Глава 34

Чего происходит? Почему на руки вдруг схватил? Почему за провинность не отчитал? И почему так внезапно его взгляд наполнился страхом и печалью?

Высоцкий подносит моё дрожащее тело к столешнице, на которой стоят какие-то обеденные предметы, осторожно прислоняет к краешку, всё также, одной рукой прижимая к горячему торсу, а второй — наспех смахивает, стоявшую там кухонную утварь, в противоположную сторону, освобождая пространство.

Раздается характерный звон посуды. А это значит, кое-что всё же упало на паркетный пол.

После непонятных действий, Максим осторожно сажает меня прямо на столешницу, так, что раненное колено теперь оказывается напротив его взволнованного лица:

— Что же ты натворила, Мария…

Ну да. Как будто я в этом виновата. А не тупой неповоротливый пес, размером с ''медведя Гризли''.

— Т-там кот был… мне так жаль… — тихонько всхлипываю, всеми силами пытаясь сдержать бурный вихрь надвигающейся истерики.

— Шшшшш… — прислоняет указательный палец к моим дрожащим губам, от чего вдруг мои щёки окрашиваются в красный. — Молчи. Нагуляется, сам прибежит. Дорогу знает.

— Ох, — облегчённо выдыхаю, вместе с выдохом ощущая странное головокружение.

— Спокойно, Маша, спокойно. Сейчас мы обработаем твою рану, и я вызову врача.

Шутит, что ли? Какого врача? Да я просто ногу ушибла.

— Н-не надо. Это всего лишь царапина. Зачем врача? Ночь на дворе, — отрицательно покачала головой, но качка от этого только усилилась.

— А вот спорить, не надо! — Высоцкий наклоняется к пострадавшей ноге, и осторожно осматривает рану. — Ужас какой… Да у тебя кусок стекла в колене торчит!

— Опять твои шуточки?

— Да какие шуточки! — парень гневно прищурился, всем своим видом давая понять, что каламбур в данном случае не уместен. — Так! Посиди спокойно минуту и ни о чём не волнуйся! Я за телефоном.

— Эй! Не надо… Да всё нормально!

Но Высоцкий, не смотря на мои бурные протесты, выскочил в прихожую.

* * *

— В общем, Леонид Валентинович, наш спортивный врач, сказал, что скоро будет.

Всё-таки вызвал! Никогда никого не слушает, гадёныш самоуверенный!

— Зачем кого-то ради сущего пустяка, ещё и на ночь глядя, беспокоить? — я недовольно нахмурилась, заёрзав на столе, тем самым пытаясь слезть, но руки Максима снова легли на мои бедра и настойчиво сжались.

— Замри… Доктор передал, чтобы ты не двигалась, иначе тебе ампутируют ногу!

— Ах-ха-х! — я не выдержала и истерически рассмеялась, по привычке собираясь прикрыть рот руками, но заметив на внутренней стороне ладоней нечто, напоминающее окровавленный стейк, тут же поёжилась, окончательно стерев мимолётное веселье с лица.

Таким вот необычным образом, а именно через смех, у моего организма проявился нервный срыв.

Высоцкий, словно мысли прочитал, быстро перехватил мои руки за запястья и гневно цыкнул:

— Вот же ты проблема ходячая! Ну как так можно?

Пытаясь хоть как-то оправдаться, заикнулась в ответ:

— А я что… я н-ничего! Это всё Гриша. И т-ты…

Но дальше не смогла договорить. Думаю, лучше не злить Высоцкого, иначе доктора оставлю без работы. А просто некого будет лечить! Если меня кокнут в порыве злости…