Глава 36

В столовой царил приятный полумрак. Портьеры на окнах приспущены, за ними можно разглядеть парковую аллею с белеющими молочной белизной мраморными статуями богов и богинь. Небольшой стол посреди зала сервирован на двоих. Лакей пододвинул Аманде удобное кресло с высокой спинкой. Ловко налил в бокалы вина и бесшумно удалился. – Я бы предпочла чай, – призналась девушка. – Чай обязательно будет к десерту. А к фаршированным перепелиным яйцам подходит только игристое вино. Молодое и легкое. Прошу вас, угощайтесь. И чувствуйте себя как дома. Аманда откусила от фаршированного яйца и запила вином. Это оказалось божественно вкусно. – Нравится? – поинтересовался Фарел. – Великолепно, – кивнула Аманда. – Так я еще никогда не завтракала. Настоящая пища богов. – Знали бы вы, как порой скучно завтракать в одиночку, – шутливо вздохнул Ричард. – Я всегда завтракаю в компании. Тетушка Матильда и дядюшка Вильям встают рано. У них хозяйство, с ним не понежишься в постели. Я тоже просыпаюсь рано. Привыкла еще в пансионе. Так что у меня всегда есть компания. – А это отличная мысль. Может, и мне стоит приглашать на завтрак управляющего или дворецкого? – рассмеялся Ричард. – Матильда и Вильям не просто мои арендаторы. И уж тем более я не могу назвать их слугами. Скорее, помощниками. Мы друзья. – Мои друзья остались в Остене. Сюда на завтрак они приезжать не могут. Так может быть, вы хоть иногда будете составлять мне компанию? Мы же друзья, я надеюсь? – Я тоже на это надеюсь, – улыбнулась Аманда и потупилась. Разум пытался возразить, что между мужичиной и женщиной дружбы не бывает. Аманда совсем недавно думала об этом. Какая дружба, какие завтраки? Что станут говорить об этом односельчане? Пойдут сплетни, и девушка никогда не выйдет замуж. Вообще-то замуж она и не собиралась. Как любила повторять тетя Берта, кому она нужна? Сейчас у нее, конечно, появилась усадьба. Но надо признать, что дом требует ремонта, арендаторы много платить не могут. А менять их Аманда не собирается. Кто же меняет друзей? Так что пусть сплетни ползут по деревне. Ее это волнует мало. Завтрак проходил оживленно, говорили о лошадях, о погоде, о скорых холодах. – Не люблю слякоть и холод, – призналась Аманда. – Но в ненастные дни можно уютно сидеть у камина, читать, вышивать или просто смотреть на огонь. Занятие по душе всегда найти можно. – Я тоже люблю в непогоду сесть у окна и почитать какую-нибудь хорошую книгу. И выпить теплого вина с корицей. В окно стучит холодный дождь, завывает ветер в каминной трубе. От этого становится еще уютнее и теплее в доме. Не находите? – Вы романтик, – заметила девушка. – Пожалуй. – Какие книги вы читаете? Не романы же? – Можно и роман, если он интересно написан. Почему нет? Но я предпочитаю исторические хроники. Или мемуары великих правителей. Очень поучительно. Ричард поднялся из-за стола и подошел к роялю, стоящему в углу. – Составите мне компанию? – он сел на длинный пуфик, стоящий у музыкального инструмента. – С удовольствием. Я совсем забыла поблагодарить вас за удивительного настройщика. Он вернул рояль к жизни. И за работу взял совсем недорого. – Вы все-таки заплатили? – Он не хотел брать деньги. Но я настояла. – А я думал сделать вам подарок. – Вы и так очень много делаете для меня, – девушка села рядом с лордом Фарелом. – Не знаю, чем смогу отблагодарить вас. – Вы уже отблагодарили, вылечив мою рану на голове. – Да, но сначала я ее вам нанесла, – рассмеялась девушка. Она коснулась клавиш, и томная музыка наполнила комнату. Скоро со своей партией вступил Фарел. Девушка запела романс о темном рыцаре и деве. Их любви и верности. Ничто не смогло разлучить влюбленных. Козни завистников оказались бессильны перед искренним чувством. Этот романс Аманда пела для Ричарда в доме Зильбертов. И они так же сидели рядом и играли в четыре руки. – Знаете Лунный вальс? – Фарел полистал ноты, нашел нужную пьесу и поставил на пюпитр. – Знаю. Очень красивая музыка. Нежная, немного тревожная, берущая за душу. – Лунная ночь может быть только такой – волнующей, таинственной. Удивительно, как хорошо у них получалось играть вдвоем. Словно они давно музицировали вместе. Чувствовали каждую ноту, каждый такт. И отлично дополняли друг друга. – Я редко играю в четыре руки, – признался Ричард. – Но с вами это у меня отлично получается. – По-моему очень неплохо, – Аманда взяла последний аккорд и слушала, как его звуки затихают в воздухе. – Я тоже редко практиковалась в подобной игре. Мне повезло, у нас в пансионе была прекрасная учительница музыки. Девушка встала из-за рояля и подошла к окну. – Очень красивый парк, – заметила она. – С удовольствием покажу вам его. В дверь постучали, и вошла горничная. Она что-то сказала лорду Фарелу. – Простите, я вас ненадолго покину. Надо отдать несколько распоряжений. Пока пейте чай и наслаждайтесь персиковыми цукатами. Я велел подать их специально для вас, – очаровательно улыбнулся Ричард и торопливо вышел. Цукаты лежали в хрустальной вазочке. Девушка взяла один и с наслаждением откусила. Вспомнилось детство, отец, их прогулки по городу. Тихо скрипнула боковая дверь. Аманда повернула голову и замерла от неожиданности. В гостиную вошла Октавия. Она была в домашнем платье из тончайшего голубого хлопка. Платье облегало фигуру Октавии, подчеркивая все ее достоинства. Декольте платья было очень смело и почти открывало полную грудь девушки. – Ах, – испуганно воскликнула Октавия, всплеснула руками и попятилась к двери. – Аманда? – удивленно спросила она. – Ты? Аманда не знала, что и думать. Как сюда попала ее кузина, почему она так одета? – Я не знала, что тут кто-то есть, – испуганно пролепетала Октавия. – Умоляю, никому не говори, что видела меня в замке. Если родители узнают, где я, будет грандиозный скандал. Они уверены – я в гостях у подруги. Не выдашь меня? – Нет, – машинально мотнула головой Аманда. Она все еще не понимала, что происходит. – Я всегда знала, что ты очень добрая, – Октавия подбежала к Аманде и порывисто обняла ее. – Я так счастлива, так счастлива! Ричард просто чудо. Я без ума от него. Только умоляю, никому ни слова! Я преступила черту и не жалею. Пусть запретная любовь осуждается обществом, мне все равно. Главное, что мы любим друг друга. Сердце Аманды замерло и рухнуло в ледяную пропасть. Она не верила своим ушам, но понимала – Октавия стала любовницей лорда Фарела. Все указывало на это – и ее неожиданное появление из внутренних покоев, и откровенное платье, и счастливое лицо. – Кто-то идет, – испуганно шепнула Октавия. – Аманда, никому ни слова, прошу тебя! Ты же все понимаешь, правда? Октавия бесшумно скользнула к двери и исчезла за ней. Словно ее тут и не было. Аманда ошарашенно стояла посреди столовой и не могла прийти в себя от неожиданности. Девушка подошла к окну и смотрела вдаль остановившимся взглядом. Мысли метались в ее голове, ища выхода и не находили. Октавия стала любовницей Ричарда. Это очевидно. Как давно они вместе? Почему Ричард продолжает общаться с Амандой, если рядом с ним такая красавица как Октавия? Сейчас Аманда чувствовала себя серой и невзрачной. Октавия светилась счастьем. Значит, у них все хорошо. А Аманда, зачем она нужна Фарелу? Девушка думала, что они друзья. Возможно, так оно и есть. Друзья и все… Ей захотелось немедленно вернуться домой и забыть все как страшный сон. Она даже думать не хотела об Октавии и Ричарде. Но мысли снова и снова возвращались к ним. Ричард говорит Октавии нежные слова, держит ее за руку, целует. От одного этого у Аманды до боли сжималось сердце. На что она рассчитывала? Что когда-нибудь лорд Фарел влюбится в нее без памяти? Наивная глупая девчонка! Злость и обида мешались в душе Аманды. И еще какое-то незнакомое и страшное чувство. Чувство пустоты, черного гнева и зависти чужому счастью. Похоже, это и есть ревность. – Пройдемся по парку? – от знакомого голоса с хрипотцой Аманда вздрогнула как от удара. Она продолжала смотреть в окно и медлила с ответом. Сейчас Аманде хотелось бежать прочь отсюда. К горлу подступил комок, на глаза навернулись слезы. С трудом ей удалось взять себя в руки. – Простите, Ричард. Я совсем забыла, – она опустила голову и повернулась к Фарелу. – Сегодня приедут рабочие. Надо дать распоряжения по починке флигеля. Мне пора возвращаться в усадьбу. – Я провожу вас. Велю заложить экипаж. – Не беспокойтесь, я прекрасно дойду сама. – Но до вашей усадьбы не близко. – Ничего, я с удовольствием прогуляюсь, – Аманда решительно направилась к выходу. – Нет, так нельзя. Я провожу вас. Отказ не принимается, – Ричард взял Аманду за руку. Ей хотелось дать ему пощечину. Но за что? За то, что Октавия стала его любовницей? За то, что кузина счастлива? Или за то, что Ричард не рассказал об их связи? А разве он обязан посвящать Аманду в свои сердечные дела? – Что-то случилось? – Ричард пытливо посмотрел на Аманду. – Нет, все хорошо. Я просто забыла о рабочих. Мне надо спешить. – Быстрее будет доехать, чем идти пешком, – он потянул за шнур звонка и отдал распоряжение слуге. – Вы и оглянуться не успеете, как будете в усадьбе. Аманда тихонько вздохнула и поняла, что возразить ей на это нечего.