Глава 25

Полина

Мне всегда хотелось проснуться рядом с Айдаром. Даже больше, я об этом грезила, мечтала по ночам. Однако я никогда в действительности не верила, что это возможно. Призрачная мечта, вроде того. Однако парень, который прямо сейчас лежит напротив меня, обняв за талию, определенно точно настоящий. Из плоти и крови. С размеренным дыханием, подрагивающими ото сна ресницами и приоткрытыми губами.

Я не испытала шок, когда проснулась полчаса назад. На память никогда не жаловалась, поэтому помнила все вчерашние события.

Что я чувствую?

Ничего. Должно быть, это последствия стресса. Вчера у меня был сильный выброс адреналина, поэтому нет ничего странного в том, что сегодня на меня накатила апатия.

Наверное мне стоило быть более осмотрительной и менее наивной. Ведь с Каролиной я пошла по своей воле. Конечно, я не могла себе представить, что она выкинет подобный трюк, но стоило включить мозги.

Извиниться, серьезно?!

На это я повелась?!

Эта стерва скорее себе язык откусит, чем произнесет слово «прости».

— О чем так увлеченно думаешь? — вдруг раздается хриплый голос, отчего я вздрагиваю.

— Когда ты проснулся? — перевожу на взлохмаченного и зевающего парня взгляд.

Проклятье, даже спросонья он выглядит как модель!

— Минут пять назад, — хмыкает, подтягиваясь. — Так о чем ты думаешь?

— О вчерашнем, — честно сознаюсь, садясь на кровати. — Поверить не могу, что Каролина пошла на такую подлость.

— Лучше бы тебе поверить, — хмуро кидает Айдар. — Я все видел собственными глазами, и приятного было мало. Вообще-то я должен попросить у тебя прощение, Полина, — грустно улыбнувшись, Дар садится и кладет свои руки на мои, нежно сжимая. — Я вчера сильно испугался. Знаешь, это ведь все из-за меня. Опять.

Я не пытаюсь переубедить Долматова. Да и зачем? В случившемся есть доля его вины. Он не смог разобраться со своей бывшей девушкой, а я осталась крайней. Другое дело… Мог ли он что-нибудь сделать, чтобы это предотвратить? Честно говоря, сомневаюсь. Даже я не подозревала, что Каролина способна на такое безумство. А я, прошу заметить, ее постоянная и любимая жертва.

— Я… Я вчера тоже испугалась, — поежившись, говорю. — Хорошо, что ты пришел.

— Я бы нашел тебя где угодно, — он это произносит таким решительным тоном, что сомнений не остается — Долматов бы меня нашел.

— Спасибо, — искренне шепчу.

— Поль… — сглотнув, Дар кладет руку мне на щеку, придвигаясь ближе.

Наши взгляды встречаются, и мое сердце пропускает удар от затаившийся любви в его глазах. Айдар трется своим носом о мой, и оставляет мягкий поцелуй на краешке губ.

— Я остаюсь…

Шокировано таращусь на парня, не веря своим ушам.

— Правда?

— Да. Это уже решено.

А затем Долматов меня целует. Так чувственно и нежно, что у меня голова идет кругом. Если бы сейчас у меня спросили имя, я бы вряд-ли смогла внятно ответить.

— Дар, а вчера… — от смущения я утыкаюсь глазами ему куда-то в шею. — Знаешь, когда ты меня сюда принес… В общем, мне показалось…

Боже правый, как это сказать? И зачем я вообще начала этот разговор?

Однако вчера я точно слышала, что он сказал: «Люблю тебя безумно». Или мне приснилось?

— И что же тебе показалось? — веселым голосом спрашивает.

— Ничего! Глупость! Приснилось что-то! Забудь! — лепечу, пытаясь выкрутиться из его объятий и слезть с кровати.

Айдар держит меня крепко, не давая встать, затем валит на спину и, улыбаясь, точно как кот объевшийся сметаны, бросает:

— И что же тебе показалось?

— Ничего! — мотаю головой, на что Долматов хищно прищуривается.

— Подумай хорошенько…

— Ты сказал, что любишь меня? — затаив дыхание в ожидании ответа, выпаливаю.

— Я так сказал? —удивлено вскидывается.

Господи, какая же я идиотка!

До боли прикусываю нижнюю губу, но все же неуверенно бормочу:

— Да, мне вчера так показалось…

— Тебе не показалось, сладенькая.

— Что?

Устремляю на Долматова гневный взгляд, за то что в такой момент смеет надо мной шутить!

— Я действительно тебя люблю, — уже без капли веселья произносит. — И понял это не вчера, и не позавчера.

— А когда?

— Не знаю, — задумчиво отвечает. — Может, это всегда было со мной. Знаешь, вроде того когда детская влюбленность перерастает во взрослые чувства. Я всегда тебя замечал. Еще с первого класса, а потом ты повзрослела, и не заметить тебя или не влюбиться было уже невозможно.

— Но ты же никогда…

Конечно, Долматов оказывал мне знаки внимания, но не больше, чем другим.

— Знаешь, а ведь это часто так, — усмехнувшись, он падает рядом со мной и берет за руку, переплетая наши пальцы. — Могут быть сотни девчонок, которые для тебя ничего не значат. С ними легко и просто, а к той единственной не подойдешь. Страшно… Боишься отказа, потом еще себе глупости всякие придумываешь, чтобы оттянуть момент нервотрепки и признаний.

— Но ты ведь знал, что нравишься мне, — все равно не понимаю его логики.

— Знал, — не отрицает очевидное. — Но также я знал, что придется уезжать, поэтому не хотел и тебе и себе делать больно. Подумал, что все забудется со временем. Знаешь, как ты мне тогда в кинотеатре сказала, что, мол, все пройдет.

— Но все в жизни проходит…

— Может быть, но я не хочу, чтобы это между нами проходило. А когда появился Клюев, то вообще с ума сошел. В моей голове ты всегда была «моя».

— А если бы не Рома, ты бы уехал?

— Не знаю… Мне кажется, вряд-ли. Ведь я действительно не хочу учиться заграницей. Мне там все чуждо. А если бы и уехал, то все равно бы вернулся через несколько месяцев.

— Может, стоит сказать Роме «спасибо»? — кокетливым тоном интересуюсь.

— Ага, промеж зубов мой кулак скажет ему «спасибо», — фыркает Долматов. — Я до сих пор помню ваш поцелуй.

Ну что за ревнивец!

— Долматов, не будь лицемером! У тебя этих поцелуев было тысячи!

— И ни один из них не имел значения! — быстро находится этот хитрец.

— И для меня поцелуй с Ромой ничего не значил.

— Настолько, что ты пошла с ним на свидание?

Вот же заладил!

— Я пошла с ним тебе назло!

— Так я и знал! — победно ухмыляясь, восклицает Долматов. — А сейчас вы общаетесь?

Честно говоря, я пыталась пару раз наладить контакт с Ромой, но он ясно дал понять, что дружбы между нами не будет, а ничего другого я не могу ему предложить.

— Долматов, вот что ты заладил? Дался тебе этот Клюев! Я же с тобой, а не с ним! И люблю тебя, а не его! — в сердцах ляпаю я, и тут же прикрываю рот ладошкой, когда понимаю, что за признание сорвалось с губ.

Улыбка Долматова грозится порвать рот, настолько она широкая.

— Ну, наконец-то! Я уж думал, что ты этого никогда не скажешь!

— Так ты специально? — бью кулаком этого смеющегося засранца в плечо.

— Ладно-ладно, не злись, сладенькая, — притянув меня к себе, говорит, но я только обиженно надуваю губы и отворачиваюсь.

— Ах, так? Ну держись, Устинова!

А потом этот негодяй принимается меня щекотать. С громким хохотом мы сваливаемся с кровати, и целуемся до тех пор, пока губы не начинают болеть.

***

Через несколько дней

Мы с ребятами сидим у Долматова дома в игровой комнате, перед нами открытый ноутбук, на котором стоит на паузе видео.

— И что вы думаете по этому поводу? — спрашивает Арсен.

— У нее хорошая фигура, — хмыкаю я.

А что я еще должна сказать, после того как несколько минут назад посмотрела на обнаженную танцующую Королеву перед мужчинами на какой-то вечеринке?

Долматов сидит рядом, перебирая мои волосы и периодически притягивая к себе, чтобы поцеловать то в щеку, то в лоб, то в нос. Короче говоря, те самые телячьи нежности.

— Согласна, — кивает Нина.

— Предлагаю слить видео в сеть! — яростно выпаливает Арсен.

Мы втроем переглядываемся между собой, не спеша поддерживать эту идею. Не буду прикидываться дамой в белом пальто, которая не хочет возмездия. Мысленно я разрывалась между тем, чтобы слить это видео, а лучше развесить скриншоты по всему городу, и между тем, чтобы забыть о Королевой, как о страшном сне.

— Поль, что ты думаешь? — Нина тоже не спешит поддержать идею Герасимова.

— Не знаю, — с тяжелым вздохом отвечаю.

— Она же этого заслуживает! Разве вам не хочется отомстить, после того что вы пережили? — взрывается Арсен.

— Эй, Арс, потише, — резко осаживает друга Айдар. — Не дави на девочек.

Герасимов, зыркнув на друга, складывает руки на груди всем своим видом демонстрируя недовольство.

— Мне хочется отомстить, — честно признаюсь, — но мне не хочется и дальше тянуть эту историю, понимаете?

Судя по мрачной физиономии Герасимова, он не понимает.

— Я согласна с Полиной, — неуверенно подает голос Нина. — Королева, конечно, заслуживает встряски, но ведь она догадается кто слил видео.

— Я сделаю так, что концов будет не найти, — твердо изрекает Айдар. — Она ничего не сможет доказать.

— Ей и не нужно будет ничего доказывать. Мы просто дадим ей еще один повод продолжить эту «войну», — объясняю я, показывая ковычки пальцами на слове «война».

— Она больше не учится в нашей школе, поэтому не сможет ничего сделать, — настаивает Арсен.

— Ты думаешь, ей это помешает? — иронично приподнимаю я бровь.

— Я ей помешаю, — решительно отрезает Долматов, напрягаясь всем телом.

Успокаивающе глажу этого мстителя по плечу и целую в щеку.

— Ребят, сейчас уже все хорошо. Каролина перевелась, и кто-то должен быть умнее и остановиться, — взывает к голосу разума Уткина, и мне сложно с ней не согласиться.

— Я тоже так думаю, — задумчиво киваю головой. — Сами посудите, мы сольем в сеть видео, она снова натравит ботов или взломает наши телефоны. Мы еще что-нибудь сделаем, а она ударит в ответ. Это бег по кругу. Осталось совсем немного до конца учебного года, и хочется насладиться этими днями, а не тратить время на глупости. Может, мы с ней вообще никогда больше в жизни не увидимся. И я была бы этому рада больше, чем глупой мести.

— Ты уверена, Полина? — серьезно спрашивает Долматов. — Тебя никто не будет осуждать. Арс прав, Каролина это заслужила.

— Ну хоть кто-то! — эмоционально всплеснув руками в воздухе, язвительно бросает Герасимов.

— Я не отрицаю, что она это заслужила, но все же я хочу оставить эту историю.

— Хорошо, голосуем! — хлопнув в ладоши, громко объявляет Дар. — Кто за то, чтобы оставить все как есть?

Под недовольные взгляды парней мы с Ниной поднимаем руки.

— Кто за то, чтобы слить видео?

Естественно Арсен поднимает руку. Долматов менжуется, косится на меня, и я медленно качаю головой, мол, не нужно. Сдавшись, он откидывается на спинку дивана и ворчит:

— Ладно, девочки, ваша взяла. Не хотите — как хотите. Может, так действительно будет лучше.

— Каблук! — фыркает Герасимов, за что получает злой тычок в бок от Нины. — Прости, милая, — тут же целует Уткину в шею.

— А сам-то! — не остается в долгу Долматов.

Парни такие парни…

Осталась ли я довольна таким решением? Вполне. Почему, наверняка спросите вы? Потому что Долматов все равно со мной и мой. Сколько бы Каролина не пыталась вставлять нам палки в колеса, жизнь и немного времени все равно нас привели к друг другу. Пытаясь нас поссорить и отдалить, она пришла к совершенно противоположному. Искренне надеюсь, что гадина сгрызла себе свои красивые ногти под корень, когда поняла что все ее планы провалились коту под хвост. Не то чтобы я злорадствую… А впрочем — да, злорадствую!

Когда мы уже подъехали к моему подъезду, то Долматов, повернувшись ко мне, неожиданно признается:

— Я все равно кое-что сделал Королевой.

Недоуменно моргаю, и он спешит пояснить:

— Отправил на почту кое-какие фотографии ее отцу.

— Зачем? — не понимаю я.

— Я думаю, что у нее проблемы с… — Дар мнется, прежде чем произнести: —запрещенными веществами. Адекватный человек такого не сделает, Полина.

— И что теперь?

— Не знаю, — пожимает он плечами. — Надеюсь, что после школы ее отправят в клинику. Королевой действительно нужно прийти в себя.

— Почему ты не сказал это при ребятах?

— Изначально я не собирался ничего отправлять, — задумчиво стуча пальцами по рулю, изрекает. — А потом… потом до меня дошли слухи среди наших знакомых. Много нехороших слухов. Я сделал это не из мести, Полина.

Так, стоп. Теперь я вообще ничего не понимаю.

— Я знаю ее родителей, ее историю жизни. Знаешь, по сравнению с тем, что она может сделать в таком состоянии себе или окружающим, та выходка на дискотеке покажется детским садом. Ей нужно лечение, спокойствие. Надеюсь, что ей это поможет, — с горечью заканчивает.

— Я тоже надеюсь…

Чувствую ли я радость, после признания Долматова? Нет. Жалости и сочувствия у меня к Каролине тоже давно нет. Правда, этот диалог расставил в моей голове все по своим местам. И мне стало понятным почему, точнее «под чем» Каролина решилась на практически нападение на человека. Пусть и не своими руками, но тем не менее…