Глава 6. "Не все маски сняты"

Большой, празднично украшенный зал, в котором легко могли вместиться около шести сот человек, был наполнен гулом голосов и смехом. Мужчины, одетые в костюмы мода коих соответствовала разным эпохам, были уже изрядно навеселе. Несколько женатых мушкетеров забыли о присутствии своих вторых прекрасных половинок и присоединились к компании Клеопатры, Марии Антуаннеты и княгини Ольге. К слову, последняя, даже близко не походила на оригинал, из-за чего ей приходилось представляться каждому новому знакомому. Еще в зале присутствовали Петр Первый, Николай Второй, даже Иоанн Грозный, вот он действительно напоминал царя, чем заслужил одобрительные отзывы в правильном выборе костюма. Как там было в фильме — тот типаж?

В нише окна стояли Екатерина Великая в великолепном платье и маске, а рядом с ней не менее красивая королева Елизавета.

Эти две великие фигуры, привлекали к себе внимание почти всей мужской половины в зале и вызывали зависть у многих женщин.

— Смотрите Ваше величество, в нашу сторону вновь ковыляет граф Орлов. Может вы, сжалитесь над ним и подарите бедняге один танец? — Королева Елизавета лукаво улыбнулась, наблюдая, как русская правительница осматривается по сторонам в поисках возможности избежать не желательного танца.

— Ах, ваше высочество, будь вы капельку добрее и сговорчивее, сами бы пошли с ним вальсировать. А у меня и без того ноги болят. Прошлый кавалер был очень неуклюж.

— Мне искренне жаль ваши ножки, так как нам веселиться здесь осталось примерно часа два.

Издав мученический стон, Екатерина обмахиваясь веером встретилась взглядом с графом Орловым, который уже подошел к ним.

— Ваше Высочество, позвольте поцеловать вам ручку и выразить мое почтение.

Орлов протянул руку и аккуратно поднес тонкую королевскую кисть к губам. Легкий поцелуй длился несколько дольше, чем положено, о чем напомнила Елизавета.

— Граф Орлов.

И выставила для поцелуя свою ручку. Мило улыбаясь из-под маски, стала ждать, когда с нею тоже поздороваются.

Так как графу положено быть воспитанным, он отпустил руку одной царской особы, что бы ухватиться за запястье другой.

— Вы бесподобны, Ваше высочество.

— Спасибо, вы очень любезны. Не хотите пригласить меня на танец?

***

Елизавета подмигнула Екатерине, Екатерина получила тоскливый взгляд от Орлова, а с другого конца зала на них смотрел граф Дракула. Несколько выделяясь на фоне пышных нарядов своим черным плащом и бледным лицом. Глаза графа, как и у многих других гостей бала, были скрыты маской.

— На кого ты так засмотрелся, братец?

с графом остановилась женщина в пышном парике и с бокалом красного вина. К ней было столь же высоко внимание мужского пола, как и к русской царице. Но, если та отвечала на вопросы с приветливой улыбкой и юмором, то эта, не церемонясь, могла отправить надоедливых поклонников далеко в лес.

— Какая тебе разница? Ты уезжаешь и бросаешь меня здесь одного. Вдруг я встретил достойную кандидатку на мое сердце?

— Смешной, откуда здесь взяться девушке на твой вкус? На, выпей лучше красного. Вино прекрасно будет сочетаться с твоим образом.

Взяв у сестры бокал, граф, не отводя взгляд от Екатерины, выпил все до дна.

— А вдруг я ее уже встретил? Что скажешь?

Женщина не красиво фыркнула и поморщилась.

— Фу, не ври мне. Я тебя не настолько плохо знаю, что бы поверить. Да и твоя женушка не одобрит. Смотри как бы она не прилетела на своей метле и не разнесла здесь все к чертям собачьим.

— Плевать я на нее хотел.

— А на ее папочку? Вы ведь за границу уезжаете? В Англию! Вот и подумал бы, где ты окажешься, если свяжешься с кем то.

— Она не кто-то, я знаю о ней все. Вплоть до размера обуви.

— Маньяк.

Граф ничего не ответил, но продолжал смотреть на понравившуюся ему императрицу.

А, когда его сестра ушла, направился в противоположную ей сторону.

***

— Кать? Я больше не могу! Зачем ты меня не остановила, когда я выбирала эти туфли?! Нужно было запретить мне их покупать.

— Да, и лишить тебя удовольствия иметь в коллекции еще одну пару модельных босоножек?

— Они не удобные, надо было лишь донести это до меня.

— Зато у меня появилась причина слинять с танцев.

Скинув туфли я, как и моя подруга разминаю бедные пальчики на ногах. При этом мы обе блаженно мычим, закрыв глаза.

— Сколько еще нам осталось веселиться?

Открываю глаза и достаю спрятанный в ворохе материала телефон.

— Час двадцать.

— Звучит, как приговор.

И смеется, тыча пальцем в мой сотовый.

— Что?

— Не соответствует эпохе. Но очень оригинально выглядит.

Смотрю на себя с телефоном в большое зеркало. Кстати я очень красивая! Но надо бы уточнить.

— Я или телефон?

Подруга смеется и я, присоединяюсь к ней.

— Счастливая ты Кать. Прости, но я даже завидую тебе, по-доброму. Вы когда с Суворовым на свадьбу к себе приглашали, я у виска пальцем крутила, как можно в восемнадцать лет?! Вскоре у вас дети родились. Думаешь, я не осуждала со стороны?

С чего вдруг такие откровения? Вроде бы я не уезжаю и умирать никто не собирается.

— Зачем ты мне это сейчас говоришь?

Она грустно покачала головой и вздохнула.

— Сегодня, когда в салон с тобой ходили и ты рассказывала, как начался твой день, я почувствовала себя такой ущербной и никому не нужной, что жить расхотелось.

О, старая песня о покинутой деве. Но я молчу, не напоминаю ей о ее ошибках, когда она не слушала злых и глупых подруг.

— Перестань, все наладится.

Честно на это надеюсь, тяжело смотреть, как она грустит.

— Скорей бы уже наладилось, иначе с ума сойти можно. Ты не представляешь, как хочется, что бы и меня любили, что бы утром дарили подарки и целовали, говорили о любви и пекли яблочные пироги.

Точно, можно сойти с ума сидя на месте и жалея себя. А про пирог я ей рассказала, лучше бы молчала. С утра пораньше Андрей, спящую Анютку перетащил ко мне и велел не высовываться без особой надобности. Сказал, что они «с пацанами» порог пекут праздничный. Ткнул в сторону вазы с розами, поцеловал целомудренно и свалил, переодевая на ходу футболку. Подмигнул у порога, потирая рукой кубики на животе и оставил меня заинтересованную ждать сюрприз. Вот, жду, еще час десять ждать.

— Ну, хватит обо мне, пошли дальше веселиться.

А мы до этого веселились? Мало того, что я вдали от мужа любимого, так еще и эта княгиня самодельная не отстает от меня ни на шаг. Копирует мои вопросы, постоянно что-то начитывает на диктофон и бегает, щелкает камерой везде, куда бы я не кивнула.

В зале было, как и до нашего ухода, то есть душно, тесно и не интересно.

— А где это наш, то есть ваш, поклонник?

— Согласна вообще с ним не встречаться.

Но уже оглядываюсь по сторонам.

— А, что в таком месте делает граф Дракула?

Мы обе наблюдаем, как развалившись в кресле, закинув ногу на ногу, сидит известный всем вампир.

— Смотри, Кать, сколько вокруг него жертв.

— Точно. Наивные молодые барышни хотят, что бы им прокусили шейки.

— Все намного проще, они ждут, когда он сделает свой выбор, что бы потом хвастаться перед подругами рассказывая о ночи с вампиром. Кать, ты как думаешь, зачем кровопийце так много яблок?

— В яблоках железо, как и в крови.

Подруга поддержала мою шутку. А когда граф отсалютовал мне наливным яблочком, что то подозрительное промелькнуло в моих мыслях. Граф и яблоко? Нет, граф и много яблок. А судя по кучке огрызков на соседней тарелке, их было еще больше. Нет, он не грыз их зубами, он, как заправский интеллигент нарезал фрукты маленьким ножом. Я не знаю, как можно было столько съесть и не заработать несварение.

— Можно пойти и познакомиться с…

— Стой! Подожди! Ты видишь тоже, что и я?

— Да, но, если ты мне объяснишь, что проис…

— Яблоки! Стой здесь, я сейчас.

Бросаю подругу и, схватив бокал с апельсиновым соком, иду к вампиру.

— Здравствуйте.

Начну с французского. Посмотрим, как ты будешь выкручиваться, если мои догадки подтвердятся. Лицо правда замазано белым, да и маска широкая, но ведь яблоки же, черт возьми! Яблоки!

— Здравствуйте.

Не пойму по голосу, приглушает. Перехожу на родной.

— Не хотите ли сока?

И мило улыбаясь, протягиваю бокал. Ай, каково же мое удивление, когда он пригубил сок из бокала в моей руке. Обхватил мою кисть и выпил все до дна.

Вот черт. Кажется я, только что перепутала своего мужа с чужим мужчиной. Ну, подойти и угостить соком не страшно, только не приятно, что так обозналась.

— Позвольте пригласить вас на танец?

Ага, вот только танцевать мне и осталось.

— Спасибо, но нет. Давайте в другой раз.

Срываюсь с места и иду в другой конец зала, скрывая красные щеки за большим ажурным веером. Вот дура, надо же было так вляпаться. От Суворова можно всякого ожидать, конечно, но появись он здесь подошел бы первым. Наверное.

Так, что тут у нас? А, кабинет. Странно, что на табличке написана фамилия нашего шефа. У него, что две должности? Пойду другое место поищу, где можно спокойно отругать себя за невнимательность. Иду дальше по коридору, пока из-за угла мне на встречу не выходит граф. И больше в коридоре никого, как нарочно. Бежать? И выглядеть, еще большей дурочкой? Или остановиться и поговорить? Спросить как зовут, откуда родом. Ага, а дальше семья, родители, дети? Так ничего и не решив, возвращаюсь к кабинету начальника, где дверь открыта и горит свет, а за спиной слышу глухие ускоряющиеся шаги. Черт, ключа в замке нет. Держу ручку, которую хотят открыть. Три раза дернули и тишина. Пульс бьет в ушах, а в коридоре голоса. Дверь распахивается и мой шеф толкает графа ко мне.

— Скорее, прячьтесь, идет ваша жена.

Закрывает дверь на ключ и уходит.

Дракула смотрит на меня, а я на него. Недобрая улыбка ползет по его лицу — по мне ползут мурашки.

— Давайте знакомиться. Я Екатерина, а вы?

Тяну руку и хватаю его. Странно, кольцо такое же как у меня и руки… вот я дурында! Как я могла перепутать руки?! Граф, что трескал яблоки держал нож в белой ручке, а у этого они… ну, все, Суворов, держись!

Поднимаю голову, открываю рот, что бы начать длительный монолог с употреблением нецензурной брани, но меня хватают и тащат к шкафу.

— Во-первых это был сюрприз.

— Удался.

Хлопаю его по спине.

— Во-вторых не я угощал вампиров соком.

Ай, досталось уже мне чуть ниже поясницы.

— Он лопал яблоки, я просто предпол…

Ай!

Двери большого шкафа открылись и меня не особо церемонясь, затолкали внутрь. Больше

и слова сказать не позволили.

— Ваше Величество, не допускайте больше таких предположений, никогда.

Стыдненько, но приятненько. И поцелуй, жаркий и требовательный, собственнический и родной.

Только тесно немного, в шкафу.

— Подвинься.

— Куда?

— Не знаю, мне тесно.

— Давай, ко мне ближе.

— Не могу — платье мешает.

— Зачем надо было наряжаться именно в такие пышные юбки?

— Я — Императрица.

— А я Ваш преданный слуга?

— Ну, думаю, что слуга это перебор.

— Вот и славненько. А теперь двигай сюда.

— Извольте говорить со мной подобающим образом, сударь.

— Как скажете, Ваше величество. Вот бы на тебе был костюм Клеопатры! На египтянках

меньше одежды, и это бы все упростило.

— Точно. Представь, как ты и несколько сотен мужиков, что в зале, пяляться на меня в костюме Клео. М-м?

— Р-р-р-азорву.

— Ай! С ума сошел? Не трогай шею щекотно, а ну прекрати немедленно!

— Нет.

— Ненормальный.

— Сама такого выбирала.

— Можно подумать, что у меня был большой выбор.

— Не было. Свел до минимума. Иди сюда.

— Псих.

— Зато твой личный псих. Нет, лучше не псих, а потерявший от любви голову.

— А есть разница?

— Да. И не трать время попусту, императрица. Лучше поцелуй меня.

— Уговорил, кровопиец.

Тихий шепот и смех прервались на несколько минут и сменились шуршанием ткани и тихими редкими стонами. Но уединение влюбленной парочки было неожиданно нарушено.

Тук-тук-тук.

За дверью все стихло, а после вновь можно было услышать кокетливый и приглушенный женский смех вперемешку с мужским ворчанием.

— Кх-хм, кх-хм. Я извиняюсь за беспокойство Екатерина Николаевна, но произошло не большое недоразумение. Поступила неправильная информация, которая и послужила причиной моего поспешно неправильно принятого решения. Прошу Вас, принять мои извинения и вернуться в зал.

За дверью продолжались смех и шепот. А мужчина у двери нервничал, и уже в который раз протер почти лысую голову носовым платком.

— В общем, так Суворовы. У вас есть десять минут, что бы освободить мой офисный шкаф! Вылезайте!!!

Он еще что-то ворчал и извинялся, но Суворовы все так и не вышли. Они тесно прижимались друг к другу сидя в шкафу главного директора издательства «Звездный свет» и целовались.

— Кать, давай выбираться отсюда.

Мы вылезли из шкафа. Я поправляла парик, Суворов плащ. А в дверях стоял другой вампир.

— Не думал, что встречу двойника. Моя фамилия Гравецкий, я генеральный директор издательства. С вами Екатерина Николаевна мы почти знакомы, а вы?

— Суворов.

Странно, что руки не жмут друг другу. Сверлят взглядами из-под масок, но ближе не подходят. Меня чего то дорогой себе за спину прячет, а у гендира кулаки сжимаются.

— Приятно провести вечер, Екатерина. И, еще, нужно будет остаться до конца вечера, так что никуда не пропадайте.

Что? Как до конца? Гравецкий уходит не закрывая за собой дверь, в которую тут- же влетает подруга.

— Я все слышала, давайте быстрее.

Закрывает дверь, выставив моего дорогого и расстегивает платье.

— Помоги. Нам с тобой только верх поменять, а остальное выглядит одинаково.

— Зачем?

Но сама уже помогаю.

— Мы меняемся нарядом и вы сваливаете на свой романтический вечер. Это конечно был сюрприз, но твой начальник его подпортил. Так что, подруга, пошевеливайся, если хочешь сбежать вовремя.

Пять минут и мы готовы. Обнимаю ее и выхожу к муженьку. Взявшись за руки мы бежим к лифту. Поднимаемся на крышу, нас ждет вертолет.

Смотрю на своего персонального психа-вампира и понимаю, что счастлива. Прикрывая голову рукой, идем к нашей воздушной карете.

Что ж, летим праздновать!