Глава 21 – Поворот не туда
POV Алёна
Первое сентября второго курса началось с непростого разговора с подругой. Но с чего-то же нужно было начинать. В деканат я сегодня уже сходила, порядок действий для перевода узнала, осталось только начать и кончить, а потом выдохнуть и возрадоваться новой, прекрасной жизни, в которой нет места Никите Соболевскому.
- Я буду переводиться, Лид, – села я на свою кровать и оглядела, так полюбившуюся мне, комнату.
- Дура что ли? – резко обернулась девушка, а потом воинственно вперила руки в бока.
- Дура, да. Дура, что терпела этого гада целый учебный год. Но теперь с меня хватит! – решительно рубанула я воздух ладонью.
- Вообще странно, – заметалась по комнате Лидка, – его же на тех шашлыках не было, да и вообще на всех этих вписках Соболь почти никогда не присутствовал. Тогда зачем было и тебе палки в колеса вставлять? Как думаешь?
- Я уже ничего не думаю и думать не хочу. Единственное, что сейчас меня тревожит – забрать документы и как можно быстрее начать учебу в другом вузе, – фыркнула я.
- Значит, бросаешь меня? – накуксилась Лидка.
- Да причем тут ты? Мы о моей жизни сейчас говорим или нет? – вспыхнула я.
- Ты права, но…Алёнка, может за всем этим эпическим трешем все-таки стоит что-то такое, о чем ты даже не догадываешься? Ну не просто же так твой Соболевский из МГУ к нам перевелся.
- Господи, Лида! О чем я могу не догадываться? О том, что у этого придурка прогрессирующая шизофрения? – окончательно взорвалась я.
И эта дурочка в ответ на мои слова только рассмеялась, а потом подошла и села рядом со мной на кровать, тепло и участливо обнимая меня за плечи.
- А я на права сдала, Алёнка, – неожиданно сменила тему Нечаева, – а еще мне родители за окончание первого курса машину подарили. Не новую, конечно, но вполне себе на ходу.
- Зачем тебе в Москве машина-то? Чтобы всю степуху на бензин спускать? – закатила я глаза к потолку, не особо разделяя страсти подруги.
- У меня нет степухи, Княжина, – рассмеялась Лидка, – это ты у нас отличница, а я так, седьмая вода на киселе. А машина нам с тобой нужна, чтобы завтра поехать в «Сосны и ели».
- Никуда я не поеду, – забурчала я, а потом все же спросила, – а зачем вообще туда ехать?
- Будем отмечать начало второго курса. Собирается весь наш поток гулять. А еще говорят, что всю территорию загородного клуба только под нас закроют. Ну ты прикинь! Да и погода какая шикарная стоит, Аленка! Жара, м-м-м. Там озеро большое есть, может даже искупаться получится.
- Но меня ведь не приглашали, – попыталась возразить я.
- Так никого не приглашали, просто дали кличь в общем чате.
- В котором меня нет, – опять насупилась я.
- За то я есть!
- Не поеду, Лид! – но подруга моих отрицаний даже слушать не хотела, а потом и вообще запилила веским аргументом.
- Это из-за него?
- Да!
- Все равно ты переводишься, Княжина. Так? Так! Ну вот и какая теперь разница будет там Соболевский или нет. Плевать! Зато оторвешься по полной за все время, что он тебя третировал.
- Ну, я даже не знаю, – заламывала я руки.
- Говорят природа там просто отпад, м-м-м…Банька, шашлыки, танцы, песни под гитару до утра, ой, Алёнка…
- Думаешь, надо ехать, да?
- Да!
И вот так я, толком даже не поломавшись, клюнула на ядовитый крючок судьбы, который полностью изменил все мои планы на жизнь. Ох, если бы я только знала, к чему это все приведет…
И вот уже я, не думая ни о чем, собираю в небольшую походную сумку вещи для сомнительной поездки, а уже на следующий день, в субботу, ближе к вечеру, мы с Лидкой на ее автомобиле выдвинулись в сторону северо-запада Московкой области.
Дорога была не близкая и, по мере приближения к пункту назначения, я все больше и больше сомневалась в правильности своего решения. И так-то не зря! Ведь стоило нам только заехать на ухоженную территорию базы отдыха «Сосны и ели» как перед моим взором предстал тот, кого я от всей души желала не видеть больше никогда.
Но он был здесь, прожигал меня своим черным взглядом, и я пообещала себе, что гадский гад не испортит мне, ни этот день, ни вечер, ни отдых в целом. Хрен ему с маслом! А лучше без.
- О, Нечаева, ты притащила с собой свою карманную зверушку, – насмешливо спросил Соболевский, когда мы с Лидой вышли из машины и начали подниматься по ступенькам с сумками в руках.
- У тебя галюники, Никитка, тут никаких животных нет, – осклабилась моя подруга, решительно принимая боевую стойку.
- Лид, остынь. Соболевский сам как сплошной галюник, – устало буркнула я, – не трать свое время и силы на это недоразумение.
Компания парней, в ответ на мои слова, только переглянулась между собой, а потом любезно пригласила Нечаеву пройти внутрь базы отдыха, чем девушка тут же воспользовалась. А дальше, вслед за ней, крыльцо покинули и двое друзей Соболевского, оставляя нас одних.
- Х-м-м, смышленая, – потянул мой враг, – зверушка. Команды выполняешь?
Глаза в глаза и улыбка, полная предвкушения, растянула его идеальные губы. И вновь я на тропе войны и только одно оружие ударит точно в цель – равнодушие. Я ему его обещала.
- Как ужасно здесь пахнет. По всей видимости, что-то стухло.
И только было я хотела последовать внутрь помещения вслед за остальными ребятами, как черноглазое чудовище перегородило мне дорогу и закрыло дверь, наклоняясь к моему лицу, и его слова полились зловещим шёпотом. А я вся замерла, как истукан, пораженная его неожиданной близостью и знакомым, ненавистным запахом хвои, дуба, бергамота и пряных яблок.
- Тебе здесь не рады, Княжина. Я тебе не рад. Такси вызвать или сама до города доберешься?
Подняла на него взгляд в ожидании продолжения, но заметила только то, как он улыбается. Томно, слегка прикрыв веки, обрамленные пушистыми, смоляными ресницами. Но в глубине его глаз не было улыбки, только дикий холод и стужа.
И мне бы послушать его и всего один раз в жизни сделать так, как он хочет. Но нет!
Я лишь поджимаю губы и хмыкаю, отводя взгляд в сторону. Не могу долго смотреть на него. Не хочу. Не буду.
Самоуверенный засранец!
Тычок в плечо, и я успеваю воспользоваться его секундным замешательством, чтобы открыть дверь и проскочить внутрь, напоследок полируя его колкой фразой:
- Да пошел ты!
И бежать быстрее, чтобы отыскать Лидку и спрятаться за ее надежное плечо. Что, собственно, и случилось, стоило мне только войти в главный вестибюль базы, где уже огромной толпой собрались наши однокашники. Кто-то стоял на широкой террасе, кто-то развалился на диванчиках перед ресепшеном, кто-то залип у огромного телевизора, что транслировал какой-то футбольный матч.
Я окинула присутствующих взглядом и только потом недоуменно спросила у Лиды:
- Какого черта, Нечаева? Тут от нашего потока от силы половина. И кто все эти незнакомые люди? – потом заметила чей-то пристальный взгляд и оглянулась, встречаясь глазами со своим прошлым, – И какого лешего тут делает Решетов?
- А кто это? – недоуменно подняла брови Лида.
- Мой бывший одноклассник и…лучший друг Соболевского.
21.1
POV Алёна
- А-а-а…ну, так не все смогли проехать добрых восемьдесят километров от Москвы. А еще…в общем…тут оказывается плюсом приглашены студенты из группы, где раньше учился твой Никита, то бишь из МГУ, – и Лидка затравленно посмотрела на меня.
- И? Какого ляда этот гад пригласил на вечеринку только нашего потока ребят, которых никто из нас знать не знает?
- Ну…ты только не рычи на меня сильно, Аленка…
- Резче отвечай, Нечаева, – почти рявкнула я.
Но от ответа девушку спас администратор, который именно в этот момент решил приступить к заселению. И началась суета. А за ней нас нестройными рядами повели туда, где мы должны были переночевать в этой богадельне, предварительно поделив нас на мальчиков и девочек.
Нам с подругой досталась комната на втором этаже двухэтажного дома с шестью спальнями, отдельной кухней и террасой с видом на озеро и лес. Красиво, конечно, вот только меня все еще терзали смутные сомнения.
- Лид? – потянула я удрученно.
- Блин, Княжина, вот ты неугомонная вообще. Ну какая разница, кто тут приглашен? Главное же, что вечеринка обещает быть улетной! Ну разве этого недостаточно? – через голову сняла подруга футболку и выудила из сумки свежую.
- Нет, – вздохнула я и подошла к балконной двери, разглядывая красоту за окном.
- Короче, этим местом вроде как владеет отец твоего Соболевского, – почти затравленным шепотом поведала мне Нечаева и я, откинув голову, в голос застонала.
- Моего, – фыркнула я и гадливо передернула плечами, – перестань говорить о нем в таком ключе, я тебя как человека прошу!
А потом мы обе услышали, как со стороны пляжа на всю катушку задолбила музыка. Кто-то громко засвистел, а потом и девчачий визг огласил округу.
- Да, я видел не мало, но нашёл тебя по глазам, эй, – начала пританцовывать на месте Лидка и подпевать популярным мотивам, а я же только покачала головой и прикрыла ладошками глаза.
- Перестань, – взмолилась я, но подруга только еще громче выводила свои рулады.
- Твой взгляд — это маяк, и я шёл, будто по волнам, м-м.
Продолжает кривляться и «поет» в расческу, что выудила из сумки. И я смеюсь в голос от этих ее рандомных дерганий и ничего не могу с собой поделать.
- Ну вот, другое дело, Аленка! Улыбка – это то, что надо. А теперь пошли веселиться.
И мы пошли, минуя тут и там разбросанные домики в скандинавском стиле, беседки и баньки. А потом с восторгом оглядели огромный шатер посреди лесной поляны и почти на берегу озера, с террасой и кучей разномастных плетеных кресел и диванчиков. Внутри играл свой бесконечный трек диджей, сверкал стробоскоп и слепила глаза светомузыка. По полу стелился туман от дым-машины и девчонки уже вскидывали руки вверх и трясли костями под громкий бит, выкрикивая без остановки слова нашумевших хитов.
- У-у-у! – заголосила Нечаева и двинула в сторону танцующих, таща меня за собой на буксире.
И знаете, я отпустила всю себя, а потом и почти под завязку зарядилась всеобщим драйвом. Танцевала. Улыбалась и вообще чувствовала себя свободной. Такой, какой не чувствовала никогда. И да, я ощущала его взгляд, он выскабливал дырку в моем затылке, но мне было плевать!
Фиолетово!!!
Спустя почти полчаса заиграл какой-то заунывный трек, и мы с Лидкой поползли промочить горло. Нечаева набросилась на белое полусладкое, а я ограничилась только газировкой.
- Можно тебя пригласить на танец? – услышала я голос позади себя.
Обернулась и застыла, недоуменно хлопая глазами. Это был симпатичный, высокий, светловолосый парень. Он смотрел на меня с надеждой и улыбался так приветливо, что я не смогла не улыбнуться ему в ответ.
- Можно, – кивнула я и вложила свою руку в его широкую ладонь, – только предупреждаю, я не танцор диско.
- Оу, такая же фигня, – рассмеялся блондин, – но, я подумал, что так у меня будет больше времени тебе понравится.
И от этих слов я тут же жутко застеснялась, а потом и почувствовала, как щеки и шею заливает румянец смущения.
- Я Денис, кстати.
- А я Алёна, – кивнула я.
- Алёна, а можно пригласить тебя на свидание после всей этой катавасии? В понедельник там или во вторник? Пожалуйста, – и сделал глаза точно, как у кота из знаменитого мультфильма.
- Мы только познакомились, Денис! – округлила я глаза от такой прыти.
- Согласен, я напираю. Тогда в среду? – и я рассмеялась, откидывая голову назад и качая головой.
- Я посмотрю сначала на твое поведение.
- Да я агнец божий, – улыбнулся мне парень и я вдруг поняла, что он действительно нравится мне.
И я позволила вести себя в танце, а потом согласиться выйти на затемнённую часть террасы, чтобы поболтать там без лишнего шума. Два запотевших бокала. Один с колой для Дениса, второй с минералкой для меня. Свет луны и неожиданная вспышка молнии где-то вдалеке.
- Гроза, наверное, будет, – флегматично выдаю я.
- У меня уже. Вот тут, – и парень показывает бокалом себе на грудь, а я в который раз покрываюсь краской смущения, – скажи, Алёна, у тебя же нет парня?
- Пока нет, – отвечаю я.
- Надеюсь, что скоро будет, – делает он шаг ближе, зажимая меня у перил и я нервно сглатываю, совершенно не понимая, нравится ли мне то, что сейчас происходит или нет.
Нет! Однозначно!
Отвожу глаза в сторону, а потом и вообще отворачиваюсь, гадая как бы побыстрее свернуть мероприятие на этой террасе. Я не готова к таким скоростям. Это все вообще не про меня.
- Алёна! – слышу я окрик от дверей балкона и отчего-то облегченно выдыхаю.
Выпутываюсь из рук Дениса и с удивлением смотрю на Кирилла Решетова, что нервно бьет кулаком в раскрытую ладонь.
- Да? – делаю я шаг ближе к бывшему однокласснику и лучшему другу своего злейшего врага.
- Тебя попросила Лида позвать. У нее там форс-мажор, – и кивнул в сторону выхода с террасы.
- Лида? – хмурюсь я и понимаю, что действительно на какое-то время забыла о подруге.
- Угу. У нее там капец какое к тебе срочное дело. Пошли провожу.
- А чего это она сама за мной не пришла? Могла бы позвонить или написать? – чувствуя подвох, спрашиваю я и уже через мгновение мой телефон в заднем кармане джинсов издает характерную возню.
Смска. От Лиды: «Алёнка, ты мне срочно нужна».
- Ладно. Пошли, – согласно киваю я, а потом оглядываюсь на блондина и выдаю ему напоследок, – еще увидимся, Денис.
И снова я окунаюсь в разноцветные огни и громкий музыкальный бит. Проходим сквозь толпу танцующих, уже разгорячённых танцами и крепкими напитками ребят. По сторонам тут и там замечаю целующиеся парочки. Смущенно отвожу глаза.
Затем мы покидаем шатер и идем по подсвеченной искусственными факелами дорожке через лес и дальше вглубь базы отдыха. И только я было хотела спросить какого черта Лидка забралась так далеко от основной толпы, как Кирилл остановился, а потом махнул мне в сторону одиноко стоящего у самой воды домика.
- Она там. Поторопись.
И ушел. Я же лишь боязливо оглянулась по сторонам и потопала в сторону воды.
А дальше…
21.2
POV Алёна
- Лид, – потянула я и судорожно стряхнула мурашки, что только что пробежали по моим рукам. Хотя, на улице, на удивление, было по-летнему тепло, только от воды отчетливо тянуло приятной прохладой. Просто все это было запредельно странно, если не сказать больше.
На кой черт Нечаева вообще ушла так далеко от основного веселья?
Оглянулась на домик, но увидела только темные, безжизненные окна. Прошла дальше, а потом потопала к пирсу, который заканчивался беседкой с несколькими лежаками и столиками. Дошла, огляделась, но и там не обнаружила ни единой живой души, не говоря уже о подруге.
Может это очередной тупой розыгрыш в стиле Соболевского?
Очевидно, так и есть. Но почему тогда сама подруга написала мне сообщение? Не иначе, как и ее заставили участвовать в этом идиотском фарсе.
Достала телефон из заднего кармана джинсов и набрала номер Лидки. Длинный заунывный гудок, потом еще один и еще, пока позади меня не послышался голос. Ненавистный. Постылый. Чужой.
Тараканище…
- Она не возьмет трубку, – сказал, а я прикрыла глаза от острого разочарования к себе.
Дура! Конченая кретинка! Как я, спустя столько лет издевательств, допустила сегодня такой промах?
- Где Лида? – не поворачиваясь к нему, спросила я, чувствуя, как закипаю.
- Немного посидит в темном чулане, – потянул Соболевский, словно обсуждал не живого человека, а мешок с картошкой.
- Скотина, – кинула я на него осуждающий взгляд из-за спины, но он только улыбнулся, а потом пристально всмотрелся в ночное небо, которое только что пересекла яркая, ослепляющая, зигзагообразная молния.
- Да ладно тебе, Княжина. У твоей подруги замечательная компания, не заскучает.
Окончательно повернулась к нему и только сейчас заметила в его руке корзину, с которой обычно ходят счастливые семейные пары на пикники. Дьявол во плоти и эта чертова корзинка. Какой-то сюр, не иначе. Но я не собиралась узнавать, что в ней. Может змеи, тараканы или с пяток лягушек. Плевать!
- Как же ей повезло, в отличие от меня. Но я это сейчас исправлю, – сделала я шаг к нему, но тут же остановилась, потому что и Соболевский молниеносно шагнул в мою сторону. Гад!
- И куда собралась? – осклабился этот упырь.
- Туда, откуда выдернул меня твой прихвостень Решетов. К своей замечательной компании в лице симпатичного блондина Дениса, – выпалила залпом, а потом решительно двинула на выход из этой западни.
Вот только пирс был не настолько широким, чтобы совершать какие-либо отчаянные маневры, а парень на моем пути был конкретно настроен на то, чтобы еще раз испить моей крови. Кинул корзинку на деревянный настил, а сам резко преградил мне путь. Пришлось тормозить, а потом пытаться обогнуть его внушительную фигуру, с другой стороны, но и там меня ждало сплошное разочарование.
- Пусти, – зашипела я.
- Пустить? К Дениске, да? Чтобы уже сегодня он потянул к тебе свои культяпки, а потом и оприходовал где-нибудь на темной террасе, пыхтя тебе в лицо умопомрачительным перегаром? Это твоя голубая мечта, да?
Он наступал на меня, а я отступала, не понимая, за что мне это все. Но дух противоречия уже поднял голову внутри меня, а потому я задрала повыше нос и со всей уверенностью заявила:
- Ага, голубая, Никита. Влажная, привлажная.
Он шумно выдохнул, а я от звука этой очевидной злобы от чего-то улыбнулась от уха до уха. По венам забурлил адреналин. Ведь теперь я знала – это стычка, между нами, последняя. А потом я переведусь и навсегда забуду, что в моей жизни когда-то существовало такое недоразумение по имени Никита Соболевский.
- Алёна, – предостерегающее рычание, но я и ему нисколько не вняла.
- О, я уже девятнадцать лет, как Алёна. А сказать тебе сколько лет я ненавижу тебя, Соболевский, и на дух не переношу, м-м?
- Я и без твоей конкретики это знаю, – цедит он и делает еще один шаг ближе, а я с ужасом вдруг понимаю, что мне больше некуда отступать.
- Ну вот и чудесно, Соболевский, очень за тебя рада, что ты такой у мамы с папой эрудированный получился, – выстреливала я словами точно пулями, совершенно не замечая, как парень будто бы болезненно кривится от моих слов, – а теперь уйди с дороги, меня ждут.
- Денис? – хрипло, чересчур надсадно, но мне уже все равно.
- Да хоть бы и он! Тебе-то что? – бью я его руками в грудь, но вот только ненавистный враг резко подается вперед, а потом и прихватывает меня ладонью за шею.
Не сильно, но я неожиданно задохнулась, а потом и потонула в его запахе, потому что он подтащил меня к себе так близко, что наши носы едва не соприкоснулись.
- Что ты позволила ему, Алёна? Он трогал тебя? Целовал? Отвечай! – рычит мне прямо в губы и мое тело начинает не слабо так потряхивать. Он пугает меня!
Да что там? Я сама себя пугаю! Ведь я знаю, что за нелюдь этот парень, но все равно взялась его провоцировать.
Дура!
- Отойди от меня! – шепчу сбивчиво и сглатываю.
- Ты реально думаешь, что я позволю, чтобы хоть одна мужская рука прикоснулась к тебе? Ты действительно такая наивная дурочка?
Боже, что такое он несет вообще?
- Отойди! Ты мне противен! – пытаюсь оторвать его ладонь от своей шеи, но она как будто приколочена. Намертво, черт возьми!
- М-м, противен? А этот прилизанный увалень не противен? Хочешь, я сделаю так, что ему станешь противна ты. Это…будет весело, – медленно растягивает свои губы в улыбке, оголяя безупречно белоснежный оскал. Господи, как же я мечтаю больше никогда его не видеть!
- Больной урод!
- Больной, согласен, – качает он головой и вдруг прикасается лбом к моему лбу.
- Ненавижу тебя! – отстраняюсь я, не в силах вынести его близости. Она словно питон, уже обвила меня с головы до ног и начинает душить. Без шансов.
- Ненавидь, Алёна. Это лучше, чем равнодушие. Ты знаешь? И мне нравится твоя ненависть, – его слова срываются на хриплый шепот, а затем тонут в продолжительной вспышке молнии и последующим за ней оглушительным громом, – сладкая, волнующая, умопомрачительная…
- Что? – захлебнулась я паникой.
- И я хочу узнать какова она на вкус…
А уже в следующий момент его рот накрыл мои губы, а его язык коснулся моего языка. И стрела запредельного страха прошила мой позвоночник.
Какого черта он делает?
Замычала и попыталась отвернуться, а потом и выпутаться из его рук, но он только крепче ухватил меня одной ладонью за волосы, а второй надавил на подбородок, открывая мой рот еще шире.
Господи!
Я замолотила кулачками по его груди, но он только еще крепче прижал меня к себе, углубляя тот акт, что он совершал своими губами и языком. Поцелуем я это называть категорически отказывалась! Потому что не этому гаду воровать мои первый в жизни поцелуй.
Нет!
И я отчаянно вцепилась ему в волосы, а потом и остервенело их потянула в разные стороны. А затем снова и снова дергала их так, что, казалось бы, еще чуть-чуть и Соболевский остался бы лысым на всю оставшуюся жизнь.
Еще один рывок и он наконец-то отрывается от меня, а потом без промеления получает пощечину, да настолько сильную, что всю мою руку свело судорогой.
- Скотина! – задрожал мой подбородок.
- Алёна, – и снова шаг ближе.
- Не подходи! – но он не слышит и новый удар прилетает ему по лицу.
Вот только ему кажется плевать на мои потуги, он прет как танк, и я не в силах его остановить.
Господи, Боже, что же делать-то?
Пытается схватить меня, но я яростно отбиваюсь. Почти скручивает, но и я не сдаюсь. Завязывается борьба, где я истошно изливаю на него всю свою ненависть:
- Гад! Сволочь! Мерзавец! Подлец! Подонок! Ублюдок! Убери от меня свои руки! Да что тебе надо-то от меня? Отпусти! Отпусти, меня, Соболевский!
- Успокойся, – глухо рычит он, но меня уже не остановить.
Я как дикая фурия – вся раскалилась от негодования.
Вывернулась и снова залепила ему оплеуху, а потом разревелась, понимая, что ему мои удары, что слону дробина.
- Алёна!
Окрик. Тычок. Вспышка молнии. Оглушительный раскат грома. Еще один тычок от меня в развороте.
И я вдруг вижу, как Соболевский оступается, а потом и теряет равновесие. Рывок назад от него, но инерция уже тянет меня вслед за ним, а затем мы оба с шумным всплеском погружаемся в холодную воду.
С головой.
Где-то здесь я и увидела очередную ослепительную вспышку света, а затем испытала сильную, почти нестерпимую боль во всем теле, которая сковала меня по руками и ногам так, что я была не в состоянии пошевелиться. Паралич, не иначе. И только руки Соболевского, крепко держащие меня поперек талии, не давали мне скатиться в настоящую агонию.
Но вслед за первой вспышкой сразу же последовала и вторая.
И я окончательно потеряла сознание…
А затем очнулась вновь как от мощного толчка. Резко вынырнула, громко накачивая кислородом легкие, надсадно кашляя и хрипя. А потом замолотила руками по воде, стараясь побыстрее выбраться на берег.
И позади меня уже слышалось сбивчивое дыхание моего злейшего врага. Как жаль, лучше бы он утонул, скотина!
Вылезла на прохладную, покрытую первыми каплями дождя, траву и в изнеможении упала на нее, закрывая глаза и рвано дыша. Соболевский тихо ухнул и тоже на кой-то черт завалился рядом.
Всего несколько минут на отдышаться, а потом я открыла глаза и повернула голову. Снова закрыла, потерла пальцами веки и опять открыла. А затем я заорала дурниной и не своим голосом:
- Какого черта, Соболевский? Ты мне что ли дурь в минералку подмешал?