Глава 6

Весь остаток дня Баранов задумчиво нарезал круги вокруг меня, но что-то сказать так и не решился. А я сама и не лезла. Занималась привычной работой. От Евгения пришло лаконичное сообщение: «Было весело». Я только головой покачала. Взрослый с виду мужик, а ведет себя хуже ребенка.

Эпичное знакомство Ады Лаврентьевны и Баранова произошло уже на следующее утро. Они долго и оценивающе смотрели друг на друга. Минут пять. Молча. После чего красноволосая женщина повернулась ко мне и кивнула.

– Подойдет.

Я с облегчением выдохнула и принялась объяснять ей специфику нашей работы. Ада Лаврентьевна все схватывала налету и понимала меня с полуслова. Оказывается, до ритуального агентства, она работала на горячей линии психологической помощи пострадавших в катастрофах. Не выдержала. Там отстраняться от чужой боли нужно, а она не всегда могла это сделать. Все нервы там оставила, потому и, работая в ритуальном агентстве, была спокойна, как удав. Для нее есть вещи пострашнее смерти. Однако, ей не нравился коммерческий аспект похоронного заведения: наживаться на горе других людей. Потому и согласилась на мое предложение. Не деньги ее переманили. Совсем нет. Оказывается, ее подкупило то, что консультации для особо нуждающихся мы проводим бесплатно. Юридическая помощь – вещь дорогостоящая, а потому разорить Баранова такими актами добродетели у нас не получится. А вот людям хорошее дело сделать, пожалуйста.

– И парнишка у тебя здесь деловой заведует. – Ада Лаврентьевна покосилась на дверь, ведущую в кабинет Александра. – Все по полочкам у него разложено. Да и ты. Молодая вроде, но размеренная такая вся. С тобой хорошо будет работать.

Я кивала и пыталась вспомнить, о чем еще забыла рассказать. Ну да ладно, в процессе работы все объяснять буду.

Три дня прошли в спокойном режиме. С новым секретарем работать было одно удовольствие. Она взяла на себя всю подготовительную работу с клиентами. Часто, когда у Саши или меня не было времени, сама проводила первичную консультацию и выясняла причину появления того или иного человека на пороге нашего офиса. Кажется, я отхватила незаменимого сотрудника.

– Яна Сергеевна, к вам посетитель. О причине визита он не сообщил. – Ада Лаврентьевна заглянула в мой кабинет.

– Зови. – Я отвела взгляд от монитора.

Через полминуты в кабинет ввалился взволнованный Евгений.

– Что за ведьма у вас в приемной сидит? Чуть взглядом меня не убила. – Пожаловался он мне и плюхнулся на стул, стоящий напротив меня.

– Ада Лаврентьевна – очень ценный сотрудник. – Улыбнулась я.

– Хмм… – Мужчина с интересом покосился на дверь. – Нам администратор в галерею нужен…

– Лидочку позови. – Коварно улыбнулась я. – А эта нам самим нужна.

– Злая ты. – Обиделся мой собеседник, но тут же посерьезнел. – Хьюстон, у нас проблемы.

Я напряглась.

– Какие именно? Что-то с Диной?

– Если бы проблема была с Диной, я бы давно отправил ее в усадьбу. Нет, тут проблема другого свойства. Картинами рода Кауф заинтересовался некий иностранный скупщик антиквариата. И не только картинами, кстати. – Евгений взял со стола карандаш и принялся вертеть его в руках.

– И что? – Ох как меня раздражала эта его манера общения загадочными фразами.

– А то, что чем больше проходит времени со дня смерти Изольды Петровны, тем дороже стоят произведения искусства, собранные ею. Да и картины твоей сестры тоже не остались незамеченными. Но они были быстро выкуплены разными людьми, а этот антикварщик не успел ничего приобрести. – Терпеливо пояснили мне.

– Но мы же четко дали всем понять, что картины из личной коллекции Кауф никогда не будут продаваться. – И чего людям неймется?

– Именно поэтому сегодня хранилище галереи было взломано. Видимо решили, что у нас одна из самых беззащитных перед нападением галерея. Иначе, с чего бы уже в который раз испытывать нашу охрану на надежность? – Он вопросительно на меня посмотрел. – Более того, ломают именно то хранилище, где, по их мнению, могут быть работы, связанные с Изольдой Петровной. Кстати, они твое имя упоминали. Хорошо, что у нас камеры звук записывают.

– Кто-то пострадал? – Ужаснулась я.

– Не сильно. Но это и неважно. – Евгений со всей возможной серьезностью посмотрел на меня. – Насколько я знаю, Марина Генриховна передала тебе право подписи. Ты можешь распоряжаться частью ее имущества по своему усмотрению. – Напомнил он мне глупость, совершенную сестрой пару месяцев назад.

– Я не собираюсь пользоваться этим правом в корыстных целях. – Насупилась я. – Просто, Марина не желает сама заниматься текущими вопросами. Ей в усадьбе дел хватает.

– Я и не говорил, что ты можешь предать сестру. – Насмешливо заметил мужчина. – Я говорю о том, что ты себя сама подставила под удар. Тебя могут просто вынудить подписать любые документы на любой ценный предмет. Так что очень советую тебе быть осторожной.

– Я осторожна. И нахожусь под постоянным наблюдением Глеба Степановича. – Напомнила.

– Нужно сообщить обо всем Ивану. – От смежной двери раздался голос Баранова. Не знаю, сколько времени он там стоял, и что слышал, но выглядел он весьма взволнованным. – Напиши всю информацию по этому забугорному любителю…

– Я увольняюсь. – Я резко встала и захлопнула крышку ноутбука.

Мужчины тут же недоверчиво на меня уставились.

– Нет. – Баранов покачал головой.

– Ой, дура! – Окрестил меня Евгений.

– Я не дура. – Спокойно ответила ему. – Если я буду находиться в офисе, то подставлю тебя под удар, когда за мной придут. – Я смотрела исключительно на Александра. – А тебе уже пришлось все продавать и начинать работу на новом месте.

– Плевать мне на…

– Поэтому я и увольняюсь. – Я подошла к шкафу и принялась изымать из него папки, связанные с непосредственной работой на Марину. Нечего им тут оставаться. Наверное, снова придется перейти на осадное положение в усадьбе. Однако, вести все дела оттуда не получится. Все равно придется снять небольшой офис для встреч с теми, кто хотел бы сотрудничать с наследником госпожи Кауф. И с переданной подписью бы что-то решить. Нужно как-то ограничить ее возможности.

– Ты не уволишься. Это бессмысленно! – Баранов порывисто подошел ко мне и вырвал папки у меня из рук. Бросив их на стол, он провел пятерней по пружинящимся кудряшкам. – Все и так знают, где ты работала. Они все равно сюда придут. – Попытался донести он до меня свою мысль.

– Именно. – Поддакнул Евгений. – Я давно изучил такой тип людей и склонности к гуманизму в них не заметил.

– Или мы все, включая Аду Лаврентьевну, переезжаем в усадьбу, либо мы все так же работаем в офисе, только усилив его охрану. – Предложил Александр хоть какое-то подобие выбора.

– Это не выход. – Покачала я головой.

– У меня есть дача в шестидесяти километрах от города. – Баранов вновь предпринял попытку меня остановить.

– Я не буду прятаться у твоей мамы. – Нервно выпалила я.

– Это не мамин дом. Дача моей бабки…

– И о ней знает твой дядя. – Напомнила я ему. – И ты уверен, что он непричастен к повторной атаке на галерею? Скрывается он заграницей, дела с людьми подобного формата он уже вел. Так что ему сейчас мешает с помощью чужих рук…

– Если это так, то мы все в опасности. – Упрямо покачал головой Александр. – И ты в первую очередь. А в бабкином доме его никогда и не было. Там для тебя безопасно.

– А что с работой будет? Мы не можем…

– Если до тебя захотят добраться, то никакая работа тебе уже не нужна будет. Подпишешь все, как миленькая, и повесишься с горя. Или еще чего эти выдумщики придумают. – Вставил Евгений свои пять копеек.

– Вряд ли меня рискнут убить. – Я упрямо смотрела на этих двух твердолобых мужиков.

– Девочка моя, я четырех сотрудников потерять успел, прежде чем разработал почти безопасный способ ведения бизнеса в настолько конкурентной среде, как культурное наследие страны. – Огорошил меня директор картинной галереи.

– Я звоню Исаеву, а ты с места не двигаешься! – Рыкнул Баранов и скрылся в своем кабинете.

– Не знала, что он так умеет. – Подивилась тихо. Баранов вообще редко голос повышает.

– Зря ты так. Вам действительно пока лучше уехать. Мегеру Лаврентьевну свою оставьте в офисе. Пусть заявки на работу принимает. Или на меня поработает. А Исаев с дружками своими сам разберется. Это же его жену всем надо в очередной раз. Вот и пусть сам решает ее проблемы. Вы-то здесь вообще случайные жертвы. – Евгений кивнул в сторону кабинета Александра. – Отсидитесь месяцок. Никто без вашей помощи здесь не помрет. А советы убогим давать вы и дистанционно сможете. Через эту же свою мегеру.

– Ты – циник. – Заметила я, все же собирая необходимые документы.

– Ты забыла добавить «старый». – Усмехнулся он. – А ты хорошая девушка, Яна. Я бы на тебе женился даже, если бы не знал, что мне кое-кто женилку оторвать попытается, посмей я тебе такое предложить.

– А как же Динка? – Я нахмурилась, пытаясь понять, куда уложить бумаги, чтобы их беспрепятственно вынести.

– А что Динка? На ней бы я тоже женился, если бы она к себе меня подпустила. – Он провел ладонью по тщательно уложенным волосам и прищурился. – Так вы же дикие все. К вам же подойти страшно. Марина Генриховна от мужчин всегда подвоха ждет, ты готова от них битой отбиваться, а Дина просто сквозь тебя смотрит, как будто ты – пустое место. Не знаю из какого леса вы все сбежали, но живете вы инстинктами загнанного в угол зверя. Вас приручать замучаешься, поседеешь раньше. Нафига мне такой геморрой?

Я замерла на полушаге и повернулась к нему.

– Повтори. – Потребовала.

– Ты – дикая. Напуганная. Лесную лисицу ни один дрессировщик приручать не возьмется, кроме самого ушибленного на голову. Ты ж готова себе лапу отгрызть, лишь бы не окольцевали. – С удовольствием повторил он.

– Я – не такая. – Прикусила я губу.

– Такая. Хуже даже. – Евгений явно вознамерился про меня всю правду рассказать. Ну, по крайней мере, то, что считал правдой. – Спорим, что ты от Баранова бегаешь, потому что боишься ему не соответствовать в постели.

– Неправда. – Я с глухим звуком бросила очередные папки на стол и принялась демонстративно искать под них коробку.

– Правда. – Не угомонился настырный мужчина. Неужели они все такие… беспринципные? – Противное чувство, правда? У него-то куча баб уже была. А ты же совсем девочка. От любого телесного контакта неосознанно в сторону уйти пытаешься.

– Слушай, чего тебе от меня надо? – Взвилась, не выдержав его колких фраз.

– Ну переспи ты с ним, вас обоих отпустит. – В лоб попросил он. – Рядом с вами совсем находиться невозможно. Такое ощущение, что ты в мыльной опере участвуешь во второстепенной роли. Так и хочется закрыть вас в одном кабинете на неделю.

– Все сказал? – Коробку я, наконец, нашла. Евгений кивнул. – Теперь иди к Баранову, решайте свои проблемы, а я поеду в усадьбу.

– Вообще-то, сейчас я решаю исключительно твои проблемы. Саша тоже. Так что будь добра…, переспи с ним хотя бы из благодарности. – Заключил он, легко поднялся со стула и исчез в кабинете Баранова.

– Противный гадкий поползень. – Проворчала я, приложив холодную ладонь к своему горячему лбу.

Если честно, то я совсем не понимала, зачем мне ехать с Барановым куда-то и прятаться там… где-то. Куда проще скрыться в охраняемой усадьбе. С другой стороны… Ванька Маринку сможет защитить. Что там, костьми ляжет, чтобы уберечь ее от всего. А в усадьбе беременная Эля и шалопай-Тимка. Нет, их никак нельзя подставлять под удар.

Более того, я была уверена, что в случае неудачи с кражей антиквариата, гоняться будут именно за мной. В случае с Маринкой неудачу уже терпели. Кроме того, Иван жену сейчас из рук не выпустит. Я же являюсь очень подходящей для похищения личностью. У меня есть право подписи документов от фамилии Кауф. Я могу выдать кучу секретов. За меня в любом случае можно получить солидный выкуп, так как сестра меня в беде не оставит. Вот только причем здесь Баранов? Зачем ему со мной, такой проблемной, скрываться?

Я вдруг вспомнила, как он меня на глазах всей улицы поцеловал. И эти кандидатки в невесты… Все же вокруг думают, что мы с ним встречаемся.

– Ох, – до меня только сейчас дошло, что ему тоже может достаться. И живым он особо никому не нужен.

Я вздрогнула, услышав знакомый раздраженный рык в приемной. Затем голос Ивана послышался из кабинета Александра. Черт! Они сейчас там без меня нарешают…, а ведь Баранов находится не в меньшей опасности, чем я.

Я решительно встала и подошла к двери, ведущей в соседний кабинет.

– … против. Но нужно найти место, где она будет в полной безопасности. – Голос Баранова звучал глухо.

– Мне понравилась идея про бабушкин дом. – Встрял Евгений.

– Ты понимаешь, что там вас никто охранять не возьмется. Это соседняя область. Зверь не полезет туда. Тем более, там сплошной лес. – Интересно, куда Иван сегодня Маринку сбагрил?

– Я буду ее охранять. Я умею пользоваться оружием. – Сообщил Александр.

– Или я спрячу ее у себя в квартире. – Добавил Евгений.

– Нет! – Двойной рык.

– Усадьба…?

– Там Тимка. Да и домашних не стоит подставлять. Черт его знает, сколько мы с этим делом провозимся. – Иван привычно был в гадком нестроении. – Нужно было думать, что после Толмачева придут другие, чтобы попробовать отжать нажитое Изольдой Петровной богатство. Нужно всем показать, что трогать наследие рода Кауф нельзя. Необходимо что-то показательное. Чтобы все знали кто и за что. – Кровожадно объявил он.

– Это понятно. – Взял слово Баранов. – Но сейчас наша задача – сделать так, чтобы наши женщины были в безопасности. Дом в Щучках самый надежный вариант.

– Согласен. – Сказал Иван, помолчав с минуту.

– Я не согласна. – Плюнув на все, вошла в кабинет. – Я могу пожить в квартире, а Динку на время переселить в усадьбу. – Напомнила.

– И тебя там найдут уже сегодня. – Напомнили мне быстро. Голос Ивана был полон гнева. Ну да, ему же потом объяснять сестре, что со мной что-то случилось. – Я даже не уверен, что вы сейчас сможете беспрепятственно покинуть это здание. Во сколько сегодня была попытка налета на галерею?

– В двенадцать дня. – Вальяжно ответил Евгений и поморщился, как от зубной боли.

– То есть, эти граждане крайне наглы и совершенно не собираются скрываться. А теперь скажи, это же ты все счета Марины закрыла на пять лет вперед и теперь она может распоряжаться лишь фиксированной ежемесячной суммой? – Исаев смотрел на меня прямо.

– Я. – Созналась.

– И все драгоценности из ячеек изъяла и перетащила их в неизвестном направлении.

– Я Маринке рассказала, что и где хранится. – Надулась я.

– И все музеи и галереи предупредила, что в случае потери экспоната они будут выплачивать неустойку в четырехкратном размере от стоимости пропажи. Более того, заставила всех подписать документы по этому поводу.

Он и об этом знает? Ну у него и шпионы…

– Да.

– Если бы я тебя не знал, то подумал бы, что ты сама Маринку ограбить хочешь таким нетривиальным способом. – Хмыкнул Исаев. – И именно так все выглядит в глазах тех, кто покушается на имущество моей жены. Ты – главная по распоряжению имуществом семьи Кауф. Вот почему вектор опасности сместился в твою сторону. И поэтому тебя нужно убрать из города, чтобы мы с ушлепками этими смогли разобраться до того, как они тебе твою рыжую упрямую голову открутят.

– Так прячьте меня одну. Причем тут Саша-то? – Кивнула я на Баранова.

– При том, что все думают, что вы спите. Хочешь, чтобы его до смерти запытали, выясняя, куда ты делась? – Вновь влез в разговор улыбающийся Евгений.

Меня передернуло от подобной перспективы.

– А нас нельзя спрятать по-отдельности? – Жалобно спросила я.

– Это нерационально. Значит так, твои вещи Анастасия Семеновна уже собрала. Они у тебя в машине находятся. Едете вы сейчас. Однако, машина у тебя приметная. – Иван смотрел на Баранова.

– Возьму другую, когда за моими вещами заедем. – Ответил тот.

– Хорошо. – Иван кивнул. – До дома вас сопроводят. Дальше сами. Код безопасности ты знаешь. Телефоны оставьте в этой машине. Офис мы приберем.

Баранов кивнул, взял свое пальто, забросил ноутбук в сумку и, прихватив меня за локоток, буквально втащил в мой кабинет.

– Бери ноутбук, плащ и идем. – Поторопил он меня.

Я на автомате схватила все озвученное, но замялась на пороге кабинета.

– А как же Ада Лаврентьевна? – Спросила тихо.

– За ней присмотрят. – Заверил он меня.

Через силу пришлось согласиться с этим. Тем более, что спокойная и царственная секретарша сейчас мирно беседовала с Глебом Степановичем, нависшим над ее столом.

– Допрыгались. – Пробормотал он, увидев нас. – Нам на все отвели полчаса примерно.

Мы пронеслись по приемной и выскочили на улицу.

– Улыбайся и делай вид, что мы никуда не торопимся. – Тихо сказал Александр и повел меня к своей машине.

Я послушно перебирала ногами. Когда умостилась на сиденье, повернулась к Баранову.

– Тебе не кажется, что это перебор? – Спросила я его, стоило ему усесться за руль.

– Темно-серый «БМВ». – Машина плавно тронулась с места. В зеркале я увидела пристроившийся за нами «Майбах» с Глебом Степановичем и… тот самый серый внедорожник. – Хорошо, что ты у меня дома уже была. Никто ничего не заподозрит.

– Угу. – Кивнула. – Кроме того, что раз в неделю я у тебя ночую.

– Тебя так волнует, что подумают другие? – Баранов приподнял бровь, но взгляда от дороги не отрывал.

– Нет. – Покачала я головой. – Меня волнует то, что ты знаешь, как выглядит машина, которая нас преследует. – Криво сформулировала.

– Это была единственная незнакомая мне машина на парковке. – Пожал он плечами. – И водитель засуетился, когда мы вышли.

Александр выглядел спокойным. Странно. Меня вот едва не колотит от всего этого незапланированного приключения.

В подземный гараж мы заехали уже через двадцать минут. Глеб Степанович даже заезжать сюда не стал, оставшись дежурить на открытой парковке.

– У нас пять минут. – Баранов остановил машину рядом с другой, зачехленной. Выбравшись наружу, он стянул ткань цвета пыли с соседней машины и велел. – Поторопись.

Все, что мне пришлось сделать, это перелезть из одной машины в другую и поменять в телефоне сим-карту. Серебристый внедорожник выглядел весьма привычным для городских улиц. Александр бросил в меня курткой, взятой из багажника.

– Переоденься. И волосы спрячь. – Мне на колени лег персикового цвета берет. Пока я переодевалась, Баранов вылил себе на волосы бутылку воды и пальцами зачесал упругие пружинки назад. На голову надел бейсболку, пальто поменял на толстовку, еще и капюшон сверху набросил. От этого он стал выглядеть, как обычный студент. Представила, как выгляжу сама и глупо хихикнула. Да уж, мы та еще парочка.

– Готова? – Перенеся все вещи и замаскировавшись буквально за пять минут, мы тронулись с места.

– Куда ж я денусь-то? – Передернула плечами.

Выехали мы с подземной парковки совершенно не там, где заехали. Оказалось, что здесь имелся еще один выезд, прямиком на соседнюю улицу.

– Поэтому здесь квартиру и купил. Легко смыться, если что. – Пожал плечами Баранов.

Мне осталось лишь головой покачать. В густых сумерках мы выехали за город. Я не заметила, чтобы за нами кто-либо ехал. Нет, машины были, но они все сворачивали по своим делам. Мы же, съехав с главной трассы, оказались совершенно одни в темном поле. Через которое и пролегала дорога.

– Сколько ехать? – Спросила я, глядя на совершенно пустую дорогу.

– Чуть больше часа. – Баранов впервые за этот вечер открыто посмотрел на меня. – Дорога до райцентра там неплохая. А вот потом пятнадцать километров бездорожья. Хорошо, что у нас машина высокая. – Он вдруг весело мне подмигнул.

Я отвернулась, глядя на унылый осенний пейзаж.

– Надеюсь, Иван Маринке перенервничать не даст. – Проговорила я вслух, чтобы нарушить тишину в машине.

– Ян, все хорошо будет. – Рука Александра легко сжала мою ладонь и вернулась на руль. Я недоверчиво хмыкнула. – Нет, правда. Отдохнем пару недель. Сейчас в лесу опята растут, можем прогуляться за ними. В доме есть котел, все отапливается. И сад… Там яблони, груши, вишня…

– Для вишни поздно уже. – Напомнила ему.

– Значит, без нее обойдемся. – Он повернул на очередном ответвлении дороги влево. – Там река рядом. И просто красиво. Бабушка каждое лето меня туда возила, пока живая была. Она там выросла. А дом новый уже отец ставил. Маме-то загородного хватает, а бабку все в родные места тянуло.

Я молчала, стараясь отогнать от себя подступающую все сильнее тревогу. И что у меня с нервами? Неужели так испугалась каких-то там похитителей? Или я просто так боюсь остаться с Барановым наедине в непролазной глуши? Кажется, я уже знаю, чем наша поездка закончится. Еще и разговор с Евгением на мозг давил. Так и хотелось сказать себе, что от одного раза ничего не будет. Однако, я себе не привыкла врать. Будет. Еще как будет. Ведь, когда все прекратится, мне сдохнуть захочется… без него. Привыкну. Подсяду, как говорит Маринка. Она без своего Ваньки уже совсем не может. Но у них любовь взаимная. А у нас с Барановым что? Ничего.

Через полчаса мы заехали в большой поселок. Баранов остановил машину у продуктового магазина известной сети. Ох, нам же еда нужна.

– Я с тобой. – Я тут же щелкнула замком ремня безопасности.

– Опасно…

– Саш, вот что ты купишь? А готовить как будешь? – Я раздраженно посмотрела на него.

Тот, подумав, согласился.

– Ладно. Но от меня не отходи. – Предупредил он.

На закупку необходимых продуктов у нас ушел почти час. С Барановым пришлось спорить едва ли не по каждому пункту. Дай ему волю, он накупил бы готовой еды и полуфабрикатов. И гастрит бы себе за эти пару недель заработал. Свин. Тут и так выбор небогатый был, так он еще и сопротивлялся по любому поводу.

Когда он на кассе достал пачку денег, я совсем расстроилась.

– Я заплачу. – Попыталась встрять.

– Чем? – Полюбопытствовал он, пока кассирша пробивала товар.

– Карточкой. – Сообщила ему.

– Нельзя. По ней тебя могут вычислить. – Покачал он головой и улыбнулся заинтересовавшейся нашим разговором кассирше.

Пока он упихивал продукты в багажник, я полюбопытствовала.

– А откуда у тебя наличные деньги в таких количествах? – Заметила я несколько пухлых пачек.

– Отец научил всегда заначку иметь. – Хмыкнул Баранов. – Поехали. Нам еще минут тридцать трястись.

Насчет дороги он был прав. Чем дальше в лес, тем хуже она становилась. После того, как мы проехали две небольшие деревеньки, от дороги вообще осталось одно направление: две еле видные колеи уходящие в темноту леса.

– Ты уверен, что нам туда нужно? – Я со страхом смотрела на эту так называемую дорогу.

– Конечно, уверен. – Баранов уверенно вел машину, по которой периодически скребли ветки деревьев.

– Угу. Чем темнее лес, тем дальше бежать за трактором. – Пробормотала я, стараясь успокоиться.

А как успокоиться, если я прекрасно понимала, что никак не могу повлиять на все происходящее? Чтобы быть спокойной, я должна была доверять мужчине, который меня сюда завез. А разве я ему доверяю полностью? Нет, конечно.

Впереди показались березовые ворота, установленные между двух елок. Такие, как из старой сказки… Баранов остановился около них и посигналил. Через минуту я увидела в темноте луч фонаря. Еще через минуту различила в свете фар хрупкую фигурку… с ружьем наперевес.

Фигурка обошла ворота и, целясь в приоткрытое окно машины, спросила звонким голосом.

– Кто?

– Ме-э-э! – Вдруг заблеял мой явно душевнобольной спутник.

– Баранов, ты что ли? – Ружье тут же было убрано, а луч фонаря скользнул по нам.

– Я, Захаровна. – Саша совсем открыл окно и выглянул из машины, сняв с себя всю маскировку.

– Козел ты, Баранов. Хоть бы предупредил. Я, знаешь, как перепугалась, когда машину услышала. Тут же кроме меня никто не ездит. – Проворчала весьма молодая девчушка с черными, как смоль, волосами и тяжелым взглядом.

– Не мог я предупредить. В бегах мы, ведьма. – Совершенно серьезно ответил Александр.

– А это кто? – Девушка кивнула в мою сторону.

– Яна. – Представилась я.

– Жена моя. – Вдруг отозвался Баранов, за что получил тычок под ребро. От меня, естественно. – Суровая городская женщина. – Добавил он севшим от боли голосом.

– Я вижу. – Кивнула Захаровна-ведьма. – Ключи в предбаннике. Если что нужно, я вечерами на месте буду.

Она отошла от машины и открыла ворота. Баранов направил машину дальше в лес.

– Это Степка Лосева. Егерьша местная. За лесом следит, зверье подлечивает, капканы на металлолом сдает. Местные ее ведьмой обзывают за это. Охотиться не дает. – Принялся оправдываться Баранов.

– Я и не спрашивала про нее ничего. – Хмыкнула, отвернувшись к окну. Однако, любопытство пересилило. – Странное имя для девушки – Степка. – Пробормотала чуть слышно.

– Степанида. Мы с ней с детства знакомы. – Александр бросил на меня заинтересованный взгляд, и вывел машину из перелеска. – Ну вот и приехали. Хутор Щучки.

Машина, выехав из леса, неожиданно оказалась на берегу широкой реки. Чуть поодаль стоял небольшой домик со светлыми стенами. Я вдруг только сейчас со страхом поняла, что здесь могут быть дикие звери. И зачем я согласилась сюда ехать? Меня ж тут волки съедят.