Глава 7. Подготовка

ЛАВИЯ

Грязь противно чавкала под ногами, мешая идти и норовя снять с ноги сапожок. Обувь после этой прогулки придется выбрасывать. А ведь это моя любимая пара! Впрочем, не жаль, ради успеха задуманного я бы весь гардероб вывалила в весеннюю распутицу, пропадай пропадом!

— Госпожа, нам далеко еще? — Алана, тяжело дыша, посмотрела на меня.

Как же мне надоел этот шарик на ножках! Два шага прошла — ныть начала, устала она, видите ли! Плаксивая, медленная, с одышкой как у помирающей свиньи. Терпеть не могу беременных баб — ни ума, ни сноровки. Только глазами хлопают и думают, что все им помогать обязаны из-за их деликатного положения!

— Нет, зайка моя, уже близко, — ласково пропела я. — Пойдем, пойдем!

На самом деле, еще и половины пути не осилили. Но ей не скажу об этом, иначе зальет все вокруг слезами, а и так лужи огромные под ногами.

— А почему именно туда и сегодня? — тяжело дыша, девушка двинулась за мной следом.

Ну, хоть это спросить ума хватило. Проблески былого великолепия. Хотя, нет, она семи пядей во лбу и раньше не была.

— Говорила же тебе, там место, где из земли сила идет. — Терпеливо пояснила я, раздумывая над тем, что девку проще уронить на землю и дальше катить, как мячик, быстрее будет. А то только к вечеру доберемся.

— Да, помню. — Она кивнула, обходя лужу.

— А сегодня — потому что скоро рожать, а силой напитаться тебе надо до этого, дабы разрешение от бремени прошло благополучно.

— Простите меня, неразумную. Вы обо мне печетесь, а я…

— А ты просто шагай!

И желательно, молча! Достала уже стрекотать, как сорока!

— Вот здесь сворачиваем, — я сошла с проселочной дороги в рощицу.

Промокшая земля чавкала под ногами, Алана снова принялась ныть, но, наконец-то, показалась та самая полянка, с огромным черным валуном в несколько десятков метров высотой. Я уважительно погладила его по ледяному боку. Гость из космоса, попавший в сети притяжения этой планеты. Какая мощная энергетика! Она прямо бурлит под пальцами!

— Ух, какой! — ведьмочка подошла к камню.

С восхищением глядя на него, она даже забыла про свои нескончаемые жалобы об усталости, отекающих лодыжках и болях во всех мыслимых органах тела. Девушка осторожно коснулась черной поверхности кончиками пальцев и тут же отдернула руку.

Боязливо косясь на валун, отступила ко мне, как ребенок, который прячется за мамкину спину, увидев незнакомца. Правильно, что боишься, девочка, для тебя встреча с ним закончится очень, очень плохо.

Но лучше успокоить ее, чем ловить по роще орущую дуру. Я натянула на лицо свою самую добрую улыбку — аж скулы свело от ее приторности.

— Зайка моя, выпей это, — протянула ей пузырек из зеленого стекла, закрытый деревянной пробкой.

— Что это? Зачем? — опять всполошилась Алана.

— Ты у Верховной ведьмы за каждое действие отчет будешь требовать, наглая?! — пристрожила нахалку. — Это откроет врата в твоем теле для силы, что из земли через камень пойдет.

— Простите, госпожа.

— Пей уже! Не только ты устала и замерзла, в конце-то концов!

— Прошу прощения, великая госпожа, — пробормотала девушка.

Вынув пробку из флакона, она недоверчиво понюхала ее.

— Нет, вы посмотрите на эту неблагодарную! — я всплеснула руками. — Что, думаешь, отравить я тебя хочу? Ты мне все нервы за девять месяцев вымотала, конечно, но не до такой степени, чтобы жизни тебя лишать, неразумную!

— Молю о прощении, госпожа Лавия! — на глазах Аланы навернулись слезы.

— Пей, — отрезала я, — или идем обратно в поселение, и рожай потом, как хочешь, сутки напролет ори от боли, порвись вся до ушей, плевать!

— Выпью, выпью! — торопливо заверила девушка.

Но когда она поднесла пузырек ко рту, с дерева, которое трясло на ветру озябшими голыми ветками, вспорхнула маленькая птичка. Пискнув, пичужка бросилась к ведьме и с размаху грудкой ударилась о флакон.

— Ох ты, мать честная! — ведьма взмахнула руками и половину содержимого разлила на себя.

Да что же это такое-то, а?!

Шепнув нужные слова, я сжала кулак. Птица камнем упала в грязь. Мое терпение подошло к концу. Сделала шаг к Алане.

— Пей!

— Какие глаза у вас стали черные, госпожа… — потрясенно прошептала она и начала пятиться.

— Пей, непутевое отродье! Живо, я сказала!

Из моего горла полилось утробное рычание. Вокруг нас взвилась воздушная воронка. Ладони начало жечь и щипать — совсем как в тот день, когда я обратила в прах всех этих старых куриц, хваленых чаровниц Алалии, которым и противопоставить-то мне было нечего!

— Пей!!! — прорычала я.

— Не буду! — дрянь взвизгнула, отшвырнула флакон и понеслась прочь.

Весьма прытко, кстати! И пузо огромное не мешает, надо же! Да, жажда жить творит чудеса. Вот только тебе уже ничего не поможет, девочка!

СИЛЬВИЯ

Удивительно, как быстро иногда меняется жизнь! Вот могла ли я пару дней назад представить, что не только увижу море, а взойду на корабль и вместе со своей «стаей» отправляюсь в морское путешествие? Но так и случилось! Питер, жених Анны, привел нас всех на трехпалубную «Королевскую лилию», которая уже готова была отплывать.

Накопленного за время работы в доме Инквизитора жалования хватило, тютелька в тютельку, на билеты с питанием для нас пятерых. Я сочла это знаком свыше. Не успела оглянуться, и вот мы уже несемся по волнам насыщенного сапфирового оттенка, над головой поскрипывают снасти, упруго надуваются паруса, в лицо дует ветер с солоноватым привкусом.

У меня не было выбора — если бы мы остались на суше, Охотники на ведьм нас непременно настигли бы. И тогда на моем языке тоже был бы вкус соли — но уже от слез. Все, что делается, к лучшему. Так учила мама. Значит, и то, что произошло, тоже обернется чем-то хорошим.

По крайней мере, два положительных момента уже имеются. Себастьян счастлив, глаза любимого сияют, он свободен и плывет на корабле, раньше и мечтать о таком не смел. И Анна сбежала из-под опеки Клайва, теперь они с Питером вместе. Мы все живы, здоровы — это ли не повод возблагодарить высшие силы? Я улыбнулась и подставила лицо свежему ветру.

— Ты такая красивая! — прошептал мой волк, подойдя сзади и обняв. — Когда же мы уже останемся в каюте одни? Хотя бы на часок! — поцелуй обжег шею, заставив задаться тем же вопросом.

— Сильвия! — прилетел с ветром девичий крик.

— И тут покоя нет! — пробурчал оборотень, неохотно позволив мне обернуться.

— Сильвия! — ко мне подбежала Анна. — Мы женимся!

— Тихо, тихо, не так быстро! — я рассмеялась, залюбовавшись ею.

Куда только подевалась печальная бледная затворница, которую Клайв из комнаты не выпускал! Щечки покрыты розовым румянцем, глаза сияют, на губах улыбка. Питер во всех смыслах подарил ей весь мир — в то время как родной отец хотел замуровать в четырех стенах навсегда. Воистину этот мир странное место!

— Женитесь? — перепросила, сжав ее ладошки.

— Да! Питер сказал, что хочет стать моим мужем до того момента, как наш пузожитель выберется на свет божий! Поэтому капитан нас сегодня поженит! Оказывается, так можно!

— Поздравляю! Вы заслужили счастье! — но глаза набежал туман слез.

Как хорошо, когда все заканчивается хорошо!

— Ты будешь моей подружкой невесты?

— Конечно!

— Нет, не будет! — неожиданно вмешался Себастьян.

— Почему? — хором спросили мы обе, повернувшись к нему.

— Потому что Сильвия не может быть и подружкой невесты, и невестой одновременно.

— Тебе голову напекло? — я изогнула бровь. — Что ты такое говоришь?

— Все просто, — оборотень привлек меня к себе. — Мы устроим сразу две свадьбы. Если Анна и Питер не против.

— Не против! — девушка захлопала в ладоши. — Чудесная мысль! Просто волшебно получится! Побегу к Питеру, расскажу новость!

— Не беги! — крикнула я вслед, но куда там, она уже умчалась. — А ты, претендент на руку и сердце, меня не хочешь спросить, как полагается, хочет ли девушка за тебя замуж?

— Конечно, хочет!

— И с чего это ты такой уверенный?

— Потому что моя жена умная женщина и понимает, что после заключения брака мы с чистой совестью потребуем отдельную каюту, ведь у нас медовый месяц!

— Хм, заманчивая перспектива!

— Еще бы!

— Тааак, погоди-ка, ушлый волк! Значит, ты решил на мне жениться ради отдельной каюты?!

— Выходит, что так! — он рассмеялся.

— Вот что с тобой делать? — тоже захохотала.

— Любить! — Себастьян подхватил меня и закружил. — Всю жизнь любить! Всей душой!

— И всем телом! — с усмешкой добавила я и потянулась к его губам.

— Да когда же уже первая брачная ночь?! — прорычал мой волк, поставив меня на ноги. — Искусительница!!!