12. Новая жизнь

Алерон

Если изначально Халиса и пыталась вырваться, то потом, когда я припал губами к ее влажным лепесткам и дотронулся языком до клитора, надавливая на него, девушка издала приглушенный стон, сильнее оттопыривая свою аппетитную попку.

Терзал набухший комочек нервов, чувствуя, что так долго не протяну. Мне даже было больно сидеть, так как член был готов порвать штаны. Яйца ныли, но я упорно продолжал удовлетворять свою кареглазую, которая прижалась грудью к стене. Она то и дело сжимала пальцы в кулаки и кусала губы. Боги, как же порочно Халиса выглядела…

Захватив клитор губами, с силой втянув его в рот.

— Алерон! А-а-ах! — Лиса задвигала бедрами, лишь сильнее подталкивая меня к черте, перешагнув через которую я резко войду в нее, лишая девушку девственности.

Сходил с ума, понимая, как ей сейчас хорошо. Мне до безумия хотелось присоединиться, но пока было нельзя. В первый раз я должен причинить как можно меньше боли, чтобы этот день запомнился Халисе наслаждением, а не муками от соития.

Усилил напор, двигая языком из стороны в сторону и держа девушку за подтянутые ягодицы. Она всхлипывала и стонала, после каждого сладкого звука утыкаясь в свой кулачек. Моя выдержка была на исходе. Приставил один палец к девственному входу и начал медленно его вводить, растягивая узкие стеночки изнутри. Кареглазая замерла, но я быстрее зашевелил языком по чувственной горошине. Халиса, вскрикнула, вырываясь из моих объятий и резко разворачиваясь, представая во всей своей красе.

Так и продолжая стоять на коленях и не обращая внимания на падающую сверху воду, притянул брюнетку к себе за бедра и начал медленно скользить губами по ее животу, постепенно спускаясь.

— Алерон, не нужно, — прошептала она, смотря на меня горящими от желания глазами, в которых проглядывались золотые всполохи.

— Иди ко мне, — мурлыкнул я, подхватывая ножку кареглазой под коленкой и забрасывая ее себе на плечо.

Передо мной открылся вид на средоточие женственности моего наваждения. Не задумываясь вновь припал губами к промежности девушки, усиленно двигая языком.

Вонзил пальцы в подтянутые ягодицы искусительницы, фиксируя ее тело и не давая отодвинуться в сторону. Я не намерен был отступать, а Халиса больше и не думала убегать.

Кареглазая запустила свои пальчики мне в волосы, притягивая голову ближе к своему лону и я подчинился, давая ей то, чего она так сильно хотела.

Когда девушка притихла, забывая, как дышать, я осознал, что ей осталось совсем немного до наивысшего пика удовольствия. Резко отпрянул в сторону и, спустив со своего плеча ножку кареглазой, выпрямился во весь рост.

Халиса учащенно дышала, сжимая ноги. Она смотрела на меня так, словно готова растерзать на куски и будь я проклят, если скажу, что данное состояние брюнетки мне не понравилось.

Обвив одной рукой талию брюнетки, притянул к себе, сминая чуть приоткрытые губы и тут же находя отклик ее языка. Кареглазая больше не сопротивлялась. Она пылко отвечала, прижимаясь все сильнее.

Подхватил ее под попкой, вынуждая обхватить ногами мою задницу и, прижав к стене желанный объект, спустил руку на набухший клитор.

— М-м-м! — не удержался я, лаская самое сокровенное девушки и медленно проникая в нее одним пальцем.

Боги, как же сильно мне хотелось просто достать член и, приставив его к влагалищу, резко толкнуться вперед. Двигаться мощно, вколачиваться в податливое тело и пить стоны девушки, но вместо этого я уверенно проникал в нее пальцем, добавляя второй.

— Не надо, — оторвалась от моих губ Халиса, откидывая голову на стену, отчего ее грудь чуть приподнялась, привлекая мое внимание.

Маленькие соски так и напрашивались, чтобы я их попробовал на вкус. Продолжал движение пальцами, не проникая сильно внутрь, лизнул торчащую вершинку груди, чувствуя, как Халиса затряслась всем телом.

— Ты сводишь меня с ума…, — прошептал я, склоняя голову и подхватывая губами сосок.

Умирал от неизведанных ранее для себя ощущений. Я был похож на мальчишку, который еще не успел познать, что такое секс.

Девушка заерзала бедрами, желая насадиться глубже на мои пальцы и я не стал ей в этом отказывать, высвобождая ноющий член из штанов и приставляя головку к влажному входу.

— М-м-м! — не сдержался я, чувствуя легкое проникновение. — Халиса, подожди, — кареглазая чуть приподнялась и стала медленно опускаться на мою плоть, а я едва держал себя в руках, чувствуя, что мне потребуется лишь пару движений, чтобы излиться и, наконец, сбросить чудовищное напряжение. — Халиса, стой, — потребовал увереннее, когда она вновь двинула бёдрами.

— Не хочу, — прошептала девушка, дергая меня за волосы к своим губам и просовывая промеж них язык.

«Прости меня, девочка», — горестно подумал я, ощущая, что более над своим телом не имею власти.

Сжав попку брюнетки в своих ладонях и жадно целуя сладкие губы, резко подался бедрами вперед, чувствуя, как прорывается тоненькая преграда девственности.

Халиса болезненно всхлипнула, а я, теряя рассудок от блаженства, стал проклинать себя за несдержанность, за грубость.

«Но действуя я медленно, то было бы еще больнее. Лучше сразу, чем растягивать, мучаясь от нарастающей боли, которая только усиливается от давления головкой члена на девственную преграду».

— Девочка моя, — шептал я, сцеловывая слезы, выступившие на глазах Халисы. — Кошечка моя…

Сам не понимал откуда лезут в голову такие сравнения, словно на подсознательном уровне уже было все заложено…

Бережно поцеловал в губы, даже и не надеясь, что получу отклик, но нет, Халиса ответила, касаясь моего языка своим. Я тонул в чувственности и нежности, которые дарила кареглазая и готов был пойти на все, чтобы она разделила со мной оставшуюся жизнь.

Находясь в ее лоне, боялся пошевелиться. Член пульсировал, требуя движения, но я ждал, когда боль чуть поутихнет.

Острые ноготки Халисы легли мне на задницу, вонзаясь в нее и я не смог… Не смог больше терпеть.

Первое движение бедрами распространило по моему телу волны эйфории. Я скользил медленно, хотя хотелось совсем иначе. Халиса тихо постанывала, подставляя шею для поцелуев. Вспомнилось, как она трепетала, когда я прикусил ее кожу. Решив проверить свою теорию, поцеловал бархат кожи и чуть прикусил ее, сжимая.

— Аа-а-ах! — громкий стон девушки, подействовал на меня словно спусковой механизм. Я резко подался бедрами вперед, еще сильнее сжимая зубы и чувствуя, как стенки влагалища плотно стискивают мой член.

«Как же узко», — мысленно простонал я, неустанно двигаясь в теле кареглазой, тем самым подталкивая ее к оргазму.

Толчок… Еще один… И еще… И вот я чувствую, как девушка сладко забилась в моих объятиях, громко застонав. Она скользнула губами на мою шею и стала страстно ее целовать, чуть прикусывая кожу в ответ. Мне было настолько хорошо, что не передать словами.

Резко толкнувшись бедрами вперед, вновь вырвал из ее рта громкий вскрик. Оргазм был настолько близко, что я стал вколачиваться в тело девушки, распространяя по купальне шлепки наших влажных тел.

— Алерон, а-а-ах, — приглушенно стонала Халиса, сжимая зубами мою кожу на грани боли.

Не понял, что именно произошло, но тут шею обожгло непонятным пламенем и я забился в оргазме, едва имея возможность устоять на ногах. Перед глазами все потемнело. Я с силой прижимал к себе Халису, боясь повалиться вместе с ней на пол. Столь сильного удовольствия мне еще не доводилось испытывать. Готов был на все, только бы испытать это еще раз.

Изливаясь внутрь девушки, мечтал, чтобы наша связь оставила после себя след в виде маленькой кнопочки с глазами цвета топленого шоколада.

Когда зрение вернулось на место, а дыхание стало проясняться, я взглянул на Халису, наблюдая на ее лице чудовищную вину и слезы…

— Эй, — улыбнулся я, — ну чего ты? Мне не больно, правда. Ну, подумаешь, укусила, ничего страшного… Мне даже понравилось…

— Алерон! — тихий стук в дверь заставил выругаться сквозь зубы. Как бы сильно я не переживал за своего двоюродного брата, но вот сейчас точно не желал его видеть.

Припав в нежном поцелуе к припухшим губам кареглазой, медленно вышел из нее и опустил девушку на пол. Мне не хотелось уходить, скорее наоборот, я с нетерпением ждал повторения данного сумасшествия.

— Надеюсь, что тебе понравилось…, — прошептал я, вновь раздражаясь от очередного стука в дверь.

Поправив на себе мокрые штаны и, подхватив рубаху, вышел за дверь купальни, оставляя в ней ту, которая для меня стала центром вселенной…

Халиса

Смотрела вслед удаляющемуся мужчине, игнорируя легкую боль между ног. Мне не нужно было переводить взгляд вниз, чтобы увидеть кровь на внутренней стороне бедер, нюх оборотня отчетливо ощущал металлический запах, но меня на данный момент это совершенно не трогало. Потеря девственности была неизбежной. Я знала, что так и будет, но, если честно, до последнего надеялась, что смогу сдержать свою кошку…

— Боги, что же теперь будет? — жалобно всхлипнула я, сползая по стене и заглушая тихие рыдания звуком льющейся воды. — Он ведь не сможет жить дальше без меня… Не сможет завести семью… Я чудовище! Лишила любимого будущего! Ненавижу себя!!! И тебя тоже ненавижу! — обратилась я к своему внутреннему зверю, обливаясь горькими слезами и закрывая лицо ладонями.

Пантера жалобно скулила, ласкаясь изнутри, но впервые в жизни я была готова сделать ей больно… Нагрубить, стукнуть, отказаться от нее и мне было чертовски стыдно за свои ощущения…

— Алерон, прости, — никак не могла успокоиться, нашептывая словно заведенная, — прости меня…

Во мне тлела надежда, что если я буду избегать мужчину и не поддаваться на его ласки, то Алерона отпустит влечение. Хотя, все это полный бред. Вскоре вновь незамедлительно последуют прикосновения и поцелуи, ведь он теперь неосознанно будет желать соития. Метка на шее мужчины никогда его теперь не отпустит. Он мой, до мозга костей…

Я не знаю сколько времени мне потребовалось, чтобы восстановить свое хрупкое душевное равновесие. Было очень сложно собирать свою душу по кусочкам, но еще сложнее было скрывать свои эмоции, ураганом бушующие внутри.

Когда я вышла из купальни, то моя комната пустовала, лишь немного мятое покрывало на кровати говорило о том, что здесь недавно спал Марик.

«Как нужно было уйти в себя, что даже не услышать пробуждения ребенка?! Хотя, я и сейчас не соображаю толком, что происходит».

На сердце лежал тяжелый камень, который давил все сильнее, отчего временами становилось тяжело дышать. Я хотела умереть. Лечь, закрыть глаза и больше никогда их не открывать.

Словно в трансе надевала на себя чистое нижнее белье и платье, морщась от боли внизу живота, которая напоминала о недавней потере девственности.

— Леди Халиса? Вы здесь? — тихий стук в дверь отвлек меня от мыслей.

«Баримор» — подумала я, направляясь к дворецкому.

— Хорошо, что вы здесь, — на пороге комнаты стоял запыхавшийся мужчина, вытирая платком пот со лба.

— Что-то случилось? — произнесла я безэмоционально.

— Да! Случилась! Катастрофа у нас случилась! Король едет раньше положенного времени. Будет к вечеру…

Смотрела на мужчину, не понимая его волнения. Ну едет король и что? Чего так переживать?

— Баримор, все хорошо, не стоит так волноваться, — заверила я побледневшего мужчину. — Поместье сияет, сад в прекрасном состоянии, ваша репутация управляющего ни капли не пострадает…

— А блюда? — заикаясь произнес он. — Блюд-то нет. Чем мы будем потчевать его величество?

— Да ерунда, — махнула я, с недавних пор смотря на мир совершенно другими глазами, — продукты у нас есть…

— Но успеем ли? — не унимался Баримор.

— А почему нет? Пойдемте, будите помогать! — уверенно захлопнув за собой дверь комнаты, направилась в сторону кухни.

Спустя несколько минут я уже уверенно раздавала задания, мысленно прикидывая, что готовить в первую очередь…

— Нам бы еще руки, — выдохнул взволнованно Баримор, очищая овощи от кожуры.

— Я слышал, помощь нужна? — бросила косой взгляд и увидела того самого мужчину, брата Алерона, который в прошлый раз стал явным свидетелем наших обжиманий посреди коридора.

— Лорд Энекин, — обрадовался дворецкий, — вы как раз вовремя.

Мне не хотелось, чтобы этот мужчина был здесь. От него исходила враждебность и угроза, которую он умело прятал за маской весельчака и милахи.

— Не думаю, что гостей поместья стоит озадачивать работой, — произнесла я, поворачиваясь в сторону спокойно стоящего мужчины, который скользил по моему телу пристальным взглядом, совершенно не стесняясь того, что он перешагнул все рамки приличий.

— От чего же? — приподнял он свои брови. — Мне несложно. Тем более я просто жажду познакомиться поближе с той, кто так упорно пытается испортить моему брату жизнь…