Эпилог

Четыре года спустя. Май

Пётр

Выходные дни для меня были традиционно тем временем, которое я проводил с детьми.

Как правило, заезжал за ними с утра и мы отправлялись на природу. Или гуляли по городу, ходили за покупками. Бывало, что уезжали путешествовать по соседним городам.

Самые обычные вещи, на первый взгляд. Но я стал все это ценить только тогда, когда понял, что могу безвозвратно потерять.

За прошедшие годы научился быть один. После долгого брака и последующих за ним трех лет мучений с Леной, обнаружил, что одиночество меня пугает. И вместе с тем осознал, что это чувство не должно толкать на сомнительные связи, как это уже было. Не нужно бросаться в отношения с мотивацией - лишь бы кто-то был рядом. Ведь рядом должен быть не кто-то, а подходящий человек.

А таких пока не было.

Но я смотрел на новый, совершенно счастливый брак Наты и вместе с тоской о былом испытывал надежду. На то, что ещё будет женщина, которая примет меня со всеми моими грехами, ошибками и алиментами. И которую я сам смогу полюбить.

Ну а пока…

У меня были мои дети, а значит – я уже прожил жизнь не зря. Хотя Влада назвать ребёнком уже не поворачивался язык. Ему исполнилось восемнадцать и в этом году он окончил школу и собирался стать в будущем врачом.

А я собирался по этому поводу купить ему квартиру, но пока это был секрет.

А ещё у Влада появилась девушка. Мне было любопытно с ней познакомиться, но я не лез к сыну с подобными просьбами. Во-первых, он должен был предложить это сам. А во-вторых…

Даже спустя столько лет я все ещё ощущал, что между нами есть стена. Которая если и рушится, то очень медленно. И Влад меня не столько любит, сколько просто терпит.

Я привык принимать это, как данность. Винить в этом, кроме себя самого, все равно было некого. Такова уж моя расплата за прошлое.

А вот Сашка тянулся ко мне сильнее. И я даже был этому рад, потому что опасался, что Лена его сломает своей гиперопекой. Но с тех пор, как она была вынуждена пойти работать и, соответственно, доверить сына воспитателям в саду и бабушкам, мне стало спокойнее. Потому что ребёнок наконец учился жить в социуме, да и я сам мог как-то на него повлиять. И мне хотелось верить, что положительно.

С детьми от Наты я его так и не познакомил – Маруся и Влад этого категорически не хотели. И это было их право.

Так что с Сашкой я виделся в будни, а с Марусей и Владом – в выходные.

Хотя Влад проводил со мной все меньше времени. Я понимал – у него началась своя, уже вполне взрослая жизнь. И гулять он хочет с друзьями и девушкой, а не с отцом, от которого, к тому же, был совсем не в восторге.

Порой мне становилось страшно, что однажды он и вовсе не пожелает со мной общаться. Забудет, как страшный сон.

В это воскресенье я подвозил детей домой после нашей очередной встречи. Маруся чмокнула меня в щеку на прощание и бодро выскочила из машины, завидев во дворе своих подружек.

А вот Влад задержался.

- На этой неделе у меня выпускной, - обронил он коротко.

- Знаю, - ответил ему столь же лаконично.

Боялся позволить себе на что-то надеяться, хотя от слов сына сердце мучительно дрогнуло.

- Придёшь? – спросил Влад.

Я не смог сдержать широкой улыбки. Не только потому, что сын меня приглашал, но и потому, что понимал - это не просто слова. Это ещё один шаг навстречу друг другу. Огромный шаг.

- Думал, не позовёшь.

Голос дрогнул, но я этого не стыдился.

- Ты мой отец всё-таки, - последовал ответ.

Мы вышли из машины. И я, забыв о страхе быть отвергнутым, просто его обнял.

А он обнял меня в ответ.

И я ощутил, что наконец-то заслужил его прощение.

***

Ната

Светлая спальня в нашем с Киром доме, куда мы переехали после свадьбы, была щедро залита утренним солнцем. Я открыла глаза, лениво потянулась в постели…

Последние дни на работе выдались тяжелыми – я спешно заканчивала проект и почти не высыпалась. Зато в эту субботу позволила себе наверстать все бессонные ночи и проспала почти до полудня.

А когда проснулась – отправилась первым делом в детскую.

- Это наденем или это?

Кирилл стоял перед нашей трехлетней дочерью, Евой, с двумя платьями в руках. И выглядел при этом забавно и одновременно - безумно трогательно.

Замерев на пороге, я подумала о том, как же они с Петей не похожи. Чувство отцовства пришло к бывшему мужу очень поздно, а вот Кирилл…

Он обожал дочь. Когда Ева родилась, именно он вставал к ней по ночам, оберегая мой сон. Я видела, что она стала для него чудом, на которое он уже боялся надеяться.

А я была счастлива ему это чудо подарить.

- Куда-то собираетесь? – поинтересовалась с улыбкой.

Кирилл обернулся ко мне. Расцвел в ответной улыбке и, приблизившись, оставил на моих губах лёгкий поцелуй.

- Пётр уже увез Влада и Марусю гулять, - ответил мне муж. – И мы с Евой тоже решили отправиться по магазинам.

- Мне нечего надеть, - страдальческим голосом заявила дочка, подражая персонажу, которого недавно увидела по телевизору.

- Меня возьмёте? – спросила я шутливо. – Я бы тоже не отказалась от обновок и прогулки. А то кроме чертежей мало что видела за последние дни.

- Завтрак на плите, - просто ответил Кирилл. – Мы тебя ждём.

Повинуясь порыву, я шагнула к нему и крепко обняла.

- Люблю тебя, - шепнула ему на ухо.

Ева подбежала к нам и Кирилл взял её на руки, а я – поцеловала дочку в макушку.

И ощутила себя бесконечно счастливой женщиной.