37-3

Вздрогнув, я изумлённо обернулась к сидевшему на моём плече Мороку. Причём смысл слов до меня дошёл далеко не сразу. Прежде всего поразило то, что он в принципе решил подать голос.

До сих пор Морок никогда не раскрывал своих умений перед посторонними. В общем-то, Алистер был первым, кто узнал о том, что мой питомец способен говорить. И то лишь потому, что вчера вечером мы с крысом просто не заметили его прихода. Сейчас же ситуация была иной. Мор сам, по собственной инициативе, решил раскрыть свой самый большой секрет.

А в следующую секунду до меня наконец дошёл смысл сказанного, и я вовсе застыла.

— Что ты сказал? — тихо уточнила я, озадаченно хмурясь. — Откуда Геральд может о тебе знать?..

Морок совсем поник. Вяло перебирая лапками, он спустился ко мне на колени и там замер. Я бросила на Алистера беспомощный взгляд, но он, похоже, тоже ничего не понимал. Зато Констанция подалась вперёд и хищно прищурилась, явно сканируя моего товарища магией.

— Как интересно, — пробормотала она. — Никогда не видела подобного… И давно вы знакомы?

— Около семи лет, — растерянно пробормотала я, прикрыв Морока ладонью. — Встретились во дворе у Кайлы и Роджера. Где-то месяца через три после того, как я стала у них жить.

— А ты в курсе, дорогая, что крысы столько не живут?

Вздрогнув, я уставилась на совершенно поникшего Морока. Снова нахмурилась.

— Но Мор же не обычная крыса, — слабо возразила я и погладила жёсткую шёрстку. Под моими прикосновениями он словно ещё сильнее сжался. — Он… магический.

Прозвучало слабо даже для меня. Впрочем, я и сама понимала, что это едва ли аргумент. Магических животных не существовало. И в глубине души я давно знала: с Мороком что-то не так. Но просто старалась не задумываться об этом.

Констанция хотела что-то пояснить, но не успела. В этот момент дверь в гостиную распахнулась, и внутрь вошёл Итан а за ним…

— Ректор Крейн? — ахнула я. — Почему вы здесь?

Почему здесь оказалась Констанция, я не спрашивала. Очевидно, что после потери поверенного, ей требовался новый юрист. И, учитывая обстоятельства, требовался срочно. Итан же, как ни иронично, был тем, кто совершенно точно не станет работать на Уильяма Грейвуда. Тем более, находился он в Лейквуде, где в данный момент собрались все действующие лица. Идеальный вариант.

Но вот присутствие ректора я объяснить не могла никак.

— И вам доброе утро, Виктория, — усмехнулся он. — Рад видеть вас в добром здравии. Алистер, доброе утро. Леди Блэк, вы как всегда ослепительны.

Итан тем временем прошёл к столу и поставил стул для ректора. Под мышкой у него была зажата стопка листов.

— Надеюсь, вы не против, леди Блэк, — мрачно проговорил он. — Лорд Крейн утверждал, что обязан присутствовать при беседе, так как здесь задействованы интересы его подопечной. И показал документы о кураторстве… Виктория, вы действительно приняли кураторство ректора академии?

Судя по тону Итана, я совершила величайшую глупость. Впрочем, мне было нечего стыдиться, так что я кивнула.

— Это помогло избавиться от излишнего внимания дяди.

— Жаль, ненадолго, — прокомментировал Крейн, глядя мне в глаза. — Вчера вечером в академию поступило требование отстранить тебя от занятий. А также разорвать договор о кураторстве. Всё это Геральд требовал на правах опекуна. И вот у меня вопрос, — он повернулся к Итану, — у него действительно есть это право?

Тот печально усмехнулся и покосился на меня. Опустился на своё место и только после этого ответил:

— Я как раз только что пробил этот вопрос по своим каналам. — Он положил на стол принесённые бумаги. — К счастью, у меня есть хорошие знакомые, готовые предоставить информацию даже в выходной день.

— И? — не выдержала я. У меня даже ладони вспотели от волнения. Пришло понимание, что если Геральд был моим опекуном, то он точно попытается оспорить наш с Лисом брак. Более того, у него это вполне может даже получиться. И тогда я снова останусь без защиты…

Итан понимающе усмехнулся.

— Документы на опекунство были поданы в этот понедельник. Обычно процедура занимает довольно много времени – два месяца, если быть точным. Но по личной просьбе Уильяма Грейвуда процесс ускорили.

— Удобно иметь в сообщниках члена совета, — задумчиво пробормотал Крейн. Итан кивнул.

— Приказ о предоставлении опекунства был подписан в пятницу вечером, — закончил он, и у меня сердце рухнуло в пятки.

Выходит, он дождался, пока получит на меня права, и только после этого начал действовать? Отправил распоряжение об исключении из академии. Оспорил кураторство… Обвинил моих родных!

— И… что теперь? — прошептала я онемевшими губами.