Глава 7. Ульяна

Открыв глаза, посмотрела на белый потолок: где я? Пахнет стерильной противностью, совсем как в больнице. Повернув голову, встретилась взглядом с дядей Алисы и вздрогнула:

— Опять вы?

— Ну извини, — хмыкнул доктор. — Алиса, очнулась твоя подруга, не рыдай! Если не примешь успокоительное, я тебе его внутривенно поставлю. Поняла?

Он поднялся и, сунув руки в карманы халата, вышел из палаты. Я приподнялась на локтях и растерянно осмотрелась: небольшое светлое помещение с одним столом и кушеткой, на которой я лежу.

— Где я?

— Комната для срочных больных, — прорыдала Лиська и, утирая нос, добавила: — Если бы ты не очнулась, дядя вызвал бы «скорую»!

Я попыталась подняться, но сморщилась от боли в руке. Растерянно проследила за трубкой, которая шла от предплечья к подвешенному на стойке прозрачному пакету:

— Это зачем?

— Уля-я! — взвыла Лиська.

— Так, — резко произнесла я. Такое поведение было несвойственно моей вечной сопернице, и оно откровенно пугало. Что же должно было случиться? — Отставить истерику! Давай ты мне расскажешь, что произошло, а потом, если захочешь, я тебе даже подвою. Ты знаешь, я умею!

— Знаю, — сквозь слёзы улыбнулась Лиська. — Когда ты упала в обморок…

Я выслушала о приключениях Фара и неизвестно откуда появившемся драконе спокойно. Где один, там и второй, ничего удивительного. Но, конечно, неподруге посочувствовала: когда это чудо появляется ниоткуда, главное — подгузник! А если он не понадобился, то честь, хвала и стакан газировки герою!

— Ты молодец, — похвалила я. — Ни машину не разбила, ни Фара не прибила! Крута, мать!

— Он мне дверь выломал, — сквозь слёзы буркнула Лиська. — Я ещё с твоего дракона стрясу страховку!

— Ничего не моего, — огрызнулась я. — Тряси чего хочешь. Мне всё равно.

— Да уж теперь не получится отмахнуться, — странно посмотрела на меня Лиська и, утерев нос, вперила взгляд в пол. — Ты… это… в ожидании.

— Ага, — ухмыльнулась я. — В нетерпении, когда дракон свалит восвояси и оставит меня в покое.

— Просто так не свалит. — Огорошила меня неподруга. — Потому что у вас ребёнок будет.

— С крылышками и хвостиком? — расхохоталась я. — Очень смешно!

Но Лиська не смеялась. Встретив её тяжёлый взгляд, я поперхнулась. Кашляя, покачала головой и прохрипела:

— Нет!

— Да, — кивнула Алиса. — У тебя анализы брали, это абсолютно точно! А ещё у тебя тревожно низкий уровень гемоглобина. Потому и в обморок упала. Тебе бы на сохранение лечь…

— Издеваешься? — вскричала я и вскочила с кровати.

Меня тут же повело, игла вылетела из руки. Я охнула и, ощутив дурноту, попыталась уцепиться за что-нибудь. Лиська подхватила меня и усадила на кровать:

— Сказано же, — зло пробурчала она, — что надо лечь! Ты своё уже отплясала, Попрыгунья-Стрекоза!

Я провела ладонью по лицу, словно снимая паутину сна: увы, это жутчайшая реальность! Я беременна от Фара?! От хвостатого белоснежного чудовища с нежной шкуркой и каменным сердцем? Хуже и быть не может! Простонала:

— Помнишь, я обещала вместе повыть? Так вот сейчас самое время! Начинай…

— Отставить! — решительно проговорила Лиська. Казалось, после того как слабину дала я, неподруга подобралась и взяла контроль в свои загребущие лапки. — Поревем чуть позже. А сейчас лежать-бояться! Я позову сестру, чтобы тебе вернули иглу на место, раз мозги не получилось…

— Стерва языкастая, — не отказала я себе в удовольствии «поблагодарить» неподругу в своеобразной поддержке.

— Плоскодонка деревянная! — не осталась в долгу Лиська и, дружелюбно улыбнувшись, выскользнула из палаты.

Я же вздохнула и зажмурилась в ужасе: вот вам и «потомство» от фири? Ну уж нет, дракон! Я обязательно что-нибудь придумаю… сразу после капельницы и придумаю. Лиська вернулась с медсестрой, мне возвратили иглу на место. Я была рада, что неподруга больше не рыдает, смотрела на её сжатые губы и задумчивый взгляд и улыбалась. Как же приятно ощущать себя…

— Что? — подозрительно покосилась на меня Лиська и тут же предупредила: — Вот только не надо мне «спасибо» говорить, а то покусаю! А ты знаешь, к чему приведёт укус бешеного «РуФокса»!

— И всё же, — упрямо проговорила я, — я тебе очень благодарна. Знаешь, у меня никогда не было подруг, дружила лишь с парнями…

— За своего принимали? — невинно уточнила Лиська и, криво ухмыльнувшись, кивнула на мою грудь: — Неудивительно! Первичные половые признаки отсутствуют! Может, ты и правда парень?

— Беременный, — хмыкнула я и приподняла брови: — Зови дядю! Будем делить Нобелевку!

— Не будем, — парировала Лиська. — Себе оставим! А лучше вложим в лабораторию по исследованию Ар-Кетч…

— Твою русалку да через турникет! — простонала я. — Надо ему вернуть этот Ар-Кетч. Может, тогда дракон от меня отвяжется?

— Э… — протянула Лиська. — Ты уверена, что хочешь именно этого?

— Уверена, — кивнула я. — Конечно, лучше бы увидеть, как Фара охмурит «нежная» Кортомия, а её папаша отожмёт трон Мадин, но и так сойдёт!

— Какая ты кровожадная, — ухмыльнулась Лиська, — даже завидно! А не будешь горевать, что ребёнок будет расти без папашки?

— Я рассмотрю все кандидатуры, — хитро сощурилась я, отвечая неподруге за «плоскодонку». — Начну с тебя!

И тут завизжал противной мелодией сотовый Лиськи. Глянув на телефон, неподруга переменилась в лице.

— Фантомас! — прошипела подруга и, вращая глазами, обхватила голову: — Что же будет?! Сейчас как разбушуется, так трындец всем нам! Будем твоими драконами отмахиваться…

— Ты определись, — усмехнулась я, — кого больше боишься: драконов или ректора!

— Я страшусь провала! — решительно заявила Лиська и ткнула меня в грудь. — Если Семён Семёнович узнает, почему ты в обморок брякнулась, то и в этом семестре универ не дотянет до нормальных показателей. А, значит, нам будут урезать бюджет! Питание хуже, новые балетки реже…

— С чего это не дотянет? — ревниво отозвалась я, поглядывая на подпрыгивающий сотовый, приподняла брови: — Наш танец жюри точно оценит!

— Только в том случае, если Фантомас не отстранит тебя от тренировок, — покачала головой Лиська и постучала меня указательным пальцем по лбу: — Ты беременна, забыла?

— Забудешь такое, — передёрнула я плечами и кивнула на телефон: — Отвечать не собираешься?

Лиська надула накрашенные губы и скрестила руки на груди. Я хмыкнула и поднесла её телефон к своему уху:

— Да, Семён Семёнович. Да, я в порядке. Нет, это не обморок. И не от голода точно! — Я начинала злиться: — Нет, я не сижу на диете! Просто тощая от природы! — Лиська довольно фыркнула: — Что случилось? Туфли… э… каблук подломился. Да! Поскользнулся — упал, очнулся — гипс… Нет, нет у меня перелома! Шутка такая.

В сердцах отдала сотовый неподруге:

— Сама с ним разбирайся! Бесит…

— Гормончики так и пляшут джигу? — понимающе ухмыльнулась подруга и, прижав сотовый к уху, промурлыкала: — Да, Фант-т-т… Фантастический наш ректор! Всё хорошо, прекрасная Мар… Мартышка из "Забияк" чувствует себя лучше! Нет, не перелом, просто вывих. Ну да… Дядя говорит, нужна неделя полного отдыха. И вам не хворать!

Отключилась и, показав сотовому язык, улыбнулась мне:

— Всё в порядке. Тебе дали два дня отлежаться.

— Включая сегодняшний, — не питая иллюзий, проговорила я.

— Скажи, что беременна, и Фантомас тебя отправит отлёживаться, пока не родишь! Только с того света вернулась… то есть из академического отпуска, так сразу в декретный! Аж завидно! Порхаешь, как бабочка, жалишь, как пчела!

Она вздохнула и, глянув на часы, добавила:

— А вот мне сказали возвращаться на занятия, если не хочу прилечь с тобой рядом. — Улыбнулась белозубо: — Ты уж извини! Несмотря на отсутствие груди, за мужчину не сойдёшь! Я бы с удовольствием прилегла с твоим драконом, но, похоже, я его совершенно не интересую. Как и другие женщины этого мира. Твоему Фару нужна одна, сумасшедшая!

— Не нужна я ему, — проворчала я и отвернулась к стене. — А он мне и подавно.

Лиська выскочила, а я посмотрела в потолок и вздохнула: беременна?! Медленно положила руки на ещё плоский живот, прислушалась к ощущениям. Вроде всё, как и всегда… Ан нет! Не совсем… Подорвалась с кушетки:

— Эй, кто-нибудь! Мне срочно надо!.. А-а-а!

Выдернула иглу и, прижимая руку к животу, выскочила в коридор. В сторону шарахнулась девушка с ведром. Я схватила несчастную за руку:

— Умоляю, туалет?! — Та протянула мне ведро, но я, сжав колени, упрямо помотала головой. Пискнула обречённо: — Туалет…

Пока медсестра, взмахнув рукой, начала объяснять, я уже понеслась в указанном направлении. Ох, я, конечно, слышала, что беременные часто писать бегают… Но и представить не могла, что в прямом смысле слова. Да ещё так резко приспичило! Может, виной этому капельница? Ай! Да где же это вожделенное место?!

Увидела искомый значок и припустила что есть духу, обогнав на повороте шаркающую старушку, успела прошмыгнуть перед её носом и хотела захлопнуть двери:

— Извините, я быстро!

Но не тут-то было! Старушка с непостижимой грацией и удивительной скоростью гадюки в брачный период вцепилась в ручку двери, потянула на себя и заголосила так, словно я её пенсии лишила:

— Не пущу! В очередь, прохвостка!

— Да я бы уже всё сделала и вышла, пока вы боретесь, — прошипела я, пытаясь и дверь удержать, и ноги не разжать, чтобы не быть виновной в мокром деле. — Пустите же…

Бабка с пыхтением потянула дверь и, подняв голову, встретилась со мной взглядом. Мы обе замерли.

— Смуглянка! — взвизгнула бабка, тыча в меня пальцем.

Я воспользовалась моментом и захлопнула дверь перед носом «Цербера». Именно с этой бабкой я сражалась за право попасть к главврачу, перед тем, как… Вздохнула одновременно с облегчением и страданием. Ого, какой спектр может испытывать беременная женщина! Или я преувеличиваю? Узнала об интересном положении только сейчас, а уже пошли странности…

Присела на крышку унитаза и задумалась: а ведь правда! У меня давно уже пошли странности, мне несвойственные, но я не обращала на них внимания. А кто бы обратил, когда в жизни такое происходит? И перемена во вкусах объяснима… Да я, — кроссы с вентиляцией! — в чужом мире жила! Как можно было понять, что я начала любить другую еду, когда она и так совершенно отличается от нашей?

А перемены в настроении? А кто останется спокойным, когда его на такие драконьи горки сажают?! То тебе отбор и тапки в зубах для властного повелителя! То нежность и (ой, лучше не вспоминать) до дрожащих ног страстные ночи! То погребённые в небытие воспоминания об ушедшей любви. То новости о несуществующей опухоли… и кто бы остался нормальным в такой ситуации? А я осталась! Почти… Даже глаз не дёргается.

— Смуглянка! — заорала бабуля, сотрясая дверь. — Ты издеваешься надо мной?! У меня клизма на свободу просится… А-а-а…

Я взлетела с унитаза и, распахнув двери, поспешила освободить место для раздумий следующему заседателю. Увы, забыв при этом, что нужно хотя бы делать вид, что ходишь по полу. Старушка с отвисшей челюстью, следила за мной, совершенно забыв о собственной проблеме. Услышав за спиной звук падения, я решила не оборачиваться. Челюсть ли выпала, сама ли Цицерия свалилась в обморок от лицезрения летающей меня, или вырвалась клизма — я предпочитала остаться в неведении. Мы, беременные, такие чувствительные.

Знала бы, что меня ждёт впереди, держала бы осаду до последнего!

От же ж Буратино в пачке Мальвины! Я же всё ещё лечу! А вокруг люди: пациенты, врачи, медсёстры… Воровато огляделась и спешно опустилась на пол, но на меня никто так и не обратил внимания. Сначала порадовалась этому, затем нахмурилась: а почему, собственно? Я тут «порхаю, как бабочка», по меткому выражению Лиськи, а народ даже не обернулся! Не то чтобы я так расстроилась отсутствию оваций (штабеля из получивших сердечный приступ бабулек не украсят этот коридор), просто стало интересно, почему все вдруг прилипли к окнам и не замечают даже сражающуюся с земным притяжением девушку.

Попробовала проникнутьпротолкнуться к окнам, но не тут-то было: могучие и опасные вечно больные пациентки, хихикая и переговариваясь, крепко держали оборону. Снаружи явно что-то происходило. Мне стало любопытно. Оглянулась: возвращаться в палату не хотелось даже за туфлями… особенно за туфлями! Лучше ходить босиком, чем подвергать себя опасности.

К тому же туфли своё отработали: прежде чем переломать себе ноги, я сломала Фару… не мозги, так мировоззрение. Так ему, дракону парнокрылому! Стоит только вспомнить взгляд Фара, когда он увидел меня в объятиях Лёвы, становилось тепло в груди и хотелось улыбаться. Только вот Повелитель тут же отомстил «импровизацией». Душу наизнанку перед всеми вывернул! Зачем он так? Да и говорил чепуху… Ревность хотела вызвать? Я?! Да зачем мне это?

Злость всё росла и росла… Я остановилась у выхода, где столпилось больше всего народа. Прислонившись к стене, медленно и глубоко задышала. Теперь мне стало понятно, что весь этот спектр чувств, которые кружат меня в бесконечном танце, — лишь следствие моего интересного положения. А положение действительно интересное! В голове не укладывалось: я беременна от дракона! Как там в сказке? Не ребёнка, не лягушку, а неведому зверушку… Мне уже безумно жаль того акушера, кто будет принимать роды!

Я потёрла горящие щёки: а ведь у меня и мысли избавиться от ребёнка не возникло. Значит ли это, что я всё ещё люблю гада хвостатого? Помотала головой. Вот уж нет! Положила руки на живот и улыбнулась. Я люблю свою «неведому зверушку», от кого бы она ни родилась! С каждой минутой мне всё больше нравилось ощущать себя будущей мамой. Понимала, что это гормоны, но как сопротивляться сладким волнам счастья, которые накатывали каждый раз, когда думала о малыше? Да и зачем сопротивляться?

— Спокойно, Ульяна! — сказала самой себе. — Тебе нельзя нервничать! — Вздёрнула подбородок: — С этой минуты лишь позитивные мысли, правильное питание и свежий воздух! Кстати, о воздухе… — Я попыталась пробиться через толпу: — Да что тут происходит?! Знаменитость ошиблась клиникой? Неужели сам Басков с насморком пожаловал?

Я все же прорвалась сквозь толпу и, подумав, что легче было перелететь, тут же забыла об этом. Да и обо всём на свете, если честно. В голове поселилась пустота, из горла вырвался стон при виде Фара. Мой дракон стоял перед клиникой и, с серьёзным видом выслушивая доктора, кивал. Но не Повелитель с Мадин меня вверг в ступор, а его потрясающий костюм…

Неудивительно, что бабульки прилипли к окнам и хихикали, — они такого не видели… никогда! Да и я тоже, если честно. Даже интернет со всеми его невероятными возможностями не показывал мне удивительно сексуального, высокого и мужественного красавца в испачканном краской строительном фартуке на голое тело. Даже я, получавшая это самое тело в единоличное пользование на Мадин, забыла, как дышать. Фар и в этом безумном наряде умудряется выглядеть сногсшибательно!

Грубая ткань едва прикрывает то драгоценное, что заставляет меня кусать по ночам подушку, мечась по влажным от пота простыням, но оставляет жадному взору и накачанные икры, и рельефные мышцы крутых бёдер, и бесстыдные полоски неприкрытой кожи там, где вызывающе прочерчивают тело линии пояса Аполлона. До чего же он хорош! А при мысли, что со спины всё это великолепие откроет не менее потрясающий вид, сносит крышу. Благо, что на широкие плечи повелителя накинуто белоснежное норковое пальто… Вкупе с босыми ступнями и растрёпанными волосами это всё смотрелось невероятно сексуально!

Фар, будто ощутив мой взгляд, поднял голову и посмотрел прямо в глаза. Я вздрогнула и, осознав, что только что пялилась на собственного мужа, как подросток на кумира, ощутила, как наливаются жаром щёки. Сжала кулаки и глубоко вдохнула: спокойно, Улька! Это всё гормоны. Я слышала, на первых месяцах беременные так и кидаются на мужа в отчаянной жажде ласки. Повышенное либидо не повод прощать этого злодея!

Вскинула подбородок и пошла вперёд, намереваясь проскользнуть мимо.

— Острова! — окликнул главврач. — Ты куда пошлёпала?

— Домой, — безапелляционно заявила я и, косо глянув на Фара, добавила: — Здесь и так слишком многолюдно. Полагаю, что коек в соседней психбольнице не хватает, раз вас напрягли… Освобождаю!

— Вернись, нужно провести ещё обследования, — потребовал врач.

— Я не больна…

— Но ты беременна.

Я застыла на мгновение, не решаясь посмотреть на Фара. Что же, это предсказуемо. Я и так догадывалась, что именно доктор с ним обсуждает. Как только у дракона всегда получается оказываться в нужном месте в нужное время? Секунды капали, а я всё не двигалась и сама не знала, чего жду. Надо уходить, Уля! Ну, давай, детка! Шаг, другой, — это так просто. Сердце билось всё быстрее, молчание затягивалось, и тут на меня надвинулась тень и схватила за руку..

— Я так рад!

— Селл? — я удивлённо посмотрела на брата Фара и осторожно выудила пальцы из его хватки. — Ты здесь откуда? — Опустила взгляд вниз и икнула: — Ой…

Каска, перевязанная верёвкой, едва держалась на бёдрах мужчины. Зато мощный накачанный торс украшал расстёгнутый классический пиджак из добротной ткани. Теперь мне стало понятно, о чём перешёптываются собравшиеся за спиной дракона медсестрички. Кажется, я покраснела ещё больше.

— И почему в таком виде?

— Мы с показа, — весело объяснил Селл. Он постучал костяшками пальцев по каске и подмигнул мне: — Высокая мода!

— Выше только звёзды, — растерянно пробормотала я, с ужасом наблюдая, как соскальзывает верёвка, но каска остаётся на месте.

Девушки завизжали от восторга, а я поспешно отвернулась от улыбающегося дракона и снова столкнулась взглядом с Фаром. Повелитель рявкнул:

— Мы немедленно возвращаемся!