Глава 2. Инцидент

— Устала, сил нет, — Лола массирует колени и цедит ароматный кортадо, сидя в кресле в комнате отдыха.

— Смена сумасшедшая… Скорее бы утро, — я уже сняла цветные линзы и, закрыв глаза, пытаюсь немного отдохнуть на диване.

График работы ресепшиониста из разряда уровня «ад» — 24 часа, сутки через двое. Перерывы для отдыха и питания имеются, но это только в мечтах. Когда успел, тогда и отдохнул. Стулья на ресепшене, по крайней мере, в отеле нашего уровня, не предусмотрены. Уже не говоря о всевидящем оке видеокамер.

Время два ночи, и есть пара часов заслуженного отдыха для одной из нас. Сейчас моя очередь, но Лола под предлогом переодеть блузку заскочила выпить кофе. Ей можно. Мне — нет. Она устроилась сюда по блату, в отличие от меня. Как говорится, что позволено Юпитеру…

Напарница ставит стакан с кофе на журнальный столик и смотрит на меня, не скрывая любопытства. Что мне нравится в андалузцах, так это их открытость и бесхитростность.

— Так что там у тебя с Айслером произошло, Бесита? — в лоб.

Не открывая глаз, массирую шею.

— Ничего.

— Mentirosa [обманщица]. Айслер не зря именно тебе дал задание. Рассказывай.

— Нечего рассказывать, — тем же уставшим тоном.

— Неужели приставал? — Лола делает удивленный вид. — Наш Генрих Наваррский не похож на mujeriego [бабник]. Тем более, с персоналом.

— О, Ктулху, нет! — понимаю, что лучше рассказать, иначе напарница со своей испанской фантазией нарисует в воображении ещё тот контент 18+.

— Помнишь, в прошлую смену меня русская с клубного этажа вызвала. Они с мужем в угловом люксе живут.

— Такое не забудешь. Она потеряла бриллиантовую сережку. И ты ее искала по всем пылесосам. Кстати, почему она не обратилась к старшей горничной? У нас девочки русские работают и на «лимпиесе» [клининг].

— Предлагала. Сказала, что доверяет мне больше.

Лола понимающе кивает.

— Это после того, как ты ей помогла разобраться с банковским трансфером в бутик Марбельи. Так что там с Айслером и сережкой?

— Искала я эту чертову сережку не только по пылесосам и в номере, но и за его пределами. В том числе на ковролине коридора клубного этажа в неудобных позах.

Лола на секунду зависает, и по мере прокручивания ситуации рисует картинку.

— Да ладно! — взрывается она от смеха.

— Представляешь… — кривлюсь от воспоминаний. — Я стою на четвереньках задом к лифту, параллельно говорю по телефону со старшей горничной. А в это время створки раздвигаются и там Айслер. Возвращается с завтрака и сообщает кому-то по телефону, что уже выезжает и будет на встрече без задержек.

Лола продолжает раскатисто смеяться.

— А там такая задержка!

— Мне было не до веселья…

— Так великолепное же препятствие! — Она окидывает мою фигуру профессиональный взглядом. — Айслеру должно было понравиться.

— Чувствовала себя стриптизершей на пилоне… — устало качаю головой.

— Бесита, тебе нечего стыдиться! Все при тебе. Culito [попка] у тебя что надо, и талия узкая. Как он отреагировал?

— Я откуда знаю! На него смотрел мой зад! — бросаю с досадой.

Лола заразительно смеется, мне же было не до смеха. Мы с ней в разных плоскостях. Она на постоянном контракте, я на временном. Мой испытательный срок только начался, и чем меньше косяков на моем счету, тем больше вероятность, что меня возьмут на постоянку.

— Ну и что дальше? — продолжает она расспросы.

— Немая сцена. Услышав, что двери открываются, я растерялась и зависла. Судя потому, что Айслер не сразу вышел из лифта, он тоже.

— Еще бы. Эффект неожиданности никто не отменял. А дальше?

— А дальше мы вместе решили действовать. Он — выйти из лифта, а я вскочить на ноги. Короче. Я в него врезалась спиной и изрядно задела головой его челюсть. В результате — у меня шишка, у него покрасневшая скула. Если бы не его устойчивость, мы бы упали.

Лола продолжает задорно смеяться.

— Ну все, после такого жаркого фламенко он должен стать твоим новио [бойфренд, жених], — шутит напарница.

— Самое интересное впереди…

— О, Dios mio. Что ещё?

— Врезаясь, я выбила из его руки смарт. Да так метко, что тот отлетел в сторону и ударился об косяк.

Лола на секунду зависает и меняется в лице. Она, наконец, понимает суть проблемы. Казусы в отеле случаются, всякое бывает, но порча имущества VIP-клиента — это уже серьезно.

Вспоминать этот момент совсем не хотелось.

****

— Простите меня, пожалуйста… — я подхватываю смарт с пола.

К слову, дорогая брендовая игрушка никак внешне не пострадала, и у меня появляется слабая надежда, что все обойдется.

— Телефон, — голос спокойный. Айслер не из истеричных, но это не значит, что мне простят поломку. К тому же, коридор утыкан видеокамерами, а на его челюсти образуется покраснение от столкновения с моей макушкой.

Я вкладываю в его большую ладонь смарт, «Наваррский» проводит пальцами по экрану. Замирая, жду, что тот сейчас оживет, но эта яблочная зараза всем видом показывает глубокий обморок.

— Скажите, какую сумму я должна перевести за гаджет. Или я куплю такую же модель, — по-немецки включаюсь я, пытаясь решить проблему. — Я работаю на ресепшене… — и про себя добавляю «последний день». — Меня зовут Мия Бесова, — машинально провожу ладонью по бейджу. — Через час я вам привезу новый телефон, куда вы скажете.

В электронном кошельке есть нужная сумма на брендовую игрушку. Собственно все мои сбережения. Неизвестно, чем после этого оплачивать жилье, счета и питание, но с этим будем разбираться позже.

Он мажет взглядом по моему бейджу. Потом по шее. Переходит к лицу.

На вид спокоен, но в его присутствии холодит позвоночник. А это нехороший признак. Не отпускает мысль, что за этой нечитаемой маской что-то происходит.

— Не нужно, — он прячет телефон в карман, а я отмечаю не только покраснение его челюсти. На его руке следы от моего розового блеска для губ. Я его испачкала, когда он пытался удержать нашу совместную конструкцию в вертикальном положении. Запомнила этот момент, так как почувствовала щекой твердый бицепс и запах его горького дорогого парфюма.

Чертов Ктулху. Меня точно уволят. Айслер аккуратист до мозга костей.

— Простите, я вас испачкала, — все же признаюсь я и замираю, ожидая его реакции.

****

— Смарт разбился? — тем временем продолжает расспросы Лола.

— Если я что-то ломаю, то качественно.

Она хмурится.

— А дальше что?