Глава 16

Пожимаю плечами и прикрываю глаза от очередного порыва ветра, который запутывается в волосах.

– Ну а почему бы и нет? Мне кажется, девушка за рулем – это что-то эстетичное, и парням нравится.

Оборачиваюсь, но быстро жалею о своем решении. Взгляд Оленина наливается тяжестью.

– А ты хочешь понравиться парням?

Неужели ревнует? Машина тормозит на пустой площадке. Вокруг ни души. По периметру как живая изгородь возвышаются деревья. И мы абсолютно одни.

Марк сверлит меня взглядом. Ждет ответа.

– Зачем мне нравиться парням?

– Вот и я спрашиваю. Зачем?

Вывожу пальцем на предплечье Марка хаотичные узоры. Замечаю, как его кожа покрывается мурашками, и стараюсь не рассмеяться.

– А ты ревнуешь, Оленин?

Марк выгибает бровь. Его кресло откатывается до упора назад, а меня перетаскивают на колени.

Ойкаю, упираюсь ладонями в его грудь.

– Ревную.

Вот так просто? Взял и признался в ревности?

– Не ожидала?

Марк зарывается в мои волосы и притягивает меня ближе. Нас разделяет несколько миллиметров. Дыхание ускоряется, а это я просто смотрю в его глаза.

Мотаю головой.

– Если честно, не ожидала, – зачем-то перехожу на шепот. – А разве есть повод ревновать, Марк?

Вокруг никого, но я хочу, чтобы мои слова слышал только он.

Оленин, прищурившись, смотрит на губы. Гладит сзади шею, чем вызывает внутри водоворот. Хочется как кошке замурчать и потереться о него.

Зажмуриваюсь, чтобы Марк не увидел, до чего доводят его ласки.

– Ты же со всякими рыжими время вместе проводишь, – доносится сквозь шум в ушах.

Распахиваю глаза и удивленно вздергиваю брови.

– Серьезно? Марк, ты, вообще-то, при нашей первой встрече какой-то Марте чуть ли не в любви признавался.

– Не переворачивай, – цокает Оленин, ухмыляясь, – да и Марта уже в прошлом, сладкая. Только ты.

– Серьезно?

Угукает. Прикрывает глаза, а когда в следующий раз открывает, то взгляд уже полностью становится осмысленным.

Кивает на руль.

– Готова покорять автомобильное вождение?

Сжимаю губы от разочарования. Я ждала хотя бы поцелуя.

– Или ну его, это вождение?

Оленин сжимает пальцы у меня на бедрах и двигает меня вплотную к себе. Я чувствую, как он дышит, как движется его грудь, встречаясь с моей.

– Ну уж нет. Я готова!

Обламываю его и с наслаждением наблюдаю, как он морщится, ослабляя захват.

– А ты не пересядешь?

Показываю на пассажирское сидение и получаю в ответ смешок Оленина.

– Не-а, поворачивайся. У меня есть хороший план, как все провернуть.

Марк опускает спинку и отодвигается назад. Я оказываюсь зажатой между его ног.

– Ты вообще хоть раз сидела за рулем?

– Ну только чтобы сфоткаться. Мы с папой как-то ходили на выставку автомобилей. Вот там я посидела за всякими разными рулями.

Марк смеется.

– Все, все, я понял. Ты понятия не имеешь, как что устроено в машине.

Оборачиваюсь и вопросительно выгибаю бровь.

– А это обязательное условие в вождении?

Марк продолжает потешаться надо мной, и его смех заражает. Тоже начинаю посмеиваться.

– Угу, хотя бы где какая педаль и как переключаются передачи.

Заглядываю вниз.

– Так, – пытаюсь пошевелить извилинами и понять, какая педаль за что отвечает, – три педальки?

Марк хрюкает от очередного смешка.

– Так устроена механическая коробка передач, сладкая, – обхватывает меня за талию и придвигается вплотную к спине. – Плачет девушка на стоянке, сидя в новеньком бээмвэ, вся в слезах и в губной помадке, три педальки, а ножки две, – напевает над ухом и начинает хохотать.

– Очень остроумно, – пихаю его локтем, и сама начинаю смеяться.

Отдышавшись после приступа смеха, с тоской смотрю на те самые три педальки.

– Сейчас все расскажу, без паники. Тебе достался самый лучший учитель, который в свое время БМП потопил в луже.

– Чего ты сделал?

– Мне в армии было весело, Настеныш. Всех историй за раз не перескажешь.

Поворачиваюсь и закидываю ногу на ногу Марка.

– Расскажи, – прищуриваюсь.

Кладу руку на его грудь и ощущаю, как стучит его сердце. Это немного сбивает с мыслей. Серые глаза темнеют, когда Марк опускает взгляд на наши переплетенные ноги. Сглатывает.

– Ты же хотела учиться ездить.

Машу рукой и сосредотачиваюсь на его лице.

– Ты интереснее.

Марк довольно скалится. Прижимает меня к себе.

– Рад, что ты это наконец поняла, сладкая.

Да я это давно уже знала, просто ему об этом знать было себе же дороже. Марк тогда был кем-то недосягаемым. Да и после поцелуя наши отношения изменились очень сильно. Знать его не хотела.

– Так вот, насчет БМП… – Марк продолжает держать меня за талию и медленно водит носом по виску.

Теряю связь с окружающим миром и сильнее прижимаюсь к его груди. Мы так и сидим на одном сидении, я боком к Марку, а он – сжимая меня ногами и прижимая за талию к себе.

Большой палец рисует узоры на его предплечье. Марк довольно жмурится и издает звуки, похожие на урчание. Стараюсь не рассмеяться, хотя большое желание назвать его котом.

Таким большим и красивым котярой.

– БМП, Марк.

– Ага, – упирается лбом в мое плечо и делает глубокий вдох, – ты меня такими темпами в гроб загонишь, или под кулаки Стасяна.

– Почему? – хмурюсь.

Мотает головой.

– Не обращай внимания, это я так. О своем.

– Что там Стас? Он против?

Марк фыркает.

– Нет, со Стасом мы все уладили. Он предупредил обо всем.

Прищуриваюсь, но Марк не может видеть моего подозрительного лица, потому что все ещё с закрытыми глазами.

– В каком смысле?

– Не бери в голову, Насть. БМП, помнишь? Или тебе уже неинтересно?

Отступаю. В конце концов, мне куда интереснее узнать о жизни Марка, а не об их разборках со Стасом.

– Интересно. Я слушаю.

– Мы когда на учения поехали, нас разделили на несколько экипажей и дали приказ на выполнение задачи. Ну мы с пацанами никто эти БМП в глаза не видели, хотя, когда ещё в учебке были, нам рассказывали как там и что, но я благополучно проспал то занятие. Думаю, остальные из нашего экипажа делали то же самое.

Он так мило хмурится, что не выдерживаю и разглаживаю складочку между бровей. Марк переводит на меня удивленный взгляд. Ловит руку и прижимает к губам.

– Неужели ты со мной, Насть?

– Ну вроде бы с тобой. Сейчас.

Проводит костяшками пальцев по щеке, и я с трудом держу глаза открытыми. По телу прокатывается волна тепла, которая сосредотачивается внизу живота.

– Я не про сейчас, сладкая. Я про вообще.

– Время покажет, Оленин, – одергиваю его, – так что там дальше?

Марк хмыкает.

– Обломщица Настя. Дальше, сели по местам, врубили зажигание, и я немного не туда нажал, скорости перепутал. А сзади был арык.

Кряхчу от сдерживаемого смеха, хотя уже не так сложно догадаться, чем там все закончилось.

– И ты в этом арыке решил эту БМП помыть.

Марк с шумом выдыхает.

– Можно и так сказать, да. Основательно прополоскать.

– И что тебе было?

Марк недовольно кривит губы, привлекая к ним мое внимание.

– Несколько нарядов. Это мне ещё повезло, да. Мог бы ещё и стоимость возмещать. Правда, он просох и как новенький потом катал нас.

Качаю головой.

– Ну ты даешь. И ты ещё хочешь меня научить? – смотрю на руль его машины и хмыкаю.

– Ну так это ж не БМП, тут у меня опыта побольше, чем ноль раз.

Закусываю губу. Смотрю на Марка с каким-то диким восторгом, от которого становится трудно дышать.

Я тоже не верю, что он со мной. Что он обратил внимание на меня.

– О чем думаешь, сладкая?

Марк

– На какую педальку нажимать первой? – обламывает Настеныш и ехидно улыбается.

– Все-таки будем учиться, да?

Она довольно прищуривается и поудобнее устраивается на сидении между моих ног. А я стараюсь взять свои инстинкты в узду и не плюнуть на это вождение.

Да и какого черта я вообще решил вот так посадить ее перед собой! Теперь только и делаю, что отвлекаюсь на её фигуру.

– Ма-а-а-а-арк, не улетай от меня, – щиплет меня за бедро.

Ловлю её за руку и пробегаюсь по тыльной стороне поцелуями. Настя краснеет, быстро выдергивает пальцы из плена и хватается за руль.

– Я хочу кататься.

У Насти получается тронуться, ни разу не дернувшись, и переключиться на вторую передачу, не заглохнув и не психанув.

– Ого, я проехала аж километр, – пересаживается на пассажирское и откидывается на спинку.

– Так выглядишь, как будто вагон с углем разгрузила, – смеюсь, возвращая кресло в свое положение.

– Ну почти. Это сложнее, чем я думала. Со всеми этим скоростями можно мозг вывернуть наизнанку.

– Тут вопрос опыта и практики, – трогаюсь с места.

Не хочу её возвращать домой. Не хочу этот вечер порознь проводить.

– Куда дальше? – Настя сбрасывает обувь и забирается на сидение с ногами.

Хватаю её за лодыжку, укладывая ножки на свои бедра. Мне жизненно необходимо касаться её и ощущать, что она близко.

– Думаю, может, ко мне в гости?

Настя прищуривается и наклоняется ко мне.

– Ты приглашаешь меня в гости?

– Боишься?

Я стараюсь не отвлекаться от дороги. Стараюсь! Потому что это может дорого стоить нам обоим.

И я не про штрафы.

– Оленин, – обводит пальчиком моё ухо, – я тебя давно уже не боюсь.

Выгибаю бровь. Хмыкаю.

– А раньше боялась, значит? А, сладкая?

Настя надувает губы, которые мне хочется тут же зацеловать. Чтоб опухли и покраснели.

Трясу башкой. Нельзя о таком думать, когда ты сидишь за рулем.

– Просто думаю, что походы в гости пока преждевременны,

Она продолжает выводить какие-то замысловатые узоры на моей шее, пока я пытаюсь держать себя в руках и не уплыть куда-нибудь.

Мой телефон оживает.

– Блин, посмотри, кто там, – достаю из кармана гаджет и передаю удивленной Насте.

– Я?

Бросаю взгляд в зеркало заднего вида и ухмыляюсь.

– А ты тут видишь кого-то еще?

Настя округляет глаза, но послушно принимает из моих рук телефон и опускает на него глаза.

– Стас.

– Ответь. Что он хочет?

Я и сам бы мог, но мне нужно показать Насте, что я доверяю ей на все сто и мне нечего от неё скрывать.

Я готов даже давать ей в руки самое ценное для пацана: тачку и мобильный.

Не зря говорят, что только любимой пацан может доверить сесть за руль своего авто.

Любимой…

– Да, братик.

Прислушиваюсь к себе. На мгновение представляю, что Настя сейчас не со мной. Вообще не со мной. И по загривку холод ползет, забираясь под одежду. Противно прилипает к коже, заставляя вздрогнуть.

Не хочу больше без неё. Три года, мать его! Это и так до фига для меня было.

По своей же тупости все потерял, а теперь жизнь сама мне в руки вкладывает шанс все наладить и снова быть с Настенышем.

И я буду последним идиотом, если я все это сейчас опять из-за какой-то глупости потеряю.

Не уверен, что будет третий шанс.

– Мы? Куда-то едем. Я училась водить, – довольно пищит Настя, а мне хочется выпятить грудь.

Это я подарил ей эмоции. Я.

Как орангутангу, хочется постучать кулаками по груди. Как будто я уже победитель.

Хотя с Настей у нас не все пока понятно и налажено, но она уже не шарахается, не психует, когда я оказываюсь рядом, и не плюется ядом.

– Марк, мы куда?

Пожимаю плечами.

– Куда хочешь?

– Стас зовет в караоке. Ты как? Они там с Олей и ещё с какой-то парой.

Вовремя прикусываю язык, чтобы не задать тупо вопрос вроде: «А мы пара?».

Для меня этот вопрос решен ещё после первого поцелуя. Просто я тогда был зеленый и не понимал, какое сокровище мне досталось.

И плевать бы на возраст. Но чего-то зассал…

– Давай. Пусть локацию скинет на Ватсап.

Настя передает мои слова брату и возвращает телефон.

Сообщение прилетает сразу же, и я смотрю на Настю. Она все прекрасно понимает без слов, снова берет мобильный. Диктует адрес.

– О, недалеко.

Добираемся до места за пять минут и окунаемся в атмосферу веселья и зажигательных песен.