17

После этой встречи настроение Вадима заметно изменилось. Он уже не выглядел таким довольным, как раньше, и часто пребывал в задумчивости. Я расспрашивала его о подвижках в расследовании убийства, но он неохотно делился со мной подробностями. Возможно потому, что рассказывать было нечего.

Тогда я напомнила, что всё ещё хочу увидеть материалы уголовного дела. И узнала, что его уже вывели на нужного человека — сейчас как раз идут переговоры. Услышав размер запрашиваемой суммы, я невольно вздохнула, но естественно согласилась. А через несколько дней Вадим ненадолго отлучился и, вернувшись, с победным видом выложил на стол передо мной толстую папку.

Не тратя времени, я сразу же стала просматривать отксерокопированные страницы. Правда, мельком взглянув на первые листы, вздрогнула и быстро их перевернула — рассматривать фотографии с места происшествия у меня просто не хватило духа. Зато всё остальное тщательно изучила и передала Вадиму, который занялся бумагами после меня.

Едва дождавшись, когда он закончит, я недоумённо уставилась на него. Даже на мой непрофессиональный взгляд всё, что мы прочитали, вызывало больше вопросов, чем ответов. Вадим, хмурясь, подтвердил мои подозрения и сообщил, что не хватает нескольких необходимых, по его мнению, экспертиз и заключений. Он предположил, что их, скорее всего, проводили, но потом почему-то изъяли из материалов дела. А я вспомнила слова Алексея о том, что следователей попросили замять расследование. Похоже, он был прав, и попавшие к нам в руки бумаги, к сожалению, почти ничего не давали.

Лишь два момента заслуживали внимания — то, что замки входной двери не были взломаны. То есть либо родители Ксении сами впустили убийцу, либо у того были ключи. И второе — на пистолете, принадлежавшем отцу Ксении и ставшем орудием убийства, все отпечатки были стёрты. Опрошенные соседи ничего не видели и не слышали, по показаниям знакомых семьи из дома ничего не пропало. Но здесь оставались сомнения. Вряд ли эти знакомые знали обо всём, что хранилось в доме.

Тут я кое-что вспомнила и, немного поколебавшись, обратилась к Вадиму:

— Послушай, в описании места происшествия не упоминается одна вещь — в их спальне был замаскированный сейф.

— Ты знаешь, где он?

Я кивнула.

— И код сейфа тоже знаешь? — недоверчиво уточнил сыщик, а взгляд, сопровождающий этот вопрос, мне не понравился. Совсем не хотелось отчитываться ещё и перед ним, тем более за свои деньги, вполне хватит Алексея. Неожиданно, я ощутила беспокойство и вспомнила, что Вадим до сих пор не задал ни одного вопроса по поводу моего переезда в эту гостиницу. А ведь наверняка уже знал, что живу я здесь под другой фамилией.

— Нет. Откуда? Сестра только показала мне тайник, но не открывала его. Давай съездим туда, посмотрим.

— Зачем? Мы всё равно не сможем в него заглянуть.

— И всё же я хочу поехать. Сегодня ночью.

— Почему ночью? Ты арендовала коттедж, можешь в любое время там появляться.

— Не стоит привлекать лишнее внимание.

Он опять бросил на меня подозрительный взгляд и нехотя согласился.

Дождавшись полуночи, мы отправились в загородный посёлок. Всю дорогу Вадим хмурился, и мне стало интересно, что за мысли бродят у него в голове. Имею ли я к ним какое-нибудь отношение? Я не стала задавать вопросы, но мысленно отчитала себя. Нельзя пускать это дело на самотёк. Надо с ним поговорить, как-то объясниться, придумать что-нибудь правдоподобное. Вот только что?

Стараясь не шуметь, мы осторожно зашли в дом, поднялись на второй этаж и зажгли свет в спальне. Вадим вопросительно посмотрел на меня, я огляделась и решительно направилась к шкафу. Распахнула двери, сдвинула в сторону плечики с одеждой, освободив заднюю стенку. Просунула руку вниз, нащупала справа маленький рычажок и нажала его. Стенка уехала в сторону, открыв нашему взгляду дверцу вмонтированного в стену сейфа. Я подёргала её, она не поддалась.

Вадим подошёл ближе и наклонился, изучая замок. Потом шагнул назад и пожал плечами:

— Обычный сейф с кодовым замком. Чтобы узнать, что внутри, придётся его взломать. Надо будет захватить инструменты.

— Чёрт, — с досадой произнесла я, — забыла сумку в машине. Прикинула там несколько вариантов кодов с днями рождения сестры и её родителей. Хочу попробовать — вдруг повезёт. Принеси, пожалуйста, она на заднем сиденье.

Он кивнул и вышел из комнаты. Я подождала, пока затихнут его шаги, и бросилась к тайнику. Быстро набрала нужные цифры и открыла дверцу — внутри ровными стопками лежали пачки долларов. Навскидку сумма была приличной. Я захлопнула сейф и вернулась на место. Немного постояла, потом услышала шум и выглянула навстречу Вадиму. Видимо, мне показалось, в коридоре было пусто, и свет на лестнице не горел.

Я только потянулась к выключателю, как вдруг грудь сковало холодом — мгновенно пришло ощущение, что за моей спиной кто-то есть. Нестерпимо захотелось обернуться, но мне не оставили такой возможности. Сильный толчок, и я полетела вниз в темноту.

Руки взметнулись в поисках опоры, и в последнюю секунду я успела зацепиться за кованые перила. Не смогла удержаться, ободрав пальцы, но всё же это смягчило падение. И я не кубарем скатилась по лестнице, рискуя сломать шею, а лишь проехалась по ней, сильно ударившись рёбрами о край ступеней.

Я лежала в темноте на полу, пытаясь справиться с болью и вдохнуть. И вдруг почувствовала, как мимо меня к выходу проскользнул человек. Хлопнула дверь, Вадим на улице громко крикнул: «Стой!», потом выругался и забежал в дом. Зажёг свет и бросился ко мне.

— Полина! Где болит?

— Не трогай меня, — прошептала я, — похоже, сломаны рёбра. И не вздумай вызывать полицию.

***

Пока мы ждали скорую, успели договориться, что им сообщать. Врач вполне удовлетворился нервным рассказом Вадима, как в доме перегорели пробки, он пошёл их чинить, а я в темноте упала с лестницы. Меня доставили в больницу, сделали рентген и определили небольшую трещину на ребре. Слава богу, лёгкие не пострадали, мне наложили специальную повязку и оставили до утра.

На следующий день Вадим забрал меня и привёз в гостиницу. Благодаря болеутоляющему чувствовала я себя сносно, только старалась не делать резких движений. Лежала и обдумывала всё, что случилось. Вадима отправила к себе в номер, он суетился и нервировал меня, мешая размышлять. А подумать было о чём.

Во-первых, деньги в сейфе, значит, коттедж всё же не ограбили. Во-вторых, откуда убийца так быстро узнал, что мы направляемся в дом Ксении? Мы же решили и сразу поехали, подождали только пару часов до темноты. И по дороге несколько раз проверяли, нет ли за нами хвоста.

В дверь постучали. Обхватив рёбра рукой, я сползла с кровати, медленно подошла к входу и спросила, кто там? Услышала голос Алексея и повернула защёлку. Мой гость прошёл в комнату и оглянулся, заметив, как я двигаюсь, округлил глаза.

— Что с тобой?

— Ничего. Всё нормально.

Он шагнул ко мне, задрал футболку и присвистнул, разглядывая фиксирующую повязку и расползающиеся из-под неё синяки.

— Тебя что, избили?!

Я добралась до кресла и, морщась, осторожно устроилась в нём. Алексей наклонился надо мной и требовательно спросил:

— Отвечай! Что случилось?

— Меня столкнули с лестницы.

— Кто? И где?

— В коттедже. А кто, я бы и сама хотела знать. Он не представился.

— На тебя напали в доме Ксении? — не поверил Алексей. — Ты что, поехала туда одна?

— Нет, с Вадимом.

— А, это твой сыщик. Где же он был, когда тебя скидывали с лестницы?

— В машине, на улице. Чего ты пристал?

— Мило. Становится всё интересней и интересней. И что ты теперь собираешься делать?

— То же, что и раньше.

— Слушай, у тебя в запасе есть ещё одна жизнь? — я молчала, и он с досадой покачал головой. — Вот что, уезжай, я здесь сам разберусь. Мне не нравится то, что происходит. И версия об обострившемся психическом заболевании отца жены меня больше не устраивает.

Алексей ждал ответа, и я сказала:

— Нет. Всё равно не смогу жить дальше, не зная, что произошло.

Он хмуро уставился на меня.

— Ты очень странная, я не понимаю тебя. Не понимаю, чего ты хочешь?

В это время дверь распахнулась, и в номер зашёл Вадим. Мельком взглянул на Алексея и перевёл недовольный взгляд на меня.

— Всё в порядке? Почему мне не позвонила? Я же говорил: никого не впускать.

Алексей насмешливо произнёс:

— Ты бы не говорил, а лучше смотрел за ней. Какого чёрта оставил её одну в коттедже?

Вадим сразу разозлился, глаза сверкнули злобой.

— Тебя забыл спросить, что мне делать!

Алексей не обратил внимания на его тон.

— Ты хоть видел, кто на неё напал?

— Я не кошка, в темноте не вижу.

— И чего вы делали там в темноте? Зачем ты её туда потащил?

— Она вспомнила про сейф, надо было проверить.

Я мысленно застонала, и кто его только тянул за язык? Алексей сразу же повернулся ко мне.

— Какой ещё сейф? Разве в доме он был?

Я уже тоже злилась и дала волю своему раздражению.

— А что, любимая жена тебе об этом не рассказала? Может, не доверяла?

Он дёрнул щекой, но сдержался. Глянул на меня тяжёлым взглядом и уточнил:

— Вы его открыли? Что в нём было?

— Там кодовый замок. Мы не знаем шифра, — ответил за меня Вадим.

— Ну да, ты точно не знаешь. А она?

— Она тоже, — не очень уверенно сказал сыщик и настороженно посмотрел на меня. Похоже, пора прекращать этот разговор. Так они договорятся неизвестно до чего, и что я буду делать одна против них? Я обратилась к Вадиму:

— Ладно, иди к себе. Сейчас его провожу и запру дверь. И если снова будут стучать, сразу звоню тебе.

Тот ещё немного постоял, что-то обдумывая, потом кивнул и удалился. Я подняла глаза на Алексея.

— И ты уходи.

— Я не твой мальчишка на побегушках, и у меня остались ещё вопросы. Что было в сейфе?

Я молчала и разглядывала стену.

— Не прикидывайся. Я же рассказывал тебе историю о девочке-сиротке с тягой к чужой собственности. Так что уверен: ты знаешь шифр.

— Думаешь, его не сменили после того раза?

— Понятия не имею. Но не сомневаюсь, ты его открыла. Он был пуст?

— Нет. Там лежали деньги. Много.

— Лежали? А сейчас?

— И сейчас лежат. Несмотря на твоё мнение обо мне.

— Ну да! У тебя же и своих теперь хватает.

— Вот именно! — он уже достал меня, и я добавила: — Всё, иди к чёрту! — попыталась встать и резко выдохнула. Острая боль заставила меня замереть и не двигаться.

Алексей быстро подошёл ближе, наклонился, внимательно вглядываясь в моё лицо.

— Больно? Ты совсем бледная. Почему не осталась в больнице?

Стало немного легче, и я смогла вдохнуть, медленно поднялась. Он осторожно подхватил меня, помог дойти до кровати и поддержал, пока я ложилась. Потом укрыл одеялом и тихо позвал:

— Полина…

Я открыла глаза и встретилась с его напряжённым взглядом.

— Уходи. Я выпью лекарство и засну.

Он протянул руку, как будто хотел коснуться меня, но передумал. Уже от двери глухо сказал:

— Лежи, не вставай. Я позову твоего сыщика, пусть караулит тебя, — и ушёл.