Глава 2

Тариус Кейзиар.

Я откинулся назад в экипировочной капсуле, позволяя роботу снять экзо-броню с моего тела. Как и ожидалось, миссия прошла гладко. Мы поднялись на борт шелианского пиратского корабля и забрали всех пленников без единой потери жизни - ну, по крайней мере, на нашей стороне.

Шеалианцам не так сильно повезло. Я и мои воины не проявляли милосердия к существам, которые были достаточно глупы, чтобы попытаться забрать то, что принадлежало нам. Но мы были очень близки к тому, чтобы потерять одного из нас.

Золотоволосая женщина, которую я держал на руках, подверглась ужасному избиению.  Ее сознание было притуплено сильными успокоительными. К тому времени, как я доставил её в медицинский отсек, её дыхание стало медленным и поверхностным, тело холодным и вялым, губы нездорового бледно-голубого оттенка.

Она была так близка к смерти. По какой-то причине работорговцы обращались с ней гораздо хуже, чем с другими пленниками. И почему-то её положение вызвало во мне сильное чувство защитить и обезопасить. Я лично отнес её в медицинский отсек так быстро, как только меня могли нести ноги.

— Нанохирургия, немедленно! — рявкнул я на медика, все ещё вооружённого до зубов и облачённого в полную экзо-броню. Мне было все равно, как он выглядит, медик всегда способен выполнять свои обязанности. Я приложил все усилия, чтобы вернуть эту раненую, беззащитную женщину не для того, чтобы увидеть, как она умирает в моих руках.

— Я в курсе, — тихо сказал Сат, бросив взгляд на меня. Медик временами мог быть раздражающе упрямым, но у него было достаточно здравого смысла, чтобы понимать, когда следует подчиняться приказам.

 Я оставил женщину в умелых руках медика и его помощников. Хотя он был на девяносто девять процентов уверен, что они вернут ей полное здоровье, у меня все ещё оставались сомнения. Она была такой маленькой и уязвимой. Я мог случайно переломить её пополам в своиэ обьятиях.

Когда броня отделилась от моего тела, а шлем снялся и с лица, я сделал глубокий вдох и устало провёл рукой по глазам. Как, черт возьми, этот шелианский транспорт выскользнул с планеты?

 Наши системы мониторинга были лучшими во Вселенной, но каким-то образом пиратский шелианский корабль смог выйти на орбиту планеты, похитив десятки молодых человеческих женщин.

Произошедшее приводило меня в ярость. Гнев струился по моему телу, ища выхода в форме насилия. Потребовалось все моё самообладание, чтобы не поддаться этому чувству.

 Я приказал своим людям оставить в живых шелианского капитана, штурмана и пару членов экипажа. В конце концов, они были нужны… в качестве приманки. Шелианцы, возможно, и захватили людей, но на другой стороне груз ждал покупатель.

Кто-то стремился завладеть этими женщинами для собственного удовольствия. Кто-то приказал наказать и пытать человеческих женщин, особенно ту хрупкую и сломанную, которую я держал на руках.

Я собирался схватить этого засранца. Шелианскому кораблю будет позволено продолжить своё путешествие с некоторыми... модификациями. В этот самый момент техническая команда создавала идеальные голографические изображения человеческих женщин по их биологическим данным. С оригинальным экипажем на борту и гиперреалистичные голограммами женщин, покупатель не будет знать, что что-то не так, пока он не ступит на борт и не найдёт смерть, ожидающую его... в виде воина Первого дивизиона по имени Киарус. Они получат то, что им причитается, и покупатель тоже. Я почти пожалел, что не могу быть там, чтобы увидеть выражение лица этого ублюдка. Скоро мы запрём его в комнате для допросов, и тогда я смогу отомстить… от её имени.

Обнажённый и напряженный, я вышел из капсулы и вошёл в камеру, где несколько моих воинов переодевались в свою стандартную рабочую форму, которая на самом деле была просто их старыми военными комплектами со снятыми имперскими знаками отличия.

В дальнем углу стоял Фириан, внушительный воин Первого дивизиона, носивший на лице традиционные племенные шрамы Племён. Я был одним из немногих, кто понимал истинное значение этих шрамов. Фириан был Охотником, и его способность отличать правду от лжи была легендарной.

Я нашёл свою собственную униформу в личном хранилище. Быстро оделся, надел узкие черные брюки и простую черную тунику, поверх которой накинул черный пиджак, скроенный в строгом синайском стиле. После этого мне предстояло присутствовать на дипломатической голографической встрече. Я провёл рукой по своим волосам, стараясь, чтобы они выглядели более аккуратными. Шлем экзо-доспеха всегда портил волосы, которые я не стриг, делая наперекор строгой имперской военной стрижки. Сейчас волосы достаточно длинные, чтобы я мог заплести их в традиционном стиле воина айкуна. Я так давно хотел это сделать.

Я опустился на ближайшую скамью и надел черные лётные ботинки до колен. Бегло оглядел своих воинов, которые выжидающе смотрели на меня. Они были бывшими солдатами из пяти боевых дивизий Имперской армии, все элитные бойцы в своём собственном праве.

— Воины! Это была хорошо выполненная миссия, — тихо сказал я. —Для некоторых из вас это был первый раз, когда вы встретились лицом к лицу с живыми людьми. Учитывая, что они все ещё чертовски боятся нас, вы хорошо справились с ситуацией. В будущем подобные вещи станут более распространёнными, так что привыкайте к этому…, — я поднялся на ноги. — Хорошая работа, ребята. В столовой есть свежее мясо и чай из меленхоров.

— Благодарим вас, сэр. Вы присоединитесь к нам? — спросил один из воинов, молодой парень по имени Севенн. Он начал по-военному отдавать честь левым кулаком, но я сделал небольшое движение рукой, чтобы заставить его замолчать.

— Ты забыл, Севенн? Мы больше не в армии.

Несколько синайцев усмехнулись.

— Ничего не могу поделать, сэр. Вы наш коммандер. Мне было бы странно обращаться к вам, как к равному. Разрешите называть вас «сэр», сэр?

Я вздохнул. В старой армии я превосходил солдата по званию в тысячу раз. Было несправедливо внезапно ожидать, что воин обратится ко мне по имени. Некоторые привычки настолько укоренились, что от них приходилось медленно избавляться. По крайней мере, парню хватило смелости спросить. В старой армии такого бы никогда не случилось.

Выражение лица Севенна стало серьёзным:

— Но я просто не понимаю, как шелианцы вообще добрались до земной колонии на этой отдалённой планете. Наша охрана строже, чем во дворце императора.

— Нет такой вещи, как непроникновенная планета, — поправил я. — Поверь мне, я знаю. Я был разведчиком до того, как вошёл в команду.

Севенн тихо присвистнул от удивления. Воины обменялись взглядами. Их удивления следовало ожидать.

Оперативники военной разведки никогда не раскрывали своего прикрытия, даже когда они переходили на более высокие должности. Но я, не испытывал никаких угрызений совести, раскрывая эту часть своего прошлого сейчас.

— Любая система наблюдения может быть взломана, какой бы прочной она ни казалась. Но ты прав, Севенн. Эти работорговцы не должны были выйти на орбиту планеты Земля-1.

У меня, конечно, были свои подозрения относительно того, как это могло произойти, но я не был готов поделиться ими, пока не проведу небольшое расследование самостоятельно.

— Но теперь ты знаешь, каков протокол для борьбы с работорговцем, который попытается проникнуть на нашу территорию.

— Мы убиваем на месте, — сказал седой ветеран Второго дивизиона. — Если они ещё не взяли на борт никакого груза.

 — Тех, кто нарушает наши границы, мы убиваем на месте, — подтвердил я. —Если они настолько глупы, что попытаются уйти с живым грузом, мы заберём этот груз в целости и сохранности, а затем убьём их. По нашему закону, наказание за участие в рабстве - смерть.

— Мне это нравится гораздо больше, чем старый закон, — седой воин ухмыльнулся, показав сверкающие клыки. — Мне никогда не нравилось все это вынужденное раболепие. Что за напыщенный имперский лизоблюд заставляет другого, который сделает все за них? Ленивые ублюдки. В этом нет никакой чести. Никогда не было. И я убью любого, кто подумает иначе.

—  Хм, – в дальнем углу, Хинон хмыкнул в знак согласия.

— И помните, относитесь ко всем человеческим женщинам как к священным. Они должны быть защищены любой ценой. Если вы столкнётесь с той, что вас заинтересует, у вас есть моё разрешение проявить этот интерес.

— А что будет, если нас будет двое? — спросил высокий, долговязый воин.

— Уточни, — приказал я.              

— Если будет двое из нас, заинтересованных в одной и той же партнёрше… каков протокол для этого?

 — Что произошло бы на Голубой звезде в племени?

 — Женщина бы выбрала.

 — Тогда примените тот же принцип здесь… либо это, либо вы будете сражаться друг с другом до смерти, потому что мы все знаем, что делиться было бы неприемлемо для нас, — я свирепо улыбнулся, хотя наполовину шутил. На этот раз в смехе солдат послышались мрачные нотки.

По правде говоря, если бы такая ситуация произошла, я не знал, как бы они с ней справились. Не дай Звезда, чтобы это когда-нибудь случилось.

— А что произойдёт, если, скажем, парень заболеет лихорадкой спаривания, но самка не захочет его кусать? — густые седые брови седоволосого воина сошлись на переносице, сминая старый шрам, тянувшийся от лба до переносицы.

— Не знаю, — я пожал плечами. — Мы никогда раньше не сталкивались с такой ситуацией.

 — Значит, мы возьмём её силой?

— Никакой силы. Я запрещаю это. Это противоречит тому, за что мы боролись, когда распускали Империю, и для этого есть очень веские причины. — я нахмурился. Солдат был прав. Как только появится печально известная Брачная лихорадка, её можно будет на некоторое время подавить лекарствами, но окончательным и единственным лекарством было заявить права на свою пару. Незаинтересованная женщина представляла бы реальную проблему.

— Если возникнет такая ситуация, если вы даже заподозрите, что у вас начинается лихорадка, немедленно сообщите мне. Я не хочу никаких инцидентов. Известно, что лихорадка спаривания сводит самцов с ума, если оставить её на произвол судьбы. В некоторых случаях это даже приводило к летальному исходу.

— Ну, мы этого не хотим, — глубокомысленно сказал седоволосый воин.

— И мы этого не будем делать, — отрезал я, когда раненая человеческая женщина—его подопечная—снова вошла в мои мысли. Я не мог забыть, что чувствовал, когда держал её в своих объятиях. Мягкая, лёгкая и нежная. Ничего подобного я раньше не касался. Она действительно была из другого мира. И мысль о том, что кто-то причинил ей вред; тот факт, что кто-то причинил ей вред... Я мог бы сойти с ума от этих мыслей, если бы позволил себе такую роскошь.

Но я не мог себе этого позволить, поэтому охладил свои мысли и чувства. С ней все будет в порядке. Я выполнил свой долг. Забыть о ней сейчас лучшее решение. Мне нужно присутствовать на дрянном голографическом совещании. На этот раз с представителями человеческих властей, которые ожидали, что их граждане будут возвращены назад как можно скорее. У меня были для них плохие новости.

Эти человеческие женщины принадлежали нам, пока я и мой единственный начальник не решили иначе. Их нужно лечить, кормить и заботиться о них, и они будут возвращены на планету только тогда, когда и если я сочту это безопасным. Выходя из комнаты, я едва заметил воина, который стоял, прислонившись к стене, наблюдая с загадочным выражением на покрытом шрамами лице, пока тот не заговорил.

— Лихорадка Спаривания, — медленно произнёс воин, понизив голос так, чтобы его мог слышать только я. — Ты захочешь посмотреть на это.

Я тихо выругалась на айкуне, бросив на воина мрачный взгляд. — Я не понимаю, о чем ты.

 Воин загадочно посмотрел на меня.

— Странные вещи происходят всякий раз, когда наш вид вступает в тесный контакт с не состоящими в браке человеческими женщинами. Это необъяснимая модель поведения. То, что когда-то было идеально контролируемым, внезапно становится непредсказуемым. Это может произойти быстро, без предупреждения. Даже вы не застрахованы от этого, коммандер.

 —Точно, — по моему телу прокатились два эха возбуждения и ярости.

— Что вы собираетесь делать с покупателем, когда поймаем его? — взгляд большого охотника стал хищным.

— Это будет решать босс, — прорычал я, когда гнев угрожал вспыхнуть. — Но я буду просить о праве отомстить от имени той, кого я спас.

 — Это не ваш обычный стиль, коммандер.

Я знал, что хотел сказать воин. Когда-то он занимал второе по рангу место в синайской армии. Воин командовал сотнями тысяч человек и почти таким же количеством военных кораблей и к его словам стоило прислушаться.

— Но я больше не коммандер, — пожал я плечами. — И я был тем, кто нашёл её.

Я держал её в своих объятиях. Я чувствовал её мягкость, нежность. Видел её раны, видел, как веки затрепетали, видел, как свет исчез из глаз.… Я спас её.

И во время короткого, но мучительного путешествия с шелианского корабля внутрь медицинского отсека я действительно думал, что она умрёт у меня на руках. В тот момент я чувствовал себя совершенно беспомощным, и я никогда, никогда не чувствовал себя так раньше. Мне это не понравилось, и поэтому я убью того, кто заставил её страдать. Все было так просто.

— Осторожнее, — предупредил воин, бросив на меня понимающий взгляд.

— Я всегда осторожен, — я иронично отсалютовал Сейлу, исчезая в коридоре, а мои мысли вернулись к встречам, дипломатическим вопросам и не такой уж маленькой проблеме похищения человеческих женщин прямо у нас из-под носа. Неприемлемое поведение. Я должен докопаться до сути. Этот сектор Галактики теперь был нашей территорией, и никто, ни синаец, ни кто-либо другой, не будет трогать их собственность и думать, что может выйти сухим из воды.