Глава 15

Я не позволила себе плакать. Вместо этого решила занять мозги работой, и мне даже это удалось – примерно часа на два. Но, справедливости ради, я успела хорошо поработать. Потом накатила апатия. Выматывающая, съедающая, наполняющая сердце тоской. Но у меня было время подумать. Я понимала, что так близко приняла к сердцу произошедшее только потому, что накрутила себя на пресс-конференции. И довольно жесткие слова Рика стали той последней каплей, после чего я могла только переть на принцип, словно таран. Да, эту стадию можно было назвать «сама придумала, сама обиделась», но иначе отреагировать у меня не вышло.

Сейчас же, тоскливо сидя на берегу неподалеку от бунгало и смотря на темные окна, мне безумно хотелось, чтобы разговор сложился иначе. Я не солгала, когда сказала, что вышла бы за него. Черт возьми, я на самом деле любила этого нахального синеглазого леранца. С ним оказалось непросто, но это тоже можно было объяснить. Он не мальчик, да и я не девочка. Мы оба со своими сложившимися привычками, к тому же сроднились с личными откормленными тараканами и не желали себя ломать. Хотя придется, если хотим быть вместе. Но хотим ли? Готова к такому только я, а Рик… Судя по всему, он даже не собирается возвращаться… Эх, если бы он не изображал секретного шпиона и рассказал бы мне о себе лично, то все было бы иначе. А так все подробности на меня обрушили журналисты, причем не особо стесняясь в определениях, вот я и не сдержалась.

На планшет пришло напоминание об утреннем вылете, и я невольно шмыгнула носом. Что делать, я не представляла. Понимала, что надо найти Рика, еще раз с ним поговорить, но… как это сделать? Только сейчас я поняла, что не знаю его номера, как и Альваса, впрочем. Не знаю, где он живет или где может быть. Единственное, что приходило в голову, это найти управляющего и попросить связаться с ним, но… Я упустила для этого время. Не думаю, что морн Морес решил неожиданно заночевать на работе, догадавшись, что одной землянке понадобится его помощь. Но все же попробовать стоило.

Я направилась к административному корпусу, но кто бы сомневался, что удача от меня окончательно отвернулась. Дверь была закрыта. Делать нечего, я поплелась обратно в бунгало. Войдя внутрь, долго смотрела на свой чемодан и вещи, не решаясь начать сборы, словно это стало бы свидетельством того, что я на самом деле уезжаю. Не в силах выдержать пытку ожиданием, я привычно попыталась занять себя работой. Еще раз просмотрела все списки, примерные программы, что мне прислал Терек, и начала потихоньку прикидывать сметы. За этим занятием меня и встретил рассвет. Рик так и не пришел. Вздохнув, я выключила планшет и решительно достала чемодан. Если у меня и оставались какие-либо надежды, то они растаяли вместе с ночью.

На сборы понадобилось около десяти минут. На то, чтобы напоследок искупаться, оправдывая этим желание подождать еще немного, примерно полчаса. Одеться – еще столько же. Но как я ни хотела остановить время, оно неумолимо бежало вперед. Вызвав флаер до космопорта, я сделала последнюю попытку. Написала записку, где было только одно слово «прости», положила ее на кровать Рика и вышла с вещами из бунгало.

Солнце медленно поднималось над линией горизонта, небо становилось светлее с каждой минутой, звезды исчезали, а луны бледнели. Я наблюдала за этой красотой, слушала, как поют птицы, и ловила ветерок через открытое окно. И да, я не хотела уезжать. Леран умудрился забраться под кожу, став родным и близким, но больше всего на свете я не хотела расставаться с Риком. Не верилось, что все закончилось. Но он так и не позвонил. Я обнималась с планшетом, каждые пять минут проверяя связь, но… ничего. А мне так нужно было просто услышать его голос, чтобы появился повод приказать таксисту развернуться.

Когда послышался сигнал вызова, я тут же нажала на прием. Но это была Алиска.

– Что делаешь? – мрачно спросила она.

Подруга выглядела бледной и несчастной.

– Еду в космопорт.

– Хорошо. Там и встретимся.

Она отключилась, а я еще долго смотрела на монитор, пытаясь понять, что же у нее произошло.

Флаер приехал на место, водитель помог мне вытащить чемодан, чем заработал машинальную улыбку и щедрые чаевые, и уехал. Постояв немного на улице, я усмехнулась. Карина, он не приедет. Курортный роман закончился. Просто прими это и продолжай жить дальше.

Вскинув голову, я направилась в здание космопорта, зарегистрировалась на рейс и сдала чемодан в багаж. Алисы пока не было, и, поджидая ее, я успела выпить полбутылки воды. Когда объявили, что посадка заканчивается, мне ничего не оставалось, как пройти паспортный контроль. Быстро набрав номер Алиски, услышала, что «абонент не может ответить», послала ментально «всего самого хорошего» оператору и написала подруге сообщение, что я отправилась на посадку. В чем-то это даже символично. Я прилетела одна и возвращаюсь одна. Грустно.

Приехал транспортный шаттл. Все, обратной дороги нет. Засунув планшет в рюкзак, я закинула его за спину. Поднявшись, сделала шаг и… поняла, что порвала последние босоножки. Это оказалось последней каплей. Не обращая внимания на окружающих, я начала истерически смеяться. Да что же это такое! Я уже оставила Лерану сердце и душу! Зачем Ктулху лишать меня последней обуви?!

– Уважаемая морна, с вами все в порядке? – взволнованно спросила служащая космопорта.

– Нет, – честно призналась я, а увидев встревоженный взгляд, поторопилась добавить: – Но обязательно будет!

– Вам нужна помощь?

– Только одно: подскажите, где у вас утилизатор?

Она услужливо указала верное направление.

– Спасибо.

Наклонившись, я сняла босоножки, бросила их в отверстие для мусора и босиком направилась на посадку.

Рик гнал флаер как никогда в жизни. Примерно прикидывая, сколько камер он проскочил, и представляя вопли Альваса по поводу массы новых штрафов, а может, и очередного суда за множественные правонарушения, он лишь мотнул головой. Это все пустяк. Главное – успеть.

Когда он потерял сознание тогда, в здании пресс-центра, то врачи и страховщики все же добрались до него, допущенные испуганным Альвасом. Эти гады и упекли его в больницу, причем вкатили такую дозу успокоительных вместе с лекарствами, что он очнулся только утром. Очнулся, взглянул на часы на стене, и голову пронзила мысль, что сегодня день отлета Карины. Оставалась надежда, что она дождалась его в отеле, так что туда он первым делом и направился. Правда, для этого пришлось практически сбежать из больницы. Слава Ктулху, его комната находилась на первом этаже, а окно было довольно широким.

Как был, в больничной рубашке, он остановил такси и рявкнул гнать в «Звезды Лерана». До отеля добрался быстро, забежал в бунгало и понял, что опоздал. Вещей не было, как и самой Карины. Внутри что-то надломилось, и снова начала болеть голова, причем с такой силой, что хотелось себя вырубить, чтобы не чувствовать боли.

Но затем он увидел листок бумаги. Всего одно слово, но оно подарило надежду.

– Морн Моринес, все хорошо? – В дверях бунгало стоял управляющий. – Мне доложили, что вы бежали по территории, и я поспешил узнать, не нужно ли чего.

– Нужно, – кивнул он. – Флаер.

– Можете воспользоваться моим, – предложил Морес.

– Буду должен, – бросил Рик.

– Простите, это не мое дело, но, может, вам лучше одеться?

Выругавшись, Рик вытащил из шкафа штаны и рубашку, быстро переоделся, а когда поднялся, управляющий протянул ему ключи.

– Черный флаер с серебристой полосой на стоянке.

Кивнув, Рик выхватил ключи и снова побежал. Найдя нужный транспорт, сел в него и рванул вперед, выжимая из флаера всю скорость, на которую тот был способен. Он придумал бы способ задержать рейс, но коммуникатор остался в больнице. Штрафы же… О них в этот момент он думал меньше всего.

Бросив флаер на стоянке космопорта, Рик вбежал в здание, на миг остановился в поисках информационного табло, а когда нашел его, в голос выругался.

Шаттл на Фиору улетел пятнадцать минут назад. Голова разболелась с новой силой.

– Да отстаньте вы от меня! – раздался рядом знакомый женский голос, причем весьма возмущенный. – Вы меня с кем-то спутали! Я не крала ничьи чемоданы.

Медленно повернувшись и все еще находясь в состоянии некоторого ступора, Рик сначала не понял, почему эта шатенка ему так знакома, не говоря уже о смешном чемодане, на который он невольно натыкался несколько дней в бунгало. Подруга Карины! Алиса Гореева. И когда уставший мозг соединил несколько воспоминаний, Рик бросился к ней. С двух сторон от девчонки стояли двое сотрудников космопорта и пытались заставить ее пройти с ними. Но Алиса яростно возмущалась, чем невольно привлекала к ним всем внимание.

– Где Карина?

Хотелось схватить девчонку и вытрясти из нее ответ, наплевав на сотрудников.

– Отвали… Ой, ты же Рик! Слушай, объясни этим шпинам, что я не крала ничьих чемоданов. У меня только вот этот, и он точно мой!

– Что происходит? – понимая, что ничего от Алисы не добьется, пока не решит возникшую проблему, поинтересовался он.

– Мы просим уважаемую морну пройти с нами для выяснения некоторых обстоятельств, – сообщил леранец в форме сотрудника космопорта.

– Так не просят, – буркнула девушка. – А пытаются за шкирку оттащить.

– Мое имя Рик Ортемис, – устало представился он. – Будьте любезны, объясните, что происходит? Если девушке требуется помощь адвоката, я приглашу своего.

– Ортемис? – выдохнул один из мужчин, переглянулся с напарником, а затем вполголоса сообщил: – Меня зовут морн Моах. У нас заявление от одной морны о пропаже чемодана. По камерам наблюдения мы вычислили, кто его украл.

– Какая пропажа? – растерялась Алиса. – Да не крала я ничего, повторяю в сотый раз! И кто заявил?

– Морна… – Сотрудник сверился с данными на планшете. – Морна Арефьева.

И тут Алиса начала истерически смеяться. Потребовалось минут пять, чтобы девушка успокоилась, и все они были вынуждены с нетерпением ждать наступления этого момента.

– Дайте-ка догадаюсь… – Алиса уже не смеялась, но все равно периодически всхлипывала. – Морна Арефьева прилетела и, не найдя свой чемодан, написала заявление?

– Все верно.

– Жалко, что, увлеченная бурным курортным романом, морна Арефьева не додумалась, что надо его забрать, когда нашла чемодан в номере! Я всего лишь хотела ей помочь. Но эта богиня продаж опоздала, умудрившись отправить свой чемодан другим рейсом, на котором летела я. Решив помочь подруге, я забрала ее чемодан, а она за это накатала на меня заяву! И кто она после этого? – обиженно спросила она у Рика.

До Рика дошла абсурдность ситуации, и он невольно улыбнулся. Алиса пыхтела от злости и обиды, а сотрудники явно не понимали, что происходит.

– Я объясню, – сказал Рик. – Морна Арефьева и морна Гореева – подруги. Я так понимаю, они должны были лететь вместе, но по непонятным причинам не получилось. Морна Гореева просто забрала чемодан подруги, а та, не разобравшись, написала заявление о пропаже.

– Почему вы с такой уверенностью говорите за морну Арефьеву? – прищурился сотрудник.

– Потому что вот уже пятый день, как она морна Карина Ортемис, – спокойно сказал Рик. – И от имени своей жены я обладаю правом забрать заявление.

– Ох ты ж, дохлый шпин, – ахнула Алиса.

– Если потребуется, мой адвокат пришлет вам все необходимые бумаги, – добавил Рик.

– Вам удобно будет пройти с нами для оформления необходимой документации? – вежливо поинтересовался Моах.

– Чуть позже. Мне необходимо поговорить с морной Гореевой.

– Как вам будет удобно, – кивнул сотрудник космопорта, уходя вместе с напарником.

– Где Карина?!

– Улетела, – буркнула Алиса. – Вот, сообщение прислала.

Девушка продемонстрировала ему планшет. Рик молча читал скупые строчки, а затем снова потер виски.

– Что, голова разболелась? – ехидно поинтересовалась девушка. – Кстати, а Карина, вообще, в курсе, что вы женаты?

– Уже да.

– И как ей это понравилось?

– Не особо, раз улетела, – усмехнулся Рик.

– Значит, так, синеглазый: ты мне сейчас рассказываешь, как умудрился накосячить, раз без памяти влюбленная Каринка наступила на горло своей песне и решила свалить от тебя куда подальше, а я подумаю, буду ли я тебе помогать, – серьезно заявила Алиса.

– Я все равно ее верну, – сообщил он.

– Ну, вернуть-то по-разному можно, – резонно заметила девушка. – Я могу сказать, как сделать это правильно.

Алиска решила остаться на Леране. Я ее не осуждала, сама всем сердцем тянулась туда, но Рик так и не позвонил, а напрашиваться не в моих правилах. Так что я снова с головой ушла в работу. Когда я предъявила Михалычу все графики и программы, он на радостях выписал мне премию, что было самым лучшим признаком того, что он доволен. Правда, через два часа он одумался и решил отозвать приказ, но было поздно. Как только я узнала про аттракцион невиданной щедрости, тут же понеслась в бухгалтерию получать кровно заработанные. Четыре дня после моего возвращения мы с Тереком и Сашкой чистили и вылизывали программы, а потом сделали рассылку по клиентам. И да, это была бомба. В итоге за три дня у нас образовалась запись на полгода вперед. Михалыч довольно потирал руки, Терек настойчиво пел ему в уши, что надо проследить, как все пойдет, и что для этого ему надо самому отправиться на Леран, а я… Я просто работала и думала, что надо завести хотя бы кота.

– Карин, срочно к шефу, – вызвала меня его секретарь.

– Сейчас буду.

Поднявшись, привычно проверила, как выгляжу, и потопала к начальству.

Михалыч стоял у окна, задумчиво рассматривая что-то за стеклом, а при моем появлении махнул рукой на кресло, приглашая присесть. Понятно, разговор предстоит длинный и серьезный.

– Возникла проблема, – заявил он, отойдя от окна и усаживаясь в кресло. – С новыми турами.

– Это невозможно, – улыбнулась я. – Мы предусмотрели все накладки.

– Не в этом дело. – Михалыч поморщился. – Тебе придется поехать на Леран.

– Зачем? – глухо спросила я.

– На Леране странная система ведения бизнеса, – вздохнул он. – И никто из тех, с кем ты договаривалась, не хочет работать с кем-то еще.

– Но у меня работа здесь, клиенты…

– Чтобы разрешить эту проблему, я открываю на Леране филиал, и ты будешь его директором. Все отладишь, приведешь в порядок и будешь заниматься расширением. То, что вы подготовили с Тереком, это только начало.

Я молчала, не зная, что сказать. Всю неделю я отчаянно пыталась себя уговорить, что мне необходимо забыть Рика и этот отпуск на Леране, но, видимо, судьба, а может, заодно и Ктулху были против. Рука машинально легла на кулон, наткнулась на острый кончик и замерла. Как и он, я больше не была цельной, оставив свое сердце на Леране, так, может, это шанс все исправить? Надежда встрепенулась ото сна, подняла голову и потребовала, чтобы я немедленно согласилась. Это шанс попытаться все исправить, но при этом сохранить лицо.

– Когда мне вылетать?

– Вчера, – усмехнулся Михалыч. – Но так как командировка долгая, так уж и быть, вылетишь завтра. Билеты я заказал.

Ошарашенно уставившись на него, я хлопнула ресницами. Интересно, в какой кладовке мне придется лететь?

– Первый класс, президентский сьют.

Хорошо, что я сидела, иначе обязательно бы упала.

– В космопорте тебя встретят и отвезут туда, где будешь жить, – продолжал начальник.

Он что, и о жилье позаботился?

Что случилось? Мне подменили шефа! Или заразили его вирусом щедрости. Нет, я не против, но как-то странно все это.

– И еще, будешь мне докладывать минимум раз в неделю. Через два месяца я хочу увидеть, что сумма дохода удвоилась. Тогда же пришлю к тебе Терека и рассчитываю, что через полгода сумма минимум утроится.

Уф, а я уж испугалась… Меня просто пытались задобрить.

– Я поняла. Можно идти?

– Конечно. И знаешь что, Карин… Ты на самом деле богиня продаж.

– Знаю, – улыбнулась я и вышла.

– Ну, что? – В приемной ошивался Терек. – Когда я еду?

– Еду я, завтра…

– Так и знал, – расстроился он.

– А ты через два месяца.

– Уже лучше. Значит, отмечаем сегодня твое повышение?

– Почему нет, – улыбнулась ему. – Я проставляюсь.

И улыбнулась. Надо забыть все, что было раньше, и начать все сначала. И завтра будет первый день этой моей новой жизни.

Я снова опаздывала. Подгоняла таксиста, требовала, чтобы он нарушил правила, потому как в ином случае могла опоздать на свой рейс. В здание космопорта влетела с такой скоростью, словно за мной гнались все черти земного ада, преследуемые Ктулху. Подлетев к стойке регистрации, протянула паспорт и попыталась отдышаться. Итак, первое правило в новой жизни – не пить перед важными поездками.

Получив посадочный талон, только собралась отдать чемодан, как передо мной появился тот пигмей, что не пустил меня на рейс в прошлый раз.

– Необходима проверка багажа, – с гадливым выражением лица заявил он.

И в той, другой жизни, я бы взбесилась, а сейчас… Как ни странно, я была спокойна, как звезда смерти.

– Как скажете. Только позвольте мне отойти на несколько минут. Меня тошнит. Мне надо в дамскую комнату, – страдальчески воскликнула я.

– Да, конечно. – Улыбка на лице гаденыша стала широкой и довольной.

Я тоже скоро буду смеяться.

– Сейчас приду, – пропела я, развернулась и направилась в сторону нужного мне выхода.

Да, я подарю этому пигмею свой чемодан. После прошлого раза все необходимое я носила с собой в ручной клади, а чемодан был набит всем остальным. И это остальное мне было не особо жалко. К тому же как лучше всего расслабиться девушке? Устроить себе шопинг. Именно этим я и займусь на Леране, тем более Алиска мне все уши прожужжала, спрашивая, когда я приеду. И вот я еду.

Оглянувшись и убедившись, что пигмей гордо стоит рядом с чемоданом, я хмыкнула и направилась на посадку. В этот раз я не опоздаю!

Полет прошел быстро, в шикарных условиях, в ожидании и предвкушении. Вот только касалось оно не работы, а Рика. Я безумно хотела увидеть его, страшилась этой встречи, но недели хватило, чтобы все для себя решить. Конечно, существовал риск, что все пойдет не так, как я надеялась, но где наша не пропадала. Пока не встречусь, можно только строить предположения. И, чтобы не заниматься мозговыносительством, я почти все три дня полета проспала.

Прилетев, я вышла в зал прилета и огляделась в поисках таблички со своим именем. Но увидела Алиску. Видимо, она опоздала, так как решительно протискивалась через толпу встречающих, а увидев меня, взвизгнула и бросилась обниматься.

– Пошли за чемоданом, – заявила она, когда мы наобнимались, словно год не виделись.

– А я без него, – сообщила я.

– Как?

– Вот так. Они теряются.

– Я еще выскажу все по поводу твоего заявления о пропаже! – ехидно пообещала она. – Но пошли, дела ждут.

– Я не поняла, почему ты меня встречаешь?

– А твой Михалыч разве не сказал? Мы будем вместе работать. Местные неохотно работают с инопланетниками, а я тут теперь вроде как своя.

– Обалдеть! И как это ты так умудрилась двойным агентом заделаться?

– Все потом! И прежде, чем ты устроишь мне допрос, рассказываю распорядок дня. Сейчас у нас встреча с новым компаньоном Михалыча, – сообщила она, когда мы сели в флаер. – Вы обсудите с ним самое главное и те моменты, которые требуют немедленного вмешательства. Потом три дня отдыха, потому что на Леране какой-то очередной праздник в честь Ктулху и никто не работает. Ну а затем – в бой.

Я смотрела на Алиску и улыбалась. Подруга выглядела и вела себя как аборигенка, даром что глаза зеленые. Но она точно была счастлива. Уверенная в себе, в хорошей дорогой одежде, на шее жемчужина, которую я видела в прошлый раз, на руке невероятной красоты браслет. Машинально накрыв свой кулон пальцами, я прикрыла глаза и попросила Ктулху мне помочь. Даже хорошо, что у меня будет такой внеплановый отпуск. Как раз постараюсь найти Рика и… поговорить с ним.

– Приехали, – заявила подруга, остановившись на стоянке перед трехэтажным особняком. – Да, знаю, я тоже удивлялась, но леранцы не любят стекло и бетон, предпочитая такой вот стиль.

Осматриваясь по сторонам, я шла за подругой. Швейцар у входа, уважительно открывший перед нами дверь, охрана в холле первого этажа… Все были тактичны и вежливы. К тому же, видя со мной Алису, только кивнули ей. Мы поднялись по каменной лестнице на второй этаж и оказались перед массивными деревянными дверьми.

– Готова? – весело спросила она.

– Всегда.

– Удачи! – Она направилась обратно.

– Подожди, а ты со мной не пойдешь? – растерялась я на миг.

– Что я там не видела? – хмыкнула она. – Вечером созвонимся.

Подруга быстро спустилась по лестнице, а я привычно наклеила на лицо любезную улыбку, расправила плечи и прошла в приемную. Пустую. Но красивую. Изящная мебель, живые цветы, картины на стенах, деревянный наборный пол. А также современная техника. Ну ладно, делать нечего. Я постучала во вторые двери, услышала глухое разрешение войти и решительно толкнула дверь.

– Ты?! – вырвалось у меня, когда я увидела Рика.

– Я, – с улыбкой сообщил он.

Правда, улыбался он как-то скованно. Да и выглядел не очень хорошо. Какой-то бледный, усталый и даже, кажется, похудел. А изменчивые синие глаза казались омутами, в которых я снова начала тонуть.

– Та-а-ак, – протянула я, нервно прикусив губу. – Это твоих рук дело? Мое назначение, препятствия в бизнесе?

– Не совсем, – спокойно сказал он. – Леранцы действительно ведут бизнес немного иначе, так что, можно сказать, я спас Аремихала от разорения. Точнее, от инфаркта, учитывая, как он надеялся на новые заработки. Ну и не позволил твоему труду пропасть. Карина, я видел программы, они шикарны. Так что никто, кроме тебя, не сможет их выполнить на высоком уровне. Ты прирожденный продажник.

– Богиня продаж, – хмыкнула я.

– Ты богиня во всем, – тихо сказал он.

– Тебе какой во всем этом интерес? – прищурилась я.

– Любыми путями хотел тебя вернуть. Не только на Леран, но и в свою жизнь. У меня получилось?

– Снова хочешь меня купить?

– Хочу сделать предложение, перед которым ты не сможешь устоять. Работа занимает большую часть твоей жизни. Я уважаю это.

– Все-то ты обо мне знаешь, – буркнула я.

– Не уверен… Кстати, не успел отдать в прошлый раз. – Рик поставил на стол туфли.

Мои туфли! Правда, я была уверена, что они уплыли в океан, когда я их выкинула после вечеринки у Джулио. Только эти были совсем новые.

– Как?

– Я их выловил, но они оказались испорченными, так что заказал новые. Примешь?

– Сколько еще моих слабых мест ты выяснил? Будешь на них по очереди давить или на все сразу? – буркнула я, но не выдержала и коснулась туфельки. Правда, тут же отдернула руку и уставилась на леранца. – Рик, я…

– И мы все еще женаты. Я запретил Альвасу заниматься разводом. Карина, давай попробуем все начать сначала.

Снова посмотрела на Рика и дала себе мысленный подзатыльник. Что я ему тут допрос устраиваю? Я же ехала в надежде помириться! Чтобы мы были вместе. Да, он не умеет извиняться на словах, прет как баран, но я все равно его люблю.

– У меня один вопрос. Ты меня любишь?

– Больше жизни.

– Тогда почему, шпин ты такой, меня отпустил? Почему не позвонил? Я ждала до последнего!

– Возникли непредвиденные обстоятельства, – поморщился он. – А когда смог вырваться, то опоздал. Ты уже улетела.

– Ладно, – махнула рукой. – Скажи, а ты еще носишь жемчуг?

Рик улыбнулся, достал из-за ворота рубашки кулон и показал мне.

– Отдашь? – прищурилась я.

– Карина, я готов за тебя жизнь отдать и все свое состояние переписать, а ты просишь кулон?

– Точно.

– Держи! – Он снял кулон и протянул мне, но не подошел.

Хмыкнув, я приблизилась сама, сняла свой кулон, объединила обе половинки, а затем снова надела на шею. Взглянув на Рика, встретила его ошарашенный взгляд, а затем порывисто обняла его и поцеловала.

И как-то так получилось, что следом за одним поцелуем случился второй, а затем мы, словно подростки, срывали с себя одежду, не прекращая целоваться. И не знаю, как Рик, а я точно дорвалась, показав ему наглядно, как люблю его и как соскучилась. Радовало, что он соскучился не меньше, а может, и больше. Что еще? Стол у него в кабинете вполне крепкий…

– Как же я тебя люблю, – выдохнул он, когда мы переместились на диван. А я размышляла о том, что это я хорошо придумала – все свое носить с собой. Иначе мне пришлось бы покидать офис голой.

– Отпустишь еще раз, покусаю, – пригрозила я.

– Никогда. Кстати, и много ты кого кусала? – ревниво заметил он.

– На самом деле никого, – призналась я. – Точнее, только Алиску.

– Она говорила, но я не поверил. Ты что, серьезно ее укусила при знакомстве?

– Это Алиска рассказала? – спросила я, а когда он кивнул, спокойно пояснила: – Увы, других вариантов отделаться от этой обезьянки у меня не было. Ты только представь: во время рейса на Фиору стою в медотсеке, никого не трогаю, и тут влетает эта ненормальная, хватает меня за руку, а когда я попыталась избавиться от ее жарких объятий, чуть ли не залезла на меня со спины, да еще и придушила. Когда ты понимаешь, что вот-вот отбросишь коньки, а легкие горят огнем, то в дело идут нетрадиционные методы. Но вообще – да, я ее укусила. Проблема в том, что тебя мне хочется целовать, – добавила я с улыбкой.

– Можешь начинать, я только за, – подмигнул он.

Я и начала, заодно выведя для себя второе правило моей новой жизни. Любовь стоит того, чтобы ради нее рискнуть или немного поступиться гордостью.