядом с ним — почувствовала, как он весь напрягся, будто от прикосновения у него обожгло кожу.

— А я тебе нравлюсь? — тихо спросила я, прямо, без лишних фраз.

Он посмотрел на меня так, что в животе всё скрутило тугой, сладкий узел. Его взгляд впервые был без брони — в нём было столько тепла и этой странной обречённой нежности, что я не знала, куда спрятаться.

— Ты мне нравишься… — выдохнул он и чуть хрипло усмехнулся. — Я влюблён в тебя не меньше остальных. Ты умудрилась пробраться туда, где я никого больше не держал.

Моё сердце ухнуло вниз — я даже не дала себе время на мысли. Просто потянулась и коснулась его губ коротким поцелуем — осторожным, почти детским, но настоящим. Он не отстранился — наоборот, чуть прижал ладонь мне к затылку, но не углублял, будто боялся сорваться.

Когда я отстранилась, он выдохнул, взгляд у него потеплел, но уголок рта дрогнул:

— Не надо так себя вести из жалости. Или из благодарности. Ты ничего мне не должна.

Я качнула головой, касаясь лбом его скулы:

— Это не жалость. Фер всё рассказал мне, когда мы были в плену. Я была уверена, что тебе и Сарху я не нужна — а он всё объяснил.

— Опять этот Фер! — буркнул Арен за спиной, но его голос был тёплый, беззлобный. — Могла бы у меня спросить.

Все рассмеялись тихо, чуть сдавленно.

Я положила ладонь на грудь Кейра — чувствовала под пальцами, как у него бешено стучит сердце.

— Кейр, так уж случилось… — выдохнула я, улыбаясь сквозь дрожь. — Что я влюблена во всех вас. И в тебя тоже. Я думала, что не нравлюсь тебе. Но теперь знаю.

Он смотрел на меня так, будто не верил, будто искал подвох, но в его глазах вдруг мелькнуло что-то совсем мягкое — и он потянулся сам. Коснулся губами моих губ — чуть осторожно, но на секунду так глубоко, что я забыла, где мы, кто мы и сколько звёзд над нами горит.