ГЛАВА 12

Фасад королевского дворца был великолепен, отчего у меня просто захватило дух. Мы устремились по широкой лестнице к колоннаде, за которой скрывались огромные двери. Из высоких окон струился яркий свет и волшебными бликами падал на цветущие деревья в кадках. Колонны также были украшены изящными подсвечниками.

Стеклянные двери перед нами распахнулись, и навстречу полилась музыка и раздались веселые голоса. Они подхватили нас и понесли внутрь. Фойе тоже было все в огнях и цветах, начищенный пол блестел, ноги утопали в мягких коврах.

Очутившись в бальном зале, я впервые почувствовала себя принцессой. Он был огромным и светлым, стены сияли белизной мрамора и восхищали позолоченной лепниной. На потолке сверкали несколько хрустальных люстр невероятных размеров.

Оркестр играл тихо, судя по всему, танцы еще не начались, а гости стояли небольшими группами и переговаривались.

– Надеюсь, первый танец будет моим, – шепнул мне на ухо Ронал. – Или ты предпочтешь Седерика? После вашего приключения в яме, – в его шутливом тоне по-прежнему сквозили ревнивые нотки.

– Приключение в яме – это, конечно, серьезно, и оно связало нас с бароном Тоджем на всю жизнь, не спорю, – в тон ему ответила я. – Но я все же предпочту танец с тобой.

– Я польщен. – Ронал склонил голову.

– Не составите нам компанию у фуршетного стола? – прервала нас Эва.

– С удовольствием, – ответила я.

– Рада, что твой аппетит соответствует моим ожиданиям, – хмыкнула графиня и, подхватив меня под локоть, увлекла за собой.

Богато накрытые столы были расставлены в начале зала. Гости подходили к ним, брали фрукты и выпечку, бокалы с шампанским и другими напитками.

– Не думала, что так проголодалась, – пробормотала я, подхватывая слоеный медальон, украшенный горсткой паштета.

– Поиски лунариса отняли у нас слишком много сил и нервов, – согласилась Эва, заполняя свою тарелку всякой всячиной.

– А где король? – шепотом спросила я и озирнулась.

– Вон в том конце зала, беседует с герцогом Луиджином. – Эва кивком показала на невысокого мужчину в камзоле цвета бургундского вина. Его голову украшала тонкая золотая полоска, видимо служившая короной. Рядом с ним высился дородный герцог, выпятив вперед свой внушительный живот.

Королева, которую тоже показала мне Эва, сидела в сторонке с некой дамой помоложе и тоже была увлечена разговором.

– Мы не должны им выказать знаки внимания? – поинтересовалась я, отрывочно вспоминая исторические книги и фильмы, где проходили балы.

– Когда такое массовое мероприятие, отдельное приветствие правителей не требуется, – ответил Ронал. – Это заняло бы много времени. Достаточно, что мы расписались в книге поздравлений у входа в зал.

– Леди Ева!

– Леди Эва!

К нам сквозь толпу пробирались улыбающиеся супруги Дегили. Полли выглядела румяной и счастливой, ее глаза сверкали ярче сапфиров в ушах.

– Полли, рада видеть тебя здоровой. – Мы обнялись с девушкой.

– Теперь я наконец могу сказать вам спасибо, – отозвалась Полли. – Тогда я едва вас могла рассмотреть. Удивительно, что вы не леди Эва. Простите меня, миледи, за все. – Она смущенно посмотрела на графиню, но та тоже приобняла ее.

– Ты опоздала с извинениями, – засмеялась Эва. – Они мне уже ни к чему. Да и барон Дегиль ничуть не переживает.

– Я счастлив, что все так вышло, – признался барон, тоже сияя. – Надеюсь, леди Эва тоже не держит на меня зла.

– Ничуть, – заверил ее Дегиль.

– Это мой первый бал, – заговорщицки призналась Полли. – И я очень волнуюсь.

– Не ты одна, – отозвалась я так же тихо.

Полли хихикнула и прижалась к своему мужу.

– С вашего позволения, мы пойдем, – поклонился барон. – Может, еще увидимся.

– Конечно, – ответил ему Ронал. Седерик тоже сдержанно кивнул.

– Скоро начнутся танцы, – напоследок шепнула Полли и счастливая унеслась следом за супругом.

Стоило ей это сказать, как музыка заиграла громче, и гости оживились.

– Мой танец. – Ронал склонился предо мной и протянул руку.

– Если бы ты знал, как я волнуюсь, – призналась я, вкладывая ладонь в его. – Готовься к оттоптанным ногам.

– Поверь, я сам уже не танцевал целую вечность, так что будем позориться вместе, – усмехнулся Ронал.

Пока мы расшаркивались друг перед другом, Эва уже умчалась с Седериком в гущу танцующих.

– Приступим? – улыбнулся Ронал.

– Приступим, – кивнула я и положила свободную руку ему на плечо.

За несколько дней до бала Эва пыталась показать мне самые основные движения, и теперь я постаралась вспомнить нужные шаги. К счастью, танец был медленным, и мне удалось повторить фигуры за танцующими рядом парами. Я потихоньку расслабилась и даже начала наслаждаться танцем. Движения оказались простыми: мы подходили с Роналом друг к другу, потом расходились, не разрывая рук, иногда делая круг или разворот. Пару раз мы наступили друг другу на ноги, но это вызывало у нас лишь приступ веселья.

– Если мы решим и дальше выходить в свет, – сказал Ронал сквозь смех, – то нам обоим придется брать уроки танцев.

– Возможно, я все же выберу участь затворницы, – ответила ему я.

Танец наконец закончился, и я присела перед ним в шутливом реверансе.

– И все равно ты была великолепна, – шепнул мне на ухо Ронал.

– Мы были великолепны, – поправила я.

– Продолжим танцевать или передохнем?

– Хорошего понемногу, – ответила я. – Кстати, а где Эва и Седерик?

Я оглянулась в поисках приятелей, но на танцевальной площадке их уже не было.

– Может, после танца на них напало романтическое настроение и они решили уединиться? – хмыкнул Ронал.

– Возможно… Хотя… это не они? – Я показала на окна балкона, за которыми виднелись знакомые фигуры.

Правда, там были не только Седерик и Эва, но еще и какой-то мужчина.

– Это же… – узнала я. – Дядя Эвы!

– И, кажется, разговор у них не совсем мирный, – заметил Ронал. – Давай-ка прогуляемся к ним.

– Я уже оплакал свою племянницу, а она оказалась живой и невредимой! – услышали мы громогласное, подходя к балкону. – Пляшет на балу как ни в чем не бывало с господином, который мне представлен не был! Где ты пропадала все эти недели, бессовестная? Почему не вышла замуж за барона Дегиля?

– И я весьма этому рада, дядя, – поджала губы Эва. – Барон Дегиль нашел себе другую супругу.

– Твою служанку? – прошипел граф, покраснев. – Я видел их! Это позор!

– А не позор выдать свою единственную племянницу замуж за человека, у которого до этого умерло уже семь жен? – Эва тоже не намерена была идти на перемирие. – Ты ведь знал это! И понимал, что я тоже могу умереть, но все равно послал меня туда! Конечно, тогда бы ты стал полноправным владельцем всего моего наследства!

– Да как ты смеешь, неблагодарная? – Граф побагровел еще сильнее. Казалось, его сейчас разорвет на части от негодования. – Сама опорочила наше имя…

– Чем же?

– Тем, что живешь неизвестно где и неизвестно с кем!

– Это ты позоришь нашу семью, устраивая скандалы в королевском дворце, – сквозь зубы бросила Эва.

– Позвольте все же высказаться мне, Ваше Сиятельство, – вышел вперед Седерик, заслоняя собой Эву. – Я барон Тодж, мое имя тоже что-то да значит, полагаю. И мои намерения в отношении вашей племянницы самые серьезные. Я надеюсь, что, когда эмоции схлынут и уйдет недопонимание, вы сможете меня выслушать. И позволите попросить у вас руки вашей племянницы.

– Седерик… – изумленно пробормотала Эва.

– Значит, она живет у вас, да, барон? – свой пыл граф все еще не поумерил. – Незамужняя девица у неженатого мужчины!

– Прошу прощения, но Эва живет не у барона Тоджа, – заговорил Ронал. – А в моем замке. В моем и… моей супруги. – Он кашлянул, глянув на меня. – У леди Эвы своя комната, и никто на ее честь не посягает.

– Да, это так, Ваше Сиятельство. – Я постаралась удержать спокойную улыбку на лице.

– Милорд, не стоит меня защищать и оправдываться перед моим дядей. – Эва передернула плечами. – Он, упрямец, все равно останется при своем мнении.

– Но это ведь правда, – растерянно возразила я.

Граф Барбантиа тем временем смерил взглядом Ронала.

– Если не ошибаюсь, с вами мы тоже не знакомы.

– Не ошибаетесь, – спокойно ответил тот. – Не имели чести. Я редко покидаю свое герцогство. Сегодняшний бал – впервые за многие годы. Я герцог Д'ари, милорд.

Музыка в этот момент снова стихла, и некоторые гости, привлеченные бурным выяснением отношений дяди и племянницы, стали заинтересованно коситься в нашу сторону.

– Продолжим эту беседу в другой раз. – Граф небрежно кивнул. – Но племянница сегодня вернется домой со мной!

– Ни за что! – воскликнула Эва, прячась за Седериком. – В тот дом я вернусь только с судебным приставом!

– Да как ты смеешь, мерзавка! – прошипел граф, вновь теряя самообладание.

– Ваше Сиятельство, попрошу без оскорблений, – заявил Седерик.

Граф собрался еще что-то сказать, но потом передумал и стремительно покинул балкон.

– О святая Вела. – Эва обессиленно оперлась на руку Седерика. – Этого я и боялась… Спасибо, что поддержали.

– Я не мог иначе. – Седерик накрыл ее ладонь своей.

– Не думала, что у вас с дядей все настолько плохо в отношениях, – заметила я. Теперь понятно, почему Эва не стремилась бежать из замка Ронала.

– Он прямой потомок Иоганны? – уточнил тем временем Ронал.

– Да, с моим отцом, – вздохнула Эва.

– Оно и видно, – не удержался Ронал.

– Раз мы уже все тут собрались, – проговорила я, – предлагаю вспомнить, зачем мы вообще пришли на бал, и обсудить, как нам пробраться обратно в оранжерею.

– Думаю, стоит подождать еще с полчаса-час, когда гости еще больше опьянеют, а бдительность стражников притупится, и тогда вернуться в оранжерею, – сказал Ронал.

– Согласна, – кивнула Эва. – Если мою «отмычку» не заметили, сможем войти без проблем.

– Значит, так и поступим, – согласилась я. – Внутри действуем быстро, рвем цветок и тотчас уезжаем.

– Я, пока вы будете это делать, подгоню карету, – произнес Седерик.

– Отлично. – Я улыбнулась.

– Раз у нас еще есть время, давайте продолжим танцевать, – взбодрилась Эва. – Или…

Но ее следующая фраза оборвалась на полуслове, когда воздух сотряс непонятный шум. Будто что-то приближалось, большое и дикое. По телу побежали мурашки страха.

– Что это? – Я вцепилась в Ронала.

– Смотрите… – прошептала Эва и дрожащей рукой показала на небо.

Горизонт был усыпан огнями, которые стремительно росли, приближаясь. Они хаотично двигались из стороны в сторону, и от них отрывались хвосты-искры, осыпаясь на землю.

С улицы стали доноситься крики стражи, несколько гвардейцев вбежали в зал, устремляясь к королю. Музыка резко стихла, пары перестали танцевать, настороженно оглядываясь. Кто-то, увидев то же, что и мы, ринулся к окнам. На балконе стало тесно.

Между тем странные огни приближались, и теперь было видно, что они не самостоятельны. Между ними двигались тени, похожие на птиц, а сами они – лишь часть перьев. Существа не издавали ни единого звука, и это было еще страшнее, чем крики.

– Это твари Хаоса, – проговорил Ронал, безотрывно наблюдая за ними. – Еще одни.

– Более сильные и совершенные? – дрогнувшим голосом уточнила я. Именно об этом переживала Гризелла, об этом предупреждал глава липси.

Ронал не ответил, но в следующий миг толкнул меня в сторону, накрывая собой: прямо на нас летела одна из тварей, широко разметав бестелесные, будто сотканные из самой тьмы, крылья.

Некий господин – видимо, маг – попытался остановить ее заклинанием, но попытка оказалась слабой и безуспешной. Тварь сбила его крылом, задев огненным концом, и на одежде заплясало пламя. Пронзительно закричали женщины, все, толкаясь, ринулись прочь с балкона.

– Барьер! Надо, чтобы сняли блокирующий барьер с дворца, – сказала я, когда мы все вчетвером укрылись в одной из ниш в стене. – Так можно было бы попробовать отогнать их магией.

Эва взволнованно следила за слугами, которые торопливо закрывали все окна, порой прямо перед тварями, которые врезались в стекла со всей силы, норовя разбить.

– На улице уже что-то горит, – сказала она.

Мы и сами уже увидели, как где-то в парке взметнулся в небо столп пламени и дыма.

– О боги… Откуда они вообще здесь взялись? – прошептала Эва. – Здесь, в столице?

– Похоже, Предел истончается быстрее, чем нам хотелось бы, – ответила я.

– Ева? Ты можешь что-то сделать? – Графиня умоляюще взглянула на меня.

– Маловероятно… – покачала я головой. – Даже не знаю, как именно их можно отогнать. И магия… Я же говорю, что с ограничениями это невозможно. Да и, как вижу, здесь есть другие маги. Сильные. Они должны что-то придумать.

– Маги есть. И ни одной ведьмы, – вздохнула Эва.

– Лучше Еве не проявлять себя во дворце, – вступил в разговор Ронал. – Мы не знаем, к чему это может привести. Гризелла бы не одобрила этого. Да и одна Ева ничего не сможет сделать. Наоборот, мы должны оградить ее от любой опасности. – И он крепче сжал мою руку.

Меня же разрывало от страха и бессилия. Я не знала, что делать, как помочь, как избавиться от всего этого кошмара. И почему я оттягивала момент учебы? Теперь я корила себя на чем свет стоит.

– Барьер снимают, – сообщил Седерик, который ненадолго отходил, чтобы выведать побольше информации. – Королевскую семью уводят в безопасное место. Подняты все подразделения боевых магов, часть оцепила дворец, часть сейчас будет здесь. Гостям не велено покидать этот зал. Посчитали, что здесь пока будет безопасней.

Словно в ответ на его слова, одна из тварей атаковала окно, и стекло от него брызнуло во все стороны. Ламбрекены тотчас вспыхнули огнем. Магия непроизвольно устремилась к моим пальцам, призывая стихию воды. Но я не успела использовать ее: один из боевых магов смог потушить огонь раньше с помощью какого-то артефакта и отогнать тварь. Он же вместо треснувшего стекла создал мерцающий силовой барьер.

Я впервые видела в действии магов. Ронал из-за своего проклятья почти не пользовался магией, Седерику до сих пор не подворачивался случай проявить свою, здесь же зал теперь был просто наполнен магией, чужеродной и давящей. Я ощущала ее не так, как магию стихий. Эта была более плотная, с запахом и привкусом металла.

Гости в зале уже не метались в панике, гвардейцам и распорядителю удалось навести мало-мальский порядок. Дамы, притихнув, расселись по диванчикам и стульям, кто-то тихонько плакал и причитал. Мужчины с напряженными спинами и взглядами бродили вдоль окон, пытаясь разглядеть, что происходит на улице. Были и те, кто топтался у фуршетного стола, нервно подъедая оставшиеся закуски.

В какой-то момент снова заиграл оркестр, тихо и неуверенно, пытаясь хоть как-то развеять царившее волнение. Я же невольно вспомнила историю Титаника, на котором музыканты до последней секунды жизни продолжали играть, и от этого сравнения стало еще больше не по себе. А что, если магам не удастся избавиться от тварей?

Между тем за пределами дворца шел ожесточенный бой, вот только тварей не становилось меньше. Все больше строений становилось охваченными огнем, их, рискуя жизнями, пытались тушить слуги параллельно сражению.

Эве меньше всех удавалось усидеть на месте, и она то и дело подскакивала и оббегала зал по периметру. Первое время Седерик следовал за ней, но потом перестал. Мне тоже было тяжело бездействовать и больше всего сейчас хотелось, чтобы здесь очутилась Гризелла и дала один из своих советов, как лучше поступить.

– Вы не поверите! – К нам подбежала побледневшая Эва. – Там, там…

– Что еще случилось? – спросил Ронал.

Действительно, что еще могло случиться? Худшее, чем эти огненные твари Хаоса…

– Оранжерея горит! – отчаянно выкрикнула Эва.

И мое сердце оборвалось.

Мы все бросились к окну, на которое показывала Эва. Из-за деревьев виднелась крыша оранжереи, охваченная огнем.

– Нет, нет. – Я вцепилась в рукав камзола Ронала, чувствуя, что сейчас упаду в обморок. – Только не это…

В его глазах отражались языки пламени, лизавшие деревья у окна, а за ними затаилась боль отчаяния.

– Мы должны были остаться там… – Меня охватило безмерное чувство вины. – Должны были изловчиться и сорвать цветок сразу… Не должны были идти сюда… Еще и веселиться…

– Перестань. – Ронал сжал мой локоть. – Никто не мог предположить, что такое случится.

– Возможно, еще не все потеряно, – сказал Седерик. – Не факт, что все растения пострадали. Оранжерею, уверен, уже тушат, так что шанс, что лунарис на месте, еще остался…

– Ох, только бы это было так. – Я судорожно вздохнула.

– Смотрите, тварей становится меньше, – заметила Эва. – Похоже, королевские маги все-таки справляются с ними…

– Или это приближение рассвета влияет. – Ронал нервно оттянул воротник рубашки. – Мне надо поскорее отсюда выбираться, иначе…

О боги… Еще и это. Я на миг прикрыла глаза, пытаясь вернуть себе самообладание.

– Главный выход охраняется, как и балконные двери. – Седерик быстро оглядел зал. – Окна тоже не вариант.

– А дверь для музыкантов? – Эва вытянула шею, устремляя взгляд к оркестру. – Кажется, около нее нет гвардейцев.

– Верно! – Я чуть не расцеловала ее за находчивость. – Давайте попробуем выбраться через нее.

Мы прошли вдоль стены, стараясь не привлекать к себе внимание. У оркестрового балкончика чуть задержались, пока Эва пыталась заговорить зубы скрипачу и дирижеру, а Седерик с помощью невидимого магического потока открывал низкую дверцу.

Мы с Роналом прошмыгнули первыми, следом показался Седерик и последней в узкий коридор впорхнула Эва.

– Кажется, получилось. – Она расплылась в улыбке.

Я благодарно пожала ее руку, затем мы торопливо направились вперед. Коридор был темным и пыльным, словно им пользовалась крайне редко. Я уже начала переживать за то, куда он нас может вывести, как мы наконец оказались у решетчатой двери на улицу. Открыть ее тоже не составило труда, и мы выбежали на задний двор. В воздухе сквозь насыщенный запах гари проступали и другие: сена и навоза. Где-то совсем рядом отчаянно ржали лошади.

– Кажется, мы недалеко от конюшен, – сказал Ронал. – Значит, к оранжерее – направо.

– Я последую нашему первоначальному плану и найду экипаж, – предложил Седерик. – Подгоню его к оранжерее.

Ронал кивнул ему, и мы разошлись в разные стороны. Небо медленно, но неумолимо светлело. По нему еще носились единичные твари, но нападать больше не спешили.

В какой-то момент Ронал остановился и обреченно посмотрел на меня.

– Идите вперед, я сейчас вас догоню.

Я понимающе подхватила Эву под локоть и увлекла ее за собой, а когда та попыталась оглянуться, отвлекла ее праздным вопросом.

Через минуту Ронал снова был с нами, только в облике зверя, а за деревьями уже виднелась оранжерея. Она представляла собой печальное зрелище: обугленный остов, лопнувшие закопченные стекла и почерневшие силуэты растений. Слуг рядом было немного, большинство, потушив огонь здесь, перебежало к конюшням, остальные с уставшим рассеянным видом разгребали завалы. На нас никто не обратил внимания, даже Роналу удалось проскользнуть мимо незамеченным.

Мы шли вдоль обгорелых растений и деревьев, которые еще несколько часов назад были в самом цвету и соку, и сердце болезненно сжималось. От былой красоты и роскоши ничего не осталось, а с каждым шагом таяла и наша надежда.

– Это там, – голос Эвы звучал хрипло.

– Ты уверена? – Мои связки тоже плохо слушались меня, а глаза отказывались верить в увиденное.

Остатки обожженной голубой ленты слабо трепыхались на ветру, внутри же нее было пусто. Лишь земля, покрытая пеплом, и торчащий обугленный корешок, некогда бывший лунарисом. Последним на всем свете.

Мир пошатнулся. Я опустилась на корточки и закрыла лицо руками. Меня душили слезы, и я даже не могла взглянуть на Ронала, надежда которого окончательно сгорела в этом огне.

Стук колес и тихое ржание лошадей нарушили гнетущую тишину.

– Вы тут? – раздался осторожный возглас Седерика. – Поторапливайтесь. Стража вышла на обход. 152e1bc

Мне в шею уткнулась звериная морда.

– Идем, – проговорил Ронал. – Нам здесь больше нечего делать.

– Прости, – сдавленно прошептала я. – Прости…

– Здесь нет твоей вины, Ева… – Он коснулся носом моей щеки. – Никто не виноват. Идем.

Я нехотя поднялась и на негнущихся ногах поплелась следом за Эвой и Роналом.

– Быстрее. – Седерик открыл дверь кареты. – Я так понимаю, все плачевно?

– Более чем, – хмуро отозвалась Эва.

Седерик молча окинул нас взглядом и едва качнул головой.