Глава 20 · Как стать полезной для владыки и понять свою силу

С чего-то вдруг вспоминается его тягучий взгляд из-под подола моего платья… прикосновения его языка к разгоряченной коже…

Щеки, за что?! ЧТО Я ВАМ ПЛОХОГО СДЕЛАЛА?!

– Мы пришли, – констатирую факт, стараясь не смотреть в сторону Аниша.

– Кто здесь обычно тренируется? – начинает он расспросы.

– Неха, наша управляющая. Она неплохой боец, но, конечно, не соперница господину Второго Дома, – поспешно добавляю, понятия не имея, насколько сильно закапываю себя: такие сравнения недопустимы.

Это как мышь сравнивать с ядерной бомбой. И плевать, если мышь – радиоактивная и вообще СуперМаус со способностями Халка! Это не имеет значения. Вслух способности управляющей простого дома и Проклятого Клинка лучше не сравнивать…

Но я уже ляпнула лишнее, так что понятия не имею, чем мне это аукнется.

– Я бы скрестил с ней клинок, – без каких-либо эмоций произносит Аниш, – но вряд ли это возможно.

– Я тоже думаю, что это невозможно, – облегченно выдыхаю.

– Тем не менее вы упомянули о ней. Это та женщина, что встречала нас у входа, а затем ушла вслед за Даярамой?

Так вот куда она делась… это хорошо: мелкий паршивец может доставить нам кучу проблем – за ним нужен глаз да глаз.

– Верно. Это она, – киваю.

– Кто обучил ее мастерству убийства? – звучит следующий ровный вопрос.

И кто бы мне сказал, с чего Аниш решил, что Неха раньше убивала? Я такого точно не говорила.

Моя управляющая умеет отлично заметать следы – так откуда?..

– Неха не мастер убийств, она лишь…

– Аша, – прерывает меня Аниш, а его взгляд отсекает всякую возможность увильнуть от ответа.

Уж больно он безразличен к моим личным секретам и холоден по сути…

Никакого намека на прежнюю романтику.

– Ее обучил мой отец. Мой настоящий отец, – отвечаю правду, отворачиваясь.

– Кем он был?

Ни тебе «извини, что лезу в твои дела», ни «я понимаю, тебе может быть больно – я не хотел ворошить твое темное прошлое».

– Я не знаю. Никто не знает – даже Сандар. Это произошло во время войны, а мать давно умерла, так что спросить не у кого, – отрезаю сухим голосом.

– Кто-то должен знать: вы были приняты отчимом как родная дочь, а слухи о вашем происхождении до сих пор не заполонили Галаард, – бестактно замечает Аниш.

– Наш Дом не являлся Великим. С чего бы кому-то лезть в наше прошлое и тыкать пальцем в мою сторону? – «искренне» недоумеваю.

– Я не люблю, когда меня принимают за дурака, Аша, – неожиданно произносит господин Второго Дома. – О вашем происхождении не ходило слухов, потому что господин Сандар скрывал вас от чужих глаз. Мне известно, что вы почти не покидали дом до своего семнадцатилетия.

Черт.

А он подготовился…

– Пусть так, но я всего лишь вторая дочь. Наследницей рода Гаварр до недавних пор была Лила, моя старшая сестра. Не вижу ничего дурного в том, что она была на виду, а я в тени.

– Интересное у вас понятие «быть в тени». Как много вылазок за пределы родных стен оно предполагает? – продолжается обстрел бездушными вопросами.

– О чем вы?..

– О ваших побегах до моего дома, разумеется. – Аниш чуть наклоняет голову, заглядывая в мои глаза. – Или я был не единственным, кого вы посещали, будучи «в тени»?

Какой он умный! Твою мать, какой он умный!!!

Припер меня к стенке и даже усилий особых не приложил…

– Своей целью я выбрала недосягаемую величину, чтобы всю жизнь мне было к чему стремиться. Прошу прощения, если этим оскорбила вас. – Я склоняю голову, ощутив прилив злобы, отлично сводящей на нет все слабости тела.

– Не оскорбили: заинтересовали. И давно вы меня навещаете? – задает следующий вопрос Аниш.

– Сколько себя помню, – отвечаю как есть.

Сколько это тело помнит – столько и навещаю.

– Кто рассказал вам обо мне?

– Предполагаю, мама.

– Предполагаете? – переспрашивает Аниш, взгляд которого становится сосредоточенным.

– Я этого не помню. Потому предполагаю. – Отвожу глаза.

– А если перестать лукавить?

– Мы с отчимом не в лучших отношениях! И вряд ли он стал бы делиться со мной своими мыслями о господине Второго Дома – да еще и в такой форме, что маленькая девочка после этих разговоров умудрилась влюбиться в вас, совершенно вас не зная! – чеканю, глядя на Аниша с холодом. – А больше мне общаться было не с кем!

– Согласен, неродной отец в таких делах – не лучший советчик, – кивает тот, абсолютно проигнорировав мой легкий срыв. – Итак, ваша мать отзывалась обо мне лестно? Интересный факт. Когда, говорите, она умерла?

– Шесть лет назад.

Продолжаю тихо кипеть. Потому что не говорила я ему об этом! И он в курсе!

– Шесть лет назад? – переспрашивает Аниш с абсолютно непроницаемым лицом. – Еще интересней…

– Каким еще секретом семьи я должна поделиться, чтобы насытить ваш интерес? – бросаю ему, не сдержавшись.

– Верно… за свою честность вы заслуживаете награды, – кивает господин Второго Дома, после чего подходит ко мне вплотную и бесцеремонно вынуждает запрокинуть подбородок, направляя мои губы себе навстречу. – Хорошая девочка, – мягко произносит он, а я едва не реву от досады: ну почему это тело счастливо от простой похвалы?!

– Вы не можете… здесь… – выдавливаю из себя, борясь с проклятой оболочкой, готовой растечься благодарной лужицей.

Он не может брать меня, где ему вздумается, и целовать, как ему хочется!

Да будь здесь Кама!..

Твою ж… я ведь сама отправила его к Сатишу…

– Ты права. Прежде чем я сделаю это, мне нужен еще один ответ, – звучит голос Аниша.

Поднимаю закрывшиеся было веки и с недоумением смотрю на него.

Чего-сь?!

Я ж не напрашивалась сейчас…

– Как хорошо ты владеешь своим клинком? – спрашивает Аниш, глядя в мои глаза.

– Он для самозащиты… – выдавливаю растерянно.

– Хорошо, сформулирую иначе, – соглашаясь с расплывчатостью собственной формулировки, произносит Аниш, на лице которого не содрогается ни один мускул. – Ты убивала кого-нибудь?

Что будет, если я совру?

Это тело забирало чужие жизни. Но как мне отделиться от него, чтобы ответить «от себя»?

– Аша? – напоминает о вопросе Аниш.

– Да, – произношу, напряженно глядя в глаза молодого человека.

– Умница.

И я получаю поцелуй в лоб…

Такой, словно я только что умудрилась не запороть свою исповедь, от которой зависело все.

Буквально все: в том числе моя жизнь.

– Господин Аниш… – Хочу пояснить, что то были ситуации, в которых противники были достойны смерти… да и помнила я об этом смутно… почти не помнила вовсе!.. Но, странное дело, господин Второго Дома словно испытал облегчение от моих слов: на его лице появилась мягкость, а на губах…

…на губах заиграла та самая покорившая меня улыбка.

– Я горжусь тобой, Аша, – нежно произносит Аниш и затягивает меня в противозаконный поцелуй.

Серьезно, это какое-то преступление против морали и нравственности, абьюз, в конце концов: он же меня не целует, а поглощает! Буквально всю меня – все мои мысли, все мои чувства, все мое дыхание…

– Хочу! – выдыхаю в забытьи, ощущая лишь восторг от его уверенных проникновений.

– Чувствую, – слышу негромкий ответ и едва не захлебываюсь от переполнявших меня эмоций:

– Хочу больше…

– Нет, опасно, Аша…

Да какое – опасно?! Что я, местных порядков не знаю? Все прикроют глаза и прикинутся, что не видели, – что бы здесь ни происходило!

Да и нет тут неопытных невинных девочек: все все знают, все все проходили!

Решаю проявить инициативу…

– Не сейчас. – Аниш неожиданно останавливает меня и отстраняет за плечи.

Пытаюсь высмотреть хоть что-то на его лице, растерянная от внезапно прерванной ласки и абсолютно потерянная для общества и уж тем более – каких-то там проверок нашего дома…

Он что, неровно дышит?..

Точно… пытается взять дыхание под контроль, но не может – и из-за этого злится…

Он реально злится.

– Господин…

– Стой! Дай мне время! – слышу отрывистые слова, когда Аниш вдруг отворачивается и отходит от меня на два шага.

Смотрю на его спину… и обхватываю себя руками, слегка озадаченная происходящим.

Он же только что обхаживал меня, как заправский Казанова! А сейчас пытается убедить, что неопытен в подобного рода делах? Да кто вообще в это поверит?! С его-то пылающей страстью и откровенной наглостью в вопросе совращения одной небезызвестной девицы!

Постойте-ка… это же мне не показалось? Трава под ним и впрямь завяла?..

Это что еще за фокус?!

Кто-то распылил вокруг какой-то яд? Но когда успел?! И – кто?!

– Господин Аниш, с вами все в порядке? – Взволнованная, кладу ладонь ему на плечо и вздрагиваю от резкого разворота молодого человека.

Сердце останавливается, когда я вижу лицо с отпечатком настоящего безумия…

– Ты!.. – вырывается из Аниша, и вдруг его глаза меняют выражение.

Так… что происходит? Почему он выглядит таким потерянным?!

– Ты все еще тут… – произносит он голосом, лишенным эмоций.

– Ну конечно, я никуда не убежала. Было бы странно уйти от вас, чтобы вновь встретиться через десять минут… или когда там вернутся бессмертные монахини? – протягиваю, зябко поежившись от интенсивности его взгляда, неотрывно направленного на меня.

– Они не бессмертные, – мимоходом поправляет Аниш.

– Вполне возможно. Бессмертие вообще незавидная штука – я бы не хотела… – продолжаю наш странный разговор, но меня бесцеремонно перебивают:

– Ты все еще здесь.

Напряженная, перевожу взгляд на свое запястье, ощутимо сдавленное тренированными пальцами лучшего убийцы Галаарда.

– Полагаю, я должна объяснить, почему не убежала, когда увидела эту странность под вашими ногами? Я почти невосприимчива к ядам. Их эффект весьма ограничен в моем случае… Но я правда не знаю, почему так произошло, и, поверьте, наша семья не имеет к этому никакого от…

Замолкаю, когда меня вновь притягивают для поцелуя, но на этот раз такого грубого и бесцеремонного, что я четко ощущаю: данная «ласка» была предназначена не мне лично. Я тут просто под руку попалась…

– Интересно, – вновь оторвавшись от меня, произносит Аниш.

– Что именно? – спрашиваю, растерянная от его перепадов.

– Я знал, что ты особенная. Другая и не могла на меня посмотреть… – звучит очень странный ответ.

– Э… вы себя недооцениваете, – делюсь осторожно.

– Думаешь? Меня боится весь Галаард, – хмыкает Аниш, и я вздрагиваю от холода.

Почему меня напугали эти слова?

– Аша, кем была твоя мать? – спрашивает он без интонаций.

– Я… не знаю? – то ли отвечаю, то ли спрашиваю.

– А знаешь ли ты, какое задание дал мне владыка перед приходом сюда? – прищурив глаза, уточняет Аниш.

– Я… не хочу знать? – вновь предполагаю, хотя понимаю, что моего мнения тут вообще никто не спрашивает.

– Это становится все более интересным, – протягивает молодой человек, продолжая всматриваться в мое лицо.

Да куда уж больше-то?! Где пик у этого интереса и что нужно сделать, чтобы снести всю гору к чертям?!

– Такая нестандартная внешность… а ведь я впервые рассматриваю тебя при свете дня, – бормочет Аниш, в очередной раз приподнимая мой подбородок.

– Ну… спасибо? – продолжаю все в том же духе.

– Ответь мне, Аша, почему рядом с тобой я становлюсь таким озабоченным? – раздается вот совсем неожиданный вопрос.

– Потому что я выгляжу доступной? – предполагаю осторожно.

– Нет, не выглядишь, – качает головой Аниш.

– Может, дело в настроении?

– Давай займемся сексом?

КОЛЕНИ!

Молодой человек успевает подхватить меня за талию.

– Кажется, твое тело не против, – моргнув, замечает Аниш.

– Вы только что говорили, что для этого еще рано… – совсем потерянно не то шепчу, не то пищу я.

– Обстоятельства поменялись, – доверчиво делится господин Второго Дома.

– Меня отец выдать замуж планирует – не уничтожайте мою репутацию, пожалуйста, – прошу с широко раскрытыми глазами.

– Ладно, ты права. Пока об этом рано говорить. – Аниш приподнимает меня и ставит ровно на ноги.

Как будто ничего и не было!

Словно мы только что о воробьях речь вели!!!

– В доме вроде закончили, – прислушавшись к окружающей тишине, произносит Аниш и идет в сторону главного входа.

Э…

Плетусь следом, не очень понимая, чего хочу больше – прибить его или ПРИБИТЬ ЕГО?

А ведь проверка дома и впрямь подошла к концу: и Даярама, и госпожа Кири, и Сандар, и Неха – все уже стоят в ожидании нас. Глава Одиннадцатого Дома бросила взгляд в нашу сторону и выдохнула такую бесконечную струю дыма, что я искренне впечатлилась объемом ее легких.

Отчим глазами спросил: все ли в порядке, и мне пришлось взмахнуть веером, дав знак, что беспокоиться не о чем.

Неха следила за господином Второго Дома так напряженно, будто боялась, что он сейчас скинет одежды и улетит в небо…

А Даярама выглядел таким неудовлетворенным, что я едва сдержалась от смешка: кажется, кое-кто помешал ему заглянуть во все темные углы. Любопытно, он по-прежнему восхищен моей управляющей или уже мечтает, чтобы она прекратила преследовать его?..

– Входите, – произносит одна из монахинь, стоящих на пороге нашего дома, и вся наша делегация чинно идет внутрь.

Пропускаю господ вперед и хочу было подняться по лестнице следом, но кто-то осторожно хватает меня за руку.

– Неха? – удивленно оборачиваюсь я.

– Моя госпожа, как вы? – с волнением спрашивает управляющая.

– Нормально? – отвечаю вопросом… что-то у меня это в привычку вошло.

– Вы столько времени провели с господином Анишем наедине… – шепчет Неха, а я с легким отупением перевожу взгляд на спину молодого человека впереди.

Так. Провела. И что? Это законом возбраняется?

– Вы в порядке? – Искренняя забота на лице управляющей, держащей меня за руки, добивает.

– Да чт… А-а-а-а-а!.. – протягиваю тихонько, оборвав свою первую реакцию.

Неха же не знает! Для нее мое общение с «самой большой в жизни» любовью проходило в режиме «следить незаметно». А тут я, значит, разгуливаю с Анишем по внутреннему двору вдвоем и даже не краснею!

На самом деле краснею – и еще как, но если рассказать Нехе причину моего румянца, боюсь, она в обморок упадет от бесстыдства своей молодой госпожи.

– Неха, я держусь, – заверяю управляющую и ловлю взгляд Аниша, обернувшегося на нас. – Не переживай за меня: лучше порадуйся моим успехам, – добавляю еще тише и мягко улыбаюсь своей… взрослой подруге, что ли?..

Ох уж этот вопрос.

– Не верю во Всеблагого, но пусть он вам поможет, – прикрывает глаза Неха и отпускает меня.

Какое любопытное пожелание. Фыркаю и поднимаюсь в зал, где проходили смотрины Лилы, догоняя делегацию. Но вдруг слышу незнакомый голос:

– К их расчетным книгам не придраться.

Это кто сейчас сказал?

– Но нам нужно это месторождение. Новый храм на границе все еще не достроен.

А это кто сказал? Голос совершенно новый, к тому же они оба звучат будто отовсюду…

И кто это тут хочет наложить лапы на наш источник дохода?! Госпожа Кири?..

– Нужно склонить госпожу Кири на нашу сторону – тогда прибыль от месторождения можно будет поделить с ней.

Э…

– Но мы никогда не сотрудничали с Одиннадцатым Домом. Кто знает, вдруг она решит подставить нас?

Что за…

– В любом случае она единственная, кто воздержался во время голосования. Она еще не выбрала сторону.

Голосование по поводу нашего Дома? Голоса говорят об этом?

– Когда объявят, что дом не прошел проверку, на их имущество тут же налетят стервятники из других Великих Домов – и мы должны успеть первыми… Почему младшая Гаварр так странно смотрит на нас?

– Ого! В первый раз вижу бессмертных монахинь так близко! Это так интересно, – с воодушевленной улыбкой и вытаращенными глазами признаюсь я кому-то, кто стоит рядом.

Кажется, это Даярама…

– Она в первый раз видит нас так близко, – вещает первый голос.

– Да, я услышала, – отвечает второй.

Всеблагой, я действительно слышу их голоса в своей голове!

– Мне-то какое дело? – почти одновременно с ними отвечает Даярама и отступает от меня, как от темной крестьянки, впервые выбравшейся в город.

– Святой Храм должен взять время на обдумывание, – бесцветно произносит одна из монахинь, стоявших в центре зала.

– Всеблагой в помощь этому дому, а мы удаляемся, дабы помолиться за ваши души, – произносит другая.

– Завтра днем владыка Девдас получит наш ответ, – чуть склонив голову перед господами из Великих Домов, произносит третья, и все трое в абсолютном синхроне семенят к выходу.

– Разве не должны уважаемые монахини проверить верность нашего дома законам Галаарда? – слегка удивленно произносит Сандар, глядя им вслед.

– О, это не входит в их компетенцию, – мягко отзывается госпожа Кири с ленивой и при этом какой-то донельзя довольной улыбкой.

– Но кто же тогда… – растерянно озирается отчим, в обязанности которого входило произвести на всех делегатов хорошее впечатление вежливого и верного Первой Семье главы дома.

– Полагаю, племянник владыки справится с этим лучше всех. – Госпожа Кири мягко подталкивает недовольного Даяраму в сторону кабинета, где на смотринах сидел Кишан, и выдохнутой струей сладкого дыма направляет туда же Сандара.

Когда мы с Анишем, Неха и она сама остаемся в зале одни, госпожа Кири проходит к окну и смотрит, как бессмертные монахини покидают наш дом.

– Мы довольно долго расшаркивались перед Храмом. Думаю, пора прекратить пускать этих ворон на проверки. Их жадность пахнет гнилью… даже мой сладкий табак не спасает от вони, – протягивает она и разворачивается ко мне.

Э…

– А вы что думаете по этому поводу, госпожа Аша? – с улыбкой уточняет госпожа Одиннадцатого Дома.

Думаю… началась моя проверка.

Поворачиваю голову и смотрю на Аниша.

Все это было лишь представлением для отвода глаз – все, что было до этого момента.

«А знаешь ли ты, какое задание дал мне владыка перед приходом сюда?»

Теперь, кажется, догадываюсь…

– Они хотят завладеть нашим месторождением и достроить храм на границе. Они не поддержат вступление нашей семьи в состав Великих Домов, – произношу ровно.

– Откуда ты узнала об этом? – совершенно незнакомым мне голосом спрашивает Аниш, однако госпожа Кири игнорирует его вопрос:

– Прекрасно… А знаете ли вы, госпожа Аша, почему они не поддержат ваше вступление в наши ряды? – мурчащим и при этом невероятно женственным тембром уточняет глава Одиннадцатого Дома и, чуть наклоняя голову, затягивается дымом.

– Потому что хотят завладеть нашим имуществом? – повторяюсь, нахмурив лоб.

Другой вопрос – как они это сделают? Но, полагаю, для таких случаев отработана целая схема…

– Нет, Аша, – еще шире улыбается госпожа Кири. – Святой Храм не хочет, чтобы дочери Сати попали в Высший Круг.

Она… знает про мою мать?

Что она знает про мою мать?!

– Вижу, вы не в курсе. Как и господин Аниш, – взглянув в сторону господина Второго Дома, замечает эта гейша местного пошиба. – В таком случае я поделюсь с вами одним секретом Галаарда. Только пообещайте хорошенько хранить его, иначе малыш Девдас открутит всем нам головки… Дело в том, что род Гаварр в свое время отделился от Святого Храма, не желая больше служить Всеблагому. Это сделала ваша бабушка, Аша. И она утащила с собой не один секрет, когда покидала святую обитель, почти сбегая с главного поста в свои… сколько же там ей лет-то было? Восемнадцать? Девятнадцать?.. Полагаю, храм костьми ляжет, но не даст вам войти в состав дюжины! Это так интригующе, не находите?

Че… го?..