4-4

Алистер

В академию я возвращался уже затемно. Сперва думал о том, чтобы остаться в городе, но в итоге решил не рисковать. Первые занятия начинались рано, а до академии ещё предстояло добраться.

Пришлось брать наёмный экипаж, хотя за позднюю поездку с меня содрали двойную стоимость. Академия находилась на острове, в самом центре озера, и в это время оттуда никто не уезжал.

Глядя в окно экипажа, где в поверхности воды отражались ночные огни Лейквуда, я пытался продумать план.

Хотелось верить, что в людях я разбирался неплохо. И что-то мне подсказывало, что идею с игрой в отношения Венди предложит мне засунуть куда подальше. Давить и угрожать? Я был почти уверен, что результата это не принесёт. Да и в конце концов, я в этих отношениях был заинтересован намного больше, чем она.

По одной простой причине: в академии Лейквуда простолюдины не учились. Каждый студент был носителем какой-нибудь гордой и безусловно древней фамилии. А значит, каждый был на виду. Нельзя просто взять аристократку и выдать её за другую аристократку. Обман моментально раскроется. Другое дело – никому не известная девчонка. С ней можно было придумать всё, что угодно. Нарисовать несуществующее прошлое. Придумать потерю памяти. Или сочинить любую другую ересь.

Был, конечно, ещё один вариант – найти для своего плана девушку в городе. Но здесь тоже были серьёзные минусы. Прежде всего, её было бы невозможно контролировать – слишком далеко. Кроме того, сколько ей ни заплати за помощь, кто-то всегда сможет заплатить больше.

Оставалось работать с Венди. Уверен, при должном усердии из неё могла выйти неплохая Виктория. Осталось её достаточно замотивировать. Но вот чем? Не угрожать же бесконечно кулоном. Идеальным вариантом было бы предложить защиту, но она ясно дала понять, что подобное её не интересует. Даже ночёвка в мужской раздевалке её не переубедила.

Эх, узнать бы, как она оттуда вылезла. Был бы отличный дополнительный повод для шантажа.

В глубокой задумчивости я вылез из экипажа, миновал ворота, прошёл через парк и собирался уже свернуть к общежитию, когда у входа послышались голоса. Подчиняясь внезапному предчувствию, я плавно отступил назад и спрятался в тени деревьев. Прислушался.

— Видели, как отбивалась? Дикая какая!

—  Интересно, все простолюдинки такие горячие? Я бы её…

— Фу, Эд, не противно тебе? Она же грязная.

— Да я же пошутил.

— Кстати, крышу заперли?

— А она разве запирается?

Я стоял, затаив дыхание, и слушал, как голоса (по ощущениям, не меньше пяти) удаляются в сторону соседского корпуса. Интере-есно. Похоже, у меня всё же был шанс договориться со своей простолюдинкой, причём прямо сегодня.

Ухмыльнувшись, я одёрнул одежду и зашёл в общежитие. Значит, крыша. Что ж, тогда неудивительно, что парни выбрали именно наш корпус. Крыша была пологой, и дверь вскрывалась довольно легко. Дело в том, что раньше здесь располагалась главная голубятня. Ещё до того, как изобрели почтовые шкатулки.

Со временем почтовые голуби вымерли, голубятни на крышах корпусов снесли, оставили лишь самую старую. Видимо, посчитали историческим наследием или вроде того. А возможно, просто не смогли – несмотря на внешнюю хлипкость сооружение на нашей крыше было построено поистине на века.

Взбежав на последний этаж, я преодолел последний пролёт и толкнул дверь на крышу. В лицо ударил свежий ночной воздух, и я поднял воротник. В конце сентября, да ещё посреди открытого озера ветер пронизывал до костей, моментально выстуживая тело.

Венди я заметил сразу. Девушка съёжилась в углу небольшой клетушки в метре над поверхностью крыши, обхватив себя руками. И читала. Хотя в тусклом свете свет-камня едва ли можно было нормально что-то разглядеть.

Стараясь ступать неслышно, я подошёл ближе. И даже заглянул через плечо.

— Алхимические свойства драгоценных металлов? — прочитал вслух. — Неужели, так интересно?

Вздрогнув, она обернулась через плечо и испуганно уставилась на меня. Видно, решила, что вернулись те подонки? Которые не гнушались нападать впятером на одну девушку. Несколько секунд – и её лицо неуловимо расслабилось, хотя она продолжала смотреть напряжённо.

— Алист-тер, — криво улыбнулась она, стараясь не слишком сильно стучать зубами. — Пришёл позлорадствовать?

— Отнюдь. Если ты вдруг забыла, я живу в этом корпусе. Вот, вышел подышать свежим воздухом. А вот что здесь делаешь ты?

— Д-да, в общем-то, примерно то же самое, — буркнула она. — Люблю позаниматься на свежем воздухе.

— Понимаю, — серьёзно кивнул я. — Он, как бы это сказать… прочищает мозги и остужает голову, верно?

Она молча кивнула. А я обратил внимание, что пальто у неё хоть и имелось, но было совсем тонким. В качестве шарфа же выступал мой собственный шейный платок. Что ж, лишний повод попросить об услуге. С её стороны.

Но Вэнди этим поводом не воспользовалось. Более того, через несколько секунд она вовсе отвернулась и снова уткнулась в книгу.

— Тебе разве не нужна помощь? — не выдержал я.

— Нет, — невозмутимо отозвалась она. — Мне и т-тут хорошо.

Она сидела на полу небольшой клетушки, находившейся на крыше одного из самых высоких корпусов академии. Посреди озера. Под ледяным ветром. У неё занемели пальцы и посинели губы. И она всё ещё не собиралась меня просить.

Дура.

— Уверена? — вкрадчиво уточнил я. — Я ведь могу помочь тебе выбраться.

Она снова вскинула голову. И посмотрела мне в глаза. Пронзительно так. И улыбнулась.

— Ты предлагаешь потому, что искренне хочешь помочь, или потому, что тебе что-то нужно? — спросила она неожиданно ровно.

Несколько секунд мы молча мерились взглядами. Ветер трепал тёмные волосы, но взгляд оставался решительным. Пока не прилетел особенно сильный порыв, продув насквозь даже меня. Венди поёжилась и отвернулась.

— Ну и сиди здесь, — процедил я.

И, развернувшись на пятках, направился к выходу с крыши. Хлопнул дверью. Спустился на пятый этаж… и остановился.

Внутри шевелилось невероятно гадкое чувство, которое я никак не мог назвать. Но чувство это никак не позволяло мне продолжить путь, зайти в комнату и забыть о мёрзнущей на крыше девчонке.

— Да чтоб тебя! — выругался я сквозь зубы. И, добавив ещё пару витиеватых фраз, побежал вверх по лестнице, перескакивая через ступени.