Глава 49 – Отупела…

POV Алёна

Порхаю по комнате, пока бабушка по громкой связи рассказывает, что к ней завтра придет в гости провожать старый год подружка с соседней улицы.

- Гуся буду запекать с яблоками, Лёлька, и несколько салатиков нарежу. Подсмотрела тут в газетке, что выписываю, пару новых рецептов. Надоел до оскомины этот проклятущий оливье. Да и «шуба» тоже. А Семёновна принесет бутылочку домашней настойки на дикой сливе. Так что весело у меня будет, ты не переживай.

- А мама что? – еще раз прошлась я рассеянным взглядом по своему небогатому гардеробу.

- Ой, внученька, там труба. Лежит с осени, как вобла сушеная, на диване в своей комнате. Страдает.

- Чего это?

- Так хахаль же ее бросил из-за того, что она квартиру не продала. Вот и горе у нее, что ее не развели как глупую курицу, – фыркнула бабуля и рассмеялась своим же словам.

- М-да…

- Как была дурой всю жизнь, так и осталась. Ну и шут с ней! Ты мне лучше расскажи, как сама будешь Новый год встречать? Не передумала на работу выходить и всю ночь горбатиться, м-м, Лёль?

И я тут же села на свою скрипучую койку, а потом прикрыла ладошками глаза и протяжно вздохнула, все еще не в силах поверить в то, что случилось.

- Ба, – потянула я жалобно.

- Что такое?

- Меня Никита пригласил вместе с ним Новый год отметить, – задыхаясь эмоциями, выдавила я.

- И ты согласилась?

- Угу.

- Слава тебе, Господи!

- Ну, бабушка, – фыркнула я.

- Что? Я девятнадцать лет, как ты родилась, так и бабушка. Ты мне лучше скажи, вы помирились?

- Ну… как? – и мои глаза заметались по комнате, не в состоянии сосредоточится на водовороте мыслей и чувств.

- Эх, а мне пела: не хочу, не буду, не мил он мне. А теперь вот оно что. Любо-дорого посмотреть! Двух слов сложить не можешь, так от любви отупела!

- Так все, ба! Мне пора! И…э-э-э, с Наступающим! Завтра еще наберу, – как можно скорее свернула я разговор под смех родного человека.

А потом откинулась на свою койку и прикрыла глаза, сразу же погружаясь в воспоминания сегодняшнего дня. И фантомная боль от былого страха резанула по груди, где гулко и суматошно билось мое сердце.

Я ведь действительно думала, что Никита подошел со мной попрощаться. Лихорадочно соображала, что я буду делать, когда это наконец-то случиться. Больше всего боялась, что разревусь, а потом малодушно стану умолять его не бросать меня. А потому сначала я вообще не поняла, что он такое у меня спрашивает.

А уж когда до меня дошла суть его просьбы, то я моментально выпала в астрал, способная вытолкнуть из себя лишь два жалких слова: «без проблем».

На вечеринку? П-ф-ф, да я, если бы он только попросил, и на Крайний Север за ним пошла!

А тут такое?

Зачёт думала не сдам до его появления, а после мне на радостях и двадцати минут хватило, чтобы решить все поставленные задачи. И внутри меня все пело, каждая клеточка вопила гимны, а тараканы в голове отплясывали странные танцы под гулкий бит и огни цветомузыки.

И до общежития я не шла. Я летела! Порхала! И дважды чуть не повалилась в грязный московский сугроб, чтобы сделать «ангела», с глупой улыбкой на устах.

Вот до чего я дошла. Вот до чего довел меня этот невозможный человек с черными, как ночь, глазами.

А мне бы только смотреть в них вечно…

С порога, как только в комнату ввалилась, так сразу заметалась из угла в угол. И не удержаться на месте, не за что ухватиться! Все из рук валится, потому что они трясутся от адреналина так, что и описать слов не хватит. Застыла на месте, а потом прихватила полотенце, тапочки, сумочку с шампунями и двинула в душ, чтобы смыть то немыслимое напряжение, что бурлило в крови.

Стояла под упругими каплями и снова тонула в воспоминаниях. Наше прошлое. Наше настоящее. Есть ли среди всего этого место для будущего? Для задушевных разговоров, что были, между нами, в этот сентябрь? Для смеха и шуток, понятных только нам двоим? Для всего-всего на свете…

Вздохнула, вылезла из кабинки, вытерлась как следует, натянула на себя халатик и в комнату. А там ужаснулась, увидев два пропущенных от Него. И паника опять парализовала меня с ног до головы.

А вдруг он звонил, чтобы все отменить?

Вдруг больше не хочет встречать со мной Новый год?

Вдруг…

Боже!

Набрала в ответ номер Никиты и замерла с закрытыми глазами ожидая его ответа, а потом, в течение нескольких минут, то умирала, то возрождалась вновь, потому как не в силах была понять, что же он у меня такое спрашивает и зачем.

Раздрай. Абсолютный!

И уснуть в эту ночь у меня никак не получалось. Отрубилась только под утро, просмотрев от начала и до конца наши переписки и совместные фотографии туда-сюда раз десять, а то и больше. А когда проснулась, то обнаружила, что уже далеко за полдень и на сборы у меня осталось всего ничего.

- Вот же я клуша, – бранила я сама себя, пока бегала по комнате и раздумывала, что надеть.

Снова мыла и сушила волосы, укладывала их по плечам в аккуратные крупные кольца. Долго думала, краситься ли мне или нет, но все же не удержалась и слегка мазанула по ресницам тушью, а по губам морковной помадой. И стоило мне только облачиться в, подаренное Никитой, платье, как в мою дверь постучали.

Замерла словно перепуганная косуля в свете фар, а потом прикрыла веки, сглатывая и переживая острую вспышку радости в своей груди.

Это Он. Он!

Провернула ключ в замочной скважине, распахнула дверь и потонула во времени и пространстве, накрытая огромной ударной волной эмоций и чувств.

- Привет, – слышу сквозь шум в ушах.

- Привет, – отвечаю и тут же отвожу взгляд.

Почему? Да потому что он такой красивый, что и смотреть больно!

А ведь совсем недавно я считала его мерзким тараканищем. Боже! Какой же дурой я была…

- Готова? – задает Никита вопрос хриплым голосом, а я только киваю и натягиваю на себя пуховик и ботинки.

Пока закрываю дверь на ключ, то и дело, из соседских комнатах доносится громкая музыка и дружный смех, а еще в воздухе отчетливо пахнет мандаринами. Вот только я сама не могу ухватить за хвост это ощущение легкости от наступающего праздника. Я вся скручена в нервный клубок. Волнуюсь и переживаю как никогда.

Я смотрю на его ладонь и так хочется, чтобы он переплел свои длинные, музыкальные пальцы с моими. Чтобы сразу же после этого по телу пробежала жаркая молния и лупанула по израненному сердцу, а потом и прицельно по мозгам. Хочется, понимаете? Вот только Никита не делает этого. А потом и вовсе прячет руки в карманы куртки, и я не могу сдержать разочарованного выдоха.

И стальная пружина внутри меня сжимается еще сильнее.

Пока спускаемся в лифте и пока проходим турникет, а уж когда садимся в машину, так я вообще начинаю вибрировать и гудеть как трансформаторная будка.

И все это от того, что Никита рядом, но не так близко, как мне бы того хотелось. И зачем теперь он смотрит на меня так пристально, сидя ко мне в пол-оборота?

- Алёнка? – тянет он как-то грустно, и я тут же вскидываю на него глаза.

Тону. Захлебываюсь. А потом и вовсе забываю, как дышать.

- М-м? – на большее просто не способна. Смотреть и мычать – это единственное, что мне удается складно. Остальное – полный провал.

- Я тебя будто на казнь везу. Ты не хочешь со мной никуда ехать? Так? Согласилась, а теперь передумала?

Сглатываю и отрицательно качаю головой. Передумала? Господи, да что он такое говорит?

- Нет, – выдыхаю, а затем признаюсь, как есть, – просто нервничаю. Немного.

- Я тоже нервничаю, – улыбается он мне, – давай нервничать вместе?

- Давай, – как завороженная смотрю я на его улыбку, на чисто выбритый подбородок, на пушистые веера ресниц и сильные, жилистые руки, что уверенно обхватили оплетку руля.

Смотрю и понимаю, что бабуля все-таки была права…отупела.