Глава 25

Ариа Нейрис

Завтрак я решила провести в просторной столовой отеля. Вытянутый зал был наполнен мягким, тёплым светом и негромким гулом голосов. Вдоль стен тянулись длинные столы, буквально ломившиеся от разнообразия блюд. Их было так много, что взгляд терялся, перескакивая с одного искушения на другое.

Большинство угощений были мне незнакомы: морские создания с переливающейся, будто покрытой тончайшей светящейся плёнкой кожей, целая птица, запечённая с ароматными травами, от которых разносился пряный, дурманящий запах, и жёлтая крупа с нежным ореховым ароматом. И всё же среди этого чужого изобилия попадались и привычные, родные блюда, от которых на душе становилось теплее.

Особенно на Вейларе поражало разнообразие фруктов и овощей. На моей родной планете такого богатства уже давно не было, и мне хотелось попробовать всё.

Сразу в глаза бросились циркуны — насыщенно-бордовые, почти квадратные, с мягким бархатным отливом и мелкими шипами. Под кожицей скрывалась сочная золотисто-оранжевая мякоть со вкусом манго и лёгкой апельсиновой кислинкой.

Рядом лежали лунары — вытянутые, нежно-голубые плоды с матовой кожицей. Их почти прозрачная мякоть имела прохладный, свежий вкус с грушевыми нотками.

Сареллы выделялись ярко-оранжевой блестящей кожурой и сладкой, тягучей янтарной мякотью.

А мирины очаровали нежностью: крошечные плоды в аккуратных гроздьях мягко светились розовым светом изнутри. Во рту они лопались прохладным соком с цветочным вкусом, отдалённо напоминающим клубнику, но с совершенно незнакомым, инопланетным оттенком.

Я замерла перед этим ярким, манящим изобилием, не сразу решаясь выбрать. Всё выглядело слишком красиво и необычно. Казалось, я действительно попала в сказку другого мира. Хотя… так оно и было.

Когда завтрак подошёл к концу, я вызвала аэрокар. Управлять им я умела, но удовольствия от вождения не получала. К счастью, все аппараты уже давно были полностью автономными, и моё участие сводилось лишь к формальному подтверждению.

Выйдя из отеля, я глубоко вдохнула. Воздух Вейлары был потрясающим — тёплым, мягким, наполненным сладкими ароматами цветов и свежей зелени. Хотелось дышать им снова и снова, полной грудью.

Теперь я окончательно понимала, почему столько людей стремились переселиться сюда. Здесь атмосфера не просто окружала — она проникала внутрь, наполняя спокойствием, тихой радостью и ощущением настоящей жизни.

На Земле всё было иначе, густая трава почти исчезла, остались лишь редкие, выцветшие островки. Деревья стояли тонкие, усталые, с редкими пожелтевшими листьями — словно уже сдались. Возвращение туда для многих превращалось в настоящее испытание.

А здесь хотелось дышать, чувствовать, любить и просто жить.

Передо мной мягко опустился аэрокар с моим идентификатором. Корпус едва слышно вибрировал, удерживаясь в воздухе. Я села на водительское место и задала адрес мегаполиса — огромного торгового узла, куда съезжались купцы со множества планет. В сети писали, что там можно найти абсолютно всё, что только способна представить фантазия.

Аэрокар плавно поднялся и заскользил вперёд над потрясающими пейзажами Вейлары.

Я любовалась открывающимся видом, когда на браслете не загорелся входящий вызов.

Это был Кай.

Я улыбнулась и быстро приняла его.

— Милая, как проходит твоё утро? — голос Кая был тёплым и чуть низким.

— Прекрасно, — ответила я, не скрывая улыбки. — Я позавтракала в столовой отеля. Там такое невероятное разнообразие… именно то, о чём я мечтала, когда мы только прилетели. А как у тебя допрос?

— Ничего нового, — спокойно отозвался он. — Подробностями поделюсь при встрече.

Мы ещё немного поговорили ни о чём — просто наслаждаясь звуком голосов друг друга. С Каэлем было легко. Разговор тек естественно, без напряжения, словно мы уже давно привыкли быть частью жизни друг друга.

Когда аэрокар начал мягко снижаться, мы неохотно попрощались.

Мегаполис встретил меня шумом, движением и яркими красками. Он напоминал огромный живой улей — пульсирующий, многоголосый, полный энергии. Улицы были сплошь заставлены лавками, магазинами и торговыми павильонами. Каждый торговец оформлял своё место в стиле родной планеты, превращая рынок в настоящую мозаику культур и миров.

Гуманоидов вокруг было бесчисленное множество. Они двигались неторопливо, наслаждаясь днём. Кто-то задумчиво рассматривал украшения у витрин, кто-то пробовал специи прямо с прилавка. Девушки выходили из магазинов с лёгкими пакетами и звонко смеялись, оживлённо обсуждая покупки. Между рядами прятались маленькие ресторанчики и кафе, откуда доносились соблазнительные ароматы жареной птицы, пряных соусов и сладких фруктов.

У меня буквально глаза разбегались. Счастье тихо плескалось внутри, и мне хотелось остановиться у каждого прилавка, рассмотреть всё до мельчайших деталей.

Я замедляла шаг, жадно впитывая краски, запахи и атмосферу этого удивительного места.

Я медленно шла вдоль ряда лавок, рассматривая их обитателей.

Кахи — низкие гуманоиды с пепельно-голубой кожей и длинными руками. Их янтарные глаза внимательно следили за прохожими, а лавки были полны сушёных трав, светящихся семян и маленьких амулетов. В воздухе витал терпкий, успокаивающий запах.

Рядом расположились Вирейны — высокие, с оливковой кожей и чёрными глазами. Их длинные хвосты с кисточкой мягко двигались, выдавая настроение. Они торговали красивыми украшениями из полупрозрачного камня.

Чуть дальше стояли Лирри — высокие и невесомые, с перламутровой кожей. Вместо волос — тонкие переливающиеся нити. Их прилавки были завалены музыкальными сферами, издающими нежные звуки при касании.

Дорны — массивные, с серой каменистой кожей — предлагали инструменты, кристаллы и грубые украшения.

А в тени притаились Сиаллы — стройные, бледные, со светящимися линиями под кожей. Они продавали ткани, меняющие цвет при движении.

Я шла не торопясь, когда одна из витрин заставила меня остановиться. На тёмном бархате стояла небольшая изящная шкатулка.

Когда крышка шкатулки плавно приоткрылась, из неё будто выплыла крошечная фигурка балерины. Она была почти невесомой, сотканной из света и воздуха. Девушка медленно поднималась вверх, грациозно вращаясь, и с каждым оборотом её движения становились всё живее, а лицо — то задумчивым, то светлым, то по-настоящему счастливым.

Из шкатулки лилась тихая, глубокая мелодия, которая мягко окутывала и проникала прямо в душу, заставляя забыть обо всём вокруг. Я стояла, не в силах отвести взгляд, полностью заворожённая этим маленьким чудом.

— Вам понравилась шкатулка, миледи? — раздался рядом мягкий, певучий голос.

Я вздрогнула и обернулась. Передо мной стоял аэрелли — высокий, с тонкими чертами лица и спокойными внимательными глазами.

— Да, она невероятно красивая, — тихо ответила я, всё ещё под впечатлением. — Сколько стоит?

— Пять тысяч кредитов, — произнёс он с вежливой улыбкой.

У меня округлились глаза. Цена была не просто высокой, а грабительской! И всё же, глядя, как балерина грациозно кружится внутри, я понимала, откуда она взялась. Это было не просто украшение — это было настоящее искусство.

В этот момент на браслете вспыхнул сигнал входящего вызова. Я машинально приняла его, даже не посмотрев, кто звонит.

Передо мной тут же появилась голографическая проекция Кая.

— Ари, мы направляемся в департамент, — бодро сказал он. — А потом я сразу присоединюсь к тебе.

— Хорошо, — ответила я с улыбкой.

Его взгляд сместился чуть ниже.

— А что это у тебя в руке?

Я опустила глаза на шкатулку, которая всё ещё лежала на моей ладони.

— Да так… заглянула в сувенирную лавку, — ответила я как можно непринуждённее.

С лёгким сожалением я аккуратно вернула шкатулку на бархатную подставку. Балерина медленно опустилась вниз, и крышка мягко закрылась, словно пряча своё сокровище от посторонних глаз.

— Спасибо. До свидания, — тихо сказала я продавцу.

— Почему ты её не купила? — спросил Кай. — Она тебе не понравилась?

— Понравилась, — честно ответила я. — Просто… я здесь ещё так мало всего видела. Вдруг найдётся что-то ещё

Это была маленькая, безобидная ложь.

Кай посмотрел на меня внимательно, но ничего не сказал — лишь мягко улыбнулся. В проекции я заметила, что рядом с ним идут остальные. Их движения были спокойными, но в воздухе явно ощущалось напряжение.

— Не всё так хорошо, да? — тихо спросила я.

Он слегка качнул головой.

— Не бери в голову. Мы со всем разберёмся.

В этот момент в проекцию внезапно влез Норан.

— Эй! — возмутился он с наигранной обидой. — Ты даже не сказал, что будешь звонить птичке! Мог бы и нам дать пообщаться!

Он наклонился ближе к камере, игриво двигая бровями.

— Привет, птичка. Как прошло твоё утро?

Я улыбнулась.

— Хорошо, Норан, — ответила я с лёгкой насмешкой. — Замечательно провела время в столовой: попробовала местную рыбу Джу, наелась экзотических фруктов и…

— Всё, всё, тормози! — рассмеялся Дэо, перебивая меня. — Ишь ты, разошлась. Мы вообще-то ещё даже не завтракали.

Я удивлённо посмотрела на него. Это был первый раз, когда я видела его улыбающимся. Лицо сразу стало мягче, живее. И только сейчас я поняла, что почти никогда не видела их по-настоящему расслабленными — будто они постоянно сдерживают эмоции.

Мы все вместе рассмеялись.

Они уже подходили к какому-то зданию, и разговор постепенно подошёл к концу. Проекция погасла, оставив после себя лёгкое, тёплое послевкусие.

Я на мгновение замерла, собираясь с мыслями.

Гардероб.

Всё-таки я прилетела сюда именно за ним.

Проведя в мегаполисе ещё около трёх часов, я чувствовала себя одновременно радостной и порядком уставшей от бесконечного многообразия. Руки были заняты пакетами с новыми покупками, каждая из которых хранила свою маленькую историю этого дня.

Первой серьёзной находкой стало коктейльное платье глубокого винного оттенка с едва уловимым перламутровым переливом. Ткань была текучей, будто жидкая — она мягко обтекала тело, красиво подчёркивая талию и плавно спускаясь по бёдрам. От бедра вниз шли асимметричные складки, создающие ощущение движения даже в покое. Спина оставалась почти полностью открытой, удерживаясь лишь тонкими перекрещивающимися лентами.

Во втором пакете лежал лёгкий сарафан из невесомой ткани жемчужно-молочного оттенка. Тончайшие светящиеся нити, вплетённые в материал, мягко переливались при каждом движении. Сарафан свободно спадал по телу, не сковывая движений.

Отдельно я взяла комплект нижнего белья в глубоком винном цвете — тонкое кружево с полупрозрачными вставками. Лёгкий бюстгальтер и стринги идеально дополняли друг друга, создавая откровенный, но изящный образ.

А ещё — сфера Лирри в тёмной коробке. С виду простая стеклянная сфера, внутри которой плавали светящиеся нити, складываясь в живые, постоянно меняющиеся узоры. Она реагировала на прикосновения и, как говорили, со временем запоминала владельца, создавая уникальный рисунок.

Я позволила себе гораздо больше, чем планировала, но ни капли об этом не жалела.

Пообедав в небольшом местном ресторане, я направилась к аэрокару, который уже ждал меня на платформе. Дверь плавно открылась. Я убрала пакеты в задний отсек и села на сиденье.

И в тот же миг почувствовала резкий укол в шею.

Тело мгновенно отяжелело. Мышцы отказывались слушаться. Мир начал расплываться и отдаляться.

Я услышала голоса.

— Слишком долго возились, — раздражённо произнёс один, гнусавый. — Надо было забирать её ещё в мегаполисе. Маруш бы легко заманила её в лавку…

— Н-н-не т-т-трынди, — заикаясь, ответил второй. — У н-н-нас ещё е-е-есть время…

Я из последних сил пыталась удержаться в сознании.

Но темнота оказалась сильнее.

И всё исчезло.