Глава 20

Демид

Рутина. Одна сплошная рутина. Если раньше на работу я бежал с удовольствием и желанием добиваться целей, то сейчас я хотел закрыться ото всех. Даже от жены, которая непозволительно счастливая ходила рядом. Предстояла процедура ЭКО.

Я нервничал, потому что до последнего не был уверен в том, что нам это нужно. Но она была счастлива. И я даже в какой-то момент поверил, что у нас может все наладиться. Обманываюсь ли я?

А сдача материала… Это было еще то испытание. Сидишь как зеленый пацан перед экраном с соответствующим фильмом, со стаканчиком в руках, спущенными штанами и пытаешься сделать то, что от тебя ждут.

Когда мы только начали обследоваться, я к этому отнесся с энтузиазмом. А сейчас психологический блок и все. Ни журналы и охающие бабы с экрана не возбуждали ни на йоту и не помогали в процессе, только лишь все портили.

И тогда я представил ее. Да, черт возьми. И с женой я представлял лишь ее! Потому что у меня рвет крышу. Потому что потек мозг. Впервые в жизни тогда в машине я почувствовал, как могу быть кому-то нужен. Потому что это чувство давно пропало из нашей семейной жизни со Снежаной. Хотя до последнего пытался ее выкинуть из головы. И в какой-то момент это практически вышло. Проблемы в компании заняли все место. А тут вот с этой пробиркой…

Но что делать, когда женщина сама отказывается от произошедшего? Что мне остается делать? Она ведь четко заявила, что это было ошибкой, а я был готов все бросить к ее ногам. Только одно ее слово, больше ничего от нее не требовалось. А эта непонятная ситуация с кражей. То, что наплела Снежа мало в это верилось. Но что-то во мне заставило усомниться в девушке. Возможно, это всего лишь отголоски обиды от ее отказа… черт теперь знает, почему меня так переклинило.

Сделав-таки что от меня требовалось, я сдал материал и вышел с поганым чувством из клиники. Почти вышел. Окликнул Сергей.

- Как настрой? - усмехнулся брат жены.

Нормальный кстати мужик, много лет своей жизни посвятил медицине. Повернут на своем деле. Со Снежанкой они совершенно разные. Даже не сказать что они родные.

- Да ничего, - отмахнулся.

- Снежа с ума сходит с этим ЭКО. У вас там все в порядке? - смотрит на меня внимательно.

- Честно, не знаю, - пожал плечами, прислонился плечом к стене. - Не знаю, что она так запрыгала, когда ее столько лет все устраивала.

- Темнишь, - хмыкнул, но расспрашивать не стал. - Но раз пришел, значит тебе это тоже нужно, - подметил он.

- Знаешь. Столько лет вместе, это уже как привычка. Мы приросли друг к другу за это время. Не знаю, остались ли чувства, но привычка есть. Я не представляю, что будет если мы разойдемся. Я же все для нас, для семьи… не понимаю только, надо ли ей это.

- Надо думаю, иначе бы не думала бы о детях. Только ошибка наша в том, что дети свяжут двух людей, а это далеко не так, - нахмурился он. - Просто, если тебе это не нужно, сказал бы ей сразу. Может, удастся тебе отговорить ее от этого?

- Да я сам не знаю. Ладно, поеду, работа.

- Ладно, счастливо.

Будет ли оно это счастливо или нет, никто не знает. Но работа меня снова отвлекла от всех этих дум и снова погрузился в нее с головой, утопая всеми конечностями.

Потом дни полетели с такой скоростью, что я не сразу мог понять, что на данный момент происходит. Все стало измеряться моментами - ЭКО прошло, теперь самое главное комфорт и спокойствие. Началась аудиторская проверка в компании, которой обещали выявить все и всех. Эти две недели тянулись. Напряжение росло. Ровно до тех пор пока Снежа не приехала с осмотра и не заявила:

- Дем, я беременна. У нас все получилось. Я так счастлива, - говорила она, сияя. Да, она была довольна. А вот был ли рад, я не могу сказать однозначно. Странное чувство поселилось внутри. А ведь так хотел этого когда-то. Но может все еще изменится с появлением ребенка и за время ее беременности я все же смогу привыкнуть к этой мысли. Я скоро стану отцом.

Вета

С новостью, что ЭКО удалось, кардинально в моей жизни ничего не изменилось. Я стала больше прислушиваться к себе. Стала более осторожной. Потому что на мне теперь огромная ответственность за эту беременность.

Вот-вот должны были закончиться занятия у Вани в школе. Поэтому я мысленно себя подготавливала к разговору со Снежаной. И в один из дней после посещения клиники, для того, чтобы сделать УЗИ, которое показало, что все хорошо, я позвонила Снежане.

- Да, - резко ответила она.

- Снежана Олеговна, я только что вышла из кабинета УЗИ. Все протекает хорошо. Поэтому хочу вас спросить, могу ли я уехать в деревню на все лето?

- В смысле на все лето? Ты что, забыла….

- Нет, вы неправильно поняли. Ничего я не забыла. Да и как такое забыть, - вздохнула, огляделась по сторонам и продолжила. - Я естественно буду посещать врача. Буду делать все, что мне назначают. Просто до осени перееду к бабушке. И сын занят, да и мне легче. Не в четырех стенах сидеть, все же полезнее на свежем воздухе. Есть плюсы. А к сентябрю мы вернемся. Вот о чем хотела вас попросить.

От тишины, повисшей в трубке, я усомнилась, что Снежана все еще меня слушает, но оторвав трубку от уха и убедившись, что звонок не прерван, снова приложила его к уху.

- А ты знаешь, так даже и лучше, - после небольшой паузы, все же заговорила женщина.

- Правда? - не поверила в ее согласие.

- Да. Только держи меня в курсе всех событий. Деньги будут стабильно перечисляться тебе на карту.

- Спасибо, - поблагодарила за разрешение. - Всего доброго, - попрощалась, и в трубке тут же раздался щелчок и звонок прекратился.

А дальше окончание школьных занятий и сборы в деревню. Единственное, за что я переживала, так это за Свету, которую оставляла тут одну. Оставался месяц до родов, если все будет хорошо. Но ее врачи даже успокоили тем, что все идет по плану. Так что она меня отпускала.

- Даже не думай за меня волноваться. Я, конечно, буду скучать по твоему борщу, но у меня тут Витя под боком. Так что езжайте, и не думай ни о чем, - напутствовала меня сестра.

А я ведь так ей ничего и не рассказала. Боюсь за нее.

Через пару дней, после разговора со Снежаной, мы с сыном отправились в деревню. Бабулю я предупредила заранее о нашем вечернем выезде к ней, поэтому больше чем уверенна, что нас будут ждать домашние пирожки с пылу с жару.

- А вот и мои родненькие приехали, - встречает бабушка.

Ее взгляд от меня не укрылся, как она оценила такси. Да, я ни разу к ней на такси не ездила. Все время на электричках. Но какой теперь мне общественный транспорт в положении? Про него пока можно забыть. Тем более что средства выделяются.

- Бабуль, - бежит обниматься Ванька.

Водитель вытаскивает из багажника пару сумок и уезжает.

- Ну что стоим, пойдемте в дом, - скомандовала бабуля, прихватив одну из сумок.

Вторую взяла я и отправилась за моими родными.

В большом деревенском доме как всегда пахнет детством. В доме тепло и уютно. А какие запахи разносятся, желудок тут же дает о себе знать.

- Устали с дороги, - причитает она, сразу взявшись за кухонные дела.

- Ба, не суетись, - попросила я, но что говорить, если все равно не послушает.

Поэтому наказала Ване помочь бабушке, а сама подхватила сумку и отправилась в нашу с ним комнатку. Здесь стояла софа, на которой любил спать сын и небольшая кровать для меня.

Разложила вещи в шкаф, открыла окно, вдохнув свежий воздух, присела на подоконник, как любила делать это раньше.

Сверчки стрекочут, чирикают ночные птицы. Воздух, чуть влажноват. Уперлась затылком в стену и прикрыла глаза. Божечки, как же хорошо. Так уютно и спокойно. Никуда не хочется торопится, ничего плохого нет желания вспоминать.

На каком то подсознании положила ладонь на живот, которого еще долго не будет видно и как будто ошпарившись отдернула руку, в страхе распахнув глаза. Сердце тут же подпрыгнуло, ударившись о ребра. В ушах зазвенело.

Нет, это не мой ребенок. И не нужно никаких нежностей. Я всего лишь инкубатор, как бы обидно это не звучало.

Нельзя привыкать к мысли, что у меня будет ребенок. Он будет, но не у меня. Его же мне даже не покажут, наверное.

Но как представлю, что я не должна его любить все то время, что он находится у меня под сердцем, все это время, я должна гнать от себя мысли о малыше. Как маленький будет чувствовать себя все то время, что его не любят? Любовь же она течет по венам, протекает в каждой клеточке малыша. А если ее не будет?

Я Ваньку ждала с нетерпением. Какими бы отношения не сложились с его отцом, я очень любила своего непоседливого малыша. Разговаривала каждую ночь, гладила живот. А тут? Как быть тут? Его же не будет любить все это время родная мать… Я даже не уверена, что Снежана способна на любовь вообще…

- А ты куда у нас пропала? - в комнатку отворилась дверь и заглянул Ванька. - Пойдем, мы накрыли на стол, все готово.

- Да, иду, - слезла с подоконника, закрыла окно и отправилась за сыном.

Ужин самый простой, но такой вкусный, что можно вилку проглотить. Бабушка наварила вареников, с картошкой и капустой. А с домашней сметаной, это просто песня.

- Как у вас дела? - заговорила первой бабуля.

- Все в порядке, - отвечаю. - Первый класс позади, вот приехали к тебе в помощники набиться.

- А как же твоя работа? - едва заметно нахмурилась бабушка.

- А меня отпустили на лето. Работы мало, поэтому им проще выплатить треть оклада, чем полностью зарплату за три месяца. Да и в отпуск уже не попрошусь после лета, - сочиняю на ходу. Я предполагала, что бабушка будет задавать вопросы, но я не готова была на них отвечать. Да и про беременность я ей не хочу рассказывать. Ни к чему это. Да и к сентябрю еще ничего не будет видно.

- Ну и хорошо, - улыбнулась. - Поживете у меня, мне только в радость.

- Ба, а где Степа? - в разговор влез Ваня, вспомнив кота, тем самым прекратив бабулины расспросы.

- Так гуляет, понятное дело, - улыбнулась, с любовь смотря на правнука.

- А-а, - протянул сын. - Хорошо, - застучал ложкой по тарелке, уплетая вареники.

- Твои друзья, кстати, приехали. Вчера. Бабки довольны до потери пульса. Теперь все, держись улица. Банда в сборе, - смеется бабушка.

- Петька с Семой? - воскликнул сын.

- Они самые. Так что завтра думаю, уже будут тебя ждать. Я им ляпнула накануне, что ты тоже должен приехать.

- Круто, - Ваня сияет от счастья.

- Поел, а теперь топай спать, а мама твоя немного мне уделит внимания.

- Спокойной ночи, ба, - прощается сын, целует меня в щеку и, убрав свою тарелку в раковину, уходит в спальню.

Я собираю посуду со стола и разливаю чай по чашкам. Бабушка достает мое любимое вишневое варенье.

- Ну а теперь рассказывай, как все есть на самом деле, - все же не скрыть от нее ничего. Мой мозг стал быстро перебирать варианты отступления, но ничего не находилось, что можно было ей сказать.

- О чем ты? - делаю пару глотков ароматного чая.

- Не темни, Вета. Это Свету ты можешь дурить. Она сейчас до истины не способна докопаться, находясь в своем положении. А вот от меня ничего не скроешь, - прищурилась любимая женщина, словно сканируя меня своим проницательным взглядом.

- Ба, все именно так как я тебе рассказала. Правда. Я не понимаю твоих подозрений.

- Раз не хочешь рассказывать, то не говори. Придет время, все сама скажешь. Только вот я боюсь за тебя. Я же вижу, ты переживаешь. Все твои сомнения у тебя на лице, как бы ты не хорохорилась. Я же бабка хоть и старая, но советом бы помогла.

- Бабуль, я серьезно, у меня все в полном порядке.

- Ну, на нет и суда нет, - тяжело вздохнула и встала, начав мыть посуду.

- Я сама, ба. Иди, отдыхай, - протискиваюсь к раковине, отстраняя бабушку. - Иди, я сама.

Женщина на меня посмотрела внимательным взглядом и, кивнув, отправилась в свою комнату.

Я же быстро перемыла посуду, убрала со стола и вышла на улицу, как хотелось посидеть в беседке.

Небо чистое, звездное. Красота. Присев на скамейку, оперлась локтями о стол и задумалась. Но в мысли влез шорох листвы, а затем невнятное “мяу”.

- Степка, - усмехнулась я, разглядев большого рыжего кота. - Гулена, - кот подошел ко мне, боднул своей головой мою ногу. Я его подхватила и уложила на ноги. Тот тут же замурчал. Да так громко, что я перестала слышать стрекочущих сверчков.