Глава 39-1

Вечером в воскресенье нам пришлось вернуться в академию. Конечно, мы пытались возражать. Однако силы были объективно не равны.

Оливия категорично заявила, что спальных мест в доме не хватает, а терпеть нас двоих на диване в гостиной и дальше она не готова. Кайла поддержала её и напомнила, что вечером субботы им с Роджером и детьми пришлось спать на одной гостевой кровати вчетвером. А к вечеру в дом к Итану вновь заглянул ректор Крейн и окончательно поставил точку в споре:

— Если вы вдруг забыли, Виктория находится под моим кураторством. Так что халатного отношения к учёбе я не потерплю. Будьте готовы через час, довезу вас до академии.

Они с Итаном ушли в кабинет, а мы остались в гостиной. Оба в совершенно расстроенных чувствах. Хотя в чём-то эти люди были правы. Мы с Алистером сделали всё, что могли. И сейчас только мешались под ногами.

Но как же не хотелось отсиживаться в академии, когда тут решаются такие важные вопросы!

— Мы все за вас переживаем, — немного сгладила ситуацию Констанция. Она ночевала она в гостинице, но уже с утра вернулась к нам. — А в академии сейчас самое безопасное место. Там до вас добраться сложнее всего.

— Зачем до нас добираться? — насупилась я. Кто бы что ни говорил, но было обидно, что самое интересное будет происходить без нас. — Доказательства все у вас есть. Убивать нас нет смысла. Да и взять с нас нечего…

— А как же месть? — хмыкнула Констанция. — И, кстати, доказательства можно оспорить. А насчёт того, что нечего взять…

Она обернулась через плечо. Туда, где из-за кухонной двери торчали три любопытных носа. Женщина усмехнулась и погрозила детям пальцам.

— Я вам говорила о том, что подслушивать нехорошо? — строго упрекнула она.

Хью с Заком слегка стушевались, а Софи густо покраснела. Носы исчезли.

— Идёмте-ка в гостиную, — предложила леди со вздохом. — Им совершенно точно не стоит этого слышать.

В гостиной мы заняли уже привычные места. Констанция села в кресло, мы с Лисом – на диван. Дверь она заперла заклинанием. А следом – ещё и навесила полог тишины, за что получила недовольный взгляд Алистера.

— Ну прости, дорогой. — Она закатила глаза. — Тебе ещё восстанавливаться и восстанавливаться.

Тут она, конечно, была права. Сейчас даже простые заклинания давались Алистеру с трудом – я же видела, что вчера к ночи он едва на ногах держался. Но я всё равно видела, как непросто Лису чувствовать себя беспомощным.

— Уж с пологом я бы справился, — проворчал он.

— В академии своей выпендриваться будешь, — жёстко возразила она. — И вообще – почему ты мне ничего не сказал о болезни?

Алистер поджал губы и отвернулся, а его бабушка не унималась:

— А когда узнал, что дело в лунаритах? Почему не написал? Достала бы тебе лунары…

Муж резко выпрямился, сердито нахмурился.

— Потому и не сказал. Это слишком дорогой подарок. Уж поверь, я знаю, сколько стоят браслеты с лунарами – отец просветил…

— Дурень ты, — оборвала Констанция. — И гордый. Прям как дед твой.

Она с осуждением покачала головой и вздохнула.

— Я бы достала лунары. И это бы ничего мне не стоило.

— То есть как это? — опешил Лис.

Женщина молчала не меньше минуты, глядя на стоявший на столике графин с водой.

— Это связано с причиной вашей помолвки, — проговорила она наконец и подняла голову, пронзая нас взглядом. — Как я уже упоминала, организовала Розалинда. Сразу после смерти дочери.

Я кивнула. Знала, что за загадочного Себастьяна меня просватали едва ли не с рождения. И слова Констанции лишь ещё раз это подтверждали. Но при чём здесь лунары?.. А хотя!

— Организовала? — пробормотала я и ахнула: — У меня в приданом были лунары? И бабушка отдала их вам на хранение?.. Но это же… это…

Я обернулась к Лису, который непонимающе хмурился.

— Получается, мы сможем сделать тебе два браслета? Прямо сейчас?

— Ну нет, — возразил он. — Как я уже и говорил, я не буду…

— Помолчите вы или нет?! — рявкнула вечно такая сдержанная леди. — Крейн дал нам час. Не уложимся – ваши проблемы.

Я зажала рот ладонью. Лис согласно кивнул. Леди Блэк закатила глаза, но продолжила рассказ.

Оказывается, причины помолвки в самом деле крутились вокруг моего приданого. Но не только.

Началось всё, как ни странно, с замужества самой Розалинды. Её род давно обеднел, и в качестве приданого она получила клочок земли на берегу Северного моря. Плодородной земли там не было, дорог и нормального выхода к морю – тоже. Вдоль скалистого берега ютилось несколько рыбацких деревушек. Земли были абсолютно бесполезны, и никто не обращал на них внимания. Ну есть и есть.

Пока на этих землях не появился Бенедикт. Тогда Розалинда разозлилась на дочь за то, что так быстро выскочила замуж, да ещё и за неподходящего мужчину. И заявила, что если он хотел войти в род Уинтертон, то сильно просчитался. И, поскольку совсем без приданого оставить дочь не могла, буквально швырнула в неё этими землями. Заявила, что это всё, что им светит.

А Бенедикт с Элеонорой подумали… и поехали исследовать новое имущество.

Констанция не знала, что именно Бенедикт искал на этих землях. Не знала, как и зачем он решил исследовать почву. Видимо, заметил что-то необычное и решил убедиться. А поскольку для него было немыслимо отправляться в путешествие без походной лаборатории, то и исследования провёл там же.

Вернулись они с Элеонорой крайне довольными. А потом начали наведываться туда с завидной регулярностью. Розалинда долго не понимала причину. До самой смерти дочери.