Глава 38

— Ты намерен вот так просто пойти в дом Паттисонов? — недоумевала я, услышав подобное от Марка. — И заявить прямо, что нам надо?

— Я предпочитаю разговаривать именно так. Все эти витиеватости, заходы издалека, полунамеки — это не по мне, — ответил он, поправляя перед зеркалом воротничок рубашки и галстук.

Прошло всего полчаса, как мы вернулись от Филиппа и еще толком не успели все обсудить, а Реллингтон уже рвался действовать.

— Я полагала, мы продумаем тщательно, что лучше сказать, как преподнести все Паттисону, — пыталась образумить его я. — Возможно, стоит отправить к нему Джо с говорильником, предупредить о встрече. И вообще, может, его и дома не будет.

— Разберусь на месте.

— Разберемся, — поправила его я. — Раз ты такой упрямый, я иду с тобой. Думаю, у меня больше шансов повлиять на Паттисона, чем у тебя.

— Но ты Светлая... — начал было Марк.

— Ты тоже уже не Темный, — вынуждена была напомнить ему. Эту тему мы оба пока обходили стороной: Марк делал вид, что ничего не произошло, я же, глядя на его поведение, не решалась начать разговор первой. Но вот сейчас само к слову пришлось.

— Думаешь, он поддастся на твое очарование? Собираешься с ним флиртовать?

— Если это поможет делу, то — да, — в пику ответила я. — Как думаешь, стоит ли поменять платье на более легкомысленное?

— Только попробуй, — Реллингтон сузил глаза.

— Я пошутила, — я взяла его под руку. — Даже не собираюсь наряжаться для него. Только для тебя. Ну, пошли, что ли?

Комплимент благотворно повлиял на Марка, и он немного расслабился.

— Не думала, что это скажу когда-нибудь, но как хорошо, что дом Паттисона стоит так близко к твоему, — с усмешкой заметила я уже на улице. — Иначе пришлось бы побродить в тумане, а то и заблудиться в трех соснах.

— Меня все равно не радует такое соседство, — Реллингтон остался при своем мнении.

— А если нас не пустят на порог?

— Я не исключаю такого варианта. Это так похоже на все их семейство.

Ворота долго никто не открывал, потом все же из тумана вынырнул дворецкий в темно-красной ливрее.

— Передайте лорду Паттисону-младшему, что с ним хотят поговорить лорд и леди Реллингтон, — сообщил ему Марк. — Разговор срочный.

— Простите, милорд, но вам придется подождать ответа здесь. К сожалению, у меня нет разрешения пускать вас в дом, — поклонился дворецкий и скрылся в тумане.

— Я же говорил, это вполне в духе Паттисонов, — сказал уже мне Марк.

— Подождем, — я пожала плечами.

Дворецкий вернулся через минут десять:

— Милорд скоро спустится.

— Все же в дом не пустил, — усмехнулся Марк.

— Не очень-то и хотелось, — подтвердила я. — Правда, вести такие разговоры на улице...

Договорить я не успела: сквозь туман стал проступать знакомый силуэт.

— Реллингтон? — начал Паттисон, еще не доходя до нас. — Не помню, чтобы звал тебя в гости. Впрочем, твою супругу я бы впустил и даже угостил бокалом вина...

— Мы не в гости. Есть важный разговор, Люк, — Марк пытался сохранять спокойствие и не поддаваться на его провокационный тон. — И если ты не хочешь впускать нас к себе, мы можем пройти ко мне...

— Да ладно? — Паттисон сделал изумленное лицо. — Ты зовешь меня к себе? Но, извини, я воздержусь. Говори здесь, что тебе надо. И побыстрее. Я устал и хочу отдохнуть. Только утром вернулся из столицы, был во дворце, навещал Кайла. Ты знаешь, что принц тоже болен?

— Тоже? Ты имеешь в виду ту самую болезнь? — Марк уже не скрывал тревоги. Мне тоже стало не по себе от этой новости.

— Да, и он очень плох, — теперь и Паттисон убрал с лица надменность, а в голосе его проступила грусть. — Император в отчаянии.

— Тогда тем более ты должен выслушать нас, — с нажимом произнес Марк. — И если так хочешь, можем говорить здесь. Дарквайт в опасности, по-моему, это бесполезно отрицать. Это видит любой здравомыслящий человек. Причина: нарушен баланс Тьмы и Света. Как ни тяжело признавать, но Темные сами в этом виноваты. Впрочем, Светлые тоже не без греха, но сейчас их слишком мало осталось, Свет исчез, поэтому ответственность в первую очередь лежит на Темных. Бедствия будут продолжаться, а Темные умирать, если не привести наш мир в равновесие.

— Ну а я-то тут причем? — недоверчиво усмехнулся Паттисон. — Зачем ты мне все это вещаешь тоном профессора философии? Я что ли как-то могу повлиять на взбесившееся мироздание?

— Можете, милорд, — заговорила уже я. — У нас есть шанс вернуть равновесие в Дарквайт. Мы нашли ритуал, который поможет это сделать. И как раз ваше участие в нем просто необходимо.

— Вы пьяны? — Паттисон начал заводиться. — Какой ритуал? С чего я должен в нем участвовать?

— Мы в трезвом уме, Люк, — отозвался Марк. — И говорим правду. Мы с тобой никогда не ладили, это верно, но хоть раз ты мог уличить меня во лжи? И сейчас у меня нет ни одной причины, чтобы обманывать или разыгрывать тебя. Нам нужна твоя помощь. Дарквайту нужна помощь, пусть это и звучит высокопарно. Для ритуала необходим Темный, которого Тьма приняла совсем недавно. Когда это случилось с тобой? В Академии ты еще был вне нее, я знаю точно.

— Не так давно, — кадык Паттисона нервно дернулся. — Но что из этого? Я не собираюсь в этом участвовать.

— Мы с Марком тоже участвуем в ритуале, — вставила я.

— Вы? А вы тут причем?

— Узнаешь, если согласишься, — ответил Марк. — Я не могу рассказать тебе всех деталей, пока ты не решился. Поверь, это намного серьезней, чем ты думаешь. Подумай о своих близких, которых может постичь судьба принца и других погибших. Да и ты не бессмертный. Возможно, завтра эта страшная болезнь придет в твой дом.

— Прекрати, я не пугливый мальчишка. И нет, я отказываюсь в этом участвовать, — отрезал Паттисон. — Разберитесь как-нибудь без меня. И уходите. Благодарю, что навестили, — и он пошел прочь.

— Люк! — крикнул ему вслед Марк. — Все же подумай над этим! У нас совсем мало времени...

Но тот ничего не ответил и скрылся за пеленой тумана.

— Нечто подобное я ожидал, — удрученно протянул Марк.

— Что будем делать? — я тоже чувствовала себя подавленной. — Без Паттисона ничего не выйдет.

— Может, стоит поискать других бастардов? — Марк вздохнул. — Но это займет время...

— Наверное, нужно предупредить остальных, что у нас ничего не вышло, — сказала я. — Иди домой, а я отправлюсь к Филиппу или Розе...

— Одна? — судя по нахмуренному лбу, ему эта идея пришлась не по нраву. — Пойдем вместе.

— Одна я справлюсь быстрее, ты же сам понимаешь, — я улыбнулась и, не дожидаясь, пока он ответит, вызвала сферум.

Через мгновение я уже стояла у Храма. То, что мне не удалось оказаться внутри, в комнате Филиппа, говорило о том, что его не было на месте. Я уже усвоила: нельзя переместиться прямо в дом, если его дверь заперта или хозяин тебя не ждет. Я все же попыталась зайти в Храм, но дверь оказалась закрытой. На мой стук выглянул молодой служка и сказал, что мастер Боэ уехал, возможно, на несколько дней. Неужели уже отправился в Голдвайн? Попробую еще заглянуть к Розе. Вдруг успею?

Дом Розы пустил мой сферум, и я оказалась прямо в ее маленькой прихожей.

— Лия? — та неожиданно обрадовалась моему появлению. За ней следом из комнаты выбежал Рей. — Как хорошо, что ты пришла! Я ведь хотела сама к тебе обратиться. Вот-вот придет Филипп, и мы отправимся в Голдвайн. Я хотела попросить тебя присмотреть за Реем. Взять его с собой к императору я не могу, сама понимаешь. Мало ли... Будет лучше, если он останется в Талоссе. Ты же знаешь, он самостоятельный мальчуган, с ним хлопот не будет.

— Конечно, присмотрю, не волнуйтесь, Роза. Мне это будет совсем не в тягость, — заверила я. — Я заберу его к себе. Вернее, к лорду Реллингтону. Вы не против? Мне так будет спокойней. Рей, ты как? Пойдешь со мной?

Роза тоже вопросительно посмотрела на внука, и тот кивнул.

— Ну вот и договорились, — я улыбнулась, но потом снова стала серьезной: — Роза, у меня не очень хорошие новости. Нам не удалось уговорить лорда Паттисона. Он отказался. Теперь ума не приложу, что делать...

— Что ж, — Роза тоже сникла. — Попытаемся что-нибудь придумать другое. Я передам Филиппу. Но пока куда важнее разговор с императором... Неизвестно, что он нам принесет. Возможно, нас даже слушать не захотят... Или... Нет, о худшем думать не будем.

— Кстати, об императоре, — вспомнила я. — Возможно, вам будет полезна информация: его сын, принц Кайл, тоже слег от этой неизвестной болезни.

— Спасибо,— Роза озадаченно кивнула. — А теперь идите, — она крепко обняла внука, а потом подтолкнула его ко мне. — Берегите себя...

Спустя несколько минут мы с Реем уже входили в особняк Реллингтонов. Марк появился на лестнице почти в ту же секунду:

— Вернулась?

— Не возражаешь, если Рей поживет здесь немного? — сразу перешла я к главному. — Роза с Филиппом уже направились в Талосс, Генриетта тоже, и Рей остается один.

— Пусть живет, — отозвался Марк. — Можешь отдать ему любую комнату. Я буду в библиотеке, — и он снова скрылся на втором этаже.

— Ну что? Пойдем смотреть комнаты? — улыбнулась я Рею и взяла его за руку.

Мы выбрали ему спальню недалеко от нашей с Марком, поболтали немного, а там незаметно наступило время ужина. Ужинали все вместе, Рей был молчалив, но с аппетитом ел предложенные ему блюда, а вишневого пирога, проданного на десерт, попросил даже добавки. Потом Марк разрешил ему выбрать несколько книг в библиотеке, чтобы почитать перед сном. Рей взял две книги с приключениями и, пожелав нам «Темной ночи», довольный ушел в свою комнату.

— Наверное, мне теперь нужно отвыкать от прежних слов приветствий и прощаний, — заметил Марк, когда мы тоже уединились в своей спальне.

— Тебя никто не торопит, — мягко ответила я. — Да и в Дарквайте принято говорить так, как ты привык. Не создавай себе проблем. И уж тем более не надо это делать ради меня. Я вообще здесь без году неделя, и мне до сих пор хочется обращаться так, как принято в моем мире.

— Что ты будешь делать, когда закончится твой контракт с Коуном? — внезапно спросил Марк. — Ты думала об этом? Захочешь вернуться в свой мир?

— Мне кажется, это сейчас не главное, — я подошла к нему и обняла. — А там посмотрим...

С самого утра я находилась в тревожном ожидании: ни от Розы с Филиппом, ни от Генриетты пока не было никаких известий. Марк тоже был погружен в раздумья, и с самого пробуждения мы едва перебросились несколькими фразами. За завтраком нас неожиданно обслуживала Берта.

— Давид приболел, милорд, — пояснила она в ответ на недоумение Марка. И добавила с обидой в голосе: — А мне все равно нечем заняться. Вы же меня отлучили от работы на верхних этажах. Хоть здесь пригожусь...

Вопрос относительно этой горничной мы с Марком уже давно решили: он клятвенно заверил, что у них с Бертой никогда не было любовной связи, все остальное — ее фантазия и тайные желания, но все же убрал ее подальше с глаз, отправив работать на кухню.

— Давид не Темный? — уточнила я у Марка.

— Нет, не беспокойся. Обычный человек, без толики магии, — ответил он. — Думаю, ничего серьезного. Он часто болеет.

— Ваш кофе, миледи, — произнесла тем временем Берта с такой желчью, что сразу расхотелось пить этот кофе. Не удивлюсь, если она плюнула туда или чего похуже. Тем более, кофе за столом пила я одна, Марк и Рей предпочли чай.

— Спасибо, Берта, можешь идти, — сказала я ей, но к кофе не притронулась.

Та медленно покинула столовую, после чего неожиданно подал голос Рей:

— Эта девушка плохо отзывалась о Лии. А еще она подслушивала под дверью вашей спальни, — он немного покраснел под нашими внимательными взглядами, но все равно продолжил: — Вчера я долго читал перед сном и захотел молока. Я всегда его пью на ночь. А Лия разрешила мне ходить на кухню. Вот я и решил попросить кухарку дать мне стаканчик. Лию не хотел беспокоить, думал, вы уже спите с милордом. Вышел из спальни, а Берта стоит около вашей двери, прямо ухо приложила. Она даже не заметила, как я прошел мимо...

Мне тоже стало неловко, когда я представила, что именно Берта могла подслушать, а Марк уже недобро прищурился.

— Спасибо, Рей, — медленно проговорил он сквозь зубы. — Я приму к сведению. И позабочусь о том, чтобы к вашему возвращению ее уже не было в моем доме.

— Только не горячись слишком, — все же попросила его я. — А то еще головные боли вернутся.

— Вы надолго в свою лавку? — ворчливо уточнил Марк.

— Не знаю. Посмотрю, как будет обстановка. Если по-прежнему тихо, то закроюсь в обед. Не скучай, — я поднялась и чмокнула мужа в щеку, на более откровенный поцелуй при Рее не решилась.

Город по-прежнему утопал в тумане. Магазины и прочие заведения работали не все, но аромат булочек из пекарни Вальди поднял настроение: хоть что-то неизменно в этом мире. А потом еще и Паула прибежала.

— Еле нашла твои «Зелья», — смеясь, сказала она.

— Так что же тебе не сидится в своей мастерской? — я тоже улыбнулась. — Такой-то погодой...

— Во-первых, по тебе соскучилась, а во-вторых, дай-ка мне эноргетинчика, а то что-то работоспособность упала, заказов же еще сотню не неделю...

— Заказы — это хорошо, — я потянулась к верхней полке, где стояло нужное зелье. — А у меня совсем глухо...

— Милорд! — вдруг испуганно вскрикнула Паула.

Я резко обернулась, задев несколько пузырьков, и те со звоном попадали на пол. Но мне уже было не до разбитых зелий: около Паулы, припав на одно колено, стоял Паттисон. И выглядел он плохо, если не сказать ужасно: посеревшая кожа, ввалившиеся глаза с синяками под ними, сухие губы.

— Милорд... — я тоже бросилась к нему.

Он поднял на меня взгляд и хрипло произнес:

— Что вы там говорили про ритуал? Я в деле...