Глава 3

Утром я встала сама. Не дожидаясь пока ко мне придет камеристка. Торопливо помылась, вытащила из сумки очередное черное платье, донельзя утягивающее талию широким поясом и распадающееся вниз ровными фалдами. Рукава скрывали руки по самые пальцы, а воротник стоял высокой стойкой застегнутой на пуговицы. Волосы заплела в тугую косу и уложила на голове. На лицо нанесла побольше пудры и уже не скромничала с темным карандашом под глаза.

Когда в дверь мою постучали, открыла. С удовольствием отметила, как вытянулось лицо Сахли.

— Леди Киара, — только и смогла вымолвить она.

А я улыбнулась.

— Вы проводите меня на завтрак, или сразу знакомиться с господином направимся?

Она нервно откашлялась.

— Завтрак, леди Киара. Господин был вынужден уехать с утра пораньше. Как только вернется вызовет вас.

У меня от сердца отлегло. Знакомство откладывается. И уже от одной этой мысли появился аппетит.

Я с легкостью прошла следом за Сахли направляясь в столовую.

— Я сходила вчера к господину — говорила по дороге камеристка. — Выслушав ваше пожелание он приказал выдели Дарьеру комнату недалеко от вас. Третья по коридору, там отсек для личных слуг. У вашей кровати, сбоку, есть колокольчик, стоит в него позвонить и его звук раздастся в комнате Дарьера. Одно предупреждение, по ночам ваша комнат будет запираться. В такое время вы можете обратиться только ко мне. Для этого в вашей комнате на прикроватном столике, другой, серебряный колокольчик.

То, что меня запирают на ночь, я уже заметила.

— К чему такие предосторожности? — спросила, как бы, между прочим.

Сахли нахмурилась явно не слишком желая отвечать и все же сказала.

— По ночам вам не стоит ходить по замку без сопровождения кого-либо из шаенов.

Я так понимаю она сейчас на господина намекала.

— Но ведь вчера…

— Вчера, — отрезала Сахли. — Вы шли в моем сопровождении, это дозволено.

Ого, неужели я все-таки ошиблась, и моя камеристка шаен?

— И еще, леди Киара, — проговорила она хмуро. — Ваше одеяние… Я бы посоветовала нечто более…

— Открытое? — с отлично слышимым сарказмом поинтересовалась я.

Сахли закашлялась и недовольно выдавила.

— Траур на вас вызывающе излишен.

— А мне кажется самое то, — сказала я как можно более ровным тоном и вошла в отрытую камеристкой дверь.

Завтрак проходил в одиночестве. Хотя меня это более чем устраивало. И не смущал длинный покрытый белой скатертью стол уставленный слишком большим количеством еды для одной небольшой леди. Мне следовало хорошо подкрепиться. На сытый желудок как-то лучше думается. Тем более, что над столом витали просто дивные ароматы. Я уже и позабыла, когда видела хоть отчасти столь богато накрытый стол.

С удовольствием съела теплой ветчины в сыре, закусила оливками в кляре, добавила несколько мелко порезанных жареных кабачков. Все это время мысленно восхищаясь поваром. Просто язык можно съесть от вкуснотищи такой. Добавила клубничного пудинга и уже потянулась к мороженке, когда мне на ухо голосом Сахли прошептали.

— Леди столько не едят.

Я чуть мороженкой не подавилась. Но уверенно ложку в него воткнула. Вот не испортите вы мне аппетит. А Сахли добавила.

— Господин с лордом Хайном вернулись. И господин желает вас видеть. Прямо сейчас.

Аппетит все-таки пропал. Я угрюмо посмотрела на десерт, но упрямо притянула его к себе и с завидным упрямством доела. Последние пару ложек засунула в себя с трудом. Но не оставлять же вкуснотищу. Встала. Только сейчас поняла, что все-таки Сахли в чем-то права. Я явно переела.

Ик.

Ох что-то тяжко мне.

Вяло посмотрела на камеристку.

— Запейте, — посоветовал она.

Я взглянула на компот в хрустальном графине и поняла, что ни капельки в меня не войдет.

— Отдышусь, — махнула рукой. — Ведите меня к господину. Знакомиться будем.

Шли медленно. Я чувствовала, как уверенно пытается вернуться на свободу жареный кабачок, приправленный оливками и щедро разбавленный мороженкой. Мне дурно было. Кто же, скажите на милость, такие завтраки подает? Это же какое-то издевательство. Я, конечно, понимаю, что не стоило есть так много, но оно все было таким вкусным. Вот только почему-то теперь, при мысли о еде, у меня к горлу подкатывает дурнота. А мне еще с господином, не знаю как зовут, сейчас знакомиться, общаться. А мне бы полежать.

Сахли открыла дверь и отступила в сторону.

— Будьте добры, леди Киара, проходите.

Я замерла у самого порога. Сердце забилась быстрее, а дыхание участилось. Мне даже дышать трудно стало.

«Сейчас я войду и увижу его. Господина. Того самого, имя которого не знаю, сейчас познакомимся. Моего господина. Шаена. Чудовища, возжелавшего получить тело невинной девушки в свое ложе. А возможно не только тело, но и душу».

Меня бросило в жар, а следом в холод.

— Проходите же, леди Киара, — настойчиво проговорила Сахли.

Я бросила на неё напряженный взгляд, вдохнула, выдохнула, и вошла.

И сам этот шаг, казалось, отрезает мою бывшую жизнь от будущей, в которой уже не будет девчонки Киары любящей лазить по деревьям и сбегающей во тьме за травами. Гоняющей мяч в жухлой листве поместья и готовящей снадобья со старым слугой. Ворующей яблоки из соседнего поместья, потому что там они слаще и отдающую нищему постучавшему в дверь все свои детские сбережения. Бьющей без промаха в лапту и плачущую над очередным украденным из библиотеки романом. Все закончится за этим порогом.

Всего секунда, начисто лишающая меня детства. Пусть оно прошло рядом с нелюбимой и не любящей тетушкой и сестрами. Но оно было. А юности не было. Как-то разом я вошла во взрослую жизнь. И уже не вернусь обратно. Не будет у меня встреч под луной с первым возлюбленным и пылких признаний не будет. Хотя я об этом и не думала никогда, но и о том, чтобы быть проданной и стать ночной жрицей шаена тоже как-то не мечталось. Вот только меня не спросили и мне нужно принимать ситуацию и стараться её как-то решить, а для этого нужно забыть, что еще вчера я чувствовала себя ребенком, молодой леди, у которой вся жизнь еще была впереди.

Теперь моя жизнь за этим порогом.

И я вошла.

Это был рабочий кабинет.

В отличии от спальных комнат обставлен строго. Стол, кресло, шкафы с книгами. Пара кресел у стены, между ними столик. Окно узкое и высокое, наполовину зашторенное темными портьерами.

— Доброе утро, леди Киара, — судя по голосу меня встретил лорд Хайн.

— Доброе утро, — я присела в реверансе. — Ик,— вырвалось несдержанно. Я рот прикрыла руками и бросила встревоженный взгляд на мужчину.

Он смотрел строго.

— Я вижу блюда нашего повара вам понравились.

— Ага, — ответила тихо. — Ик.

Он нахмурился.

— Попить дать?

— Нет, — обреченно покачала головой.

Лорд Хайн обошел меня и стал совсем недовольный.

— Почему вы снова в этом ужасном платье. Куда смотрела ваша камеристка?

— Она здесь ни при чем, — выдавила я, задерживая воздух, чтобы прекратить икание. — Ик, — не помогло. — Извините, лорд Хайн.

— Я то извиню, — раздраженно бросил он. — Но вы ведь знали, что сегодня у вас знакомство с господином и…

— А, кстати, где господин? — прервала я гневную браваду.

Лорд Хайн слова проглотил и, уже более спокойно, произнес.

— Ему необходимо подготовиться.

Я невесело усмехнулась. Снять шкурку чудовища и предстать милым и пушистым? Вслух же произнесла.

— Хочет выглядеть лучше, чем есть на самом деле? Он монстр? А может страшен? К чему готовиться? Может у него глаза косые или рот кривой? Скажите мне. Хотя не говорите, не все ли равно кто будет мужчиной, возжелавшим против воли лишить меня чести.

У Хайна от моих слов лицо повело. Я же не обращая внимания продолжала.

— Даже если у него лицо в шрамах, и он чудовище, я все равно ему продана и мое отношение, как и его вид, не имеют никакой разницы.

— Лицо в шрамах! — Внезапно и язвительно прозвучало у меня над ухом. Этот голос заставил меня вздрогнуть.

Поворачивалась медленно. И уперлась носом в грудь. А вернее в серебряную пуговицу на черном жакете.

Немного отстранилась. Стряхнула с пуговицы несуществующую пыль и, не поднимая головы, пролепетала.

— Извините, если обидела. Эмоции знаете ли.

— Эмоции?! — прозвучало в ответ. — Посмотрите на меня, леди Киара. — Повелительный тон, которым это было сказано не предполагал отказа.

Я подняла голову. И не смогла сдержать тихого возгласа.

— Ах. Простите меня.

Передо мной стоял мужчина. Высокий. Крепко сложенный, с широкими плечами. С генеральской выправкой. В черном костюме.

Руки его заложены за спину. Черные волосы закинуты назад и связаны в хвост. Глаза темно-синие с яркими искорками в глубине, жесткими и неприязненными. Судя по виду ему было чуть более сорока лет. А лицо… Ох лицо. Мужчина был привлекательным. Вот только распарывая от середины щеку и уходя к виску по лицу тянулся пугающий шрам.

— Я… — потеряла голос и даже икать перестала. — Простите мою грубость, лорд…

— Лорд Райен Астеш, — подсказал он. — Но вы меня будете называть просто — господин.

— Ко всему образу прибавилась еще и надменная ухмылка. — На портретах, что мне показывали, вы выглядели куда как более привлекательно. — Лорд Астеш помолчал скользя по мне изучающе притязательным взглядом и добавил. — И более живой. По кому траур, леди?

Я, наконец, смогла совладать со своими чувствами и постаралась гордо произнести.

— По своим чести и достоинству.

У господина Райена брови взметнулись вверх и шрам стал пунцовым. Мужчина медленно перевёл взгляд на лорда Хайна.

— Вы уверены, что привезли мне ту самую девушку? — спросил столь ледяным тоном, что даже суровый Хайн изменился в лице.

— Она самая, мой господин. Леди Киара Лавон.

— Вы хотите сказать, что её так украсило счастье стать моей любовницей? — ядовито полюбопытствовал Астеш. Прошел мимо меня и устроился в кресле. — Очень интересно. А что вы скажете, леди?

Как странно, мне не показалось, что лорд не желает называть меня по имени. Как-то обезличивает само мое существование. Ах, ну да, я всего лишь любовница, девушка не достойная даже того, чтобы называть её имя. И почему он так удивился услышав о моих чести и достоинстве? Ожидал, что к нему привезут девицу уже давно их потерявшую? У меня от мысли такой щеки, вероятно, заалели даже сквозь толстый слой пудры. А может для шаенов все девушки человеческой расы не достойны какой-либо чести? Тоже мало приятно.

— Молчите? — Холодно спросил господин Рейен. И тут же добавил. — Правильно делаете. Я не люблю, когда много говорят. Особенно когда пытаются доказать то, чего нет.

Я вспыхнула до корней волос. То есть он сейчас прямым текстом сказал, что у меня ни чести ни достоинства.

— А вы как думали? — словно прочитав мои мысли презрительно выдавил он. — Навряд ли, девушка, имеющая хоть капельку уважения к себе, стояла бы сейчас здесь.

«Молчать, мне бы сейчас сдержаться. Хоть чуть-чуть».

— Навряд ли хоть один уважающий себя лорд, позволил бы поставить девушку в такое положение, при котором у неё нет выбора. И воспользовался этим.

«Ага, промолчать не вышло».

Минуту меня прожигали взглядом. Хайн придвинулся ближе ко мне, будто пытаясь хоть как-то защитить, если вдруг возникнет внезапная необходимость.

Молчание затянулось, создавая в воздухе осязаемое ощущение опасности. Все разрядилось насмешливо-заинтересованным.

— То есть это вы меня сейчас обвинили в недостойном отношении к вам?

— А вы считаете его достойным?..

— Молчите, леди Киара! — глухим шепотом донеслось сказанное Хайном.

Молчать? Меня мало того, что продали, так еще и пытаются унизить, смешать с грязью! Какое счастье, что мой отец не видит этого.

— Уходя из дома, где меня продали как вещь, я считала, что худшего отношения быть не может. Увы, я ошиблась. Вы мало отличаетесь от человека, продавшего меня.

Искорки в глубине глаз господина заметались в неистовом бешенстве. Я не смелая, далеко-далеко не смелая. И судя по всему, еще и глупая. Потому как едва сдерживаемую ярость после моих слов, можно было читать на лице лорда Рейена Астеша как открытую книгу. Ярость, направленную на меня. А еще я помнила, что шаены, очень хорошие маги.

Невольно отступила, врезавшись спиной в грудь Хайна, но продолжая не сводить гордого взгляда, направленного на господина Астеша.

Молчание продолжалось. Я нервно сглотнула и ощутила, как перестаю дышать, спазм встал в горле.

— Мне дурно. — Выдавила через силу.

— От моего вида, я так полагаю, — рыкнул лорд Рейен.

Однозначно, переедание и испуг сделали свое дело. Где-то внутри свернулся хищный зверь воткнул в меня жало и прокрутил. Воздух стал невероятно обжигающим. Я попросту не смогла больше вдохнуть.

Реакция господина шаена была быстрой. Едва я издала тихий хрип, как он молниеносно поднялся. И каким-то просто невообразимым образом оказался рядом. Одна рука лорда обхватила затылок заставляя запрокинуть голову, вторая устроилась на воротнике платья уверенно его растягивая. После чего рывком разорвала пояс стягивающий талию.

Я плохо видела лицо лорда, у меня круги перед взором пошли. Но все же успела заметить что-то странное в синих глазах. Искорки остановили безумную пляску, растеклись по всему зрачку чернотой и… Показалось что вся комната потемнела зарытая огромными черными крыльями, но в секунду и те пропали во тьме. Сознание стало мутным. Откуда то издалека потянулись непонятные слова, словно дымка, окутывающая меня.

Секунда, две, три, пока я смотрела и не могла оторваться от тьмы глаз господина. А потом внезапно и резко все вернулось на свои места.

Меня встряхнули, приводя в себя.

Я все еще стояла рядом с лордом Рейном, он придерживал мне голову и смотрел внимательно в лицо. Дурнота пропала, дышать стало намного легче.

Я моргнула.

Он помог мне выровняться и, отпустив, холодно произнес.

— В следующий раз не стоит так затягивать себя в траур. Можно и правда отправится к праотцам.

Я все еще тяжело дыша, выдавила.

— Спасибо.

Лорд перевел взгляд на стоящего позади меня Хайна.

— Займитесь гардеробом леди и приведите её саму в порядок, — в голосе зазвучало раздражение. — Вечером в своей комнате я хочу видеть её красивой и… в бодром состоянии.

— Вечером? — глухо прошептала я. — Но я… не готова. Мне дурно!

— Не врите, — холодом резанул господин Рейен. — Вам уже не дурно. А через пару минут вы и вовсе придете в себя. Так что вечером в моей комнате. И не думайте меня больше обманывать.

Лорд Хайн схватил меня за локоть и потянул из кабинета.

— Идемте, леди Киара. Прошу вас.

Буквально вытолкал за дверь где стояла совершенно бледная Сахли.

Хайн тяжко выдохнул и напряжённо произнес.

— Позовите мадам Гошри, модистку. Пусть она снимет мерки и срочно примется за гардероб леди Киары. Вечером у неё встреча с господином.

Сахли перепугано моргнула.

— Но до вечера ей не успеют ничего сшить.

Хайн нахмурился.

— Пусть шью как можно скорее. Чтобы к завтра все уже было. От нижнего белья до лучших платьев. И пригласите гувернанток, леди нужно привести в божеский вид. А на вечер… — задумчиво посмотрел на меня. — Поищем что-нибудь из того, что имеется.