Глава 21

Вета

Дни полетели один за другим. Я окунулась в домашние заботы. Лишь изредка выезжала на прием в клинику. Мои выезды совпадали с походом в магазин, плюс заглядывала к Свете. С ней мы могли проболтать пару часов. Чувствовала себя она прекрасно. И до родов оставалось совсем немного.

Потом я вызывала такси и ехала домой, в деревню.

Время посадок уже прошло. Теперь самое важное полив и прополка. Поэтому с самого утра в огороде борьба с сорняками, а к вечеру полив после знойного полуденного солнца.

Бабуля на меня поглядывает все задумчивее и задумчивее. Но разговор не затевает.

После сытного ужина, уложив Ваню спать, а засыпает он быстро, стоит только голову положить на подушку, я выходила на улицу. Садилась на качели садовые, которые мы с бабулей прикупили, и отдыхала, поглаживая живот. Который еще не заметен, но мне кажется уже начинает расти. Я нехотя, сама противореча своим мыслям, все больше привыкала к мысли, что во мне растет малыш.

Анализы все хорошие и все идет по плану, как заверяет меня Сергей Олегович. Да я и чувствую себя прекрасно.

Рядом укладывается кот, он тоже полюбил эти качели. Мягко, удобно, а вечером так я еще его и поглаживаю. Размурчалось мурчало, а я снова погружаюсь в свои мысли.

Откинулась на мягкую спинку, чуть покачиваясь, я закрываю глаза. Мурчание кота вводит в транс.

В какой-то момент все вокруг меняется. И теперь на улице не начало лета, а глубокая зима. Подняв голову к небу, я замечаю его синеву. Яркую, морозную. Даже мороз по коже пробегает. Все вокруг белым-бело. Выдохнув воздух, замечаю пар. Мороз.

Я, оглянувшись, словно кого-то высматривая, иду. Куда, сама не понимаю. Просто иду, словно знаю, что кого-то встречу, что что-то смогу увидеть.

Впереди я действительно замечаю высокого мужчину. Он в пальто, с небрежно повязанным шарфом на шее. Темноволосый. Без шапки. Так и хочется сказать, уши же замерзнут. Он везет коляску, красивого, небесно-голубого цвета. Он счастлив, улыбается и кривляет рожицы, смотря в коляску.

Я иду ему навстречу и он меня замечает. Улыбается. Мое сердце заходится в волнении. Мне хочется кричать от радости. Я чувствую, это он. Он, тот самый человек, который для меня значит все и даже больше. Но он проходит мимо меня. С этой очаровательной коляской, из которой доносится агуканье. А обернувшись, я вижу ребенка. Я чувствую, это девочка. Голубоглазая, с темными кудряшками, малышка…

Все меняется. Я словно вновь оказываюсь в своем теле, на своем месте. Я чувствую, как на мои плечи укладывают что-то ворсистое и теплое. Только сейчас я понимаю, как замерзла. Невольно опускаю руку на живот в защитном жесте.

- Вета, - слышу тихий голос бабули.

Открываю глаза. Оглядываюсь, не понимая, сколько времени прошло. Сколько я здесь просидела.

- А сколько сейчас… - уже утро, солнышко вот-вот появится.

- Пять утра, - произносит она. И внимательно меня оглядывает. - Беременна, - говорит, и это звучит не вопросом, а утверждением.

- Ну баб, - хочу возмутиться.

- Глупая, я же вижу, даже не отнекивайся, - садиться чуть ближе. - Кто он?

- Баб, ты не понимаешь, - качаю головой, понимая, что не смогу ей всего рассказать. Это слишком тяжело понять. Почти не возможно.

- И не говори. Вырастим сами. Дите любимо будет, - замолкает.

А мне от ее слов хочется плакать. Слезы наворачиваются на глазах. Внутри все сжимается. Если бы она только знала, что мне придется отказаться от малышки. Я уже была уверена, что во мне живет и растет маленькая крошка. Пусть еще и не покажет УЗИ пол ребенка, я была уверена на все сто.

- Только никаких тяжестей. Я лучше сама потихоньку, - смотрит на меня укоризненно. - Я все приглядываюсь и не могу понять, что в тебе не так. А теперь все поняла. Так, хватит мерзнуть, давай в кровать. Всю ночь тут просидела. Чтобы раньше полудня и носу не показала из комнаты. Я свежего молочка парного принесу, хлеба испеку. Давай, Вета, - подталкивает меня она. А я в этот момент чувствую себя такой маленькой и нужной девочкой, что слезы снова не заставляют себя долго ждать.

Проходит еще пара недель. Я приезжаю на очередной осмотр.

- Уже же можно послушать сердцебиение ребеночка? - задаю вопрос на УЗИ.

- Вам не положено, - отвечают мне.

- Почему?

- Чтобы не вызывать привязанность. Это политика нашей клиники, дело не в вас, - тут же заверяют меня.

К Свете прихожу без настроения, но оно тут же исчезает, потому что у них в квартире творится суматоха.

- Рожаем, - пробегая мимо меня, говорит Витя.

- Вить, тапочки мои найди, - за ним, держась за поясницу, ковыляет моя Светка. - Ой, Ветуль, а я тут вот, - морщит нос, придерживаясь за стену. - Похоже это уже не тренировочные. Наш богатырь Викторович решил обрадовать нас своим появлением.

Взялась помогать им. Собрали сумку с нужными на первое время вещами.

- Может чайку, - вдруг задает вопрос Витя.

- Чаю? Вить, по-моему твоя жена рожает, - смеюсь я. - Езжайте ребятки. Дверь захлопну, - отправляю их.

Вскоре я остаюсь одна. В тишине. Ну вот. Скоро у меня появится племяш.

Уже по пути в деревню, звонит Виктор.

- Меня выгнали, сказали нечего ждать, - жалуется он.

- Раз выгнали, значит готовь лучше квартиру к приезду сына, - предлагаю.

- И то верно. Только вот что я один сделаю? Вет, я думал, вы мне поможете с Ванькой.

- Приедем, давай только послезавтра. Ты вымывай квартиру, а послезавтра мы приедем, все купим, и пеленки-распашонки и кроватки с колясками. Не переживай. Думаю, мы останемся на пару дней до выписки, и там еще сколько потребуется. Думаю, и бабуля с нами приедет.

- Было бы замечательно, - воодушевился он. - Все, поехал домой.

- Как только станет известно, что родила, звони, даже если ночь на дворе.

- Обязательно.

Светлана родила в ночь. Богатыря Егора весом в четыре с половиной килограмма.

Теперь мои дни закрутились вокруг сестры и ее сына. Ванька с удивлением наблюдал за двоюродным братиком.

- Почему у него такие толстые щеки? Это нормально? - интересовался сын.

- Конечно. Вот увидишь, когда он немного подрастет, буквально через месяца два-три, когда он будет пухленьким, с интересом наблюдая за всем. Когда начнет агукать. М-м-м. Ты был таким же, - ерошу его по волосам, прижимая к себе, целуя в макушку.

- Я не мог быть таким страшненьким, - надулся Ванька.

- Был, все мы были.

Демид

- Я не знаю что это, но мне не нравится то, что я вижу, - откидываю в сторону папку с предоставленными документами. Часть отчета. Именно по закупке.

Передо мной сидит Волков, смотрит на меня с усмешкой.

- А что тебе не нравится? То, что везде стоит подпись Бильмана? - откинулся на спинку кресла, наблюдая.

Нет. Быть этого не может. Но все говорит об обратном. И чем дальше копают, тем больше находится странных обстоятельств и не состыковок.

- Вызывай его. Пусть все объясняет, - заявляет Владимир.

- А ты не переживай. Я поговорю с ним, но точно не при тебе, - подхожу к окну, убрав руки в карманы брюк.

Бред какой-то.

- Пригласи его ко мне. А сам можешь быть свободен, - распоряжаюсь.

Владимир не торопится уходить. Видимо не нравится ему мое решение. Но все же поднимается и выходит, показательно хлопнув дверью.

Спустя пару минут в кабинете появляется Женя. Он никогда не стучит. Знает, что можно и без предупреждения.

- Вызывал нащальника? - юморит как всегда.

- Вызывал. Там на столе папка, глянь, - не оборачиваясь, говорю.

Я слышу, как он садится, берет папку в руки. Листает. С каждым листом все медленнее и медленнее.

- Что это? - его голос чуть проседает. Волнение?

- Это я тебя хочу спросить, что это? - оборачиваюсь.

- Ты не говори загадками, Демид Иванович, давай, говори на прямую, в чем ты меня обвиняешь? - Женя всегда говорит то, что думает. Это в нем мне и нравится. И сейчас никаких уверток, ждет от меня ответ. Впился своим взглядом.

- Я тебя не обвиняю. Я не пойму, почему данная отчетность говорит о том, что ты, друг мой, подложил мне такую свинью.

- Хочешь не верь, хотя я тебя никогда не обманывал, Дем. Я не понимаю что это. Я эти бумаги не подписывал. Мы столько лет бок о бок, хоть раз я дал тебе повод усомниться в себе?

- В том то и дело, Жека! Я не понимаю ни черта! - подхожу к столу и ударяю по нему кулаком.

- Дай мне время подумать. Буквально пару дней. Я попытаюсь найти бумажные носители. Это какая-то подстава, - Женя перебирал бумаги, все еще не веря в их существование.

- Мне придется отстранить тебя от занимаемой должности, на время проверки, - говорю то, чего мне категорически не хочется. - Я обязан это сделать. У тебя будет время все проверить.

Домой возвращаюсь ближе к восьми вечера. Запах еды. С тех пор как Снежана забеременела, она стала больше времени проводить дома. Даже удивительно видеть ее такую домашнюю.

- Привет, - встречает. - Как дела.

- Нормально, - не хочу ее тревожить.

- У меня ужин готов, пойдем?

- Я сейчас. С Басей только погуляю, - ищу поводок, но не нахожу.

Снежана мнется на месте, ловит мой вопросительный взгляд.

- Где собака? - мое сердце забилось быстрее. - Что происходит?

- Ее забрал Сережа. Он сказал, что так будет лучше. Шерсть, грязь, это может вызвать аллергию. А мне сейчас ничего такого позволить нельзя, - заговорила быстро, пряча взгляд.

- То есть как это забрал? Мою собаку? Ты не имела к ней никакого отношения! Как ты могла взять и отдать? Я ни хрена не понимаю, - ну почему млять все гавно происходит практически одновременно.

- Я думала ты не будешь против. Все-таки это касается моей беременности. Я думала, что для тебя это важно. Да и когда родится ребенок, нам все равно надо будет избавиться от собаки. С маленьким ребенком животному не место, - продолжает гнуть свое.

- Нет. Нет черт возьми. Ты не права. У тебя не было никакой аллергии. И на крайний случай отправить собаку жить в вольере, но не как не отдавать, - я хватаю ключи от машины и выхожу из дома.

- Демид, ты куда? - доносится следом.

- За собакой, - отвечаю, отмахнувшись. Запрыгиваю в машину и тут же ее завожу. Срываюсь с места и направляюсь в сторону города.

Решила она. Ведь даже ни намека.

Как оказываюсь у дома ее брата, не помню. Меня всего колотило от злости. Быстро поднимаюсь на нужный этаж и звоню в дверь.

Открывает его жена.

- Демид? Что-то случилось? - задаёт она вопрос и тут же на площадку выбегает Бася, прыгая на меня, скулит и лижет руки.

- Сергея позови.

- Может, зайдешь? - приглашает.

- Нет, спасибо. И все что с собакой забрали, собери, я ее заберу.

Женщина кивает и уходит, оставив меня с Басей на лестничной площадке.

- Испугалась? - обнимаю Баську. - Ничего, сейчас домой поедем.

- Привет, - вышел Сергей, протягивает руку, которую я игнорирую.

- Что за аллергия?

- Это всего лишь осторожность, - начинает говорить.

- Это она попросила? - я начинаю понимать, что происходит.

Сергей ничего не отвечает.

- Я все понял, можешь ничего не говорить. Спасибо, что не в приют сдал, - пристегиваю поводок к ошейнику. Собираю сумку, которую Бася уже разворошила.

- Детям она понравилась.

- Так заведите свою. Все, счастливо.

Вернувшись домой, покормив собаку, направился в спальню. Снежана уже лежала в постели, делала вид что спала.

- Не делай ничего подобного больше, - говорю в тишину, стягивая с себя рубашку и брюки. - Не ты взяла ее, не тебе решать ее будущее, - отправился в душ.

Вода смывает тяжесть дня. Дает ощущение легкости. Но стоит только расслабиться, как тут же с новой силой накидываются воспоминания прошедшего дня. Женя, собака…

Выдавливаю гель на губку, намыливаю тело. Закрываю глаза, как тут же вижу ее. Она меня преследует все чаще. В дУше, во сне. Всегда, когда хочу отвлечься, мозг сам подкидывает мне ее образ. Совесть меня не мучает в отношении жены. Может это и неправильно, и кто-то меня осудит, но я не чувствовал своей вины с изменой. А сейчас я начинал жалеть о том, что повелся на поводу у Снежаны. Не нужна нам была эта беременность. Только говорить уже поздно о чем либо. Если все будет хорошо, ребенок будет. Но как мы со Снежаной будем жить дальше, я не знаю. Не вижу я себя рядом с ней. Как бы я не гнал эту мысль от себя, но нет, я не хочу. Не вижу я нашего с ней будущего.

А вот Вета… Я скучал. Определенно. Мог ли я скучать по чужой женщине? Имел ли право, имея собственную жену? Как это расценить опираясь на мораль? Чтобы все по честному?

Пару дней назад я ездил к матери. О том, что она скоро станет бабушкой нужно было рассказать. Не было смысла ждать, да я и сам хотел ее порадовать. Убедиться, что это событие еще кого-то может обрадовать.

- А ты уверен, что это твой ребенок? - тут же задала вопрос родительница, чем меня рассмешила. Боже, я так давно не веселился.

- Мам, ты неподражаема, - смеялся от души.

- Я бы на твоем месте так не веселилась бы, - серьезно заявляет она. - Столько времени не было, а тут раз и готово.

- Не раз, мам. Это ЭКО.

- Довольно быстро. Или ты все скрывал от меня, - хмурится женщина.

- Я не распространялся о том, что у нас происходит.

- Ты вот мне скажи, ты хоть капельку любишь эту мегеру? Только честно, сынок.

- Не знаю мам, - уставился на свои руки, потому что не знал, куда еще посмотреть.

- Вот и я не знаю, зачем ты портишь себе жизнь, находясь рядом с ней. Я говорила…

- Говорила. И каждую нашу встречу, ты говоришь одно и тоже. Я устал если честно. Это мой выбор, осознанный. И раньше Снежана не была такой.

- Такой холодной? Я не так давно разговаривала с ней по телефону.

- Ты ей звонила? - удивился я, потому что Снежа и слова не сказала.

- Да. Я могу позвонить своей невестке или нет? - возмутилась мать.

- Можешь. Только ты сроду этого не делала.

- Не делала. Но я вижу тебя и я не пойму, что у вас происходит.

- Я ей изменил, мам, - выдал я, сам того не ожидая. Тут же заткнулся.

- Так-так, - села рядом, замолчала, выжидая от меня еще хоть слова. - Кто она?

- Не важно, - отмахнулся, проклиная себя за слабость.

- Ты и измена… Допекла тебя женушка, да? А она кто, эта женщина? Может все и к лучшему? Разводись.

- Снежана беременна, мам. Как я с ней сейчас разведусь? Ты в своем уме?

- Значит, ничего больше не скажешь? - усмехнулась. - Я же тебе только добра желаю.

Выйдя из душа, я лег в постель. Снежана уже спала, я приобнял ее. Положил руку на живот. Странно, но я ничего не чувствовал. Или и не должен был ничего чувствовать? Но там же мой ребенок. Растет и с каждым днем становится все больше. Через каких-то месяцев восемь я его увижу. С ума сойти, как я об этом мечтал, но сейчас я не рад. Что вообще чувствуют будущие отцы? Где эта чертова радость?

Утро началось с будильника. Я повернулся на бок, но Снежаны уже не было в постели.

- Снеж? - крикнул.

- Я в душе, - последовал ответ из-за двери.

Лежи - не лежи, а вставать надо. Хотел еще к Женьке заехать и еще раз переговорить, не укладывалось у меня в голове махинации с его стороны.

От Веты ты ведь тоже такого не ожидал. Так что удивительного, если и лучший друг не чист на руку? - раздалось противным голосом в голове.

Я тряхнул головой и откинул одеяло, заметив кровь на простыне. Меня окатило холодом.

- Снеж, - позвал жену, она как раз вышла из ванной. - У тебя все в порядке? - уточнил я, ловя ее взгляд.

Она, заметив следы на простыне, побледнела.

- Ой, а я не заметила ничего, - прошептала она. - Я позвоню Сереже. Отвезешь меня в клинику? - ее губы задрожали, я тут же подскочил к ней, обнимая за плечи.

- Конечно, так, ты только держись. Никакой паники, слышишь? - стал успокаивать, как мог.

Только именно сейчас я действительно боюсь, что можно потерять ребенка. Проклинаю себя за мысли, где говорил, что не рад этой беременности. Нет, все не так.

- Собирайся. Сейчас, минута и я буду готов.

Сергей принял сестру быстро. Я остался ждать в коридоре. Прошло минут пятнадцать, когда он вышел из кабинета, а туда вошла медсестра.

- Что с ребенком? - тут же подскочил к нему.

- У нас угроза. Оставлю ее под наблюдением. Сделаем все возможное. Не переживай так. Будем надеяться на лучшее, - похлопал меня по плечу.

Привезли каталку и на ней уже вывезли Снежу, с капельницей в руке.

- Ты только не переживай, не волнуйся, слышишь? Я после работы к тебе заеду, - провожаю жену, ловя ее слабую улыбку. - Я люблю тебя, - говорю вдогонку, но не знаю, услышала ли она.

Идиот. Какой же идиот. Это она переволновалась и из-за собаки, и черт знает из-за чего еще. Проклятье!