ГЛАВА 17

Этим вечером мы очень долго оставались вместе. Тигран ни в какую не желал отпускать меня даже на секунду и постоянно обнимал. Гладил пальчики, целовал ладони, уделяя особое внимание шрамам, и пытливо заглядывал в глаза, будто опасался увидеть там отказ или что похуже, но я лишь счастливо улыбалась. Мы мало говорили, но прекрасно понимали друг друга и без слов. Это был самый потрясающий вечер за всю мою жизнь. Тихий, спокойный и умиротворяющий. Не знаю, может, и есть что-то лучше простых объятий любимого, в чьих глазах я вижу свое отражение, но сейчас это было самым прекрасным на свете.

— Знаешь, — ближе к полуночи задумчиво произнес Тигран, когда я уже не сумела скрыть от него предательский зевок, — мы, наверное, все-таки аннулируем наш брак.

Я недоуменно моргнула, чувствуя, как болезненно все замирает в груди, но маг уже размеренно продолжал, начав снова поглаживать мои пальцы:

— А затем поженимся снова. Но уже правильно. С красивым платьем и шикарным торжеством. С гостями, друзьями и родственниками. Хочу, чтобы ты носила мою фамилию. Хочу, чтобы все знали, что ты моя женщина. Моя любимая. Просто моя.

Когда получилось выдохнуть, я едва не закашлялась. Нет, ну нельзя же так пугать! Я чуть с душой не простилась! Снова!!

— А тебе разрешат? — Не знаю, зачем спросила. Словно само вырвалось. И тут же потерялась под его возмущенно-насмешливым взглядом. — Что?!

— А кто посмеет запретить монстру? — Его ухмылка была зловещей, но в то же время я понимала, что он иронизирует. — Золотце мое, да мне начальство первым голову открутит, если я посмею обидеть такую хорошую девочку или того хуже — отпустить. Харрис мне так и сказал.

— Харрис?

Тигран чуть недовольно поморщился.

— Ты вряд ли его помнишь. Один из тех, кто тебя допрашивал, крупный такой, со шрамом.

— Да, был такой, — согласилась я задумчиво и пытливо прищурилась. — Твой начальник?

— Да, он.

Судя по краткому ответу, Тигран не хотел сейчас об этом говорить, да и мне самой не очень хотелось ворошить то прошлое. Пусть оно остается в прошлом. И я переключилась на не менее важные вещи.

— А твои родители, общество? Ты ведь граф, а я…

— А ты моя любимая, — категорично и даже грубо отрезал маг, но сразу смягчился, заметив, что мне это неприятно. — Прости, для меня это не самая приятная тема. Но в одном можешь быть уверена — родители тебя примут. Если быть честным до конца, то это я запретил им приезжать в течение месяца, чтобы у тебя было время освоиться. Дворецкий признался, что матушка каждый день связывается с ним по переговорнику и первым делом спрашивает о тебе. Хорошо, что в загородном поместье скопилось достаточно дел, иначе она бы уже давно была здесь.

— Хорошо, да… — согласилась я. И, наверное, не стоило бояться предстоящей встречи с будущими свекровью и свекром, но я была искренне рада, что она будет не завтра. — А когда мы… Ну, пойдем разводиться?

— Торопишься поскорее от меня избавиться? — совершенно неудачно пошутил пока еще супруг, и я не выдержала — обиженно стукнула его кулачком по плечу. — Эй-эй! Я пошутил! Ну все-все, не дуйся. Хочешь, можем сходить в храм прямо завтра с утра. Да, кстати, прекрасная идея! А вечером я приглашаю тебя на ужин в ресторан, где сделаю предложение. Как на это смотришь?

— Предложение? В ресторан? Здесь, в столице? — Я откровенно растерялась под его напором и с ужасом констатировала: — Мне нечего надеть! — А затем вспомнила еще кое-что и с горечью призналась: — И денег осталось совсем чуть-чуть…

— А вот сейчас обидно было, — мрачно произнес Тигран и бережно взял мой подбородок двумя пальцами. Чуть приподнял, словно так было лучше видно, дождался, когда я взгляну на него, и очень сурово, очень проникновенно заявил: — Твои финансовые потребности — полностью моя забота. Как и остальное. Отныне и навсегда. И чтобы я больше ничего такого не слышал.

— Но мы же…

— Чтобы я больше. Ничего. Такого. Не слышал, — еще суровее прервал меня маг.

— Я тебя не боюсь, — рассердилась я.

Тигран мрачно ухмыльнулся, и по его лбу зазмеилась татуировка, а в глазах показалась вторая, куда более жуткая половина.

— И тебя тоже! — Я угрожающе наставила на него палец, хотя прекрасно понимала, как глупо это выглядит. А еще понимала, что если промолчу сейчас, то дальше будет только хуже. — Я тебе не противник и даже не подчиненная, чтобы меня запугивать и командовать!

— Ты моя женщина, — глухо прорычал Тигран, и его черты начали меняться, становясь более демоническими.

— Твоя, — согласилась я и бесстрашно взяла его лицо в ладони. Заглянула глубоко-глубоко в глаза его демона и проговорила: — Женщина, но не рабыня. Я люблю тебя любым, но это не мешает мне иметь собственное мнение, желания и гордость. И чем раньше ты это поймешь, тем лучше для нас обоих.

И снова его лицо начало меняться, чтобы всего через несколько секунд передо мной вновь сидел самый обычный человек. Слегка растерянный, немножко сердитый, но при этом определенно восхищенный.

— Вот теперь ты точно никуда от меня не денешься! А я, как последний дурак боялся, что ошибаюсь!

— В чем?

— Что не примешь меня… Всего меня.

— Такой взрослый, а такой дурачок, — улыбнулась я нежно. — Забыл, кто я сама?

— Самая красивая и добрая, отзывчивая и надежная, нежная и стойкая…

— Все-все! — Я не выдержала потока искренних комплиментов и спрятала свое пылающее лицо у него на груди, но при этом крепко обняла, чтобы он даже не вздумал отстраниться. — Хватит! Я всего лишь полукровка из простых граждан, но, кажется, тебя это вообще не волнует.

— Верно подмечено. — Тигран тепло фыркнул мне в волосы и обнял в ответ. — Меня волнует лишь одно, и это ты. И давай-ка спать, завтра у нас с тобой очень насыщенный день. Не хочу, чтобы моя невеста проспала все самое интересное.

— Интересное? Что именно? — Я даже отстранилась, чтобы с любопытством заглянуть магу в лицо.

— А об этом ты узнаешь завтра! — Тигран шутливо прикоснулся к моему носу, а затем и поцеловал. Тоже в нос. — Ложись спать, любопытная моя. Обещаю, завтра будет прекрасный день.

— А ты? — Я так привыкла к его рукам всего лишь за один этот вечер, что даже помыслить не могла, что он сейчас уйдет.

— И я спать, — размеренно кивнул маг, поднимаясь с диванчика, даже несмотря на мой безмолвный протест и все попытки его удержать. — Злата, отпусти. Я никуда не денусь.

— Но я думала, мы… — И бросила смущенный взгляд на кровать. — Вместе…

— Если я сейчас останусь, — голос Тиграна стал ниже, и послышались хриплые нотки, — то завтра нам уже никто развода не даст. А я хочу все сделать правильно.

— А может, не стоит? — Я уже всерьез решилась соблазнить собственного мужа, потому что просто не хотела его отпускать. Недалеко, я знаю. В доме всего несколько спален, и его расположена совсем неподалеку.

— Нет.

В его глазах я прочла совсем иное, но не успела придумать, чем же его все-таки задержать, как Тигран крепко поцеловал меня вновь и стремительно покинул спальню, лишь на мгновение остановившись в дверях.

— Стоит, Злата. Ты стоишь куда большего, и в этом ты меня не переубедишь.

Дверь закрылась, но почти сразу в нее тихо постучали, и я растерянно позволила войти. Это была Майли. Девушка явно уже дремала, но все равно пришла, чтобы помочь мне раздеться и подготовиться ко сну. Сердито отправила ее прочь, пробурчав, что и сама справлюсь, чай, не инвалид, и поплелась к кровати, мысленно ругаясь на вредного супруга.

Вот настырный какой! Стою я! Откуда ему вообще знать, чего я стою? А вот не хочу я ничего стоить! Я с ним рядом быть хочу, и точка!

Несмотря на общую усталость, поздний час и очень насыщенный день, я долго не могла уснуть. Ворочалась, шепотом высказывала подушке все, что думаю об одном своенравном полудемоне, снова ворочалась и в итоге уснула практически под утро.

Проснулась не от уже привычного беззаботного щебета Майли, а от легких прикосновений к руке. Нехотя открыла глаза и тут же улыбнулась — меня будил Тигран. Он был одет очень просто: в черные брюки и белую рубашку, верхние пуговки которой были расстегнуты, но даже так выглядел потрясающе. Маг сидел на кровати и задумчиво меня рассматривал. Лицо, руки, плечи… За эти недели, проведенные в чужих домах, я привыкла спать в нижней сорочке. И сейчас тоже была в ней, но, судя по полыхнувшему взгляду пока еще супруга, его фантазию это не остановило.

А вот меня смутило, и даже очень! Это вчера вечером, в полумраке, разнежившись в его руках, я была готова пойти на преступление, лишь бы он никуда не уходил, а вот с утра все виделось совершенно в ином свете.

— Тигран! — Я стыдливо натянула одеяло до самого подбородка, хотя саму почему-то разбирал смех. Не иначе как нервы дали о себе знать. — Выйди, я не одета!

— Ты одета куда больше, чем мне хочется, — недовольно проворчал самый бесстыжий в мире маг и плавно склонился ко мне, завораживая своими потемневшими глазами. — Признавайся, упрямица, долго вчера не спала?

— Как ты…

— Полдень, — вместо ответа ухмыльнулся он и все-таки урвал поцелуй с моих приоткрытых губ. — Как знал, запретил тебя будить с утра, но если позволить тебе спать и дальше, то мы точно ничего не успеем. Или отложим?

И так хитро глянул, что я сразу поняла — дразнит. Ох, ну вы только гляньте на него! А я, между прочим, тоже умею!

— Нет-нет! — Я откинула одеяло в сторону и ловко вскочила на ноги, старательно избегая мыслей о том, как неприлично задралась во сне моя не самая длинная и целомудренная сорочка. — Я сейчас! Только оденусь и… Ай!

Я успела сделать лишь шаг, после чего Тигран схватил меня за талию и привлек к себе. И так быстро, что по инерции мы рухнули обратно в кровать: Тигран на спину, а я на него. Растрепанные волосы каскадом опустились по обе стороны от моего лица, отрезая нас двоих от всего мира, и губы сами собой потянулись вперед. Туда, где их уже ждали.

Все было невероятно нежно, ласково и восхитительно сладко. Ровно до тех пор, пока мужская рука не начала спускаться вниз и одновременно с этим поднимать сорочку вверх. Пока не коснулась попы и сильно-сильно не прижала к лежащему подо мной мужчине, чье твердое желание не вызывало никаких сомнений.

Ох, силы небесные! Что же мы делаем?!

Я замерла, и Тигран тоже замер. Отстранилась, заглянула в его напряженное лицо, нервно сглотнула и неловко пробормотала:

— Я… пойду… Ведь нам… нельзя? — Последнее слово прозвучало вопросительно и немного жалобно, хотя в это мгновение я бы с легкостью подвинула в сторону любые принципы и договоренности, если бы Тигран ответил «можно».

Но он качнул головой, убрал руку и напряженно выдохнул:

— Нельзя.

В ванную я сбежала. С пылающими щеками, костеря себя последними словами и путаясь в сорочке. Глупая! Какая же ты глупая, Злата! Ну зачем дразнишь? Ведь понимаешь, что играть чувствами и желаниями такого мужчины — последнее дело! Он все решил. И ты решила! Поступить иначе — и быть беде! Обиды, они такие. Легко возникают, а прощение еще надо заслужить! И вообще, что ты о себе возомнила, распутница? Тебе сказали: развод и новый брак, значит — развод и новый брак! Не фиктивный, не тайный под покровом ночи, а самый настоящий — по любви и обоюдному согласию!

Все, выдыхай.

Умывалась я долго. Приходила в себя, буквально высекала в мозгу слово «нельзя» и самую капельку трусила возвращаться. Когда тянуть и дальше было уже совсем глупо, я вышла. И тут же оказалось, что Тигран давно ушел, а меня ждет Майли со своими умелыми руками. Ужасно деловая и капельку сердитая.

— Госпожа, ну сколько можно?! Когда вы наконец поймете, что я тут не для видимости, а для помощи?!

— Майли, а когда ты поймешь, что я не госпожа? И не калека беспомощная! — Я показала ей в ответ язык, расслабляясь окончательно. — И у меня, вообще-то, имя есть.

— А то мне неизвестно! — продолжала дуться служанка, хотя я прекрасно видела, что это больше напускное. Мы с ней спорили по этому поводу ежедневно, но каждая оставалась при своем мнении. — Супруга графа — госпожа! И точка!

— А мы сегодня разводимся, — зачем-то сообщила ей, с интересом ожидая реакции.

— Знаю, — кивнула девушка, разочаровывая своим спокойствием, и заставила сесть, чтобы снять с меня сорочку и заменить на свежую. — Господин Тигран уведомил. И правильно, я считаю. Где это видано, чтобы муж брал фамилию жены? Уму непостижимо!

А ведь и правда… И почему я сама об этом даже не задумывалась? Ему, наверное, и перед знакомыми-то стыдно! Надо будет уточнить!

— Зато на вашей новой свадьбе погуляем! — размечталась служанка, прикрывая глаза в предвкушении и счастливо улыбаясь. — Ох и славное это дело — свадьба! А господа-то как рады будут! Ух!

После сорочки настал черед нового платья. Неделю назад, когда я сумела взять себя в руки, миссис Марп категорично заявила, что мне необходим новый гардероб. Мои старые платья, да и новые, если уж на то пошло, мало того что не подходили по сезону, так еще и откровенно болтались на фигуре — все же за эти недели я очень сильно похудела. Я отказывалась, как могла, обещая, что обязательно займусь этим вопросом, но чуть позже, однако целительница была неумолима и уже на следующий день принесла три платья. Она учла лишь одну мою просьбу: чтобы они были простыми и недорогими, потому что иное я от нее не приму даже в подарок. К тому же я рассчитывала немного поправиться, чтобы самой не пугаться своего отражения, так что вскоре они могли стать малы. Я просто не видела смысла тратить не такие уж малые деньги на вещи, которые проношу совсем недолго.

Сегодня Майли выбрала самое нарядное из тех платьев: нежно-розовое, с легким персиковым оттенком, пышной юбкой, скрывающей мои исхудавшие ноги, и искусным шитьем на лифе. Рукава-фонарики и милое кружево вдоль скромного декольте. В свежих журналах, которые Майли приносила мне десятками, я видела фотокарточки дам в брюках и платьях до колена, но сама на такое пока не решалась. Наверное, это очень удобно, но мне милее более привычные модели, не выставляющие напоказ то, чем мне сейчас вряд ли стоит гордиться.

Волосы Майли уложила в два счета, собрав их преимущественно сзади и украсив цветочными шпильками (цветы были мастерски выполнены из ткани). Вынесла мне туфельки из гардеробной, которыми меня также одарила вредная миссис Марп, дождалась, когда я их надену, и восхищенно сложила руки на груди.

— Какая же вы все-таки красавица! Просто глаз не оторвать!

И жестом предложила оценить себя в зеркале самой.

Что ж… Уже не умертвие, что тоже неплохо. С красавицей Майли, конечно, слукавила, но в целом я выглядела вполне мило. По крайней мере, выйти на улицу уже не стыдно.

В летнюю столовую, где, по словам Майли, мне накрыли завтрак и ждал Тигран, я спускалась в небольшом волнении. Почему? Сама не понимаю. Наверное, будь у меня больше времени, я бы обязательно разобралась в собственных чувствах, но сейчас я торопилась к мужу. Пока еще мужу, вскоре бывшему и одновременно будущему. Это так нелепо было произносить даже про себя, что невольно я начала улыбаться, а когда вошла в столовую и первым делом нашла взглядом Тиграна, поднявшегося из-за стола при моем появлении, не удержалась и заулыбалась вовсю. Он тут! Ждет меня! И столько восхищения в глазах, столько тепла! Кажется, еще чуть-чуть — и я просто растаю!

— Ты прекрасна.

Мужчина приблизился и взял меня за руку. Поднес к своим губам, поцеловал каждый пальчик, заставляя краснеть и смущаться, и лишь после этого провел к столу. Помог сесть, вернулся на свое место, и слуги тут же начали расставлять перед нами безумно аппетитные блюда. Какая-то минута, и мы одни. Мне каждый раз было неловко утруждать стольких людей, но вместе с тем я не прекращала поражаться и даже восхищаться их слаженной работе и отточенным действиям.

Позавтракали мы довольно быстро. За чаем Тигран рассказал, чем планирует занять этот день, и я с удивлением услышала, что после храма мы отправимся по магазинам, салонам красоты, к стряпчему, в банк, снова по магазинам, в ресторан…

— Стоп, стоп!

Тигран говорил, не прерываясь, но я все же осмелилась его перебить:

— Зачем нам к стряпчему и в банк?

— Точно! А я думаю, что забыл? — Тигран немного наигранно шлепнул себя по лбу и широко улыбнулся. — Хотел еще вчера порадовать, но стоило тебя увидеть, и все внятные мысли вылетели из головы. Помнишь те кристаллы, которые мы изъяли у контрабандистов? Там были еще алмазы и прочее. Мы их еще сдали в банк в Варракше, чтобы гномы сами переправили опасный груз в столицу.

Я настороженно кивнула.

— Спустя неделю после прибытия в Лакшир я забрал их в местном отделении и передал начальству. А теперь самое главное и приятное! Тебе, как активной участнице тех событий, положено десять процентов от найденного. Естественно, в перерасчете на деньги. И это, поверь мне, очень неплохая сумма.

— Мне? — Я растерялась. — А тебе?

— А мне досталось куда более ценное сокровище. — Тигран хищно усмехнулся и сверкнул враз потемневшим взглядом, не оставляющим простора для догадок. — Я бы даже сказал — бесценное. И не спорь! — успел он произнести как раз перед тем, как я собралась это делать. — Это мое решение, которое уже занесено во множество протоколов и отчетов. Его уже не изменить, даже если тебе очень хочется. Так что поздравляю, будущая графиня, вы очень обеспеченная дама.

Наверное, можно было бы и поскандалить, но я была слишком обескуражена свалившимися на меня незаслуженными деньгами, поэтому лишь спросила:

— Насколько обеспеченная?

— Ну, скажем, очень.

— Очень-очень или просто очень? — не унималась я.

— Просто неприлично очень!

Я не выдержала и рассмеялась, а Тигран лишь добродушно улыбался, искренне радуясь моему хорошему настроению. Ну вот почему он не сказал мне об этом вчера? Ведь не просто так! Наверняка же специально утаил! Вот… шпион!

Подумала и тут же едва не растеряла такое прекрасное настроение. Тигран моментально уловил перемену и напряженно уточнил:

— Что-то не так?

— А ты надолго вернулся? — В моих глазах моментально поселилась тревога. — Что с заговорщиками? В газетах ничего не пишут…

— И не напишут. — Тигран тоже помрачнел, но с рассказом не спешил. — В этом деле моя работа завершена, но расследование еще идет, как и аресты. Слишком много влиятельных людей оказалось замешано в сговоре против власти. Кого-то взяли прямо на горячем, а кому-то, к сожалению, удалось скрыться.

— А твой… брат?

— Ему тоже. Как и дяде.

Я видела, Тиграну тяжело об этом говорить, так что не стала настаивать. Но все равно не удержалась от главного вопроса, который пришлось повторить, немного переиначив:

— Ты скоро снова приступишь к работе, да?

— Обязательно. — Тигран сурово кивнул. — Но я подал прошение о переводе на другую должность, которая не предполагает частых командировок. Пока повезло выбить почти двухнедельный отпуск, и его я проведу с тобой. Если повезет, прошение одобрят, и в глазах общественности я стану обычным клерком, а может, даже и при министерстве местечко найдется. Буду работать по будням с утра до вечера, а выходные посвящать семье и детям.

— Ка… Каким детям? — Сердце моментально ухнуло в пятки. У него уже есть дети?! Силы небесные! От кого?!

— Нашим, — удивился в ответ маг. — А ты что подумала?

— Я… — Казалось, я покраснела вся. Стало невыносимо жарко и безумно стыдно за то, что я могла так о нем подумать. — Ничего. — И поторопилась возразить: — Но у нас же нет детей.

— Будут.

И столько уверенности было в его тоне, что жар стыда тут же сменился жаром смущения и абсолютной, незамутненной радости. У нас будут дети! У нас с ним будут дети! Ох, что-то мне душно…

— Злата? Злата!

— Нет-нет, все в порядке. — Я схватилась за кружку с остатками уже остывшего чая и залпом выпила его. — Просто я так волнуюсь… Столько новостей разом, а еще дети…

— Ты не хочешь?

— Что? — Я вскинула на Тиграна озадаченный взгляд.

— Детей. — Вся его фигура дышала напряжением, а во взгляде скользила едва уловимая боль.

Да что с ним?

— Я очень хочу детей, — ответила я пылко, стараясь скрыть собственное недоумение, и повторила: — Я очень хочу детей от тебя. Просто это все так быстро… Я теряюсь. Не успеваю это осознавать. А тут еще заговоры всякие, работа твоя…

— Ох, Злата! — С усмешкой качнув головой, Тигран поднялся, подошел ко мне и подал руку. Терпеливо дождался, когда я вложу свою ладонь в его теплые пальцы, и потянул на себя. Поймал в объятия, прижал к себе и уже куда счастливее выдохнул: — Моя Злата…

А потом мы отправились осуществлять план Тиграна, озвученный чуть ранее. Посетили храм, где расстроенный священник подтвердил фиктивность нашего брака, но Тигран тут же обрадовал его новостью, что мы обязательно поженимся, только уже на слегка иных условиях. Священник пребывал в легком недоумении, зачем нам тогда вообще разводиться, но маг, взглядом попросив у меня разрешения, отвел служителя богов в сторонку и коротко объяснил истинную суть сложившейся ситуации. Я старалась не подслушивать, но до меня все равно доносились отдельные слова его рассказа, из которых выходило, что наш первый брак — вынужденный и не по велению сердец, а из-за обстоятельств непреодолимой силы, но сейчас все совершенно иначе. За это недолгое время мы смогли узнать друг друга ближе и осознали, что действительно желаем связать себя узами брака. Но не фиктивного, а самого настоящего. А церемонию хотим повторить для того, чтобы не только не гневить богов вынужденной ложью, но и заслужить их прощение и благословение в дальнейшей жизни.

Мне было неловко открываться священнику, хоть и делал это Тигран за нас двоих, но мысленно я признавала правоту мага. Серьезные поступки должны идти от души, особенно брак. И начинать супружескую жизнь необходимо с открытым сердцем, а не со лжи, какой бы оправданной она ни казалась.

После того как священник узнал вею суть дела, он подобрел к нам окончательно и в шутку даже сказал, что с таким ответственным подходом к браку нас непременно ждет только счастливая семейная жизнь. И вообще — он лично ждет нас на церемонию, так что затягивать с этим богоугодным делом — ни-ни!

После храма мы прокатились в красивом открытом экипаже до одной из центральных улиц, где стоял популярный в высших кругах Дом моды, и там приобрели прекрасное бирюзовое платье на вечер, а заодно заверили хозяйку, что обязательно наведаемся к ней снова, но чуть позже. Сами отправились дальше, а платье с курьером поехало в особняк. Нанесли визит уважаемому все в тех же кругах стряпчему, которому Тигран передал кое-какие бумаги, при этом поглядывая на меня слишком уж хитро, и там же я порадовалась, что уже сижу.

— Баронесса? Вы не шутите?

Я переводила шокированный взгляд с одного мужчины на другого, но они оба были до безобразия серьезны. Что муж мой уже бывший, что стряпчий — приятной наружности седовласый толстячок.

— Какие уж тут шутки, милая барышня? — добродушно развел руками господин Коргин. — Бумаги, заверенные самим императором, тут нет никаких сомнений. Вот, сами почитайте: «За проявленное мужество, самоотверженность и преданность короне наградить Злату Грэхем титулом баронессы и поместьем близ Уолшифра». Видите?

— Вижу…

Мне снова стало не хватать воздуха, и я уцепилась за первое попавшееся — руку Тиграна. Сжала, осознала и громко возмутилась:

— Почему ты мне не сказал?!

— Опасался, — честно признался маг с таким непроницаемым лицом, что, не знай я его лучше, не поверила бы. — А при свидетелях ты меня бить не будешь.

— Я отвернусь, — с улыбкой пообещал стряпчий.

— Сумасшествие… — растерянно выдохнула я и, закрыв лицо ладонями, помотала головой. — Настоящее сумасшествие!

Я все никак не могла взять себя в руки, но ума не скандалить при посторонних мне хватило. Нет, ну каков наглец?! Заявлять такое при уважаемом стряпчем! Я? Бить? Вот специально ударю, чтобы больше на меня не наговаривал!

— А еще я рекомендую вам открыть счет в банке, — продолжал знакомить меня с моим внезапно свалившимся богатством господин Коргин, когда понял, что я способна воспринимать дальнейшую информацию. — На него переведут все средства, которые положены вам за найденные мм… сокровища. Вот сумма, ознакомьтесь, пожалуйста.

Ознакомилась. Помахала рукой перед лицом. Снова ознакомилась. Сглотнула. Покосилась на невозмутимого мужа и ехидно так прокомментировала:

— О, да я стала очень богатой невестой! Просто неприлично богатой, как ты и обещал! Как думаешь, получится найти достойного моих богатств жениха, несмотря на хвост и возраст?

Маг полыхнул сердитым взглядом, растянул губы в ответной улыбке и склонился ко мне, при этом произнеся в сторону стряпчего:

— Господин Коргин, отвернитесь и заткните уши.

Ни за что бы не поверила, что это возможно, но стряпчий так и сделал! При этом вел себя настолько невозмутимо, словно проделывал подобное каждый день!

Тигран же, склонившись ко мне еще ближе, так, что наши губы почти касались, глухо произнес:

— Я займусь поисками лично и подберу самого достойного. Обещаю, ты будешь довольна.

И поцеловал так крепко и властно, что реальность помахала ручкой, окружающее меня пространство совершило кульбит, и в себя я пришла уже в крепких объятиях бывшего будущего мужа с бешено колотящимся сердцем и бессовестно счастливая.

Так просто не бывает! Силы небесные, да так же и с ума от счастья недолго сойти!

Но мне не дали.

Как только со всеми формальностями у стряпчего было покончено, мы посетили банк, где я заполнила очередные необходимые бумаги и мне открыли счет. Подробно рассказали, как им пользоваться, сколько наличных я могу снимать за раз, как правильно выписывать чеки и много чего еще. Под конец у меня окончательно закружилась голова, и я с радостью покинула чересчур гостеприимные стены банка.

Вышла на улицу, вздохнула полной грудью и закрыла глаза, наслаждаясь моментом свободы. Насколько же проще было жить бедной!

— Устала? — Тигран заботливо приобнял меня за талию и помог устроиться в экипаже.

— Немного, — призналась я. — Столько событий, столько новой информации… Чувствую себя неприятно потерянной. Словно от меня ничего не зависит и я могу лишь плыть в бурном течении.

— Я тебя расстроил?

— Ты? — Я изумленно распахнула глаза, взглянув на мага. — Нет, что ты! Просто я… Я не понимаю, за что мне это все. Это же столько денег! Баронство, поместье… Я их не заслужила.

— А вот тут не соглашусь. — Тигран дал отмашку вознице, и экипаж тронулся, а он снова взял меня за руку. — Если бы не ты, я бы умер всего через несколько дней. А может, и раньше. Никогда не добрался бы до столицы, никому не передал очень важную информацию, и кто знает, может, уже сейчас заговорщики приступали бы к завершающему этапу своей операции. Народные волнения, гражданская война, не исключено, даже и с гномами, — ты даже представить себе не можешь, чем грозил нам всем этот чудовищный заговор. Мы успели очень вовремя — днем позже, и было бы уже поздно. Так что поверь, титул и деньги — мелочи по сравнению с тем, что тебе положено на самом деле.

Я скептично качнула головой, впервые не в силах поверить Тиграну на слово. Ну правда! Что я сделала? В тюрьме два раза посидела? Об этом даже вспоминать не хочется. А остальное на моем месте сделал бы кто угодно.

В общем, я осталась при своем мнении, но, чтобы не расстраивать Тиграна (а я видела, он расстроился), решила принять эти в общем-то незаслуженные подарки. Я еще не знала точно, как буду ими распоряжаться, но об этом можно подумать позже.

Сейчас же экипаж остановился у входа в самый знаменитый ювелирный дом Лакшира. Буквально на днях читала о нем статью в газете. Там говорилось, что сам герцог Стравински является ценителем украшений этого дома, частенько балуя супругу и подрастающих дочерей шикарными гарнитурами из всех видов камней и металлов.

И вот мы… Здесь…

— Зачем?

— Ты же не думала, что я буду затягивать с поиском жениха, — весело сверкнул глазами Тигран, ловко спрыгивая на мостовую и помогая спуститься мне. На мгновение прижал к себе и ворчливо закончил: — Тем более после того, что ты заявила у стряпчего.

— Я же пошутила…

— А я нет. Идем, будем покупать тебе самую необходимую вещь.

Наверное, в его глазах я выглядела слишком наивной дурочкой, потому что мне требовалось уточнение.

— Какую?

Мы уже вошли в шикарный холл, отделанный мрамором и позолотой, нам навстречу поторопился представительно одетый сотрудник, сияя улыбкой во все тридцать два зуба, и только тогда Тигран склонился ко мне вновь и доверительно сообщил:

— Самое красивое кольцо для помолвки с самой прелестной девушкой.

Эти слова услышал и работник ювелирного дома, поэтому, пока я боролась со смущением и одновременным желанием расцеловать Тиграна, нас уже вели в уютную комнатку со столиком, мягким диваном и большим зеркалом, интересовались предпочтениями, причем в том числе и десерта к чаю, а затем начали демонстрировать кольца. Большие, маленькие, из всех возможных видов золота и таким разнообразием камней, что вскоре у меня просто рябило в глазах от их блеска и роскоши.

Я смотрела, примеряла… Примеряла и снова примеряла. И когда окончательно запуталась в том, что уже смотрела, а что нет, что нравится, а что не очень, Тигран лично надел мне на палец очередное колечко.

— Это. Мы берем это.

Взглянула на него и кивнула. Все верно. Мы берем это. Спроси меня кто, чем оно отличалось от остальных, и сразу не нашлась бы с ответом. Просто оно было тем самым. Удобно село на палец, не выглядело вызывающе, и в то же время только глупец назвал бы его дешевкой.

Просто не бывает дешевых варлийских алмазов. Даже самых маленьких. Этот же камушек был размером лишь чуть меньше моего ногтя и переливался настолько радужными бликами, что моментально завораживал игрой света на гранях. И стоит он, наверное…

— Дорого, да?

— Не дороже твоего счастья, — уверенно заявил Тигран и расплатился за колечко чеком, не позволив мне взглянуть на ценник даже мельком.

Мы вышли к экипажу, и стало ясно, что время неумолимо близится к вечеру. Тигран что-то мысленно прикинул, покосился на меня и предложил:

— Если устала, то, может, вернемся домой?

— А если нет?

— Если помнишь, я планировал посетить еще несколько магазинов, утром Майли жаловалась, что за это время ты себе практически ничего не купила и ей элементарно не во что тебя одевать. Признаюсь, мне было очень стыдно. Ну и о салоне красоты не забывай. Может, ты и привыкла обходиться своими силами, но поверь, матушка мне точно сделает выговор, если узнает, что я не отвел тебя туда первым делом.

Я расфыркалась, не поверив Тиграну ни на грош, но если уж именно мне предстояло выбирать, как провести ближайшие два часа до обещанного ужина в ресторане, то я остановилась на салоне красоты. Вещи можно купить и завтра, а в ресторане я хочу блистать, в этом матушка Тиграна права.

И мы отправились дальше.

Салон красоты мадам Булдини располагался практически в двух шагах от ювелирного дома, и вскоре меня уже уводили от Тиграна в заповедные недра салона. Самому магу предложили уютно устроиться на диванчике, милые девушки (излишне милые!) ловко заставили стоящий рядом столик тарелочками со сладостями, полагающимися к чаю, а дальше я уже не видела.

Еще через пятнадцать минут я слезно умоляла отпустить меня обратно, но старшая мастерица категоричным тоном и железной рукой пресекла все мои попытки сбежать, и беспрекословно подчиняющиеся ей девушки продолжили экзекуцию.

Это. Было. Больно.

Эпиляция! До этого дня я даже слова такого не знала! Массаж! Прощай, косточки! Обертывание! Тут я чуть-чуть выдохнула.

Но недолго длился отдых — за меня взялся косметолог. Мастерица подправила линию бровей, безжалостно выщипав все лишние, по ее мнению, волоски. Нанесла приятно пахнущую субстанцию на волосы, отчего они стали безупречно шелковыми, послушными и блестящими. Вновь переключилась на лицо, и еще двадцать минут я любовалась на себя в зеркало, изредка подмигивая своему зеленому отражению, пока другая мастерица приводила в порядок мои ногти.

Маникюр, педикюр, освежающее омовение, придавшее невероятный заряд бодрости, увлажняющие тело масла, легкий макияж и элегантная прическа.

К Тиграну я вышла немного уставшая, но безумно довольная результатом. Зеркало отражало настоящую красавицу, а если к этому образу добавить купленное нами чуть ранее платье… Мм!

Кто принцесса? Я принцесса!

— Ты прекрасна, — подтвердил мои мысли Тигран и жадно обласкал одним взглядом. Стремительно поднялся, приблизился и аккуратно поцеловал в щеку, хотя я забеспокоилась, что он сметет меня, как ураган. Но нет, его движения хоть и были порывисты, мужчина явно старался сдерживать себя и галантно предложил руку. — Баронесса. Позвольте проводить вас до дома.

— Позволяю, — чопорно кивнула я, принимая руку и условия игры, предложенной магом. В колледже нам преподавали этикет, и сейчас я была этому очень рада. В последний момент не удержалась от шалости и склонилась чуть ближе, шепнув: — Как кандидату, одобренному моим бывшим мужем, вам я согласна позволить практически все.

— Ох, с огнем играешь, Золотце! — глухо рыкнул в ответ маг и утащил меня прочь под завистливые взгляды работниц салона красоты. Усадил в экипаж, недопустимо крепко прижал к себе и горячо выдохнул практически в ухо: — Злата, не дразни! Я-то терпеливый, а вот мой демон — не очень. И сейчас ты так возмутительно прекрасна, что я сдерживаюсь из последних сил! Пожалей горожан, не доводи до греха!

Наверное, я должна была проникнуться серьезностью его угроз, но пока могла лишь одно — быть бессовестно счастливой.