Глава 4

Если бы еще недавно мне сказали, что моя жизнь перевернется на сто восемьдесят градусов-я бы ни за что в это не поверила. Все получилось ровным счетом как в кино, жаль без романтического уклона. Через несколько месяцев после не самого радужного события в жизни Максима, да и в моей тоже, он просто поставил меня перед фактом-теперь мы богаты. Не знаю, что именно брат вкладывал в это слово, но когда он привел меня в нашу новую квартиру, у меня почти отвисла челюсть. Огромная четырехкомнатная квартира со специально оборудованной спортивной комнатой. Даже сейчас, спустя полгода не могу привыкнуть, что живу как королева. Нравится ли мне эта роскошь? Безусловно, да. Вот только факт того, что с приходом больших денег в нашу жизнь, я практически перестала видеть брата и Олега, меня бесконечно удручал. Я и раньше-то видела их нечасто. А теперь и подавно. Со временем большие деньги не казались таким уж приятным бонусом. Да, в школе все изменилось, только почему-то временами казалось, что я стала еще более одинокой, чем была. Если бы не Тоша, от тоски можно было бы сразу отправиться в мир иной. А предстоящие выпускные экзамены и приезд нашей тетки-цербера еще больше снижали градус моего настроения.

Нет, на самом деле не такая уж она и плохая, какой ее считает мой брат. В конце концов, если бы не она, то мы бы задержались в детском доме не на год, а значительно больше. Если Максим уплыл бы на свободу через год, то я бы так и осталась куковать с вечно спущенными колготками и хроническими соплями вплоть до совершеннолетия, ибо никто бы ему не отдал такую мелочь как я. Так что, при любом раскладе тетю Аллу надо поблагодарить. К тому же, «воспитывала» она нас недолго. Когда мне стукнуло семь тетя отправилась обратно в свой городок залатывать разбитое сердечко своего только что разведенного сына. Надо отдать ей должное-жизнью нашей интересовалась, но особо не вмешивалась, разве что по телефону изредка промывала мозги Максиму и частенько грозилась приехать. Но к счастью, делала это исключительно редко и на считанные дни. Вот только в этот раз похоже надолго и отвертеться уже не получится.

— Вик, ну не дуйся. Не могу я тебя оставить одну на две недели. К тому же экзамены эти. Тетка тебе хотя бы готовить будет, следить. Ну, господи, чего я тебе объясняю, как маленькой?

— Если не маленькая, то оставь меня одну. Квартиру я не спалю, тем более тут противопожарная система, а еду сама себе приготовлю. Вкусную, а не ее молочный суп. Раньше ты оставлял меня одну и ничего. К тому же может Олег придет пару раз посмотреть, что у меня и как. Я справлюсь.

— Раньше было всего на пару дней, и никакой Олег не придет. У него и так хватает дел. Все, это больше не обсуждается, — присаживается ко мне на кровать и убирает с колен Тошу. — Во-первых, я просил тебя не пускать кота на кровать и прекрати его таскать повсюду с собой. А, во-вторых, пойми, мне так будет спокойнее. Ну не смотри ты на меня так, пожалуйста.

— Не буду. Нам в дверь звонят, кажется, я даже знаю кто именно.

— Тогда натягивай улыбку и пойдем ее встречать.

Максим выходит первым из комнаты, в очередной раз зло посмотрев на кота. Он так и не простил Олегу его пушистый подарок. Вопрос почему он ему не особо рад, остается для меня загадкой и по сей день.

— Пойдем, Тошик, встречать цербершу. Только не писай ей в тапки, она потом тебя ими задавит как таракана.

Встаю с кровати и нехотя иду в прихожую. Издалека вижу недовольное лицо тети Аллы. Та осмотрела меня задумчивым взглядом, спасибо, что не презрительным, молча прошла в гостиную и с противным цоканьем начала осматривать квартиру. Так и хочется сказать «завидуй молча» без противного звука, вылетающего из ее рта, но Максим одарил меня таким взглядом, что я вовремя прикусила язык.

— И когда ты такое успел заработать, Максим? Или украл?

— Безбожно крал, ну и работу работал, — опираясь на подлокотник дивана, с нахальной улыбкой произносит мой брат.

— Несмешные шутки. Причем вообще.

— Ну так я и непрофессиональный шутник, могу себе позволить лажануть разок-другой. Присаживайтесь, Алла Михайловна. Давайте выпьем за встречу.

— Этому ты ребенка учишь?! Пить? — с возмущением косится тетя Алла.

— Ну не совсем уже и ребенок, а вообще я про чай… с мятой. Для успокоения нервов.

— Снова не смешно. Ладно, надеюсь все же никого не обокрал и ребенка не распустил. Вик, как дела? — поворачивает голову в мою сторону.

— Нормально. Ну я пойду, а то у меня еще по графику десять вариантов теста на сегодня.

— Молодец, что готовишься, — не успеваю развернуться, чтобы пойти к себе в спальню, как тетка бьет мне по рукам своей костлявой ладонью. Ойкаю от неожиданности, на что тетя Алла только хмыкает. — Сегодня же надо купить глистогонные.

— Чего?

— Прекрати грызть ногти, вот чего! Так, ладно, это с братом обсудим. Хотела заниматься-иди.

Наконец разворачиваюсь и быстрым шагом иду в комнату, закрываю за собой дверь, но природное любопытство не дало мне просто так остаться в стороне. Ухо само по себе устремилось подслушать. Вот только кроме причитаний тетки больше ничего услышать не удалось. Так и началось мое двухнедельное заточение с цербером в придачу.

***

Через неделю жизни с тетей Аллой я окончательно сдулась. Если я в тайне надеялась, что между дебильными тестами я буду изредка почитывать женские романы и поедать сухарики с чипсами, заедая предэкзаменационный стресс, то мои надежды канули в лету. Меня караулили, казалось, двадцать четыре часа в сутки. Ни тебе вкусняшки в кровати, ни романа. Даже помечтать грымза и то не дает, только подумаю о чем-то приятном, как тут же в спальне появляется она. На восьмой день мои нервы достигли апогея, но тут видимо тетя Алла решила проявить благодушие и решила отправиться погулять. Сделав сосредоточенное и серьезное лицо, проводила тетку и закрыла за ней дверь. Как только услышала заветный щелчок, тут же облегченно выдохнула. Взглянула на себя в зеркало и впервые за столько дней улыбнулась. То ли предстоящей передышке без цербера, то ли увиденному в зеркале. Впервые за все время я ощущаю себя нормальной. Выпуклостями спереди еще не обзавелась, но лицо однозначно похорошело, гляди и грудь подрастет. Поправила майку и вприпрыжку побежала в спальню. Завалилась на кровать, достала планшетник и окунулась в мир любовно-эротических страстей. Только я дошла до самого пикантного, как в дверь стали отчетливо звонить. Ну неужели нельзя было погулять больше получаса?! Сжимая кулаки, почти со слезами на глазах пошла в прихожую. Распахнула дверь и обомлела. Стоит мое счастье синеглазое в легком белом джемпере и простых светло-синих джинсах. Сверкает своей самой красивой улыбкой в мире и барабанит пальцами по большой круглой коробке.

— Впустишь? — киваю и отхожу в сторону, пропуская Олега вперед. Ну как можно быть таким… самым-самым?

Скидывает с себя обувь, поворачивается ко мне и осматривает меня долгим внимательным взглядом. Три месяца… целых три месяца не видела его вживую. Не обновляемая страничка в соцсети не в счет, да и две единственные фотографии и так давным-давно скопированы на мой компьютер. Смотрю на его чуть отросшие волосы и неизменную щетину и, кажется, сейчас наброшусь на него. А еще лучше зажму и не отпущу как Тошу. Только он не кот и тискать его не получится. Черт, почему мы оба молчим? Даже я понимаю, что это абсолютно неприлично. Первым наше молчание нарушает Олег тихим, почти беззвучным смехом.

— Ты так загружена подготовкой к экзаменам, что потеряла дар речи?

— Да, есть немного, — хватаюсь за голову, отводя волосы назад. Я впервые не знаю, что сказать. Почему у героинь в книгах все так легко получается? Наверное, я бы и дальше стояла как истукан, если бы не звонящий в спальне телефон. — Извини, я быстро.

Мчусь в комнату, но уже ни о каком звонке не думаю. Слышу только стук собственного сердца и судорожно вспоминаю, что на мне надето. Майка и джинсовые шорты, кажется, не все так плохо, жаль лифчика нет. Беру на ходу телефон, но ответить не успеваю. Ничего, Максим подождет.

— Ну и как подготовка к экзаменам? Полным ходом?

— Полным, — кидаю телефон на кровать и в очередной раз поправляю свои волосы.

Олег же чувствует себя совершенно уверенно, садится на край кровати и, кажется, проверяет мягкость моего матраса. Да уж, кто бы присел на мою кровать без спроса-ноги бы оторвала, вместе с руками. А его похоже наоборот приклеила бы к кровати. Боже, какая же я ненормальная.

— Чему улыбаешься?

— Да так. Радуюсь, что скоро тетка уедет, — сажусь рядом с ним на кровать, и Олег ставит мне колени коробку.

— Это тебе. Подготовка к выпускным экзаменам требует особых усилий, — сглатываю и открываю коробку, которая доверху набита разными видами шоколадных конфет с орехами. — Самые вкусные. Попробуй.

— Я и так знаю, что вкусно, — подумаешь, орехи не люблю, ну и пусть себе в зубах застревают. — Спасибо.

В который раз смотрю на улыбающегося Олега и понимаю, что что-то изменилось. Он никогда не был многословным, но, чтобы вот так, просто молчать для него тоже нехарактерно.

— Может чай хочешь? Пока тетка не пришла, а то потом не даст.

— Она что, и конфеты запрещает тебе есть?

— Ну конфеты не запрещает, но сколько хочется не дает. Чипсы и сухарики, правда, все выбросила.

— Ужасно. И вправду цербер.

— И не говори. Тебя давно не было, вы слишком много работаете. Если так много работать, то можно и не успеть пожить.

— А если не работать, то и не на что жить. Замкнутый круг. Значит усиленно готовишься к экзаменам. Молодец. К университету готова?

— Ни к чему я не готова. Я вообще туда не хочу. Попросила Максима пропустить год, ведь мне все равно семнадцать только в сентябре, когда как почти всем восемнадцать, а он уперся и ни в какую. Говорит, нечего пропускать год. Мол все равно не придумаю кем хочу стать, поэтому пока как все буду менеджером.

— Может он и прав. Бросить всегда успеешь, зато познакомишься с новыми людьми. Появятся новые увлечения. Студенческая жизнь значительно интереснее школьной. И я совсем не про учебу, — хмыкает Олег. — Вечеринки, парни и прочие прелести.

— Мне это не нужно, — грубее, чем надо выпалила я.

— Время покажет. Значит ты у нас сдаешь это страшное слово ЕГЭ, — переводит тему Олег. — Тесты значит решаешь.

— Ага, — не успеваю среагировать на быстрые движения Олега, как откуда не возьмись у него в руках оказывается мой планшетник. Несколько секунд и Самарский проводит пальцем по экрану. Мне хватило пару мгновений, чтобы осознать, что там не эти гребаные тесты. Еще пару секунд и мое лицо заливается краской, когда смотрю на ухмыляющегося Олега.

— Его пальцы неистово ласкали мою блестящую жемчужину. Это точно тесты? — не скрывая смеха произносит Олег.

— Отдай.

— Слушай, а чего жемчужина-то? У нее что, устрица между ног? И вообще, что это за героиня, у которой жемчуг в важном стратегическом месте. Дурацкое сравнение, не находишь?

— Нет, не нахожу. Прекрати это читать! Это вообще не мое, случайно открылось, ты на что-то нажал, наверное.

— Да точно, на что-то странное нажал, хорошо, что не на жемчужину. И все равно бред какой-то. Книжка ведь про любовь, наверняка, а получается про болезную героиню. Ну сама подумай, жемчуг он же имеет характерный перламутровый оттенок, это что получается у нее какая-то венерическая хворь.

— Ну хватит! — вскакиваю с кровати. — Не над кем подтрунивать?

— Ну прости. Не смог сдержаться. Дашь почитать на досуге?

— Дурак.

— Да ладно тебе, Вик. Ну что ты шуток не понимаешь, в самом деле? — встает с кровати и подходит ко мне. Становится так близко, что я ощущаю запах его парфюма, перемешанный с нотками табака. — Прекрати быть такой обидчивой. И не хмурь нос, тебе не идет.

Поднимаю на него взгляд и впервые так близко и долго рассматриваю его лицо, останавливаюсь на его губах. Как же хочется хотя бы потрогать его. Прихожу в себя только тогда, когда Олег вновь улыбается, слегка мотая головой из стороны в сторону. Быстро отхожу от него и открываю шкаф. Достаю оттуда коробку, упакованную в красивую подарочную бумагу и подаю Олегу.

— Знаю, что это нехорошая примета дарить заранее подарки, но не знаю, когда мы в следующий раз увидимся. Откроешь в день рождения, осталось всего несколько недель.

— А я несуеверный и открою сейчас. Или ты против?

— Не против, — мотаю головой и в который раз всматриваюсь в его синие глаза. Олег разворачивает запакованную мной упаковку, открывает коробку и достает мой подарок. — Я сначала хотела связать джемпер синего цвета, ну под цвет твоих глаз, а потом поняла, что все будет сливаться. По-моему, серый идеально подходит к твоим глазам, — Олег перебирает ткань руками и смотрит как-то странно, что невольно задаешься вопросом «неужели все так ужасно»? — Тебе не нравится? Не бойся, он прочный, не развяжется и вообще он теплый. Ну для осени, для зимы, — Боже, что я несу. Лучше бы молчала и не позорилась еще больше.

— Очень нравится. Это очень неожиданно. Вик, — кладет джемпер в коробку и снова подходит ко мне. Наверное, впервые за все время нашего знакомства на его лице появляется что-то сродни растерянности. Олег зарывается рукой в свои волосы и сильно их сжимает, что-то беззвучно произнося губами. Делает еще шаг ко мне и кладет руки на мои плечи. Наклоняется ко мне так близко, что я ощущаю его дыхание на своей коже. — Это все…

— Вика, ты почему дверь не закрыла?!

Олег успевает отстраниться от меня за секунду до того, как в комнату вошла тетя Алла. Дальше я уже не вникаю в суть разговора между этими двумя, в моей голове крутится только то, что он хотел, но не успел сказать. Сама не замечаю, как тетка провожает Олега в прихожую, я же беру коробку со своим подарком и иду к ним. Оглядываюсь назад и вижу, что тетя Алла нехотя идет на кухню, оставляя нас вдвоем.

— Ты забыл коробку, — подаю ее Олегу, тот крепко ее сжимает и как всегда без тени сомнений произносит вполне уверенным голосом:

— Это все пройдет, Вик. Пройдет, — не прощаясь, а только лишь подмигнув, развернулся и вышел из квартиры.

Наверное, в этот момент у меня стоял какой-то блок, потому что в очередной раз я не замечала свою тетку, которая что-то громко кричала на всю гостиную. Жаль, что через несколько минут сознание ко мне вернулось и не слышать более возгласов тети Аллы было просто невозможно. До меня доносились две вещи-не водить взрослых мужиков в собственную спальню и учиться, и еще триста тысяч раз учиться. Но вот как только тетя Алла вернулась к своим обычным делам, это тут же быстро вылетело из моей ненормальной головы. Набатом звучало только «это все пройдет».

И ведь прошло-и экзамены, и поступление в институт, и три года обучения в ненужном мне месте, и недовольство своей внешностью. Все прошло, кроме того, о чем говорил Олег. Я видела его редко, но метко-всегда с девушкой. Хотя не так. С девками. Иногда мне казалось, что он делал это специально. В душе я называла их похлеще, на десятой по счету мадам, считать я перестала. Зачем оно мне надо, это же просто девки, не проститутки, конечно, но недалеко от них отошли. У меня выработался своеобразный иммунитет, это все не всерьёз твердила себе я, пройдет время и будет новая. Олег и Максим ими просто пользуются, так, кажется, устроены мужчины. Ведь не любит же, а это главное. У меня выработался не только иммунитет, но и бесконтрольный поток слез тоже прекратился. Внешне я выглядела вполне спокойно и уверенно, благо с возрастом научилась показательно не пускать слюни на Олега. Но однажды моя уверенность в то, что эти девки закончатся и внимание обратят наконец на меня, канула в лету. В один прекрасный майский день я встретила улыбающегося Олега с симпатичной длинноволосой брюнеткой по имени Марина. И вот тут я впервые поняла-это не просто девка, он самым настоящим образом влюбился…