Глава 7. Скажи мне правду

СЕБАСТЬЯН

Катерина налетела, как ураган, зацеловала, прижала к себе, отругала, что встал с кровати, и тут же уложила обратно на лежанку.

— Сутки уж провалялся, — пробурчал, улыбаясь, — всю задницу отлежал. Она совсем плоская уж стала. Никогда столько не дрых.

— Ой, печаль, попа плоская! — рассмеялась сестра, сев рядом. — Нечем теперь будет девчонок соблазнять!

— И не говори!

— Хотя тебя теперь только одна интересует, насколько я слышала. — Карие глаза хитро прищурились.

— Где слышала? — напрягся, решив, что о нас с Сильвией уже слухи поползли.

— В доме, где еще. — Сестра вздохнула и затеребила свою косу. — Лавию сложно не услышать. У этой бабы глотка луженая.

— Она обижает Сильвию?! — приподнялся на локтях, вгляделся в лицо Катерины.

— А если и так? Побежишь спасать свою ненаглядную?

— Да! — рыкнул в ответ и попытался встать, но волчица уперлась рукой мне в грудь.

— Не дури! — крикнула на меня. — Подойдешь только, тут же в петлю угодишь! Твоя смерть уж точно Сильвию не порадует. Тем более что вот, — она встала, открыла в дверь и…

В хижину вошла моя ведьма!

— Ты пришла! — потрясенно прошептал я, сев на лежанку и бездумно улыбаясь.

Как отвести от Сильвии взгляд? Она такая красивая!

А я в старых дырявых портках. И рубаха видала лучшие деньки. И не мылся сколько! Укоризненно посмотрел на Катерину. Сестра, называется! Предупредить, что ли, не могла?!

— Пойду, пожалуй, — пробормотала она, поняв, видимо, о чем думал брат. — Там стирки накопилось. Ты прости, Сильвия, что он в таком затрапезном виде и пахнет не лучшим образом.

Молодец, еще лучше сделала! Я закатил глаза, покраснев.

— Ты, братец, к ней спиной, главное, не поворачивайся. — Катерина хихикнула. — А то там на портках дырка с кулак. Все самое интересное видать!

— Иди уже! — запустил в нее подушкой.

— Иду, иду! — хохоча, вышла из дома.

— Прости, — пробормотал, чувствуя, что щеки полыхают. — Все на самом деле так, как она сказала.

— Ничего, я не в гости пришла. — Присела на краешек второй лежанки.

— Понимаю. Вернее, не понимаю. Почему ты здесь, Сильвия?

— Расскажи мне правду, Себастьян. Всю, как есть. Ничего не утаивая, не приукрашивая, не жалея бедняжку Сильвию. Сможешь?

— Да.

— Предупреждаю, это единственный раз, когда я тебя выслушаю. Твой последний шанс. Соврешь сейчас — перестанешь существовать для меня. Ни одного слова больше не приму. Ты понял?

— Понял.

— Тогда я тебя слушаю.

Все рассказал ей, предельно откровенно. Началось со скрипом, а потом остановиться не мог, слова лились сами, как бывает, только когда говоришь всю правду, не подбирая слова, как при лжи, чтобы все правильно срослось и ничто друг другу не противоречило.

О себе правду поведал, о количестве баб, отношении к ним, ничего не скрывал. О Лавии тоже, как было, рассказал. И о ней самой, Сильвии, тоже.

Девушка вздрогнула, когда услышала о том, что я люблю ее, ведь раньше так, в открытую, об этом не говорил. Но сама просила только правду, а это она и есть. А меня несло дальше — что о жизни думал, о ведьмах, о доле оборотня. Понял, что отклонился от темы, перескочил на тот день, когда Лавия разыграла этот спектакль. Тоже, как было, поведал.

И все, замолчал. Выговорился так, что охрип. Молча смотрел на нее, задумчивую. Так хотелось броситься к моей ведьмочке, обнять, прижать к себе, снова замереть от ее взгляда, который обращен сразу в душу. Поцеловать, застонав от желания, которое окунет тело в огонь. Почувствовать, как любимая прильнет ко мне. Ощутить жар ее тела и ответную страсть.

Но девушка молчала, глядя в пол. Я так напугал ее своими откровениями? Что теперь делать?!

— Сильвия, — позвал тихо, поднявшись.

Сделал шаг к ней, замер, не решаясь подойти ближе.

— Мама выбрала меня в преемницы, Себастьян. — Тихо сказала она, тоже встав. — Я буду следующей Верховной ведьмой.

Всего несколько слов, но они встали между нами скалой, которую не обойти, не разрушить, не преодолеть.

— Поздравляю, — выдавил из себя.

— Спасибо. — Ответила ровным тоном.

— О нас… О том, что было, никто не узнает. Больше никто, не волнуйся.

— Благодарю и за это тоже. — Снова тон, абсолютно лишенный эмоций.

Девушка направилась к двери.

— Сильвия! — не выдержал, когда ее ладонь легла на ручку.

— Что? — повернулась вполоборота, обожгла своим взглядом.

— Ты веришь мне?

— Я обещала выслушать тебя, а не вынести вердикт, верю или нет.

— И… Что дальше?

— Ничего, просто жизнь.

Пожала плечами и ушла.

А я остался стоять на дрожащих ногах. Не жалел, что рассказал любимой всю правду, нет. Жалел, что правда оказалась такой. Делающей меня оборотнем-бабником, недостойным и рядом стоять с этой чистой душой. Она преемница Верховной ведьмы. Я простой раб. Ничего общего. Не было и не могло быть.

Моя любовь с самого начала была обречена.

Как и я сам — на смерть.