33-2

Возражать Морок не стал. Ловко взобрался на стол и шмыгнул в сумку. Пошуршал там и высунулся.

— Ты всегда с собой деньги с документами носишь?

Я пожала плечами.

— А вдруг меня дядя найдёт? Придётся бежать. А так – всё с собой.

— И что, бросишь своего жениха? — Морок усмехнулся в усы.

Я покусала губы и вздохнула.

— Не брошу. Предложу сбежать вместе. Тем более – кто кроме меня будет варить ему зелье?

Покопавшись на полках, я достала тетрадь с расчётами. На секунду замерла, наткнувшись взглядом на учебник по этикету. И не смогла сдержать улыбку. Забавно получилось с этими уроками, конечно. Алистер искренне считал, что меня придётся учить держать себя в обществе, я пыталась его запутать… А на деле, кажется, нужно было просто во всём признаться. Сразу.

Учебник тоже отправился в сумку – давно надо было его вернуть. Не хранить же его в комнате до выпуска, в конце концов.

Обратно к учебному корпусу я шла в приподнятом настроении. Казалось, всем трудностям и опасностям пришёл конец. Ещё каких-то полчаса, максимум, час – и в моих руках будет зелье для Алистера. А потом они вылечится. И тогда…

— Считаешь себя лучше других, поброждяжка?

Я внутренне выругалась и продолжила идти вперёд. Вдруг, прокатит?

Не прокатило. Миранда попросту преградила дорогу и встала передо мной, скрестив руки на груди. Столкнулись мы в центральном дворе академии. Было очевидно, что нападать при всех она не станет. Однако поливать меня грязью чужое внимание ей не мешало. Тем более, что многие здесь её поддерживали.

— Думаешь, внимание Грейвуда будет защищать тебя всю жизнь?

Она мерзко усмехалась. А мне даже ругаться не хотелось. Да и что я могла ей сказать? Что род Уинтертон намного знатнее рода Ларсен? Так она об этом и так узнает. Сразу же, как мы разберёмся с Геральдом, и я сниму личину. В конце концов, скрываться всю жизнь я не планировала.

— Что тебе нужно, Мира? — устало спросила я. — Если просто поболтать, то я спешу.

— Предостеречь, — хмыкнула она. — Возможно, ты считаешь, что Алистер Грейвуд влюблён в тебя. Что теперь он с радостью всё бросит и положит на алтарь твоего счастья… Но, уж поверь, это не так.

Я закатила глаза.

— Спасибо за предупреждение, Миранда. А теперь, если ты не против…

— Алистер будет делать только то, что ему скажет отец.

Я вздрогнула. В голове пролетели слова ректора про Уильяма Грейвуда. Мира презрительно фыркнула.

— Женится на том, на кого укажет отец. А тебя бросит как использованную вещь.

Она шагнула ближе ко мне и сделала вид, что снимает ворсинку с моего рукава.

— Знаешь, всё это может случиться намного раньше, чем ты ожидаешь. И тогда мы с тобой поговорим по-другому.

— Это вряд ли, — возразила я ледяным тоном. Двумя пальцами подцепила её руку за запястье и отвела от своего плеча. — Нам не о чем разговаривать, Мира. И, подозреваю, ректор Крейн, мой куратор, не одобрит, если вместо учёбы я займусь, хм, беседами. Счастливого пути.

У блондинки вытянулось лицо. О таком обновлении моего статуса она, очевидно, не слышала. Ведь это делало меня фактически неприкосновенной на территории академии.

Но задерживаться, чтобы полюбоваться выражением лица Миранды, я не стала. Обогнув её, я пошла к учебному корпусу. Где-то впереди мелькнул силуэт Гэвина. Я слабо улыбнулась и махнула ему рукой. Но задерживаться не стала.

Внутри было до ужаса мерзко. В конце концов, на моей памяти Алистер говорил многое. Он готов был противостоять бабушке. И даже готовился к тому, что отец выгонит его из рода… Но ни разу не говорил, что готов отказаться от рода сам.

Стал бы он отстаивать меня перед отцом? Я не знала. И искренне надеялась, что никогда не придётся этого выяснять. В конце концов, помолвка была заключена ещё давным-давно. И если Лиса до сих пор не сосватали за кого-то другого, значит, Уильям Грейвуд был не против такого расклада.

Именно этим я уговаривала себя, доставая в лаборатории нужные приборы. Когда разливала настоявшуюся смесь по колбам и вмешивала остальные ингредиенты. Когда в последний раз нагревала колбу до кипения и резко охлаждала в специальной камере.

Морок в душу не лез. Сидел на краю стола, притихший и задумчивый. Волнение выдавало лишь то, что он то и дело принимался умываться лапками. Явно места себе не находил.

Наконец, я закончила. Выждав четверть часа, я достала из камеры колбу и разлила её содержимое по флаконам. Три штуки оставила в лаборатории, а две плотно закрутила и положила в сумку. Убрала рабочее место и покинула лабораторию.

— Куда сейчас? — тихо уточнил Мор, сидевший у меня на плече.