89

- Эй! Что ты делаешь! – Удивительно, но меня совсем не обидело варварское отношение. Напротив. Приятно, когда о тебе переживают, ревнуют и носят на руках. Но ради приличия я сопротивляюсь, как и полагается любой девушке в такой ситуации.

- Увожу тебя в безопасное место.

Десмонд усаживает меня в машину, пристегивает собственными руками, заботливо поправляет ремень и занимает водительское место, забыв пристегнуть себя.

- Тебе нужно решать свои африканские дела.

- Моё главное дело – это ты, остальное всё может подождать.

Сомнительно, но окей….

- Десмонд, почему ты такой упрямый?

Раньше я могла заставить его делать всё, что моей душе угодно, теперь Дэс был несгибаемым.

- Лучше скажи мне, кто желает тебе смерти?

- Не знаю. – Говорю нервно и быстро, выдавая себя с потрохами.

- Прекрасно знаешь. Когда Бадр сказал, что твою квартиру взорвали, никто не подумал, что это связано как-то со мной, значит, существует некая угроза с другой стороны. Я хочу всё знать.

Наши отношения вынуждают меня быть откровенной, если я хочу быть с Десмондом, я должна доверять ему и рассказывать обо всём. Но почему-то после нашего разговора мне было трудно признаться в том, что я Черная вдова.

- Куда мы едем? – Решаю перевести разговор в другое русло, мне нужно немного больше времени, чтобы решить, как быть и что говорить.

- У меня несколько особняков в России. Проедемся до северной столицы, никто не знает, включая Парвин, что у меня там дом. – Мне очень понравилось это уточнение. Значит, его жена была не в курсе всех его дел и не была таким уж доверенным лицом как ей хотелось.

- Не боишься её оставлять без присмотра?

- Ты можешь думать о ней что угодно, но Парвин не побежит к отцу при первом удобном случае. Она ненавидит его. А ты не увиливай от темы.

Мой телефон начинает вибрировать очень вовремя. На экране высвечивается Демид, Десмонд выхватывает телефон и принимает вызов, ставя его на громкую связь.

- Ева, времени немного. Симку твою блокирую, чтобы никто не мог тебя отследить. Возможно, даже к лучшему, что никто не знает про Десмонда. Не заподозрит, что ты могла уехать с ним. Будем держать связь через него. Я позвоню, когда устраним помеху.

- Спасибо. – Коротко отвечаю в ответ, желая поскорее предупредить брата, что мы разговариваем с ним на громкой связи. – Дэм…

- И это… сама смотри, ты вправе не рассказывать ему ничего. Мало ли чем он занимался все эти годы?

Нет. Кривлюсь, желая придушить брата собственными руками. Мог и додуматься не говорить лишнего.

- За-е-бись. – Десмонд выбрасывает телефон в окно, не давая нам договорить. – Становится всё интереснее, Ева. Чем же ты занималась все эти годы?

- Дэс… Смотри на дорогу. – Опасное вождение пугало меня с детства.

- Ты постоянно проводишь время среди мужчин. Кстати, если так задуматься, ты всегда проводила время с лучшими бойцами отца. Всегда работала не в Москве, держалась в тени. В чём же ты так помогала отцу?

Разглядываю Десмонда, пытаясь считать хорошо запрятанные мысли. Он догадался и хочет услышать ответ от меня или просто близок к разгадке?

- Ева, отношения так не строятся… - Напоминает требовательно Медвежара, заметно багровея от тихой ярости.

Закрываю глаза, и отключаю слух. Мне нужно принять решение. Сказать или не сказать? Почему я боюсь рассказать правду?

Мне страшно, что Десмонд использует информацию против моей семьи?

Я действительно думаю, что он сможет так поступить со мной?

Нет, он никогда не причин вред никому из нас, чтобы не говорил Десмонд, он любит меня и тепло относится к папе и брату. В нём говорит обида, но так ярко злятся лишь на родных. Со временем это пройдет.

- Тот проект, о котором ты говорил… - Мне не нравилось прозвище «Чёрная вдова», поэтому сама я себя так никогда не называла. – Он на самом деле мой.

Десмонд не выглядел удивленным, мне показалось даже, что он выдохнул с облегчением, когда я ему раскрыла секрет.

- Ты знал?

- Догадался, когда Демид звонил. – Выплюнул он, закуривая сигарету одной рукой. – Сложил дважды два. Признаюсь, такого никак не ожидал, Золотце. Думал, ты только на мне оттачиваешь мастерство, а оказывается ты несешь мозгодрочку в массы.

- Это называется психотерапия.

- Угу.

- И… это всё, что ты скажешь?

- А что мне сказать? – Десмонд не поворачивался ко мне, спокойно курил сигарету, соблазняя меня никотиновым запахом. – Если честно, когда до меня доходили о твоих многочисленных связях с мужчинами, я был в бешенстве, думал с ума сойду. Тогда я был бы рад любому логическому объяснению, что ты можешь делать в их компании. – Пауза. Дэс выбрасывает окурок в окно. – Сейчас я злюсь на Беса за то, что втянул во всё это свою дочь.

- Это была моя идея, мне хотелось работать… И сейчас я горжусь своими успехами и бросать начатое не собираюсь.

- А придётся.

- Нет. – Даже ради Десмонда я не брошу работу и не буду сидеть дома.

- Обсудим это позже.

- Это не обсуждается.

Десмонд многозначительно молчит в ответ.

Парвин

Любовь = одержимость.

Десмонд – единственный, кого я хочу и ради которого я готова на всё.

У нас было бы всё прекрасно, если бы не эта избалованная Ева. Её я возненавидела с первого взгляда, стоило мне увидеть её на балу в честь дня рождения как все внутренности обдало кислотой.

Почему мир так не справедлив?

У нас было столько общего, но наши жизни так кардинально отличались.

Мы обе родились в очень обеспеченных семьях. Гроссерия были богатыми и влиятельными, Траоре не уступали им. У Евы был брат, а у меня трое братьев.

Её с детства носил на руках отец и брат, сдували пылинки со светлой головы и не позволяли никому обижать их девочку. Я с детства была обузой для семьи, ведь была ни мужчиной, ни наследницей. Папа не мог никак дождаться дня, когда избавится от меня. Братья не воспринимали меня в серьёз.

Мы обе получили великолепное высшее образование. Ева работала для души, мне отец не давал работать, считая, что моя единственная задача – удачно выйти замуж.

Нас обеих называли красивыми. Ради Евы Десмонд готов был пожертвовать жизнью, ради меня…

Еву избаловали любовью, она не ценила окружающее её благополучие. А я вот цеплялась за любую крупицу любви, которую мне дарили.

И Десмонд был единственным - кто был добр ко мне. Я была ему благодарна за счастливейшие три года жизни.

- Горюешь тут одна? – Покой дома нарушил цепной пёс Гроссерия, Бадруддин Алиев. Лично я с ним была не знакома, но видела его на балу. Красивый мужчина. Видный. Для всех было бы лучше, если бы Ева Гроссерия выбрала его, а не пыталась замухатать моего мужа себе.

Десмонд никогда не рассказывал мне о Еве, я лишь знала, что ему разбили в юности сердце и он больше не хочет никогда никого подпускать близко к своему сердцу. Когда я увидела, как он смотрит на неё, поняла сразу без лишних слов, что Ева и есть та самая, кто разбила ему сердце.

В его глазах было столько восхищения и боли. Он пожирал её глазами.

- Что ты тут делаешь?

- Ева припарковала автомобиль у дома. Я так понимаю это и есть то самое логово О’Донелла. – Он нагло расположился на диване, наблюдая за тем как я спускаюсь по лестнице со второго этажа. Не понимаю, зачем в этом доме охрана, если все, кому не лень беспокоят покой.

Я так была подавлена желанием Десмонда развестись, что не нашла в себе силы выйти из дома несмотря на дела. Если бы умела плакать, пустила бы слезу.

- Это не ответ на мой вопрос. Что ты тут делаешь и зачем пришел?

- Кто-то покушался на Еву, хочу убедиться, что ни ты ни твой отец не имеете к этому отношения. - Какая радостная новость. Надеюсь, что Гроссерия мертва или обезображена. А лучше то и другое. – Ради приличия, сотри улыбочку со своего лица, Ева прекрасно себя чувствует.

- Я не имею к этому никакого отношения. Отец думаю тоже, он не в курсе последних событий. - Если бы Траоре узнал, что Демид кинул его, то собственными бы руками придушил наглеца. А потом бы и меня, за что мужика не удержала.

На меня никогда не покушались, всем прекрасно было известно, что отец холоден и безразличен ко мне. Моя жизнь ничего не стоила. Завидно даже, что через Еву хотят ослабить семью.

- Отлично. Тогда собирайся. Пока мы не выясним кто источник угрозы, ты будешь находиться под защитой семьи Гроссерия.

- Ха. – Смешок вырвался из меня сам собой. – С чего бы? Моей безопасностью занимается муж. И сомневаюсь, что ему понравится такой расклад.

Пока ещё Десмонд мне муж, а с Гроссерия связываться мне не хочется. Папа никогда не любил эту семью, и стала понимать почему.

- Десмонд уже не в городе, он занят безопасностью Евы. Чтобы с тобой ничего не случилось, и чтобы быть уверенными, что ты не доставишь проблем, я отвезу тебя в безопасное место.

Получается, Десмонд бросил меня ради своей белокурой красавицы?

- Я останусь здесь, не нужно переживать за мою безопасность. – Мог бы и позвонить ради приличия, предупредить о своём отъезде. Десмонд… - Скажи мне, Бадр, какого это, подтирать избалованную жопу девушки, которая тебе нравится, но спит с другим?

Как бы я не пыталась, никак не могла понять, за что её так сильно любят? Что находят в этой пустышке? Вот и Бадр, взрослый мужчина, а тратит своё личное время ради той, кто отвергла его.

- Завидовать не хорошо. – Алиев уходить не собирается. – Лучше собирайся.

Беру телефон и набираю номер Десмонда, верить на слово незнакомому мужчине не собираюсь. Сначала нужно всё обсудить с Дэсом. Он сбрасывает мой вызов, а через пару минут на телефон приходит сообщение: «Говорить не могу. В ближайшие часы тебя заберут и отвезут в безопасное место.»

Раньше он никогда не пренебрегал мной.

- Ему не до тебя, Парвин. – В голосе Бадра неприкрытая насмешка. – Ты женщина не его жизни. Пойми уже это наконец.