Глава 40

Свое возвращение из замка лорда Фарела Октавия считала позорным поражением. Ее практически выставили за дверь. Ричард не пытался соблазнить девушку. Он вообще не обращал на нее внимания. Навещал редко, вел себя слишком учтиво. Мерзавец, а не лорд! Когда Октавия увидела во дворе замка рядом с Ричардом Аманду, она пришла в бешенство. Как эта полунищая дура смогла завоевать его расположение? Почему Фарел совершает конные прогулки с бесцветной молью, а на нее, красавицу и умницу внимания не обращает? Чем смогла подкупить его дрянь? Ни рожи, ни кожи, ноги тощие, груди нет. Уродина! Может, Аманда применила магию и околдовала Фарела? Или Аманда вообще ведьма? Засадить бы ее в тюрьму пожизненно. Вот было бы отлично! Но, увы, это только мечты. Октавия отлично понимала – ее кузина не ведьма. Ричард беспардонно выпроводил Октавию восвояси в тот же день, как она поговорила с Амандой. Но зерно сомнения брошено. Октавия не сомневалась – Аманда не простит Ричарда. Они поссорятся. Хорошо, если навсегда. Путь лорд Фарел не достался ей. Но и Аманде с ним не быть. Если надо, Октавия раздует грандиозный скандал, подаст в суд на домогательство, ее отец наймет лучшего адвоката. Если только денег хватит… Но жизнь сладкой парочке Октавия испортит. Подготовка к свадьбе Леопольда шла полным ходом. Хорошо, что всем этим занимался отец невесты. А Леопольд только выбрал себе модный роскошный костюм и купил обручальные кольца. Октавия мечтала о наряде, который затмит на свадьбе всех. Чтобы Артусы сразу поняли – им выпала великая честь породнится с Зильбертами. Но на роскошный наряд денег не было. Пришлось купить платье не слишком дорогое. И от этого Октавия чувствовала себя униженной и оскорбленной. Метрессе Зильберт вообще пришлось обойтись бальным платьем, которое она надевала на осенний праздник в замке. И драгоценности у нее фальшивые. А что делать, если настоящие заложены в ломбарде? Зато после женитьбы Леопольда дела пойдут на лад. Он просто обязан поправить состояние семьи. Большинство денег ушло на погашение его долгов. Вот пусть и раскошелится! В том, что Леопольд сможет вытрясти из жены все, что пожелает, Октавия не сомневалась. Он умеет это делать. Родители ему во всем потакали, тратили немалые суммы на его прихоти. Впрочем, этих прихотей у Октавии было не меньше. Но ей простительно, она же девушка! Октавии было о чем призадуматься. Она искренне надеялась, что сможет заполучить лорда Фарела в постель. Но тот остался холоден как лед. Может, у него вообще проблемы со здоровьем? Эта мысль утешила девушку. Конечно, все так и есть. Иначе, зачем ему общаться с Амандой? Два убогих, неполноценных человека. Так или иначе, но Октавии тоже пора подумать о замужестве. Палмер больше не появлялся. Значит, предложения руки и сердца можно от него не ждать. Из-за этого негодяя Октавия упустила свой шанс найти достойного жениха на осеннем балу в замке. И где теперь искать подходящую партию? Придется снова обращаться к свахе. Пусть найдет жениха в городе. Октавия не желает оставаться в этой дыре, где дворяне похожи на мужланов и никто из них не может оценить ее красоты и привлекательности. Норберта пообещала, что займется устройством личной жизни дочери сразу после свадьбы Леопольда. Тогда и деньги в семье появятся, и проблем станет меньше. * * *Венчание Леопольда и Эльзы проходило в центральном соборе Остена. Гудел орган, звонили колокола. Стая испуганных сизых голубей кружила надо площадью в бездонном лазурном небе. Молодые выходили из собора, ступая по ковру из живых цветов. Метр Артус не пожалел денег на свадьбу дочери. Белоснежное шелковое платье Эльзы сшито по последней моде. Дорогое кружево пенилось на оборках. Глубокое декольте нескромно демонстрирует полную грудь, готовую при неосторожном вздохе вырваться из тесного корсажа. Венок белоснежных лилий на голове переплетали жемчужные нити. На шее роскошное бриллиантовое колье – целое состояние! В комплекте к нему длинные серьги, сверкающие под лучами осеннего солнца и браслеты на пухлых запястьях. Эльза скромно смотрела себе под ноги и счастливо улыбалась. Полнота не портила девушку. Особенно учитывая, какое богатое приданное за ней дал отец. Леопольду будет на что разгуляться. Леопольд Зильберт гордо поглядывал по сторонам, небрежно поддерживая под руку молодую жену. Теперь Леопольд снова на коне – он молод, красив, богат и безумно привлекателен. Торжественный обед проходил в самом дорогом и фешенебельном ресторане Остена. Мраморный зал украсили гирляндами из белых лилий. При входе на большом столе громоздились подарки от родственников и друзей. Надо отдать должное, на подарки родня Эльзы не скупилась. Тут были и фарфоровые сервизы, и столовое серебро, и заморские диковинки, стоящие бешеных денег. Много золотых украшений в бархатных коробочках. Денежные подношения складывали в вазу. Раскрасневшаяся Эльза держала за руку Леопольда, смущалась и благодарила гостей за поздравления и подарки. Леопольд важно и снисходительно кивал приглашенным. Его элегантный модный костюм выгодно отличался от одежды новообретенной родни. Гостей было много, и все со стороны невесты. Со стороны жениха присутствовали родители и сестра, а в качестве шафера выступал давний друг и надежный спутник по вечеринкам и любовным похождениям молодой повеса Алоиз Филлет. Октавию он в качестве жениха никогда не интересовал. Череда громких скандалов следовала за Алоизом. Но не это самое неприятное. У семьи Филлерта много апломба, и совсем немного денег. Совсем как у Зильбертов. Важный метрдотель пригласил гостей к столу. Высокий зал наполнил шум отодвигаемых стульев и ровный рокот голосов. Скоро все разместились за длинным столом, во главе которого сидели счастливая невеста и очень важный жених. Октавия сидела рядом с матерью и с тоской смотрела на гостей. Неотесанные мужланы, даже взгляд остановить не на ком… И не поймешь по их безвкусной одежде, состоятельные они или так себе… Тесть Альфреда, одет в нелепый костюм – черные брюки, малиновый камзол. На шее золотая цепь в палец толщиной. Как для собаки. Ни вкуса, ни фантазии. А ведь как богат! Мог бы хоть ради интереса зайти в модное ателье, поинтересоваться, что сейчас носят в приличном обществе. Про тещу и говорить нечего. Платье из зеленого бархата! Из бархата! Можно подумать, его перешили из занавесок. Зато золота и изумрудов на метрессе Артус столько, что может позавидовать городской банк. Напротив Октавии сидел молодой человек с редкой бороденкой и пышными бакенбардами. Ну, кто сейчас такие носит? Он фривольно подмигнул девушке. Та гордо поджала губы и отвернулась. Ни за какие деньги Октавия не выйдет замуж за подобное чучело. Октавия найдет себе мужа не только богатого, но и знатного. И, разумеется, красивого. Столы ломились от дорогих яств, вино лилось рекой. Молодые исполнили вальс. Метресса Артус прослезилась от счастья и умиления. Метр Артус произнес прочувственную заранее заученную речь. Она была долгой, занудной и сводилась к тому, что молодым следует жить по заветам предков и нарожать побольше детей. Альфред тоже произнес тост. Но был краток. Пожелал молодым счастья и напомнил, что крепкая семья строится на взаимном уважении. Свадьба проходила шумно и весело. Если подобное непотребство можно назвать весельем. Музыканты исполняли народные мелодии. Под них гости плясали нечто несуразное, с притопами и прихлопами. Дамы громко взвизгивали и заливисто хохотали, когда кавалеры слишком сильно кружили их. Октавия отказала нескольким кавалерам, сославшись на головную боль. Скакать среди этого невежественного стада она не собиралась. – У меня скоро лопнет голова от такой музыки, – пожаловалась она матери. – Как можно так вести себя? Дичь, настоящая дичь! И как только метра Артуса сделали почетным гражданином Остена? – Деньги творят чудеса, дочка, – наставительно заметила Берта. – Но не до такой же степени? – возмутилась Октавия. – Надеюсь, Леопольд сможет отгородиться от этой родни. Совершенно не умеют вести себя. Позор общаться с подобными дикарями. От нас начтут шарахаться порядочные люди. – Не сомневайся, Леопольд быстро поставит их на место. Артусы должны быть счастливы, что такой достойный молодой человек женился на их, скажем так, не слишком красивой дочери. – Ах, мама, вы всегда слишком деликатны. Вы называете Эльзу не слишком красивой? Да она похоже на поросенка! – хихикнула Октавия. – А поросенка как не украшай, он останется поросенком. Хотя нет, со временем он превратится в жирную свинью. – А ты очень категорична, дорогая. Но я с тобой полностью согласна, – понимающе улыбнулась Норберта. – Леопольд поступил благородно, женившись на этой девушке и по отношению к ней, и по отношению к нам. Он спасет нашу семью от банкротства. А бедняжку осчастливит тем, что иногда будет появляться с ней на людях. – Надеюсь, дети внешностью пойдут не в мать, – вздохнула Октавия. – У нашей семьи сильная наследственность, – Норберта поправила фальшивые жемчуга на шее. – Все ваши предки были красивы и отличались врожденной гордостью и истинным благородством. Жаль, что у тебя не получилось очаровать лорда Фарела. Вы были бы красивой парой. – Не говорите мне об этом мерзавце, – сердито сдвинула брови Октавия. – Я зря потратила на него время. Думаю, у Фарела не все в порядке с головой. Очень странный мужчина. – Пожалуй, – согласилась Берта. – Один его клуб чего стоит. Недостойно знатному лорду опускаться до уровня купца. – Ничего не хочу слышать об этом негодяе, – вспылила Октавия. – И вообще я с замужеством торопиться не буду. Мне спешить некуда. Найду себе достойного мужа. Получше какого-то свихнувшегося лорда.