Глава 19
- Так, так, так и нас не пригласила на свадьбу, - а это уже Игорь выныривает из-за широкой спины Гордеева. И он здесь, - нехорошо, куколка.
- Было бы на что приглашать, - морщусь, изо всех сил стараясь не разревется.
- Ну, все погуляла и хватит, давай завязывай тут с весельем, поехали, у нас еще куча дел сегодня, - перебивает нас Кирилл.
- Каких дел? – в недоумении смотрю на них и ничего не понимаю, - я не могу никуда ехать, я должна выйти замуж сегодня за этого…, - неопределенно машу рукой.
- Нет, Юля, - говорит выразительно Гордеев, как ребенку маленькому объясняет, - ты должна выйти замуж за Макса, костюмчик смени только, этот мне, кажется, мрачноват для свадьбы.
- Я не могу за Макса, мой отец навредит ему, если я откажусь и сбегу, - разочарованно поясняю свой отказ.
- Твой отец вот уже…, - смотрит выразительно на часы, - три часа как ничего никому не может сделать.
- В каком смысле?
- В прямом. Он банкрот, Юль. Поэтому и взял тебя на крючок. Как только Макс вернулся из армии и узнал, что с тобой сделал отец, он начал мстить, а мы все ему активно в этом помогали. Как только твой отец понял, что дело пахнет жареным, он начал действовать через тебя. Тебе бы научится делиться своими проблемами с близкими людьми, глядишь, и глупости перестала бы творить. Все иди, забирай ребенка и поехали. Я белый лимузин заказал, между прочим, специально для тебя, обещал Нике сделать все красиво.
Я срываюсь с места, окрыленная долгожданным чувством свободы, неужели этот кошмар закончился для меня и я могу навсегда покинуть этот ненавистный дом. Забегаю в детскую комнату, хватаю спящего ребенка, сумку со своими документами и сразу направляюсь к дверям, не обращая никакого внимание на ошеломленную няню.
Спускаюсь на первый этаж и, конечно же, натыкаюсь на своего отца и моего, теперь уже бывшего, слава всем святым, жениха.
- Куда это ты собралась? – надвигается на меня устрашающей глыбой отец.
- Она едет с нами, - возле меня, как по мановению волшебной палочки, оказывается Романов. И я так ему благодарна за это сейчас.
- Вы слишком много на себя берете, молодой человек, - прорезается голос у Аркаши.
- Уверен? – слышится наглый смешок за спиной тридцать пять плюс, и Гордеев с увесистым шлепком опускает руку на его плечо, так сильно, что у того даже коленки подгибаются, то ли от страха, то ли от силы удара.
Интересно, он вообще дрался хоть когда-нибудь в жизни, мелькает у меня вопрос при взгляде на это никчемное недоразумение. Я бы многое отдала ради возможности взглянуть хоть одним глазком, как у этого сморчка навсегда отобьют желание вербовать в рабство молодых девушек.
Игорь осторожно, чтобы не потревожить ребенка, берет меня под руку и ведет к выходу. А Гордеев, развернувшись лицом к моему отцу, дарит ему свою фирменную злую усмешку.
- Вы же уже в курсе, что все ваше имущество и обожаемые денежки находятся в руках Макса Стрельцова? – выдает ему с удовольствием. – И вы его очень сильно разозли тем, что дважды обидели его любимую женщину, то есть свою дочь. Вот такие дела, - разводит на прощание руками и уходит вслед за нами.
Едва я выхожу за ворота, как тут же застываю в немом изумлении. Он что на полном серьезе говорил? Офигеть просто. Передо мной стоит шикарный белый лимузин.
- Ну, ты чего застыла-то? – подталкивает меня к машине.
- Подожди, - останавливаюсь в нерешительности, - мы куда сейчас едем?
- В загс хочешь? – невозмутимо спрашивает и, не дождавшись ответа, продолжает, - тогда поторопись, а то твой будущий муж поседеет от ожидания.
- Я не могу в загс в таком виде, - упрямо мотаю головой.
- Да ладно, шучу я, - отмахивается от меня, - говори куда ехать.
- Где сейчас Максим? – напряженно спрашиваю.
Гордеев снова бросает взгляд на свои часы, потом сосредоточенно что-то выщитывает в голове.
- Сейчас он как раз становится самым богатым и завидным женихом в этом городе, ты бы поторопилась, а то рискуешь остаться ни с чем.
- Что это значит? – спрашиваю со злостью, потому что эти его дурацкие шуточки… бесят меня.
- Подписывает последний контракт, - уже серьезно объясняет, - мы немного не уложились по времени, поэтому его оставили там завершать сделку, а сами рванули за тобой, кстати, вовремя появились. Еще чуть-чуть промедления и все…, ты замужем теперь, - заканчивает нараспев. Ну, скажет тоже, меня даже передернуло, как вспомню…
Я подхожу к машине и аккуратно усаживаюсь внутрь, осторожно придерживая сына.
- Отвези меня сначала в квартиру, где я жила до родов, - прошу Гордеева, - мне нужно переодеться. И можешь мне одолжить машину какую-нибудь на пару-тройку дней?
- Не вопрос, - беззаботно отвечает.
В следующий момент достаю из сумки свой телефон, который мне вернули этим утром, и набираю сообщение Максу, где буду его ждать. Кажется, я знаю самое лучшее место встречи для нас с ним.
* * *
Приезжаю домой и первым делом снимаю с себя этот ужасный костюм, запаковываю его в мусорный мешок, он ближайшим рейсом отправится на помойку. Открываю свой шкаф с вещами и быстро нахожу то, что мне сейчас нужно. Белый длинный сарафан на тонких лямках из льняной ткани, просто идеально. Кормлю Ромашку, беру автолюльку и слинг на всякий случай. Собираю необходимые на несколько дней вещи для себя и малыша и постепенно гружу их в машину, которую уже успел подогнать для меня Гордеев.
Буквально через три часа я стою на берегу озера, наслаждаюсь свежим воздухом и свободой, которую дарит это место. Ромчик, уютно устроившись в слинге, мирно посапывает возле моей груди, он тоже оценил волшебное действие свежего воздуха и этого замечательного места.
Слышу позади себя шаги, но не оборачиваюсь, знаю, что это он, мой самый любимый и желанный мужчина. Чувствую, как сердце сжимается и начинает биться сильнее, а на глаза наворачиваются слезы. Неужели все испытания позади и теперь мы будем вместе.
Макс подходит ближе и аккуратно за плечи разворачивает лицом к себе. С тревогой скользит по мне взглядом, и я вижу, как постепенно его лицо разглаживается и напряженность отступает. Он рывком выдыхает воздух и осторожно, чтоб не разбудить сына, прижимает меня к груди. Потом отстраняется и впивается внимательным взглядом.
- Никогда больше, - чеканит каждое слово, - НЕ СМЕЙ. ОТ МЕНЯ. УХОДИТЬ. Ты поняла меня?
Я киваю ему, потому что ответить просто не в силах сейчас, а он нежным касанием своих пальцев вытирает мои слезы.
Мы стоим несколько минут или часов, я уже не понимаю, потому что мне хорошо и спокойно сейчас, ведь главное, чтобы любимый человек был рядом. Остальное уже не так важно, с остальным мы справимся вместе.
- Говорят, ты сейчас самый завидный жених в этом городе, - говорю ему с улыбкой, решаю нарушить наше молчаливое единение душ.
- Правильно говорят, - со смешком отвечает, - но следом прошел слух, что уже почти окольцованный, так что у других не остается никаких шансов.
- Интересно кем, - спрашиваю с легкой улыбкой.
- Одной очень дерзкой, красивой и высокомерной выскочкой, но очень и очень любимой, которая сделала мне самый лучший подарок в жизни. И надеюсь, чуть позже сделает еще несколько таких же, - последние слова он выдыхает мне прямо в губы.
- Максим, - отвечаю ему почти шепотом, - я хочу, чтоб ты знал. Все, что я когда либо делаю или сделала, это все только ради тебя, потому что я люблю тебя и всегда буду любить.
- Я не хочу, чтоб было ради меня, я хочу, чтоб было ради нас, - перебивает меня требовательно и целует. Наконец-то, он меня целует.
- Макс, - перебиваю снова и хватаюсь за его футболку, - запомни, пожалуйста, даже если я стою перед алтарем и выхожу замуж за другого мужика, то это только потому, что я люблю тебя больше жизни.
Он недоуменно смотрит на меня несколько долгих секунд, потом начинает хохотать.
- Юль, - давится смехом, - ты сейчас херню какую-то сказала. Замуж ты выйдешь только за меня. Других вариантов у тебя просто никогда не будет.
Я улыбаюсь сквозь слезы, прижимаюсь к его груди и вдыхаю такой родной запах. Обвиваю шею руками и тяну на себя.
- Мое сердце выбирает тебя. Всегда, – выдыхаю прямо в губы и целую так, чтобы больше никаких тяжелых мыслей в голове не осталось. Для меня только он, для него только я. И больше никого между нами.
Мы остались в домике, на берегу озера на целую неделю. Гордеев и Романов благосклонно согласились в честь нашего воссоединения дать Максу небольшой отпуск, в конце которого тут же организовали нам выездную регистрацию брака.
Я была в том же белом сарафане, как и обещала, больше никаких свадебных платьев. Тем более Макса это более чем устраивало, как он сказал, здесь сразу беспрепятственный доступ к телу, никаких бесконечных пуговок и шнуровок. Рома кстати был с ним абсолютно солидарен в этом вопросе, при малейшем чувстве голода, еда сразу без промедления оказывалась перед носом.
Сам Макс пришел в белой рубашке, конечно же, с закатанными рукавами, чтобы я всю церемонию исходила слюной, и свободных бежевых брюках.
Рома в таком же белом костюмчике, почти, как папочка, спокойно посапывал на руках у бабушки, мамы Макса, пропуская тем самым большую часть праздника, но ему простительно, перед ним сейчас стояли совсем другие задачи, кушать, спать, расти и быть здоровым.
- Любишь меня? – спрашивает шепотом Макс, когда одевает мне на палец обручальное кольцо.
- Больше жизни, - отвечаю сквозь слезы.
Ну почему девочки всегда плачут на свадьбах? Раньше не замечала за собой такой слабости.
- И я тебя, - отвечает и сразу же целует, еще не дождавшись разрешения регистратора.
Позже, когда мы с Максом танцуем в стороне от всей толпы гостей, до нас доносится приглушенные голоса Ники и Кирилла.
- Ну, вот скажи мне, что за жмотяры, - звонко прихлопывает очередного комара, - не могли разориться на нормальный ресторан. Макс сейчас может себе позволить любой.
- Кир, - возмущенно начинает спорить Ника, - ты совсем не романтик. Для них это место особенное, неужели ты не понимаешь.
- Конечно особенное, – недовольно ворчит, – здесь особенно сильно тебя жрут все виды насекомых.
Мы с Максом, переглянувшись, начинаем громко хохотать, а ребята, глядя на нас, к нам дружно присоединяются.
* * *
Мы с Максом в очередной совместный выходной, заваливаемся вместе в наш любимый магазин, где можно купить фэмили лук для всей семьи. Я этот магазин полюбила еще беременная, именно здесь я купила толстовку Роме «я люблю папу». Кстати, сегодня мы тоже одеты по-особенному. На мне толстовка, на спине которой написано «люблю Макса», у него такая же с надписью «люблю Юльку». По выходным дням мы особенно любим гулять в таком виде.
Помню Гордеев, когда нас увидел, покрутил у виска, а потом втихаря заказал там толстовку для Вероники с надписью «Собственность Гордеева». Сколько криков было тогда, не знаю, как он выжил после этого. Разве можно беременной женщине делать такие подарки.
Я оставляю Макса расплачиваться на кассе, а сама выхожу из отдела, чтобы посмотреть рядом магазинчик с нижним бельем. Максим до сих пор не жалея расправляется со всеми моими трусиками, потому что желает видеть меня без них, но только в стенах нашего дома. А мне приходится очень часто пополнять запасы.
Обвожу взглядом соседние отделы и натыкаюсь взглядом на Романова. Он-то здесь, что делает интересно. Подхожу ближе, чтобы поздороваться.
- Привет.
Он дергается так, будто я застукала его на месте преступления.
- Фу ты, блин, напугала, - хватается за сердце и смеется.
- Ты за кем тут следишь? – подозрительно спрашиваю.
- Иди сюда ближе, - подзывает меня, и я без задней мысли иду.
Он кладет свою руку мне на плечи и прижимает ближе к себе. Я. конечно, пытаюсь вырваться.
- Не дергайся. Смотри вниз на первый этаж, видишь, девушка сидит в малиновой блузке? – осторожно показывает рукой в их сторону.
- Та, что с мужчиной? – спрашиваю.
- Да, - недовольно подтверждает, - подыграй мне, а? Хочу, чтоб она меня увидела рядом с тобой и приревновала.
- Это Дашка твоя что ли там? Тебе сколько лет, Романов? Когда ты уже повзрослеешь? Что за глупости? Хочешь, чтоб мой муж тебе все зубы выщелкал?
- С Максом я сам договорюсь, - отмахивается от меня.
- О чем это ты собрался со мной договариваться? – слышится грозное рычание у меня за спиной, - и жену мою отпусти, если жить хочешь.
Вот и ревновашки мои любимые подоспели, скалюсь в глупой улыбке. Так приятно, черт возьми.
Макс обнимает меня свободной рукой, второй он держит покупки, и прижимает к своему сильному телу, а я наслаждаюсь нашей близостью, даже через одежду.
- Глупостей не делай больше, - говорю напоследок этому горе любовнику.
- Я и так уже сделал столько, что… - грустно вздыхает, - она не простит.
- Если любит, простит, - отвечаю уверено. Подхожу к нему ближе и под приглушенное рычание Макса обнимаю чисто по-дружески.
Мне его так жалко сейчас, хороший ведь парень, угораздило его так вляпаться.
- Ладно, идите уже вечно влюбленные, - отмахивается от нас рукой.
Мы, взявшись за руки, выходим из торгового центра и идем в парк, там недавно открылся автодром, теперь это наше любимое развлечение в выходные. Когда Ромчик немного подрастет, будем все вместе приходить сюда и кататься на детских электромобилях.