Глава 12

Алиса

Какой гад.

Еду по поселку и смотрю в зеркало заднего вида. Фигура Виктора все меньше становится, как и этой его…женщины.

Подумать только. Целовался со мной, лез под юбку, а сам несвободен.

Сжимаю ноги.

Внутри до сих пор жарко. На сиденье подо мной уже мокрая лужица, похоже. Там, во дворе, его пальцы такое творили. Что-то красивое рисовали. Мучили. Заставляли тянуться к нему. Так хотелось еще.

Шумно выдыхаю и открываю окно.

Медленно подъезжаю к шлагбауму, и он поднимается. Выглядывает охранник, он привычно-приветственно взмахивает рукой.

И тут же хмурится, углядев за рулем Бентли меня, а не Виктора.

Добавляю скорость и резво проскакиваю мимо.

В зеркало вижу, как он выбегает из вагончика.

Ой-ёй.

Во мне смесь веселья и страха, адреналин кровь разгоняет, я в этом состоянии, кажется, горы свернуть готова.

Я выбралась из логова Рождественских.

Еще повоюем.

Включаю радио. Играет песня, та же, что и ночью, когда Виктор вез нас с Викой по городу в отделение полиции. Еду, и ветер треплет волосы. Темнеет, и загораются фонари. Сливаюсь со скоростью.

И подпеваю радио.

- Звук поставим на всю-ю-ю, и соседи не спят! Кто под нами внизу-у-у вы простите меня!

Качу по городу. Широкие проспекты, светофоры, субботний вечер и веселые толпы народа. Мне подмигивают парни-водители.

Я раскатываю на тачке, угнанной у Храброго Полицейского. И меня от этой мысли в облака подбрасывает.

Удобнее сползаю в красном кожаном кресле.

- А потом о любви-и-и говори до утра! - кричу песню. - Это юность моя, это юность моя!

Сбавляю громкость, когда подъезжаю к сауне. Всматриваюсь в пустое место под деревом.

Вздыхаю. И сжимаю руль.

Нет моей малышки.

Угнали.

Или забрали, она же под запрещающим знаком стояла.

Зачем я послушала Вику, почему вечно со мной так.

Торможу и заглушаю мотор. Ладонью постукиваю по кожаной оплетке. Кошусь на вывеску сауны с развратной пантерой.

Там моя сумка. Телефон.

Но у входа полно мужчин, а я одна. Еще и без трусиков. Я второй раз такой дурой не буду, ни ногой туда.

А больше некуда.

С ужина сбежала. И домой возвращаться без машины и телефона нельзя. Папа просто в ярости будет.

Шмыгаю носом.

И тут вижу.

Белую Волгу с рекламой такси по кузову. Она останавливается рядом с деревом, под знаком.

И на улицу выбирается расфуфыренная Вика. В бордовой кожаной юбке, в черной меховой жилетке, на каблуках, волосы рыжей гривой лежат на плечах.

Она деловито открывает клатч и рассчитывается с водителем.

Пораженно качаю головой.

Вот это да.

Я ее с утра до дома подвезла на машине Ника. И мы договорились поспать пару часиков, а потом ехать в “Пантеру” за вещами.

Но я проспала, и папа утянул на ужин…

- Вик! - торопливо распахиваю дверь и выбираюсь на улицу.

Подруга оглядывается. Замечает знакомый Бентли, в котором мы ночью стекло огнетушителем проломили.

И оступается на каблуках.

- Алиса! - зовет она приглушенно и шагает мне навстречу. - Что? Где он? Он тебя вычислил, да? Так быстро? Я же говорила! Мент! Да не простой, раз на такой тачке раскатывает!

- Не вычислил, - отмахиваюсь и хлопаю дверью. - Ты куда так вырядилась?

- За вещами пришла, - она поправляет жилетку. - Что? У меня тут и куртка, и сумка, я тебя два часа ждала, ты так и не заехала за мной.

- А разоделась-то куда? - вдыхаю запах ее сладких духов. Боковым зрением вижу, как на Вику уставились мужчины у сауны.

Раздается веселый негромкий свист - явно по Викину душу.

- Ты интересная такая, - подруга оглядывается. - Вчера троих сразу подцепила. А мне-то ничего не осталось, - втолковывает она. - Я тоже хочу.

- Там, вообще, все не так, - рассказываю про Рождественских и ужин. - Мы с папой сегодня…

- Пошли, сумки заберем сначала, - перебивает Вика и тянет меня к дверям “Пантеры”. - Я без телефона, как без рук.

Она смело ввинчивается прямо в толпу мужчин с сигаретами, и те послушно расступаются. Кто-то причмокивает.

-…я не помню, - что-то лениво рассказывает один из них. И присвистывает. - О, глянь-ка. Рождественский подъехал. Зачастил что-то.

От этой фамилии вздрагиваю. И пугливо оглядываюсь.

В нескольких метрах от нас, рядом с Бентли паркуется Альфа Ромео. Красная, спортивная, двухместная.

Я ее видела уже. Вчера здесь же. И сегодня во дворе Рождественских.

Ветер до костей пронизывает, с ног до головы покрываюсь мурашками. Толкаю Вику вперед, и та едва не падает с каблуков.

- Эй!

- Ш-ш-ш, - прячусь за мужчинами, пригибаюсь. Тихонько открываю дверь, и вслед за подругой юркаю в сауну. - Там Арон приехал, - говорю прежде, чем она успевает возмутиться. - Мы с папой сегодня. У них на ужине были. У Рождественских. Это они.

Арон

- Ты прямо завсегдатай, - смутно знакомый мужик протягивает мне руку, когда я равняюсь со входом в “Пантеру”. - Один, али с компанией? - он подмигивает.

- По делам, - сухо отрезаю.

Я и, правда, по делам.

У девочки совсем чувства самосохранения нет. Сначала машину у Николаса угнала. Теперь у Виктора.

И на его Бентли приехала на работу, ноги перед клиентами раздвигать.

Толкаю дверь сауны и скриплю зубами.

Я ее за волосы из чужой кровати сейчас вытащу.

Она бессмертная что ли, я ей русским языком сказал, что она моя.

И не только в этом проблема. На машине моего брата-полицейского на свою проститутскую работу ездить - да она оборзела, стерва.

Будущая родственница. В голове не укладывается.

Киваю охраннику, широким шагом пересекаю холл. За стойкой шатенка моего возраста. Улыбается мне. Не заученно, как клиентам.

А как мужчине. Я эти призывные сигналы науизусть знаю. И улыбаюсь в ответ.

- Мне девушка нужна, - облокачиваюсь на стойку. - Ее вчера сюда вызывали. И сейчас она тоже здесь.

С нарумяненного лица администратора пропадает доброжелательность.

- Извините, - строго смотрит она на меня. - Не понимаю, о чем вы. Если наши посетители вызывают сюда своих подруг…

- Я ее Бентли видел на парковке, - усмехаюсь, - поэтому дуру мне тут не включай. Ваша сауна сотрудничает с агенством. И мне надо знать. Куда вызвали девушку. В каком она зале.

Админ кусает губы с ярко-красной помадой. Косится на залы.

- Я не могу вас к нашим гостям проводить, вы меня поймите, - выдыхает.

- Мне самому сходить?

- Меня же уволят.

- Не уволят.

Она колеблется, черными длинными ногтями барабанит по стойке.

- Ладно, - делаю шаг в сторону. - Я сам.

- Подождите, я провожу, - решается она и стучит каблуками. Обходит стойку, приравнивается к моему шагу. - Можем вам другую девушку вызвать, - еще одна попытка меня остановить. - Покажу вам портфолио. Какая вам нужна? Блондинка, брюнетка?

- Мне та нужна, - отрезаю.

Она вздыхает. Первой подходит к стеклянным дверям зала и толкает створку.

Шагаю в помещение.

На кожаных диванах сидят мужики в трусах, между ними девица. В бассейне плещутся еще несколько, все не те. Иду по залу под недовольство, свист и выкрики, одну за другой распахиваю двери комнат.

Везде пусто.

- Продолжайте отдыхать, - разрешаю и возвращаюсь к администратору. - Еще.

- Нету больше! - она вся красная, заламывает руки. - Рано еще, вечер ведь. Девочек только сюда заказывали.

Она тараторит, мнется на месте. Глаза не бегают, смотрит прямо на меня.

Не врет.

Где тогда эта мелкая зараза?

- Мне нужна одна из тех, кого вчера вызывали, - шагаю обратно в холл.

- Вчера не моя смена была, - админ семенит рядом. - Я вам ничего не подскажу.

- Портфолио покажи.

- Сейчас-сейчас, - она забегает за стойку и наклоняется. Роется где-то на полках. - Вот, - шлепает передо мной черным альбомом с кожаной обложкой. - Выбирайте любую. Если девочка не на смене, все равно попробуем договориться.

- Потом верну, - сую альбом подмышку, иду к дверям.

Выхожу на улицу.

И едва не роняю альбом.

Стоят.

Рядом с Бентли Виктора.

Алиса, и эта ее рыжеволосая подружка. Рыжая курит. Алиса по телефону болтает.

Нет, ну надо же, я в ахере. С таким нахальством не сталкивался еще.

Помахивая альбомом, иду к ним.

Вика кидает сигарету на асфальт, давит каблуком. Кидает взгляд по сторонам, и натыкается на меня. Ахает, и толкает Алису в плечо.

Та ооборачивается.

Встречаю ее взгляд, в котором стихийно проносится паника. Она бледнеет. И шустро открывает Бентли, лезет за руль. Ее подружка оббегает авто на каблуках.

Ну уж нет.

Ускоряю шаг. Равняюсь с машиной и наклоняюсь. Костяшками стучу по стеклу. Смотрю на светлые растрепанные волосы, на кукольное лицо. Такая милашка, и так порочна.

Алиса жует щеку.

И слегка приоткрывает окно, узкая щелка, даже палец не засунуть.

- Из машины выходи, - требую.

- Нет, - она мотает головой. - Мы ждали такси, мы бы не тронули эту машину, тебе бы оставили.

- Ну спасибо, милая, - хмыкаю. Во мне редко любопытство просыпается при взгляде на женщину. А теперь оно есть, и сильное, и эта стеклянная преграда в окне мешает. - Алиса, выходи. Я тебя не трону.

- У меня времени нет, - заявляет она. Косится на подружку, что устроилась в салоне рядом с ней. - Машину я верну сюда же, часа через два.

- Слушай ты, коза малолетняя, - срываюсь, стучу по стеклу, - часа через два, - повторяю за ней, - я тебя так вы*бу, что у тебя потом ноги не сойдутся, поняла меня? Затрахаю так, что с кровати встать не сможешь.

Она краснеет.

Отворачивается.

И сдает назад, выезжает с парковки.

Наблюдаю, как Бентли выруливает на проспект.

Иду к машине. По-другому планировал сегодняший вечер. Но она сама напросилась. Еще вчера. Сказал вы*бу - значит, так и будет.

Я Арон Рождественский, и слов на ветер не бросаю.