Глава 51. Неожиданно

— Здравствуй, Мия, — узнаю низкий тембр Каэтано Мальдонадо. Отца Давида.

— Здравствуйте, сеньор Мальдонадо, — стараюсь, чтобы мой голос не дребезжал, но напрягаюсь еще сильнее. Если звонит кто-то из близких родственников Давида, то, вероятно, что-то очень серьезное.

— Нам нужно поговорить. — Напряженно.

— Что-то случилось?

Сердце колотится так, что, кажется, сейчас проломит грудную клетку.

— Да, кое-что произошло.

Воображение рисует страшные картины. Начиная от подкладывания наркотиков в машину Давида, до его исчезновения.

— Давид здоров? Он в порядке? — уже не скрывая тревоги.

— Да. Он в порядке.

— Это главное, — выдыхаю. Но чувствую, будто Мальдонадо к чему-то меня подготавливает.

— Да, девочка. Это главное. Разговор касается Давида и вашей совместной поездки.

Перестала дышать. Айслер перекрыл кислород? Нас не выпустят из Европы? Ему, как и Ларсу, подложили наркотики?

— Что-то с документами? — аккуратно начинаю издалека.

— Novia Давида Алисия, с которой он расстался, беременна.

Застываю. Настолько неожиданно прозвучала эта новость, что в первую секунды ничего не могу произнести.

В динамике повисает тишина. Мальдонадо не торопит. Понимает, что я должна все это переварить.

— Беременна… — наконец реагирую я.

— Да. Как оказалось уже два месяца, — судя по его интонации для него это тоже сюрприз.

— Два месяца, — продолжаю повторять за ним.

Но мысль уже работает. Значит, это произошло до нашего с Давидом знакомства.

— Наш семейный врач осмотрел Алисию в нашем медцентре и подтвердил беременность.

Машинально киваю, вспоминая медиков, которые делали перевязку Давиду после корриды. И слова Лолы, что это их личный хирург. Умно. Мальдонадо-старший должен был проверить беременность Алисии через медиков, которым он доверяет.

Но тут же возникает другой вопрос.

— Почему только сейчас все это вскрылось?

Хмурюсь еще сильнее. Если бы Алисия сказала о беременности раньше, сколько бы ненужных надежд, планов, решений и, главное, чувств и эмоций можно было бы избежать. Сколько ресурса потрачено впустую.

— Она узнала о беременности уже после расставания с Давидом. Две недели назад. Хотела сообщить моему сыну на корриде.

— Но вмешалась я, — завершаю его мысль. И вспоминаю лицо Алисии, полной надежды на воссоединение. Ее руки, нервно сжимающие веер. Ее негодование на паркинге. Значит, вскрылся еще один эмоциональный слой.

Верю словам, что Алисия поняла далеко не сразу. Знаю девчонку в Италии, которая обнаружила свою беременность только через два месяца.

— Давид сейчас… — пауза. — поехал к Алисии. Скоро тебе позвонит. Но я решил взять на себя обязанность проинформировать тебя.

— Да, это правильно, — соглашаюсь.

Меньше ненужных слов и эмоций. И его торопливость с настороженностью понятны — ему нужно было не только остановить меня до того, как я сяду в самолет. Но и убедиться, что я не прилечу выяснять отношения. Неизвестно, сколько Давид будет разбираться с Алисией и его семьей.

— Надеюсь, ты понимаешь, что…

— Не беспокойтесь, — обрываю Каэтано на полуслове. — Я отменяю поездку. Сделайте возврат билета. И можете быть уверены, — жестким тоном и выпрямляя спину. — Я никогда не потревожу Давида, семью Мальдонадо или семью Алисии. Я. Даю. Вам. Свое. Слово. — Чеканя каждую букву.

— Благодарю, Мия. — С уважением. — Мы не ожидали такого поворота.

— Понимаю.

Безусловно. Какая бы там любовь не была у Давида ко мне, и каким бы однолюбом он не был, но ребенок есть ребенок. Он все расставил на свои места. Мальдонадо — крепкий клан, где семья и дети — это святое. Вариант не женится на Алисии и быть приходящим папой ими даже не рассматривается. Да и мной тоже.

— Насчет твоей работы в отеле, — внезапно. — Мы осознаем, что ты уволилась из-за предложения Даво. Можешь не беспокоиться. Утром первым делом поговорю с Ортисом. Тебя восстановят на работе.

Горько усмехаюсь. Кажется, мое увольнение по собственному, а следом и обратное зачисление уже входит в привычку. Я стану ходячим мемом в «Royal Holidays».

— Благодарю, сеньор Мальдонадо.

Не отказываюсь. Работа мне нужна. И не моя вина, что все так произошло.

— Будь уверена, Давид не прячется. Он выйдет с тобой на связь, как только мы встретимся с семьей Алисии.

— Нет, — жестко. — Не нужно, чтобы он звонил. Спасибо, что именно вы меня проинформировали. Передайте сыну, что я не держу на него зла и искренне желаю ему счастья.

— Передам. Тебе тоже удачи в жизни, Мия.

Благодарю старшего Мальдонадо и, попрощавшись, опускаю смарт.

На секунду закрываю глаза. Накрывают эмоции. От напряга шумит в голове. Но времени на рефлексию нет. Смотрю на Франсиско. Ловлю его взгляд в зеркало заднего вида. Безусловно, он слышал наш разговор, все понимает, но продолжает ехать вперед, правда, уйдя со скоростной полосы. Ждет моего распоряжения.

— Возвращаемся. — Коротко. — И, если можно, побыстрее.

Франсиско молча кивает. Перестраивается на съезд, и меня вжимает в кресло, когда мы идем на ближайший разворот по низу.

Смотрю на трассу отсутствующим взглядом. Но мысль продолжает работать.

После корриды прошло два дня. Именно столько я принимала решение. Почему Алисия не действовала? Возможно, тоже ждала моего решения. Надеялась, что я откажу Мальдонадо. Логично с ее стороны. На корриде восторга я по отношению к Давиду не проявила и влюбленными глазами на него не смотрела. Но как только экс-новиа узнала о моем «да», сказанном вчера, уже с утра пошла в наступление.

Прокручиваю разговор с Каэтано. Вспоминаю обрывки информации от коллег. «Поговаривали, что у него намечалось что-то серьезное с Алисией. Из семьи магнатов de Moda», «Вроде бы, у них начало намечаться что-то серьезное, официальные отношения, но Давид с ней расстался»

Серьезно или нет, но я не сомневалась, что у них что-то было. Это логично. Иначе бы Алисию не называли novia. Не в девятнадцатом веке живем.

Одно непонятно. Все произошедшее не бьется с моей логикой. Значит, не было никакого выбора? Тогда почему мне приснился сон, где Давид надевает на мой палец кольцо? Если к тому времени Алисия уже была беременна.

В любом случае, сейчас прийти к каким-либо выводам я не в состоянии.

Вижу знакомые места, поворачиваем с трассы на город и уже через пятнадцать минут подъезжаем к подъезду дома.

Франсиско, по обыкновению, подхватывает из машины мой багаж, планируя везти его в дом, но я резко его останавливаю.

— Нет. Я сама.

— Я помогу…

— Нет. — Жестко.

Я сказала правду — не держу на Давида зла. Он меня не обманывал. Но Мальдонадо уже для меня не существует. Как и его помощь. Я вычеркнула его из своей жизненного сценария.

Смотрю на свои вещи. Возвращаю в багажник две коробки — детское пианино и машинку. Можно, конечно, подарить детям. Они в нашем с Давидом расставании ни при чем, но зачем напоминать семье Мальдонадо о своем существовании.

— Выбросьте, пожалуйста, по дороге.

Самой сейчас тащиться на мусорку нет сил.

Франсиско ничего объяснять не нужно. Он, как обычно, все понимает и молча кивает.

Но это еще не все. Снимаю подвеску и протягиваю ее водителю.

— Передайте Давиду.

Молча прячет в карман, но добавляет:

— Давайте я все-таки помогу с багажом.

— Нет. — Уверенно. — Прощайте, Франсиско. Вам тоже удачи.

SUV отъезжает, а я тащу свои вещи в подъезд. Благо консьерж на месте. Отдает ключи. Смотрит с удивлением. Рисую улыбку.

— Рейс отменили, — пожимаю плечами и, наконец, захожу в лифт.

Торопливо иду по коридору своего этажа. Очень хочется сейчас закрыться от всего мира и остаться одной. Но едва вхожу в студию и щелкаю замком, трезвонит смарт. Эхом отдавая в пустой студии. На этот раз Давид.

Хмурюсь. Не хочу с ним разговаривать. Что он может мне сказать нового? Сбрасываю звонок, но тут же приходит сообщение.

«Мия. Ответь на звонок»

На секунду зависаю и все же пишу ему ответ. Нужно поставить точку.

«Я не держу на тебя зла, Давид. Ты ни в чем не виноват. Но наши пути разошлись. Желаю тебе счастья и удачи в жизни. Забудь мой номер. Прощай.»

Перечитываю, отправляю и блокирую его номер.