Глава 41

Свадебный подарок Эльзы приятно удивил Леопольда. Эльза преподнесла мужу золотые запонки с крупными бриллиантами. И тут же убрала их в сейф. Подальше положишь, поближе возьмешь. Слугам доверять нельзя. Сегодня они преданы как собаки, а завтра могут обворовать. Леопольд подарил молодой жене себя. Что делать, если его семья сейчас находится в затруднительном положении? Эльза, несмотря на свою непомерную полноту, оказалась отзывчивой на ласку. Смотрела на мужа влюбленными, по-собачьи преданными глазами. Целовалась страстно, обнимала крепко. В темной комнате Эльза не вызывала у Леопольда сильной неприязни. Да, не леди, однозначно. Обычная селянка. Но простота в постели порой заводит сильнее, чем всякие нежности и идиотские ласковые словечки. Неделю молодожены почти не выходили из спальни. Эльза вошла во вкус и была ненасытна. Молодая жена кормила с руки мужа, выполняла все его прихоти, а Леопольд не стеснялся в своих желаниях. Повезло ему с женой! Эльза знает свое место, понимает, что муж ее господин, ему надо подчиняться и выполнять все его прихоти. Свадебного путешествия запланировано не было. Эльзе надо следить за пекарней в селе. Но неделю страстной любви она смогла себе позволить. Отец Эльзы обставил просторный дом молодоженов дорогой мебелью. Шелковые ковры устилали паркетные полы. Бархатные занавески причудливо задрапированы. Фарфоровая посуда расписана золотом. Ярко, пошло, но богато. Роскошь, бьющая в глаза. Есть чем гордиться перед знакомыми! Неделя пролетела быстро. Ранним утром Эльза растолкала Леопольда. – Вставай, любимый, – она прижалась к нему полной грудью и осыпала поцелуями. – Рано еще, – Леопольд недовольно скосил глаза на настенные часы. – Давай спать… – Милый, дела не ждут, – Эльза торопливо натягивала на себя невесомый розовый пеньюар. Она нетерпеливо подергала за шнурок звонка. – Кофе и яичницу с беконом, – приказала горничной. – И заложить коляску. Мы выезжаем через четверть часа. – Ты с ума сошла? – удивился Леопольд. – Куда в такую рань? – В пекарню. Я и так дела запустила. – Ну, как хочешь, – Леопольд завернулся в шелковое одеяло и повернулся на бок. – Зачем меня разбудила? – Ты едешь со мной, – Эльза бросила мужу халат. – Будешь вникать в дела пекарни. Мне помощник нужен. – Что? – от возмущения Леопольд уселся на кровати. – Ты что, с ума сошла? Я – и в пекарне? Ну, уж нет, я в твоей пекарне работать не собираюсь. – Как скажешь. Мне с тобой болтать некогда, – Эльза стремительно вышла из комнаты. Леопольд снова провалился в сладкий сон. Проснулся за полдень. Приказал горничной подать кофе. Ждал долго. Горничная так и не появилась. Нерадивые слуги у Эльзы. Пора навести порядок в доме. Леопольд спустился в столовую, позвонил в серебряный колокольчик, стоящий на столе. Явилась та же горничная. – Где кофе? – строго спросил Леопольд. – Не велено варить, – горничная присела в реверансе. – Что за чушь? – возмутился Зильберт. – Кто не велел? – Метресса Эльза не велела. Может, кофе в доме кончился? – Подай мне завтрак, – приказал молодой хозяин. – Не велено, – горничная снова присела в реверансе. – Ты дура? – зло спросил девушку Леопольд. – Нет, метр Зильберт, – тонкая нахальная улыбка тронула губы горничной. – Так подай завтрак. – Метресса Эльза запретила. Что за бред? То ли горничная полная идиотка, то ли Эльза от счастья свихнулась. Зильберт прошел на кухню. – Приготовь завтрак, – приказал он кухарке. Крупная женщина с большим ножом в руке повернулась к нему. – Доброе утро, метр Зильберт. Завтрак уже прошел. В доме не принято обедать. Ужин будет вовремя, как раз к возвращению метрессы Эльзы. Кормить вас не велено до ее возвращения. Распоряжение хозяйки. – Я тут хозяин! – взревел Зильберт. – Может, и хозяин, – равнодушно пожала богатырскими плечами кухарка. – Но я выполняю только приказы метрессы Эльзы. Еды не будет. Кухарка размахнулась, и с одного удара разрубила тушку курицы пополам. – Вам лучше уйти с кухни, метр Зильберт. Замараться можете, – в словах кухарке Альфред уловил плохо скрываемую насмешку. Он не рискнул подойти к шкафам со снедью. Очевидно, что эта идиотка не даст ему нормально позавтракать. Как можно ей вообще давать в руки нож? Леопольд вздохнул. Придется подождать ужина, раз так принято в доме. Вечером он объяснит жене, кто есть кто. Подумать только – жирная свинья Эльза возомнила себя хозяйкой! Можно пока навестить родителей. У них можно и поесть. Голод дает себя знать, в живот противно урчит. Мрачный высокий конюх с черной бородой походил на разбойника с большой дороги. Он тоже отказался закладывать экипаж. Все тот же ответ: «Хозяйка не велела». – Пекарня на краю деревни, – зачем-то начал объяснять он Леопольду, как найти жену. – Прямо до первого перекрестка, потом налево. Метресса Зильберт сказала, что если вы захотите помочь, она будет рада. Леопольд не удостоил конюха ответом и гордо покинул задний двор. Он дойдет до дома родителей пешком. Унизительно, конечно, тащится через всю деревню. Но что делать? В доме Зильбертов было тихо, словно кто-то умер. – На днях придут описывать имущество, – приложила платок к заплаканным глазам Норберта. – Сынок, милый, вся надежда только на тебя! – Немедленно нужны деньги, – Альфред обнял жену за плечи. – Нас могут выкинуть на улицу. Мы станем хуже нищих! – Я этого не переживу! – разрыдалась мать Леопольда. – Будут деньги, – заверил родителей заботливый сын. – А пока я хочу поесть. В доме Артусов не принято обедать. – Они что, только прикидывались состоятельными? – тревожно спросила Норберта. – Денег у них полно. Но жадные до неприличия. Ничего, вечером я со всем разберусь. Давайте обедать. Я голоден как зверь. Стол Зильбертов сегодня не отличался разносолами. Октавия тоскливо ковыряла вилкой в тарелке. Родители Леопольда ели без аппетита. Обменивались короткими фразами. Говорить было не о чем. Леопольд с удовольствием налегал на еду. – Надеюсь, ты не собираешься каждый день приходить к нам обедать? – поинтересовался Альфред. – Сейчас это неприемлемо. Денег нет, слуги разбегаются. Мы сами не знаем, что будем есть через пару дней. Принеси деньги, тогда и обедай. Не затягивай с этим. Мы не можем лишиться дома. – И нашего статуса, – сквозь слезы добавила Норберта. – Как мне все это надоело! – закатила к потолку глаза Октавия. – Так выходи замуж, – поддел ее брат. – Или желающих на тебя нет? – Идиот! – огрызнулась Октавия. – Женился на свинье и рад! – Прекратите оба, – одернул детей Альфред. – Леопольд, ты прекрасно понимаешь, что в нашем положении найти достойного жениха Октавии очень сложно. – Сваха отказалась помогать, – призналась Берта. – Сказала, деньги вперед. А где их взять? – Да я лучше стану любовницей какого-нибудь лорда, чем выйду замуж за тех женихов, что она мне может подобрать, – фыркнула Октавия. – Неотесанные мужланы и обедневшие дворянчики. Мне такое не надо! – Так и становись любовницей, раз на другое не способна, – Леопольд доел рагу и вытер губы салфеткой. – Поддержишь родителей, поможешь им деньгами. Только, похоже, и тут желающих мало? Даже в любовницы тебя не берут. – Скотина! – взвизгнула Октавия. – Хам! Дурак! – А ты не дура? – зло рассмеялся Леопольд. – Не вышло Фарела соблазнить? Размечталась, что он на тебя кинется! Как же! Обед закончился скандалом и взаимными оскорблениями. Леопольд шел домой и злился на сестру и родителей. Промотали все деньги! Ничего не смогли преумножить. А ведь были богатыми землевладельцами. И вот теперь требуют поддержки от сына. Не будет им поддержки, зря надеются. Не для того он женился на толстой Эльзе, чтобы помогать кому-то. Своим умам надо было жить! А теперь их проблемы его не касаются. Эльза вернулась с мельницы поздно. Уставшая и довольная. Обняла мужа, чмокнула его в губы. – Как дела, милый? – Расскажу после ужина, – нехотя обнял жену Леопольд. Эльза переоделась и пошла в столовую. Леопольд последовал за ней. Стол был накрыт на одного. Эльза села в высокое кресло и с удовольствием потерла руки. – Ну, что у нас сегодня на ужин? – Жаркое из курицы под соусом из красного вина, – торжественно объявила кухарка. Леопольд пододвинул стул к столу и сел, закинув ногу на ногу. – Подай прибор, – приказал он служанке, стоящей у стены и ожидавшей распоряжений. Служанка не пошевелилась. – А ты сегодня не ужинаешь, любимый, – Эльза с аппетитом отправила в рот кусочек жаркого и заурчала, как довольная кошка. – У нас все просто. Кто не работает, тот не ест.