Глава 5

Мы поели. Вкус продуктов и приправ был непривычным, но приятным. Потом меня, сытую и сонную, переместили в гостиную в кресло и вручили папку:

– Карту нужно активировать, – сказал Сеня, – и если вы отправляете меня в магазин, требуется прописать допуск.

– Подсказывай, – вздохнула я, открывая папку. Внутри обнаружились стопка документов, плоский браслет-коммуникатор, полдюжины пластиковых карт и заламинированная пластина с правилами для новых хозяек. Вот с нее я и начала.

Правила предписывали содержать мужчин в тепле и сытости, следить за их здоровьем и хотя бы раз в месяц отправлять отчет родительницам, если таковые имеются.

Я сразу опустила пластину и уставилась на Сеню:

– Ваши родители – они живы?

Блондин вздохнул и почесал затылок:

– Вообще, матери живы. Отцы – не знаю. Мой сбежал из дома, когда мне было лет семь.

– Сбежал?

– Мама очень хотела дочь, а от него рождались только сыновья. Тогда мама отправилась в женский клуб, чтобы подобрать производителя. Отец оскорбился, сменил облик и сбежал.

– И его никто не стал искать, – поняла я. – И как, у мамы получилось родить девочку?

– Получилось, – вздохнул Сеня, – поэтому я и ушел в поиск. Сестра наследница, а мы с ней не ладим.

– Понятно.

На самом деле не очень понятно, но я попытаюсь разобраться в местной специфике.

– А… – я хотела задать вопрос о родителях двух других котиков и вдруг сообразила: – Сеня… А как вас зовут на самом деле?

– Это неважно, – белозубо усмехнулся он, – хозяйка дает новое имя.

– И вам нравятся ваши имена? – осторожно уточнила я.

– Нравятся, – подтвердил Сеня.

Я, правда, поставила себе зарубку спросить у Тихона и Никки отдельно и снова вернулась к правилам.

– Так, уведомлять раз в месяц о вашем самочувствии… Это можно делать без личной встречи?

– Достаточно отправить фотографию или отчет из клиники, – фыркнул Сеня, – большая часть женщин вообще мало интересуется потомством, если это не девочка.

– Предоставлять социальной службе данные о мужчинах по первому требованию. А это еще что и зачем?

Семен замялся:

– Некоторые женщины подбирают бродячих котов и подают в службу их данные, а потом продают в бордель или заставляют работать до смерти. Молодые парни еще имеют шанс найти себе другую хозяйку, но после борделя их мало кто возьмет. А старичков могут в контактный зоопарк продать или просто выбросить… В общем, иногда соцслужбы проводят проверки.

– А, ладно, – котиков я выгонять не собиралась, так что пропустила этот пункт и вчиталась в следующий: – Хозяйка обязана выделять мужчине деньги на булавки. На что?

– Это так называется, – Сеня почти перепугался, – вообще-то, на личные расходы. Бритву, там, купить, пену для бритья, шампунь…

Я выдохнула. Не так и страшно.

– Следующий пункт: “хозяйка не должна создавать угрозы жизни и здоровью мужчины”. И что это значит?

– Это значит, что для порки можно использовать только сертифицированные кнуты, не имеющие железных вставок, – потупился Сеня, – а палку брать не толще большого пальца и по возможности без сучков и щепок…

Я закашлялась. Котик немедля принес мне водички, и я залпом осушила стакан.

– И много у вас таких… любительниц распускать руки?

– Немного, но есть, – признался парень. – Иногда хозяйки любят выпить, или на работе что-то не удалось… В общем, бывает, но за этим стараются следить и не допускать громких скандалов. Если соберетесь нас пороть, делайте это в спальне, за закрытой дверью.

Я сглотнула и попросила еще стаканчик воды. Хотя лучше бы водки, но… Вспомнилось, как однажды мы с девчонками засиделись в баре, и я пила не вино, а виски-колу. Меня развезло, и домой еле дошла. Так вот котики, встречая меня у двери, вдруг брызнули в разные стороны, и до утра я ни одного не смогла найти! Похоже, травмирующий опыт был у всех трех.

– Ладно, следующий пункт. “В случае возвращения хозяйки на родину мужчины остаются на Мирисе. Имущество призванной тоже, кроме одежды и ручной клади”. Понятно. Хозяйки, наверное, бывают просто с других планет?

– Нечасто, но бывают, – признал Сеня.

Котик снова расслабился, видимо, других шокирующих его пунктов в правилах не было. А вот я последний пункт перечитала несколько раз, не веря своим глазам. Продравшись через канцеляризмы, я высказала усвоенное вслух:

– Если мужчина получил обширные повреждения, а хозяйка не желает оплачивать его лечение, усыпление проводит государственный доктор. У вас есть эвтаназия?

– Не знаю, что это такое, но любой доктор даст мужчине опиарий, чтобы прекратить мучения. Некоторые старики приходят за ним в государственные клиники, когда считают, что стали бесполезными.

Я схватилась за голову:

– Какой странный мир!

– Земля тоже показалась нам странной, – пожал плечами Сеня, – у вас много одиноких хозяек.

– У вас не так?

– Если хозяйка остается одна, социальные службы подбирают для нее мужчину для утешения, – пожал плечами котик. – В приютах много желающих снова обрести хозяйку.

– В смысле одиноким старушкам находят котиков? – перефразировала для себя я.

– Могут в животном облике, могут в человеческом, – пожал плечами Сеня, и пояснил. – Хозяйка в одиночестве начинает болеть, слабеть, а мужчина может поддержать хозяйку, даже если у нее нет дочерей.

Чем-то это мне напомнило восточную традицию женить стариков на юных девочках, чтобы “согревать остывающую кровь”.

Я покачала головой и сказала:

– Для меня все это немного странно, прости. Давай разберемся с продуктами и одеждой. У вас можно заказать необходимо прямо домой?

Сеня задумался:

– В принципе, можно, только карту все равно нужно активировать через смайлз.

– Смайлз?

– Вот это устройство, – он ткнул пальцем в браслет, я вздохнула и взялась разбираться.