14.5

Какое-то время я просто наслаждалась тем, что из головы улетучиваются все ненужные мысли, мне тепло и хорошо. Глаза я открыла, когда почувствовала, что начал мерзнуть кончик носа! Демоны бы побрали Рана! По полу ванной комнате гуляли снежинки, да и тот чье появление они знаменовали, не заставил себя жрать. Я, осознав, что происходит, ойкнула и поглубже занырнула в пену. Как хорошо, что я плеснула ее щедрой рукой, и сейчас она скрывала меня лучше любого одеяла. Ну а о том, что я сижу тут совершенно голая, я старалась не думать. И так щеки горели от смущения.

Ранион материализовался из пробежавшей по помещению вьюги и без тени смущения уставился на меня. Он уже переоделся в светлые брюки и серебристую рубашку, расстегнутую на груди. Длинные волосы были заплетены в замысловатую косу. Неужели сам научился ее плести? Хотя за восемь лет одиночества и не такое освоишь.

— Ты вообще обнаглел, да? — возмутилась я, жалея, что не могу дышать под водой и поэтому не могу занырнуть с головой и спрятаться под ненадежной защитой пенки. Ледяной последний, кого бы я хотела видеть, когда принимаю ванну. Точнее, я вообще бы предпочла остаться в одиночестве!

— Вообще-то я привел твоего кота! — как ни в чем ни бывало, возразил Ран, словно мы встретились в библиотеке и на мне не пенка, а благопристойное платье.

— Во-первых, кота я тут не вижу, а во-вторых, оставил бы себе. Похоже, вы с ним спелись.

— Ну, он хотел домой. И оставил я его на твоей кровати.

— А ты откуда знаешь, что именно хотел этот мохнатый? — От удивления я даже забыла, что вообще-то дико смущена ситуацией. Может, я еще что-то не знаю о способностях ледяных драконов? Но все оказалось намного проще.

— Морда у него была несчастная, — сообщил Ран.

— Несчастная морда может значить, что угодно, от «я хочу жрать» до «возьми на ручки, меня давно не жалели», — возразила я.

— Видишь ли Валенси, — тихо произнес Ранион с такими мурлыкающими интонациями, что я поняла, его общение с Пэрсиком прошло не зря. — Меня тоже давно не жалели.

Я сглотнула, не зная, что ответить на это двусмысленное заявление, но к счастью Ран в ответе и не нуждался.

— А еще я подумал, что ты захочешь вот это…

Он показал мне объемный голубой халат, с виду мягкий и теплый. Ледяной, действительно, сжимал его в руке, когда появился. Но я просто не обратила внимания. Меня занимали немного другие вещи.

— Спасибо, — сказала я и сглотнула. — Халат действительно кстати. А теперь ты уйдешь и оставишь меня?

— Не угадала, — с хитрой улыбкой отозвался он и приблизился. — Но чем мы займемся, решать тебе…

— В смысле?

— Я могу принести бутылку вина, которую мы не допили и ты составишь мне компанию… или… — он выдержал паузу, — Могу снова попробовать тебя поцеловать. И очень сильно сомневаюсь, что сейчас ты будешь пытаться от меня сбежать. Впрочем, если все же решишься, это будет неплохая альтернатива поцелую, но предупреждаю, я тебя непременно поймаю.

— Неси вино, — тут же отреагировала я, — сейчас я выйду и присоединюсь к тебе.

— Нет, — отозвался он. — Это лишнее. Тут интереснее.

— Не мне… — шепнула я, в разлетающиеся по помещению снежники. Сам Ранион уже растворился. Вот на что я в очередной раз подписалась? Оправдывало меня лишь полное отсутствие выбора. Но интуиция подсказывала сидеть голой в ванной и пить вино в компании ледяного дракона не самое правильное решение в моей жизни.

Я застонала и сделала единственное, что могла — плеснула полпузырька пенки и посильнее открыла воду, чтобы пузырьков стало, как можно больше. Если повезет, к возвращению Раниона у меня из пены будет торчать один нос.