Глава 18

Дорога до ранчо показалась мне намного проще и быстрее, чем в сторону поселения. Может, здесь свою роль сыграл известный феномен «дороги домой», но даже спина не болела так уж сильно, когда вдали показалась знакомая громада леса, а чуть позже стал различим и дом.

Чем ближе мы подъезжали, тем лучше было видно, что в наше отсутствие здесь кипела нешуточная работа. Все ограды, сколько хватало глаз, были либо обновлены, либо заменены целыми пролетами, и на каждом пятом столбе высился новехонький датчик движения. Не поверив собственным глазам, я сбросила скорость, чтобы лучше рассмотреть приборы.

– Это уже слишком, тебе не кажется? – громко, чтобы было слышно сквозь гул моторов, спросила Хэрнка, но мужчина только покачал головой. Серигонец улыбался, осматривая открытое пространство. Кажется он тоже вернулся домой.

– Давай поторопимся. Кажется, нас там ждут.

Словно в подтверждение слов мужчины, со стороны ранчо к нам двинулась темная фигура верхом на ханве. Ящерица шла бодро, и через пару минут мы пересеклись с Джуном, довольно помахавшим шляпой.

– Очень рад, что вы приехали. Сил моих больше нет, – улыбаясь во всю ширь белозубой улыбки, счастливо оповестил парень. Несоответствие фразы и довольного выражения лица вызвали у нас с Хэнком некоторое недоумение. Если бы произошло что-то действительно плохое, на бы сообщили, да и  навряд ли у парня был бы такой счастливый вид…

– Что произошло?

–Да тут пару дней назад Портеор прикатил. В сопровождении людей банкиров. Что-то там на плато случилось, что сезон раньше закрыли, вот он и вернулся.

– Он в порядке?

– Да что ему сделается? Этот старик словно из железного дерева сделан, только крепче становится, – отмахнулся Джун.

– Тогда что?

– А то, что у нашего генерала с твоим компаньоном резногласия. Мы уж второй день ждем, что они посуду бить начнут, но пока держатся. Но дым из дома валит и через трубу, и через окна. Ссорятся по любому поводу. То воду не так включил, то воняет, словно дикий зверь…

– С каким генералом? – совсем растерявшись, спросила я поворачиваясь к серигонцу. От тревоги сердце сжалось.

– Мальетта. Кажется, они с Портером пришлись друг другу по душе, – хохотнул Хэнк, и прежде чем рвануть в сторону ранчо, с удовлетворением добавил: – Ну, давайте посмотрим, что там происходит…

Крики, громкие и возмущенные, мы услышали сразу, стоило только заглушить двигатели у крыльца. Переругивались с той стороны дома, даже не пытаясь понизить голоса. Но и злости, кажется, в них не было. Лишь какое-то напускное возмущение:

– Нельзя ходить грязным как боров! – строго и решительно, так что слышалось, наверное, до самых гор, выговаривала Мальетта.

– Так ты потому меня мыльной водой из таза окатила, неугомонная женщина?! – неслось ей в ответ, но я готова была поклясться, что говорящий едва сдерживал смех.

– А как еще с тобой говорить, если ты не слышишь? Я тебя за стол не пущу, ящерица пещерная, если ты тотчас же не вымоешься!

– Не родилась еще на свет та женщина, что могла бы мне указывать, в каком виде обедать!

– А я и не указываю! Прямо говорю, что такого неряху кормить не буду!

– И так каждый день. С утра до ночи кричат, – весьма довольно заметил Джун, привязывая повод ханвы к столбику.– Но мужик этот тоже хорош. С Мальеттой покричался-покричался, а потом ступени на входе перебрал. Нам-то пока не до того было, а теперь они и не скрипят вовсе. Ступени.

Хэнк удовлетворенно кивнул. А затем гаркнул так, чтобы и за домом услыхали:

– Портер! Хватит обхаживать Мальетту. Тащись сюда, старый прохиндей.

Из-за дома послышался какой-то шум, а через минуту к нам выскочили невысокий сухонький мужичек и моя внушительная помощница. Оба раскрасневшиеся, какие-то слегка сконфуженные, но явно довольные.

– Вернулись, – выдохнула Мальетта, хватая меня в крепкие объятия. Женщина выглядела хорошо, словно это не она пару мгновений назад во всю глотку оралась с Портером. Впрочем, даже дом казался каким-то не таким печальным, как я помнила. Словно напитался жизнью.

– Где Кристоф?– первым делом спросила я, не вида поблизости сына. По нему я соскучилась за пару дней так, что самой не верилось.

– С Трэдом и Вольтажем на дальнее поле поехали. Проверить, как там с водой и что с оградами. Должны скоро вернуться.

– Рина, – отступив от Мальетты, я повернулась к Хэнку. Серигонец держал руку на плече компаньона, что оказался едва и ли не на полторы головы его ниже. – Познакомься. Это Портер, мой давний друг и надежный товарищ.

– Приятно познакомиться, мисси. Я уж и не думал, что на свете найдется особа, способная покорить сердце моего сурового приятеля. Но теперь вижу, что не просто так Хэнка стреножили. Видно, что не только ради длинной юбки мой друг впрягся.

Я неожиданно покраснела от удовольствия, а Хэнк смущенно почесал отросшую щетину. В словах Портера не было ничего такого особенного, но мне показалось, что со всей отеческой заботой, старик одобрил меня в качестве подруги для серигонгонца. Даже если этого мы от него не ждали, нельзя было не согласиться, что это  приятно.

Не давая неловкости затянуться, Портер вдруг сощурился и продолжил:

– А еще, мисси, я бы хотел просить у вас какой уголок на этой земле. Дом поставить  может. Работник я не самый лучший, но какой-то кусок жизни был старшим погонщиком на похожем ранчо. Как дела делаются, знаю. И деньга у меня есть.

– Зачем тебе дом? Такому борову и шалаш пойдет, на краю болота, – с напускным недовольством буркнула Мальетта.

– Да чтоб тебя, женщина неугомонная, было где в кладовой закрыть! – вдруг рявкнул Портер, от чего Мальетта чуть не присела и только удивленно глазами лупала. Ни разу не видя подруги в таком состоянии, я расхохоталась. Впрочем, никто себе с ней в таком тоне разговаривать до этого и не позволял. На сердце было легко и хорошо.

– Так… так… ты же не моешься совсем. Я к тебе жить не пойду,– пролепетала наша решительная и смелая Мальетта, комкая в руках край юбки.

– Ты бы сказал ей, ни то совсем доведешь. А мы пока с Риной в душ сходим после дороги.

– Да пусть бы покричала еще немного, – сощурился Портер, рассматривая темнокожую женщину. – Голос уж больно красивый.

–Ты в ней не сомневайся, – хватая меня за руку и утягивая в сторону дома, встал на сторону Мальетты Хэнк,– если ей будет надо, найдет к чему придраться. А так будет еще неделю тебя свином обзывать.

– Свином? – лицо старателя вытянулось и пошло пятнами.

– Боров это свин. Только обрезанный. Как мерин у коней.

– Ах вот как? – тихо, вкрадчиво и с явной угрозой проговорил Портер, глядя на Мальетту. Женщина подбоченилась, выпятила грудь, готовая к сражению, но я видела, как ярко блестят ее глаза. – Я тебе покажу, какой из меня боров. Обещаю, ты еще узнаешь, какие у меня между ног стальные…

Дослушать занимательный монолог мне не дали. Посмеиваясь, Хэнк затянул меня в дом, захлопнув дверь.

– Но я же хотела послушать, – тихо возмутилась. Происходящее казалось весьма интересным и необычным.

– Слишком ты еще молода за ухаживаниями Портера подглядывать. У  него комплементы особые, но думается, с Мальеттой иначе и нельзя. А вот тебе такое слушать рано.

– Думаешь, я слишком нежная для этого?

– Думаю, что ты слишком пыльная, – извернулся Хэнк снимая с меня шляпу и помогая расстегнуть куртку. – И пока Крис не вернулся, я хотел бы это исправить.**

Дальше все завертелось так, что я иногда не могла вспомнить  и какой сегодня день на календаре. Работы оказалось невероятно много, но вся она была какой-то радостной, словно мы вдруг переступили с темной, теневой полосы жизни, под ласковое солнце счастливого будущего.

Когда Хэнк внес оставшийся платеж за ранчо  я думала, что секретаря Конгломерата удар хватит когда серигонец с милейшей улыбкой выложил перед ним квитанцию. И не единой монетки, все переводом, подтвержденным вышестоящими инстанциями. На той же бумаге было ясно прописано что кредит считается выплаченным полностью. Оставалось получить только оттиск огромной золотистой печати на бумагах на землю.

Дрожащими руками я вытянула из толстой папки полимерный жесткий лист. Не нескольких других, что подтверждали наше право жить на этой планете, подобная печать стояла с момента прилета, а вот само ранчо… Горло пересохло, пока секретарь, бурча себе под нос ругательства на одном из далеких диалектов, вынимал из сейфа за спиной деревянный ящичек. Кодовый замок на шкатулке громко щелкнул, крыша беззвучно открылась. Печать опустилась на полимер мягко, пискнула, и через миг помещение наполнилось запахом плавящегося воска. Не знаю, из чего состоял лист документа, но мне всегда вспоминался поход в музей старых искусств в школьные годы. В зале, посвященном доисторическим методам освещения пахло именно так.

Выжженный оттиск хорошо прощупывался рукой и если глазам я не очень верила, то тактильные ощущения были слишком яркими, чтобы в них можно было усомниться. Золотая краска, которая заполняла оттиск, не могла липнуть к рукам, но мне показалось, что палец все же немного блестит.

– Нужно ли нам подавать информацию о смене статуса ранчо?– пропел Хэнк.  Я вдруг подумала, что после всего, что случилось, серигонец сделает все возможное, чтобы должность секретаря Конгломерата на этой планете занял кто-то другой.

– Нет. Я сам подам данные в реестр, – недовольно скривился представитель правительства, пока не подозревая, какая гроза нависла над его головой. Одно расследование ситуации Джорджа чего стоит.

– Очень надеемся, на вашу помощь, – оскалился Хэнк, больше не в состоянии выглядеть милым. Его голос сел, стал низким, угрожающим. – И надеемся, что  больше вы не побеспокоите нас по пустякам.

– Оставь его. Идем, – чувствуя, что сегодня готова простить весь мир, я легонько потянула мужчину к выходу. Мне больше не было дела ни до чего. Я прижимала к груди документы на ранчо. На свое имя. С большой золотой печатью в нижнем углу.

Хэнк перевел взгляд на меня и его лицо смягчилось. Он почти улыбался.

– Только для тебя. И только сегодня, – в последней фразе все еще слышалась угроза, но она казалась далекой, почти неважной, так что я улыбнулась мужчине в ответ, прежде чем мы вышли на улицу.

– И куда дальше? – несмотря на жаркий день, сегодня удавалось дышать полной грудью, словно на ребрах разомкнулись и опали стальные обручи, стягивавшие их до этого.

– Выбрать окончательный проект дома. Уже неделю с Мальеттой определиться не можете, а между тем, скоро прибудет корабль. Так что нам нужно будет дозаказать недостающие комплектующие, если мы хотим чтобы дом собрали до холодов. В таком бараке, уж прости, все наше нынешнее семейство не поместится. Той пары древних жилых блоков, то мы заказали, на всех не хватит.

– Да и семьи парней должны прилететь на том лайнере, – напомнила я, но все это пока больше казалось каким-то волшебным сном, чем реальностью.

Я буду выбирать дом? Настоящий свой дом? Большой и светлый?

– И это тоже. Так что нужно решить с хозяйским домом и парой небольших строений, чтобы можно было расселить две семьи. А из тех жилых блоков, что скоро привезут, сделаем жилье для временных работников, тех же погонщиков, – кивнул Хэнк, направляя меня в сторону Бюро.

Еще одно из подразделений Конгломерата, оно занималось поставками и заказами. Здесь можно было нанять работников, готовых на сезон или два прилететь на эту дальнюю планету. Или оформить доставку тех грузов, то пока нельзя было достать у торговцев. Но если большую часть заказов можно было оформить удаленно, через систему, то с крупными вещами, такими как крыша дома или краулер, требовалось согласовывать, чтобы не попасть впросак.

– Может, сперва поставим новый сарай? И возьмем еще пару бычков? – неуверенно предложила я, стоя перед входом в Бюро. То, что и Портер решил вложить часть своей прибыли в ранчо, делало ситуацию несколько неловкой. Мне хотелось как можно быстрее достичь того уровня дохода и самоокупаемости, чтобы оправдать надежды и чаяния всех, кто по желанию или невольно оказался частью нашего разросшегося сообщества. Но Хэнк только покачал головой на мои слова.

– Пока деньги есть, нужно поставить дом. Купить еще два спидера. И запасы. Тогда мы сумеем спокойно пережить любые невзгоды и неприятности. Неурожайный год, падеж скота.  Холодную зиму. Да все, что угодно. И только потом будем решать вопрос по расширению стада. Сейчас у нас есть актив и нужно его использовать верно. Так что, Рина иди и выбирай свой дом. Новый диван в гостиную и письменный стол в комнату Кристофа. А вот большую и крепкую кровать в хозяйскую спальню я, так и быть, возьму на себя.

В Бюро мы пробыли до самого заката. Невысокая смешливая женщина явно смешанные кровей, один за одним, вносила в каталог то шторы, то ковры, которые никогда не использовались на Капитолии но на которых особенно настаивал Хэнк. Серигонец, с невероятным воодушевлением и какой-то внешней небрежностью. Добавлял в список то кастрюли то вазы и подушки, не обращая внимание на мой шокированный вид. Стоило мне только чуть дольше задержаться на какой-то позиции, как она тут же попадала в бесконечно большой список товаров, что по моему представлении, должен был занять едва ли не треть всего грузового отсека ожидаемого корабля.

– И вот эту кровать,–  указывая на какой-то стадион на ножках, довольно произнес Хэнк, когда я больше не могла сопротивляться.

– Куда?! Она не войдет ни в один дверной проем! Да она не поместится даже в нашей спальне, – с трудом вспоминая, как та самая спальня будет выглядеть, пискнула я.

–Не переживайте, Рина, – с милейше улыбкой, пыталась успокоить меня сотрудница Бюро, подливая свежий кофе в чашку, – вся мебель подобного плана отправляется в разобранном виде. А уж наши сотрудники позаботятся, чтобы кровать встала на свое законное место. Все будет в лучшем виде.

– Вот и я говорю, что переживать не стоит. У нас еще остался лимит? – спокойно поинтересовался Хэнк, который в самом начале разговора показал женщине данные с личного счета.

– Более чем обширный, – еще радостнее засияла работница Бюро.

–Отлично. Тогда оформляйте все, что мы выбрали, а я к вам загляну еще на днях. Уже с другим списком. – Наткнувшись на мой непонимающий взгляд, Хэнк улыбнулся. – Ты не представляешь, сколько всего запросила Мальетта и что еще нужно докупить для ранчо и парней.

Дел по хозяйству не стало меньше, но они приобрели совсем иной оттенок. Мне больше не нужно было переживать о том, есть ли вода у тунков и где взять свежее сено на подстилки для ханв. Все эти заботы на себя взяли Джун и Трэд под чутким руководством Портера. Рядом с домом поставили два временных барака, для транспортировки которых пришлось нанимать длинный краулер, но это позволяло разместить и всех, кто уже обосновался на моей земле, и подготовить места для гостей. А через две недели после нашего визита в Корпорацию Элегия, как и планировалось, привезли Джорджа.

Мужчина, для возвращения которого все было уже готово, неуверенно, чуть пошатываясь и опираясь на трость, вышел итз транспорта, с удивлением и некоторым испугом оглядываясь по сторонам. Радом один из сопровождающих поставил на землю тощую сумку с вещами, и небольшой шаттл взмыл вверх, обдав Джорджа облаком пыли.

Отложив старую проволоку, что мы с Мальеттой пытались свернуть для транспортировки в более-менее приличные мотки, я стянула крепкие перчатки, и раскинув руки, быстро подошла к Джорджу. Тонкий, костлявый после болезни, мужчина ощутимо вздрогнул. Несмотря на то, что мы несколько раз связывались с ним и рассказывали как идут дела, как готовится ему место в бараке рядом с парнями, казалось, он не очень верит в реальность всего происходящего. Не верит, что ему здесь рады и ждут.

– Рина? – осторожно  обняв меня одной рукой, вопросительно поздоровался Джордж.

– Добро пожаловать домой.

– Джорджи! Ты голоден? Устал? – Мальетта, крепко обняв мужчину после меня, критично окинула его взглядом с головы до ног  и вдруг сама все решила: – Да, ты голоден и устал. Рина сказала что ты кое-что забыл, но это мелочи. Мы резво поставим тебя на ноги. Раз уж провидение было так к нам благосклонно,  что вернуло тебя домой, мы не упустим этого шанса. Кристоф, тащи на улицу Джорджево кресло!

– Мое кресло? – мой давний друг и пока-еще-муж, немного пришедший в себя от простой заботы Мальетты, вновь вздрогнул.

– Мы решили, что тебе пока стоит лениться. А делать столь важное дело тоже нужно правильно, – весомо произнесла Мальетта, указывая на красивое плетеное кресло-качалку, что Крис толкал по песку. – Садись. Сейчас я буду тебя кормить. А потом посмотришь, как удобно и красиво тебе приготовили спальное место парни. Они хорошие, и если что, присмотрят за тобой, когда нас не будет рядом.

– Мальетта, – тихо позвал женщину Джордж, после того, как пообедал, а мы вернулись к сматыванию ненужной больше в хозяйстве проволоки, снятой с ограды.

– Что, Джорджи? Что-то надо? – темнокожая женщина посмотрела на мужчину с нежностью и потаенной болью в глазах. Кажется, ее все еще снедало то же чувство вины, что пряталось в груди и у меня. Мы ничего не сделали, чтобы найти его. Мы просто поверили, что Джордж умер и теперь нам обеим было стыдно как переде ним, так и перед самими собой.

– Я люблю тебя, Мальетта, – просто и тихо проговорил мужчина, поглаживая красноватую спину Вольтажа, который устал носиться с Кристофом и выбрал в качестве места для сна колени Джорджа.

Мальетта, вытирая набежавшие слезы, с напускным недовольством буркнула:

 – Тогда больше не вздумай умирать под залами. Уж будь так любезен. Второго раза нам с Риной не вынести.

Глядя на то, с каким воодушевлением Хэнк взялся за перестройку ранчо, сколько огня и простой радости было в его глазах, казалось, что все должно идти легко, как по маслу, что каждый блок нового дома должен вставать на свое место сам по себе, без посторонней помощи. И пусть мы то и дело сталкивались с какими-то проблемами, они больше не казались столь уж страшными и нерешаемыми. Словно разделенные на всех, беды больше не могли придавить нас к земле, как раньше бывало на ранчо.

После того, как приземлился долгожданный корабль, когда на участок привезли огромные короба с грузами, как приехали семьи парней, растерянно мнущиеся у ворот, сжимая в руках нехитрые пожитки, жизнь словно вышла на новый этап. Теперь мы оказались целой общиной. Немного  странной, словно клуб отвеженных остальным миром, но от этого только более крепкой и надежной. По крайней мере, я на это надеялась.

Даже Джоржд, которому первые дни было очень неловко от собственной слабости, кажется повеселел, медленно идя на встречу новым жителям ранчо. Парни пока были в поле, так что встречать новоприбывших выпала честь моему пока-еще–мужу раз уж  Мальтетта затеяла сытный ужин для всех.  В качестве поддержку Джорджу, со  стороны сарая с гиканьем несся Кристоф, за которым по пятам скакал счастливый зверь, избавленный от шины на больной лапе.

– И что ты на это скажешь?  – Хэнк остановился радом, глядя на то, как новые обитатели ранчо нерешительно идут к баракам, в которых им пока предстояло жить.

– Не знаю, – честно призналась. Такая ответственность. Я с трудом как мне казалось, справлялась с тем, когда приходилось отвечать за Кристофа и Мальетту,  а тут еще столько новых людей. И все полны надежд на будущее.

– А я думаю, все будет хорошо. Кстати, мой друг из Конгломерата сообщил, что они перебрали твою старую квартиру по блоку. Пришлось для этого, правда, выселить новых жильцов, но  раз уж интерес к твоей особе такой неугасаемый, решили пойти на крайние меры.

– Зачем это Конгломерату?

– Им? Да почти что не зачем, так, чтобы шишки, живущие на Капитолии отстали от их поселенцев. А если серьезно, то мой приятель должен мне пару спасенных жизней, что его весьма тяготило. Так что подобная услуга оказалась очень даже к месту.

– Все равно не понимаю…

– Не это важно, тревожная ты женщина,  – Хэнк легко чмокнул меня в висок, заставляя замолкнуть на полуслове самым верным из способов. – Они нашли документы. На каком-то особом типе носителя, потому ни один датчик не сумел его засечь ранее.

– Где? – горло сжало так, что я едва могла дышать. В груди грохотало сердце, почти оглушая. – Где их нашли?

– В кухне. За одним из шкафов, под отделкой и финишным слоем, оказалась глухая ниша. Не знаю даже, как туда было можно поместить информационный носитель не развалив половину кухни, но твой первый супруг отменно справился. Столько лет искали. Если бы не крайний интерес, даже не знаю, нашли ли бы вообще. Я даже запросил сюда пару умельцев, чтобы перешерстили твои вещи еще раз, но повезло, что ребята на Капитолии управились быстрее…

– Ремонт. За полгода до смерти Сэмюэля мы обновили кухню, – тихо и задумчиво проговорила я. – Но это же не могла быть тогда. Все было спокойно, до того, как какая-то часть информации попала в общий доступ. Вот когда сведения оказались в Потоке, тогда Сэмюэль и заволновался, это было видно по его поведению…

– Скорее всего, он предполагал, что все так может обернуться и извлек часть данных из рабочего компьютера заранее. Ключевые файлы, без которых остальное бесполезно. Именно они так сильно беспокоили правительство. Ты хоть знаешь, чем он занимался, твой первый муж?

– Какие-то разработки, наука. Нет. Не знаю. Ему было запрещено об этом говорить, – все еще пребывая в растерянности, я покачала головой. Вся прежняя жизнь выглядела сейчас ненастоящей, похожей на фантастический фильм, где мне отводилась роль третьего плана.

– Вот и не забивай себе голову. Главное, что теперь ни у кого нет причин искать эти документы здесь, так далеко от Капитолия. Теперь тебя и твою семью оставят в покое.

– Ты уверен?

–  Сделаю все, чтобы так оно и было. Кроме того, мне обещали поспособствовать.

– И они больше не станут нас преследовать?  – словно не слыша последних слов, потребовала я ответ, вцепившись в куртку серигонца.

– Не станут, – грустно улыбнувшись, твердо сказал Хэнк.

**

Пару месяцев спустя

Мальетта смеялась, рассматривая временную полевую кухню. Со стороны казалось, что скоро предстоит строить целый жилой комплекс, если кто-то еще надумает присоединиться к нашему сообществу.

– У вас всего хватает? – пробегая мимо Мальетты, которая трудилась с парой других женщин над обедом, спросила я.

– Все есть, не переживай. Но мне казалось, что ты должна быть уже одета,  – строго погрозила ложкой моя любимая помощница, прежде чем вернуться к большим кастрюлям.

– Еще есть время.

– Остался всего час, а ты еще в рабочем.

– Я уже почти, – отмахнулась, направляясь в сторону стройки. Первый этаж большого хозяйского дома был почти сложен и  нанятые работники Бюро, при  помощи наших мужчин, выводили опоры для второго яруса. В сравнении со старым домиком здание получалось настолько внушительным, что казалось даже чрезмерным. Но я сама выбирала проект, так что поздно было что-то менять.

Место мы выбрали хорошее, чуть в стороне от бараков и сарая, рядом с высокими деревьями, что сейчас медленно набирались золотого оттенка, выглядя просто невероятно под ярким солнцем.

– Кристоф, ты где? – остановившись в паре шагов у будущего дома, громко позвала я, зная, что сын всюду следует за Хэнком и должен быть здесь.

– Мам? – из-за перегородки, что должна будет стать частью стены, выглянула лохматая голова, почему-то без шляпы. – Что ты хотела?

– Мне казалось, я просила поймать  Вольтажа и запереть его, пока у нас так много народу. Или хотя бы взять его на поводок. Твой зверь забрался в чан с закусками и теперь у нас все покрыто рыже-красной шерстью.

– Ма, но ему же плохо на поводке… – заканючил сын, осторожно отпихивая ногой от края своего зверя в надежде, что я не замечу проказника и не буду так яриться.

– Но  это не повод забираться в бочки с едой. Так что решай вопрос, пожалуйста…

– Велерина Индозо, – Хэнк появился рядом с Кристофом, но на меня не смотрел, демонстративно запрокинув голову к небу, – мне казалось, что ты должна сейчас должна доводить до идеала свою красоту. Через час приедет Дирек и новый секретарь Конгломерата регистрировать наш брак. А я по голосу слышу, что ты вся в пыли и трудах.

– А ты покрыт стружкой и потом, – не осталась я в долгу.  – И если думаешь, что такой неряха получит от меня «да», то ты крупно ошибаешься, серигонец.

– Я буду чист и опрятен, обещаю. Мы оба будем, – похлопав по плечу Криса, пообещал Хэнк. – А теперь не беспокойся и иди собираться. Я уже говорил с женщинами: Мальетта обещала, что сумеет закуски вымочить. К счастью, это всего лишь овощи, так что от лишней помывки с ними ничего не станет.

– Но так не может продолжаться…

– Конечно, нет. Но какое-то время, пока на ранчо так много посторонних и идет стройка, придется немного потерпеть.  А  там Вольтаж надрессируется, да и Крис научится за ним лучше присматривать. Мы тебе обещаем. Правда, парень?

– Обещаем, мам. – Серьезно кивнул сын, и мне показалось, что даже маленький черный нос, что выглядывал из-за штанины Кристофа, чуть дернулся вниз, кивая.– Не волнуйся.

– Ла-а-адно, – не слишком веря, впрочем, обещаниям, протянула я. – Но смотрите мне.

Я погрозила своим мужчинам пальцем, прежде чем повернуться в сторону старого домика. В обще-то все были правы, мне давно была пора одеваться, но я нервничала, словно в первый раз. Может, свою роль сыграло то, как непросто все получалось, или в моих чувствах к серигонцу,  а может я просто слишком много всего пережила, но прошло довольно много времени с того дня, как Джордж вернулся из госпиталя, пока нам удалось расторгнуть мой прежний брак и дождаться разрешения на новый. И  вот сегодня  в этот солнечный день почти на самом излете теплого сезона я должна была стать женой другого мужчины. Если ничего неожиданного опять не произойдет.

– Ты все еще здесь? И в таком виде?! – Мальетта решительно отбросила ложку в котелок и ухватив меня за руку, потащила в сторону дома. Обернувшись на ходу, женщина стала быстро давать последние указания оставшимся у кастрюль,– Проследите, чтобы стол поставили ровно. Козлы уже на месте, но мне кажется, они наискось.  И тарелки…

– Все сделаем, – задорно, переглянувшись со второй женщиной, кивнула мама Джуна, веселая и легкая на подъем, женщина. – Иди, наряжай нашу Рину.

Я попыталась было фыркнуть на такое самоуправство, но мне не позволили и слова сказать. Мальетта безапелляционно втолкнула меня в дом, и решительно указала в сторону ванной:

– Мыться, женщина. У тебя сегодня свадьба. И очень надеюсь, что эта последняя в твоей жизни. Так что я хочу, чтобы все прошло, как полагается.

Чувствуя что от волнения немного дрожат руки, я все же шагнула в душ и повернула вентиль. Теплая вода,  потоком хлынувшая на голову, помогла расслабиться и прогнать тревожные мысли, что донимали меня с самого утра.

Выйдя из душа, глянув на разложенное на постели прекрасное платье из молочного кружева, с виду простое, но так подходящее и к окружающей природе, и к самому празднику,  я совсем успокоилась. Все было правильно. И новый дом, с большим количеством спален. И улыбчивый мужчина, способный любую проблему превратить в досадную временную запинку. Даже парни что с верой и надеждой в нас забрали свои семьи с насиженных мест. У каждого из нас был свой долгий и трудный путь, так что стоило с этим считаться и относиться с уважением друг к другу.

Медленно, осторожно застегивая молнию на спине, заплетая волосы и крепя на них цветочный венок, я то и дело ловила себя на мысли, что улыбаюсь. Солнце медленно двинулось из зенита, плавно клонясь к горизонту, к зубчатому краю гор. Нужно было немного поторопиться.

Длинные столы сложенные из остатков грузовых контейнеров, укрытые кусками тканей, тянулись по всему двору. На больших тарелках дымилась еда, от которой рот тут е наполнялся слюной. Женщины постарались ради праздника и окончания сезона. Казалось, что гостей не так и много, но вместе с приглашенными работниками и некоторыми знакомыми из города, выходила почти что толпа, которую едва удалось рассадить на лавках.

Со стороны реки медленно наползал туман, музыка звенела и разносилась над ранчо, люди танцевали, то и дело выкрикивая пожелания и тосты. Над открытой площадкой сияли огоньки, очень похожие на ночных светлячков, собранных на тонкую леску. Все было замечательно, пока к нам с Кристофом не подошел взволнованный Джун.

– Мисси, там у ворот девушка стоит. Растерянная какая-то. С сумкой.

– Что ей надо? –  я поднялась из-за стола, выискивая взглядом Хэнка, который отошел переговорить с кем-то из гостей.

– Без понятия, Рина.  Я хотел подойти, да она как-то дернулась, странно. Может, мужиков боится. Всякое в жизни бывает. Давай вместе сходим? Чего она там стоит-то? Не до утра же ей там ждать, явно к кому-то приехала.

– Ну, идем, посмотрим, кто там пожаловал, – я легко оперлась на руку парня, и мы вместе, зацепив по пути Джорджа двинулись к гостеприимно распахнутым воротам ранчо.

– Хм. Вот это новость, –   я с интересом смотрела на одинокую, явно продрогшую от вечернего воздуха, девушку, что стояла под одиноким фонарем над воротами. – Она тебя предупреждала?

– Нет, – растерянно и даже как-то испуганно проговорил Джордж.– Мы давно не общались. Да и некогда было. То стройка, то развод. Я уж думал, что вся это ее блажь влюбленная прошла совсем. Может, она в каждого пациента влюбляется, кто ее разберет. А последние недели вообще не писала ни слова.

– И что же ей нужно? Как думаете? – мы так и стояли небольшой группой, глядя на Эскию, когда рядом появился Хэнк, за которым я отправила сына.

– О, прибыла! – с усмешкой фыркнул мой-наконец-то-муж. – Не быстро она. Уж думал, не справится.

–Ты знал, что она к нам пожалует? – я удивленно вскинула брови глядя на Хэнка. Казалось нелепым и каким-то невероятным, что он мне не сообщит такой важной информацией.

– А как иначе? Как она могла не приезжать? – с непониманием переспросил Хэнк, оглядывая нас всех. Но не найдя в глазах и тени понимания, покачал головой. – Она вингарийка по большей части. По крови то точно. А они однолюбы.  Чаще всего страсть возникает к особям того же вида, но бывают  и исключения. Как наш Джордж например. Так что она просто не могла не приезжать. Скорее всего, ждала. Когда контракт закончится.

– Но это же безумие и глупости, – неуверенно прошептал Джоррдж, глядя на красивую молодую женщину с розовой кожей.

–Уд как есть. Во вселенной много необычного, и этот случай не самый невероятный, уж поверь.

– И что мне теперь делать?

– Уж не знаю. Твоя женщина, ты и разбирайся. Но я бы начал с того, что забрал ее оттуда. Ночь приближается и скоро станет совсем холодно, а от ее поселка до нашего ранчо приличный кусок дороги. Думаю, она устала.

–А вы куда? – Джордж решительно переступил с ноги на ногу, а я вдруг поняла, что мой давний приятель и бывший муж впервые в жизни столкнулся  с тем, что теперь несет за кого-то ответственность. Даже в нашем браке это от него не требовалось, а вот с Эские такое не было возможно.

– Мы? А мы пойдем танцевать. У нас сегодня свадьба, – широко ухмыляясь, Хэнк подхватил меня на руки, унося туда, откуда долетали звуки музыки и веселые голоса гостей.**

На далекой планете Кирид-12, что у самой окраины транспортных путей, недалеко от космопорта стоит ранчо. Большой хозяйский дом, за которым вверх по холмам тянется густой лес, пара домиков поменьше, а в стороне бараки для погонщиков и сараи с рогатыми тунками. Жизнь на той земле сурова и полна лишений, погода не радует, то месяцами не давая дождя, то наваливая снега по самые крыши. Но никто из живущих на том ранчо не готов променять лишения своей земли на любые другие блага. Потому, что каждый нашел там свое счастье. Свое Эльдорадо, полное сокровищ.___________________________Уважаемые читатели, на этом историю я считаю завершенной. Мне более чем нравится, как все получилось.В целом, я сказала все, что хотела, хотя получилось несколько незапланированных героев и немного вильнул сюжет, но все в рамках первоначального плана. Многие спрашивали про продолжение и цикл: пока не знаю. В планах работа с "Клинком" ( после короткого перерыва и доработки плана) и с циклом "Вся королевская рать". Если я и стану писать дальше историю поселенцев на той планете, то вероятно, это будет либо независимая история, либо рассказ о подросшем Кристофе. Но это пока только мысль в пространстве.Большое спасибо, что поддерживали меня на протяжении всей истории, что следили за развитием событий и за тем, как наши герои преодолевают трудности, что выдала им судьба. Спасибо. И до скорой встречи в новой истории)